Эдит пиаф фото в молодости

Эдит Пиаф

Биография

В декабре 2015-го исполнилось 100 лет со дня появления на свет французской звезды по имени Эдит Пиаф. Но кажется, сколько бы ещё столетий не прошло, имя этой гениальной певицы будет так же известно, а её творчество так же почитаемо, как и сегодня. Жизнь Эдит Пиаф – это череда взлётов и глубочайших падений. Пожалуй, испытаний, отмеренных на жизнь этой крошечной женщины ростом в полтора метра, небеса отмеряли столько, сколько хватило бы на десять человек.

Певица Эдит Пиаф

Смерть единственного ребёнка, две (по иным сведениям четыре) автомобильные катастрофы, семь тяжёлых операций, зависимость от наркотиков и алкоголя, приступы безумия и белой горячки, попытка самоубийства, три комы из-за гепатита, две мировые войны и потеря любимого человека – это лишь вершина айсберга. Биография Эдит Пиаф – это вереница трагедий, позволяющих назвать эту женщину мученицей и грешницей в равной мере.

Детство и юность

Пиаф родилась в декабре 1915 года. Её родители – несостоявшаяся актриса Анита Майяр и акробат Луи Гассьон – зарабатывали на жизнь как могли. Девочка родилась в разгар Первой мировой войны. Отец ушел на фронт, а мама отправила малютку к бабушке. Женщина злоупотребляла спиртным и внучка стала для неё настоящей обузой. Поэтому в бутылочку с молоком ей подмешивалось вино, чтобы она постоянно спала.

Эдит Пиаф в детстве

Гассьон, вернувшийся с фронта, нашел дочь в ужасном состоянии. Истощённая, кажется, никогда не мытая, с гноящимися глазами девочка растопила сердце солдата. Луи отвёз малышку в Нормандию к своей пожилой матери. Здесь 3-летняя Эдит Джованна Гассьон, так звучит настоящее имя Пиаф, наконец узнала, что такое уход и внимание. Бабушка с ужасом заметила, что внучка слепая. Как оказалось, развившийся кератит прежняя вечно подвыпившая «нянька» просто не увидела.

Существует легенда, что излечить слепую Эдит Джованну сумела святая Тереза, к которой в Лизье каждый год съезжались тысячи паломников со всей страны. По иным сведениям, малышку вылечили в больнице, но при этом бабушка неустанно молилась о её прозрении святой Терезе. Как бы там ни было, но зрение вернулось к Эдит. С тех пор портретик святой был постоянно с ней до конца жизни.

Эдит Пиаф в молодости

И всё бы ничего, если бы не место, в котором пришлось жить маленькой Эдит Пиаф вместе с доброй старушкой. Это был публичный дом. По одним сведениям, женщина здесь работала прислугой. По другим – содержала дом. В школе над маленькой девочкой издевались так, что ей пришлось оставить учёбу. Бабушка отправила 9-летнюю внучку к отцу в Париж.

Луи Гассьон сам едва выживал. На его содержании было 8 детей, единокровных братьев и сестёр Эдит. Всё, чем мог помочь старшей дочери папа, это взять ребёнка с собой на работу. Он выступал с акробатическими номерами на улицах и площадях.

Обнаружилось, что дочь умеет петь. Когда мужчина выступал, крошечная девочка исполняла какую-то незатейливую песенку. Жалостливые прохожие, смотря на поющего ребёнка в нищенских лохмотьях, жертвовали больше денег.

Вот так, на улице, и началась творческая биография Эдит Пиаф. Когда девчонке исполнилось 14, она начала жить самостоятельной жизнью, зарабатывая себе на комнату пением в различных злачных местах. Тощая, некрасивая, с вульгарно подкрашенными губами и глазами, в ярких, не видавших стирки тряпках, она смотрелась ужасно. Но голос – голос был великолепен.

Музыка

Уличную певунью заметил хозяин кабаре «Жуан-ле-Пен». Когда эта нескладная девочка выходила петь на сцену, замирали все. Удивительно, но в эти минуты она казалась необычайно красивой. В певицу из кабаре влюбился владелец магазина Луи Дюпон. Они начали жить вместе. В 17 Пиаф стала матерью. Но нянчить крошку Марсель сутками она не могла. Сцена давно стала для Эдит местом, вне которого она не представляла жизни.

Эдит Пиаф

Чтобы заставить «нерадивую мать» сидеть дома, Дюпон перевёз малышку к себе домой. Он рассчитывал, что так супруга вернётся к нему. Но Марсель заболела бушевавшим в Париже менингитом, который врачи в то время толком лечить не умели. Эдит Пиаф пришла к девочке в больницу и тоже заразилась. Она сумела выздороветь, а вот Марсель не стало. Больше у певицы никогда не было детей. От Луи она всё-таки ушла.

В 1935 году 20-летняя певица попала в поле зрения владельца кабаре «Жернис», которое располагалось на Елисейских Полях. Луи Лепле сравнил эту бесценную находку с необработанным алмазом. Именно он придумал ей сценическое имя Пиаф (воробушек). «Огранка» оказалась жесткой. Будущую звезду обучали всему: работать с аккомпаниатором, со вкусом одеваться, правильно вести себя на сцене, следить за мимикой, жестикулировать.

Эдит Пиаф исполняет песню Padam, Padam

Некоторые биографы пишут, что Лепле не особо церемонился с «приобретением». Он запросто мог дать артистке подзатыльник. Но желаемого результата он добился. Вскоре новая звезда засверкала на подмостках «Жернис». На первых афишах её имя звучало как «Малышка Пиаф». Успех последовал неожиданно громкий.

А дебютное выступление на радио позволило ей прославиться на всю страну. Радиослушатели заваливали редакцию письмами, требуя «Малышку Пиаф». За стремительным взлётом последовало падение. Лепле нашли застреленным. В круг подозреваемых попала и Пиаф, ведь её в своём завещании Луи тоже упоминал. Началась травля в газетах. Публика устраивала дебоши во время выступлений певицы.

Элегантная Эдит Пиаф

Новый взлёт случился после встречи с известным поэтом Раймоном Ассо. Он научил восходящую звезду всему, чему не успел Лепле. Ассо приписывают создание «стиля Пиаф». Поэт-песенник написал специально «под неё» композиции «Париж — Средиземноморье», «Она жила на улице Пигаль», «Вымпел для легиона» и «Мой легионер».

Вскоре к этому тандему присоединилась композитор Маргерит Монно, от сотрудничества с которой родились песни «Маленькая Мари», «Дьявол рядом со мной» и «Гимн любви».

Эдит Пиаф исполняет песню Non, Je ne regrette rien

Ассо добился выступления Эдит Пиаф на сцене самого популярного в Париже мюзик-холла «АВС». Выступление на этих подмостках приравнивалось к спусканию корабля на большую воду. После первого же выступления все парижские газеты написали о рождении великой французской певицы Эдит Пиаф.

Во время Второй мировой войны звезда ушла от Ассо и начала работать с Жаном Кокто, известным французским режиссёром. Он снял певицу в своём фильме «Равнодушный красавец». Спустя год, в 1941-ом, артистка снова появилась на экране в картине Жоржа Лакомба «Монмартр на Сене».

Эдит Пиаф в фильме «Равнодушный красавец»

Известно, что французская легенда внесла свою лепту в приближение победы. Она выступала перед французскими военнопленными и фотографировалась вместе с ними после концерта. Из этих снимков потом делались фото для документов, с которыми пленные могли бежать из лагеря.

Популярность певицы в послевоенное время была грандиозной. В 1955 году Пиаф выступила в «Олимпии», легендарном концертном зале. После выступления сразу отправилась в многомесячное гастрольное турне по всей Америке.

Эдит Пиаф исполняет песню La vie en rose

Уже тогда звезда была очень больна. Её здоровье, подорванное тяжелыми недугами, алкоголем и наркотиками, которыми она глушила боль от обострившегося артрита, эта поездка подорвала окончательно. Певица проводила в больнице по нескольку месяцев.

В 1961-ом у неё обнаружили рак печени. А в сентябре 1962 года французского «воробушка» слышал весь Париж. Эдит Пиаф с высоты Эйфелевой башни пела соотечественникам свои лучшие песни «Нет, я ни о чём не жалею», «Милорд» и «Право любить». Последний раз она вышла к поклонникам 31 марта 1963 года. Это была сцена оперного театра в Лилле.

Личная жизнь

О её романах рассказывали легенды. Удивительно, но эта маленькая, по большому счёту некрасивая и даже в какой-то мере карикатурная женщина имела невероятную власть над мужчинами. При этом своих любовников всегда бросала первой, едва к ней приходило понимание, что чувства остыли.

Эдит Пиаф и Ив Монтан

Так, например, после 2 лет совместной жизни она поступила с 23-летним Ивом Монтаном, которому пробила дорогу на сцену и научила всему. Поговаривают о её романе с голливудской звездой Марлен Дитрих. Якобы, этих двух легендарных женщин связывали не только дружеские чувства.

Эдит Пиаф и Марлен Дитрих

Во время гастролей по Америке звезда познакомилась с известным соотечественником – боксёром Марселем Серданом. Он стал главным мужчиной в жизни Эдит Пиаф. На момент знакомства у Сердана была жена и трое сыновей. Но устоять перед этой маленькой великой женщиной он не смог, до конца жизни разрываясь между семьёй и Пиаф. Где бы он ни был, но мчался со всех ног, если его звала Эдит.

Эдит Пиаф и Марсель Сердан

Так случилось и в тот страшный октябрьский день 1949 года. Она позвала Марселя в Нью-Йорк, где тогда гастролировала. Сердан бросил всё и вылетел. Его самолёт разбился возле Азорских островов. Останки Марселя опознали по часам, подаренным ему Пиаф. От глубочайшей депрессии звезда спасалась морфием, алкоголем и работой.

Свадьба Эдит Пиаф и Жака Пилса

Личная жизнь Эдит Пиаф получила шанс измениться, когда певице исполнилось 36. Она вышла замуж за певца Жака Пилса, но вскоре брак распался. Она так и не научилась вить семейное гнездо и создавать уют. Её жилище было проходным двором с роялем в полкомнаты, бедной мебелью и следами запустения.

В самом финале жизни Эдит Пиаф в это жилище забрёл сын греческих эмигрантов Теофанис Ламбукис. Он оказался её давним поклонником. Это была последняя страсть певицы. 20-летняя разница в возрасте, как и все другие условности, не интересовали женщину. На тот момент она уже знала свой страшный диагноз – рак.

Эдит Пиаф в зрелом возрасте

Эдит вышла замуж за молодого Теофаниса. Она придумала ему сценическое имя Тео Сарапо и даже постаралась – из последних угасающих сил – вывести его на сцену. Попытка не удалась. Газеты захлёбывались злобными статьями об альфонсе и его престарелой патронессе. Тем не менее, они были счастливы.

Смерть

Сарапо с обожанием смотрел на эту измождённую болезнью, почти облысевшую женщину и до последних дней трогательно ухаживал за ней. Он выводил её гулять и кормил. Так продолжалось всю их совместную семейную жизнь, которая длилась 11 месяцев. Но Тео ненадолго пережил Эдит. Он разбился в аварии спустя 7 лет после её кончины.

Могила Эдит Пиаф

10 октября 1963 года легенды не стало. Церковь отказалась её отпевать и совершать церемонию погребения, объяснив это тем, что вся жизнь Эдит Пиаф была сплошным грехом.

Зато поклонники певицы так не считали. На кладбище Пер-Лашез, где похоронили звезду, собралось более 40 тысяч людей. Они принесли с собой такое количество цветов, что они толстым шаром устлали всю аллею до могилы.

Текст книги «Эдит Пиаф»

76. Сопротивляйся!

– Мальчик мой, Тео, ты должен знать – я скоро умру.

– Все мы когда-нибудь умрем.

– Мне осталось недолго. Врачи говорят, месяцев восемь.

– Не верь врачам, Эдит.

– Это лучшие врачи Франции. И я им верю…

– Что я слышу, воробышек? Я тебя не узнаю… Где упрямая Пиаф? Где сильная Пиаф? Где любящая Пиаф?

– Я совсем старая, Тео. Я чувствую себя больной и разбитой.

– Ты удивительно молода. И ты победишь свою болезнь. Я верю в тебя. И я тебя люблю…

– Чудес не бывает, малыш. Я должна умереть.

– Прекрати… Ты не умрешь. Не сейчас, не через восемь месяцев и не через год. Ты не сможешь. Рядом с тобой я.

– Не смогу? Что ты говоришь? Разве остановить смерть в наших силах?

– А разве нет? Смерти, воробышек, вообще, не существует. Мы не можем ее ощутить, не можем понять. Значит, ее нет вообще.

Любовь сильнее смерти. После вердикта врачей Эдит прожила еще два года.

– Если бы так. Ты говоришь это, потому что молод и здоров.

– Я говорю это, потому что люблю тебя больше жизни. Я готов ради тебя на все.

– Даже на страдания?

– О каких страданиях речь, Эдит? Быть рядом с тобой для меня счастье.

– Знаешь, о чем я жалею больше всего? Что это не произошло пять лет назад. А сейчас уже поздно… Слишком поздно, Тео!

– Слушай, воробышек. Не зли меня. Не падай духом. Сопротивляйся!

– Хорошо. Как скажешь. Я буду… сопротивляться…

77. Я назову тебя Тео

Пиаф решила сделать из Теофаниса Ламбукиса эстрадную звезду и придумала ему сценическое имя – Тео Сарапо (по-гречески «я тебя люблю»). Парень и в самом деле был талантлив. Обладал хотя и не слишком ярким, но все же вполне приличным голосом.

Сын греческих эмигрантов, Теофанис с детства боготворил Пиаф. И однажды, еще в ранней молодости, пообещал друзьям, что женится на Эдит. Друзья его высмеяли, но Теофанис сдержал свое слово.

Судя по воспоминаниям современников и по самим делам Теофаниса, молодой грек был глубоко порядочным и преданным человеком. Он действительно любил Пиаф всем сердцем. Ухаживал за ней в моменты приступов болезни, отвлекал от тяжких раздумий. Когда ей было плохо, но надо было выходить на сцену (а Пиаф не признавала ни одной причины отказаться от концерта, кроме внезапной смерти), Теофанис выводил ее, а то и выносил на руках.

Он терпел все – ее приступы отчаяния и беспричинного веселья, когда Эдит напивалась до бесчувствия и уже не контролировала себя. Он почти никуда не отлучался, ловил каждое ее слово. Он вел себя так, словно в Эдит для него сосредоточился смысл всей жизни. Скорее всего, так оно и было.

Друзья Эдит отнеслись к появлению Теофаниса настороженно. А парижские газеты вылили на молодого человека ушаты грязи. С точки зрения газетчиков, о любви здесь говорить не приходилось.

С Тео Сарапо. 1960-е годы.

78. Предостережение

Однажды Эдит позвонил Ив Монтан. Он попросил ее о встрече, и Пиаф пригласила певца к себе.

Монтан устроился в кресле рядом с диваном, на котором лежала Пиаф. Сидеть ей было уже трудно, и она старалась лишний раз не подниматься.

– Эдит, ходят слухи… – начал он.

Пиаф улыбнулась.

– О том, что юноша по имени Теофанис Ламбукис втерся ко мне в доверие, чтобы заполучить все мои деньги?

– Ну… можно сказать и так, – смутился Ив.

– А я согласна и на это. Что мне еще осталось? Только любовь этого мальчика и сочувствие друзей. Я больна, Ив. Очень больна. Врачи говорят, что не доживу до следующего Рождества.

Монтан смотрел на нее, и лицо его все больше темнело, а взгляд тускнел.

– Пусть все достанется ему… Но, поверь, это только песни. Я не хочу оправдываться перед тобой, Ив. Не хочу что-либо доказывать. Но, поверь, после меня Тео получит только память об этой любви… И это меня ранит больше всего. Если бы знала, копила бы, а не тратила. Для него.

С Ивом Монтаном.

79. Все ради тебя

Тео появился на пороге комнаты, где лежала уже одетая Пиаф. Наступило время второго завтрака. Он опустился на колени перед диваном. Поднос поставил на пол – прямо на мохнатый ковер, который некогда подарила Пиаф Маринетта Сердан… В доме было много вещей, напоминавших о прошлом. И Тео об этом знал.

– Я не хочу есть, – устало сказала Пиаф. – Мне больно есть, малыш.

– Ты должна, Эдит. Ради меня. Прошу… Это была старая уловка, которая неизменно срабатывала. Если Эдит наотрез отказывалась, лицо Тео выражало столь неподдельное, искреннее страдание, что она тут же сдавалась.

Она проглотила ложку бульона и поморщилась.

– Невкусно? – встревожился Тео.

– Нет, что ты. Дело вовсе не в этом. Вкусно, очень вкусно.

У парня в самом деле были воистину золотые руки. Готовил он превосходно. И даже прогнал кухарку – чтобы управляться на кухне самому…

На сцене Эдит и Тео.

Внезапно он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Это произошло в тот момент, когда Пиаф допила, наконец, свой бульон и съела маленькую горячую булочку с маслом. Тео рассмеялся. А потом обернулся.

В дверях, за шторой, стоял человек с печальными глазами. На немой вопрос Тео он сказал:

– Я Ив Монтан. Я пришел извиниться перед тобой, Тео.

– За что?

– За то, что плохо подумал о тебе.

80. Ветер в лицо

Он увозил ее прочь из Парижа. В лес, к реке, в поля. Пиаф вдыхала запах нагретой солнцем травы, наслаждалась солнцем. Тео бежал вдоль реки, раскинув руки и поднимая пятками тучу брызг. С криком подбегал к ней, падал у кресла, в котором сидела Пиаф, и обнимал ее ноги. Зарывался лицом в исхудавший живот и – целовал это изможденное страданиями тело.

Пиаф обнимала его голову, перебирала пальцами его жесткие непослушные волосы.

– Почему ты плачешь? – с тревогой спрашивал Тео.

– Плачу? Разве? Я счастлива, мой мальчик. Как же я счастлива, – улыбалась Пиаф сквозь слезы…

После этих прогулок ей становилось хуже. Но она не признавалась Тео, что выезды за город изматывают ее. Она терпела и даже ждала каждого такого дня. Пусть ей будет потом плохо. Но ради этих блаженных часов она готова вытерпеть все.

А еще они собирали друзей. Дом наполнялся людьми. И Пиаф смеялась:

– Тео, ты сейчас в неплохой компании моих бывших возлюбленных.

На что кто-то обязательно откликался: – И если бы только ты знал, малыш, как мы тебе завидуем!

Эта маленькая ложь веселила Эдит. Тео хмурился, но недолго – лишь несколько минут. На самом деле ему нравилось быть в компании этих знаменитых людей. Несмотря на их таланты и заслуги, Эдит выбрала из них именно его.

Прогулка с любимым.

81. Весь мир у моих ног

Несмотря на тяжкий недуг, Пиаф продолжала давать концерты. Именно это и еще, вероятно, любовь к Тео, продлили ей жизнь. После вердикта врачей Эдит прожила не восемь месяцев и даже не год, а почти два года.

Еще в 1960-м году Пиаф выходила на сцену «Олимпии» 12 недель подряд. Ее последние песни были записаны и разошлись в миллионах пластинок. Но для самой Пиаф это была изматывающая и очень тяжелая работа.

Она уже не предпринимала попыток сыграть в кино или в театре. Последним, восьмым по счету, фильмом стала лента «Любовники завтрашнего дня» 1959 года. Право, пророческое название – в отношении судьбы самой Эдит Пиаф.

Выступление следовало за выступлением. Она выходила на сцену даже если была не в силах передвигать ноги. Не уходила за кулисы, пока не падала в обморок. И пела, пела, пела.

Зачем она это делала? Может, это была та соломинка, которая удерживала ее на плаву? Песни и любовь Тео. И друзья, к которым она в конце жизни относилась с особой нежностью.

Венчание с Тео в греческой ортодоксальной церкви. 1962 год.

25 сентября 1962 года Пиаф взошла на Эйфелеву башню и спела со смотровой площадки свои самые известные песни: «Нет, я ни о чем не жалею», «Толпа», «Милорд», «Ты не слышишь», «Право любить».

Незатихающий, шумный Париж потрясенно замер. И голос Эдит Пиаф услышала вся планета.

82. Эйфелева башня

Это был непростой для нее день. Она еще справлялась со своей болезнью, хотя уже пережила назначенный врачами срок. На смотровую площадку ее доставили подъемником. Рядом неотступно был Тео Сарапо.

Праздновали премьеру фильма «Самый длинный день». Но все знали: это лишь повод. 25 сентября 1962 года парижане пришли к подножию Эйфелевой башни услышать ее голос – голос Эдит Пиаф…

Ветер растрепал ее волосы. Эдит подошла к краю площадки и ухватилась руками за перила. Толпа задравших головы зрителей взволнованно всколыхнулась.

Кто-то из молодых журналистов сказал:

– Смотрите, этот мальчишка снова рядом. Прилип – не оторвешь.

Но его слова утонули в возгласах толпы. Люди даже не закричали, они выдохнули: «Эди-и-ит!»

Заиграла музыка. Через репродукторы звуки разнеслись по площади, отдаваясь эхом. А потом вступила она.

Ее сильный низкий голос, который невозможно описать словами, запел те самые песни, которые более трех десятилетий подхватывала вся Франция.

Пиаф и Сарапо регистрируют свой брак. 1962 год.

Она не стояла – летела над Парижем. Она уносилась под облака и спускалась к своей публике. Она любила их всех, даже недоброжелателей. И они в этот момент любили ее – даже недоброжелатели.

Тот репортер, что только что надсмехался над Тео, смотрел на Пиаф, вслушиваясь в эти чарующие звуки. И слезы катились по его щекам.

Если бы он мог, если бы судьба сжалилась над ним, то он бы стоял сейчас рядом – там, где стоит этот грек Сарапо.

Но рядом с Пиаф стоял только Тео.

83. Я всю жизнь ждала тебя

Она боролась за свою жизнь до последнего дня. Операция за операцией, многочисленные болезненные процедуры, бесчисленные консилиумы. Пиаф переносила все стойко и мужественно. И всегда рядом с ней был ее юный Тео.

Он спал прямо в палате, где лежала Пиаф. Был готов выполнить любое ее желание, любой каприз. В дни просветления, когда в сердце Эдит вновь возрождалась надежда, они выходили на сцену вдвоем и репетировали. Она была уверена: труд и упорство принесут свои плоды. У Тео Сарапо есть талант. Надо его только развить.

Она выходила на сцену вместе с возлюбленным и представляла его публике. И публика верила Эдит. Раз Пиаф говорит, что это превосходно, значит, это превосходно. Тео всегда получал свою долю оваций, в которых было, конечно, только уважение к его знаменитой подруге – к Эдит Пиаф.

Тео Сарапо был терпелив и старателен. Он много выступал на радио, в концертах, раздавал интервью. И всегда говорил только о своей любви к Эдит, не обращая внимания на выпады газетчиков, называющих его альфонсом.

Их трогательный танец.

Его без конца расспрашивали: что с ней, как она себя чувствует, скоро ли поправится. И он отвечал: скоро, очень скоро. Надо лишь верить и надеяться…

За год до ее кончины Тео и Эдит стали законными супругами.

Однажды Пиаф сказала:

– Я всю жизнь любила Марселя Сердана, а ждала Тео Сарапо.

84. Если так считает Пиаф

Со временем идея вывести Тео на сцену стала для Эдит маниакальной. Пиаф заставляла его заниматься целыми днями. На репетициях с оркестром или без, под аккомпанемент пианиста или вовсе без аккомпанемента, но Сарапо пел одни и те же песни десятки раз, стараясь следовать указаниям Эдит.

Однажды на репетиции известный в те годы дирижер, человек заслуженный и много сделавший для французского искусства, не выдержал и пробурчал:

– У этого парня голос петуха. Ничего у него не выйдет.

Пиаф услышала. Она поднялась с кресла, на котором сидела, подавая уточняющие реплики стоявшему на сцене Тео. Подошла к оркестровой яме. И негромко произнесла:

– Вам не нравится мой голос?

Дирижер опешил.

– Нет, нет, Эдит, ваш голос мне очень нравится. Вы поете прекрасно.

– Вы считаете, что я ничего не понимаю в музыке, что я глупа?

– Ничего подобного! Вы уникальный музыкант.

На репетиции с Тео (слева).

Дирижер не знал, как себя вести и что сказать. Его охватила паника.

– Вы не уважаете меня?

– Я преклоняюсь перед вами, – ответил он и в подтверждение склонил голову.

– Так какого черта вы суетесь со своим дурацким мнением?! – закричала Пиаф. – У Тео Сарапо замечательный голос и отличные данные!

– Да, да, конечно, – смутился дирижер. – Я ошибся. Простите, ради бога.

Больше он Тео Сарапо критиковать не осмеливался, так же как и никто другой…

85. Последний концерт

18 марта 1963 года Эдит Пиаф в последний раз вышла на сцену. Этот концерт был снят на кинопленку. Именно его мы чаще всего видим в телевизионных программах, посвященных певице.

Вспомним эти кадры.

На сцене пожилая женщина, которой на вид скорее лет шестьдесят, чем сорок семь. Хрупкая фигурка в черном платье. Спокойное лицо. Тонкие слабые руки. Грустные глаза. И – бесконечно прекрасный, звенящий, молодой и сильный голос…

Такого голоса никогда не было до нее и никогда не будет после. Природа никогда не повторяется. То, что появилось однажды, больше не появляется. Может возникнуть нечто похожее, но совсем иное. А того, уникального, больше нет.

В этом смысле мы все уникальны. И без каждого из нас жизнь становится неполной… Но дело в том, что без такого голоса, без такой личности, как Эдит Пиаф, жизнь становится попросту невозможной.

Она пела о любви, о своей жизни, о несбывшихся надеждах. О безвестном легионере, которому подарила свою любовь. О мужчине, которого называла своим господином. Она смеялась и плакала, взывала к Богу и обращалась к людям.

Зал слушал ее, боясь вздохнуть. Точно так же слушаем ее песни и мы – благодаря нечастым телевизионным передачам, радиотрансляциям, старым пластинкам.

Затем зал встал. И устроил Эдит Пиаф пятиминутную овацию.

В тот день еще никто не знал, что она прощалась со сценой.

Кадр из телевизионной записи последнего концерта Пиаф.

86. Ее последние дни

Ее последние дни – история героического противостояния слабой умирающей женщины и чудовищной болезни. Воспоминания ее близких друзей невозможно перечитывать без душевного трепета.

Она знала, что конец близок. Но звонила друзьям, разговаривала о всяких пустяках, шутила. Ее интересовали только что вышедшие в свет книги, новинки кино, события на французской эстраде. Она подшучивала и над собой, полагая, что ее положение с определенной точки зрения может выглядеть забавным.

Она не жаловалась на боль. А ее преследовали очень сильные боли. Эдит умирала от рака. А это один из самых мучительных видов смерти.

Тео безумствовал. Он то впадал в возбужденное, радостное состояние, принимая временное облегчение за явные признаки выздоровления. То погружался в глубокую апатию. То заливался слезами отчаяния. То не мог найти себе места, переставляя вещи, бегая по аптекам и магазинам.

Собственно, Тео было тяжелее всех. Его связь с Эдит была не такой длительной, как у ее старых друзей. Но он любил Эдит. Он был ее мужчиной. И друзья Пиаф это понимали.

Последние дни Пиаф провела на больничной койке. Ей нельзя было двигаться. Она лежала на спине и смотрела в потолок. К потолку были прикреплены разноцветные шары – ее последнее развлечение, которому она была искренне рада.

Тот последний концерт. 1963 год.

87. Кончина

Великой французской певицы Эдит Пиаф не стало в полдень 11 октября 1963 года. Спустя три часа умер Жан Кокто.

Франция погрузилась в траур. Улицы Парижа впервые после Второй мировой войны заплакали.

Рыдали все – прохожие, торговки цветами, уличные артисты. Рыдали полицейские и водители такси. Рыдали политики и сильные мира сего. Франция оплакивала своего маленького воробышка – Эдит Пиаф…

Несчастный Тео Сарапо в буквальном смысле слова сошел с ума. Он поднял тело супруги с больничной койки, прижал к груди и не отпускал несколько часов. Он не хотел отдавать ее никому. Уговорить его успокоиться и смириться с потерей стоило больших усилий.

Первые некрологи появились уже в вечерних газетах. Все национальные радио– и телевизионные станции без конца передавали лишь одну новость: Эдит Пиаф больше нет. Парижский уличный воробышек умолк навсегда.

В правительство Франции сплошным потоком стали поступать соболезнования из-за рубежа.

Даже те, кто не понимал или не любил песен Пиаф, осознали, что значила Эдит для этого народа. Позже пришло осознание истинных масштабов трагедии. Оказалось, что Пиаф не только французская певица, но и американская, и русская, и английская. Она была в полном смысле певицей планетарного масштаба. И она ушла…

Последние дни.

88. Оставьте нас наедине

Встревоженный доктор схватил за руку только что подъехавшего в больницу Монтана.

– Вы должны успокоить его, – проговорил он. – Это настоящая истерика. Он заперся в палате и никого не пускает.

Монтан подошел к двери и посмотрел в узенькое окошко. Тео ходил из угла в угол, прижимая к себе бездыханное тело Пиаф.

– Послушай, Тео, – сказал Монтан.

– Подите прочь! – закричал Тео срывающимся голосом. – Я никому ее не отдам! Оставьте нас наедине!

– Тео, это несправедливо. Будь милосерден, – произнес Монтан.

Он боролся с подступившими слезами. Ему было бесконечно жаль этого мальчишку.

– Ты должен позволить увидеть ее и мне. Я тоже любил ее, Тео.

Сарапо угрюмо молчал. Потом сказал:

– Ты лжешь.

– Нет, Тео. Я говорю правду. Я – Ив Монтан. Прошло много лет, но я до сих пор ее люблю… Пусти нас, Тео. Мы хотим ее увидеть.

И Монтан не выдержал, заплакал…

Прощание с Пиаф на кладбище Пер-Лашез. 1963 год.

Щелкнул замок двери. На пороге палаты стоял бледный, как сама смерть, Тео. Эдит лежала на своей остывшей кровати. Руки ее были сложены на груди.

Ив смотрел на нее, и ноги его не слушались. Эдит Пиаф больше не было. Она… ушла…

Тео обессиленно опустился на пол. Ив присел рядом, обнял его и сказал:

– Ты должен быть сильным, Тео. Рядом с Эдит были только сильные мужчины.

Тео Сарапо кивнул. Его вдруг охватило безразличие. Он понял, что жизнь утратила смысл…

89. Прощай, Эдит, прощай!

При жизни Эдит Пиаф никогда не превращала свои концерты в эстрадное шоу. Она просто пела. То есть говорила со зрителями на доступном всем языке. Общалась напрямую, делясь своими мыслями и чувствами.

Не превратились в шоу и ее похороны. Именно этого более всего опасались ее близкие друзья – трескучих слов, громогласных признаний, траурной мишуры.

Ее похоронили на кладбище Пер-Лашез. За гробом шествовало бессчетное количество парижан. Люди шли сплошным потоком по толстому ковру из цветов. Удалось лишь приблизительно подсчитать тех, кто собрался на кладбище. Их было свыше сорока тысяч.

Что бы они сказали Эдит тогда, будь у них возможность обратиться к ее упокоившейся душе? Иногда я думаю об этом. И не нахожу нужных слов.

Может быть, вот эти?

«Дорогая Эдит Пиаф! Спасибо тебе за все…»

Скорбящая Франция.

90. Ночное происшествие

Тео Сарапо так и не стал знаменитым певцом. И вообще остался в истории лишь в качестве последнего мужа Эдит Пиаф… Его нечасто приглашали на гастроли, но когда вспоминали о Пиаф, то все же приглашали. Их имена были накрепко связаны в сознании людей.

Однажды Тео мчался в Ниццу, где должен был дать концерт, посвященный памяти Эдит. Он не спал вторые сутки. В глазах стоял туман, в голове шумело. Борясь со сном, он глотнул немного вина. Но вместо бодрости вино лишь добавило утомления.

Сарапо решил остановиться и выпить кофе. Он помнил, что где-то рядом, у заправочной станции, есть небольшое придорожное кафе для водителей-дальнобойщиков. Там он закажет двойной кофе и купит пачку крепких сигарет. «Голуаз» без фильтра, черный табак…

Из темноты вдруг проступил образ Эдит. Ее грустно улыбающееся лицо. Печальные складки вдоль лица – от виска к подбородку. Едва заметные шрамики, которые видел только он. Следы давнишней автокатастрофы.

Могила Эдит Пиаф на кладбище Пер-Лашез. Париж.

«Было ли ей больно? – подумал он. – Все же могло закончиться прямо на дороге. И я никогда бы не дотронулся до нее».

Эдит тяжко вздохнула… «Потом было больно, Тео. А в этот момент – нет. Я часто сожалела, что этого не произошло. Понимаешь?»

– Мой воробышек, – громко сказал Тео. – Я тоскую без тебя. И все это лишено смысла…

И тут он бросил руль и до отказа вдавил в пол педаль газа.

Тео Сарапо пережил супругу всего на семь лет. Эдит словно предчувствовала его судьбу. Памятуя о трагической кончине Марселя Сердана, она запрещала Тео летать самолетами. И он выполнил ее волю. Но от Судьбы не уйдешь…

Его похоронили в той же могиле. Вместе с Эдит…

Легенда мировой эстрады певица Эдит Пиаф прожила яркую и богатую событиями жизнь. Она выросла из нищеты и стала знаменитой на всю планету, пела и радовала людей, любила и была любима, участвовала в Сопротивлении, оступалась, падала и вновь поднималась во весь рост. Она всю жизнь страдала от одиночества среди шумной толпы, успеха и триумфа Причиной смерти Эдит Пиаф стало онкологическое заболевание.

Она родилась в 1915 году в Париже, в семье несостоявшейся актрисы и акробата. Мать бросила 2-летнюю девочку на попечение бабушки и та часто вместо молока наливала в бутылочку Эдит вина. Вернувшийся с фронта отец отвёз дочь в Нормандию, к своей матери, содержащей бордель. Когда выяснилось, что Эдит слепа, её отвезли в святые места, где наступило прозрение. Но глаза Пиаф так и остались навсегда тёмными, не наполняемыми светом. В школу она пошла уже в Париже.

В 15-летнем возрасте она уже была самостоятельной и подрабатывала пением на улице. В 17 лет стала матерью, но потеряла дочь, когда обе заболели менингитом – Эдит выжила. В 1935 году её пригласил петь с улицы в своё кабаре «Жернис» на Елисейских полях Луи Лепле. Он научил певицу держаться на сцене, помог выбрать сценический псевдоним. Эдит Пиаф сразу же покорила слушателей. Уже в 1936 году она выступила на большом концерте в цирке «Медано», а потом – на радио.

Потом ей повезло встретиться с Раймоном Ассо, ставшим её наставником в творческой деятельности. Тот, кроме выбора пути, учил вышедшую из трущоб певицу этикету и умению одеваться. Создав стиль Пиаф, Ассо написал для неё песни, составляющие одно целое с этим стилем, модой и самой Эдит. В это же время произошло сближение Эдит с композитором Маргерит Монно, ставшей её близкой подругой. Вершиной всех преобразований сбыло выступление певицы в самом престижном мюзик-холле столицы – «АВС».

Во время Второй Мировой войны и фашистской оккупации Франции, Эдит Пиаф выступала с концертами перед военнопленными соотечественниками, тайно доставляя им необходимые для побега документы, вещи и продукты. В послевоенной концертной деятельности Пиаф было много мужчин. Она помогла становлению Ива Монтана, Эди Константена, Шарля Азнавура и других певцов. После гибели в авиакатастрофе любимого мужчины – боксёра Марселя Сердана, она начала принимать морфий.

1995 год стал началом выступления Пиаф в концертном зале «Олимпия»: это был триумф. После очередных гастролей в США, Эдит совсем выбилась из сил и врачи нашли у неё серьёзные поражения организма, в частности – цирроз печени. Она выступала, невзирая на болезни, но это становилось всё труднее. 47-летняя Эдит снова влюбилась – в 28 летнего грека, но её здоровье было сильно подточено бедным детством, тяжёлыми переживаниями, работой, наркотиками и вином. В октябре 1962 года она пела с Эйфелевой башни и её слушал весь Париж. В октябре 1963 года, через 6 месяцев после последнего концерта, она скончалась в Грассе и её привезли в столицу. Её жизнь была слишком тяжела для хрупкой одинокой женщины – вот почему умерла великая Эдит Пиаф в возрасте 48 лет.

Она похоронена на кладбище Пер-Лашез в Париже.