Грешница, кто это?

Кто из вас без греха, первый брось на нее камень

Примеры

Найт Фил (Knight Phil)

«Но когда дело доходило до стабильности, я спрашивал: кто из нас первым бросит первый камень?»

Стивен Кинг (Stephen King)

Мистер Мерседес (MR. MERCEDES), 2014 г., перевод на русский язык В. Вебер, 2014 г.:

«Да, конечно, но в Библии сказано: пусть первым бросит камень тот, кто без греха.»

Илья Ильф (1897 – 1937) и Евгений Петров (1903 – 1942)

«Двенадцать стульев» (1927 г.), ч. 3 гл. 34:

«Мальчик, — сказал Остап, — разве плох? Типичный мальчик. Кто скажет, что это девочка, пусть первый бросит в меня камень!»

Кони Анатолий Федорович (1844 – 1927)

«Такой прием достиг своего апогея в знаменитом процессе Струсберга и в другом тоже громком процессе, где защитник, оправдывая подсудимую — женщину, к которой применимы были слова пушкинского импровизатора: «Lа regina haveva molto», обвинявшуюся в покушении на предумышленное убийство жены своего любовника, вернувшейся под супружеский кров по призыву мужа, просил присяжных поступить по примеру Христа, который сказал грешнице: «Прощаются тебе грехи твои мнози, зане возлюбила много», лукаво применяя слово «много» там, где дозволительно было бы сказать лишь слово «многих». И речь свою по делу Полешко защитник окончил обращением к судьям, прося у них оправдания подсудимой и напоминая им слова Христа: «Пусть тот, кто менее грешен, чем она, бросит в нее первый камень».»

«Как один из признаков этого впечатления, я храню у себя многозначительную фотографию, полученную мною от кого-то неизвестного ранним утром в день окончания дела, по которому подсудимые, уже после произнесения приговора, заявили, что «грех их», и просили разрешения вступить в брак. Фотография снята с картины, изображающей Христа, указывающего на плачущую у его ног блудницу, со словами «qui sine peccato est vestrum, primus in illam lapidem mittat!». Под фотографией дрожащим почерком было написано: «Ваш новый суд высок, и велик, и красноречив — но есть суд еще выше!»»

Толстой Лев Николаевич (1828 – 1910)

«Воскресение» (1889 – 1899 гг.) — фраза «… кто из вас без греха, первый брось на нее камень» в эпиграфе к части первой.

«Анна Каренина» (1873 – 1877 гг.), часть I, глава XI. Левин говорит Облонскому:

«Ах, перестань! Христос никогда бы не сказал этих слов, если бы знал, как будут злоупотреблять ими. Изо всего евангелия только и помнят эти слова. Впрочем, я говорю не то, что думаю, а то, что чувствую. Я имею отвращение к падшим женщинам. Ты пауков боишься, а я этих гадин. Ты ведь, наверно, не изучал пауков и не знаешь их нравов: так и я.».

Чехов Антон Павлович (1860 – 1904)

«Драма на охоте» (1884 г.), гл. 1:

«Никто не мог быть так пристрастен к Ольге, как я, и я первый готов был бы бросить в нее камень;»

Христос и грешница

Библия – это такая книга, что если бы мы могли прочитывать ее ежедневно целиком, мы бы каждый день читали несколько иную книгу. Однако дело не в ней, дело в нас: читая Писание, мы немного меняемся, так что точнее было бы сказать, что в таком случае Книгу книг ежедневно читал бы другой человек. Попробуем еще раз прочесть хорошо известные эпизоды: вдруг мы сможем взглянуть на них по-новому?

— так называется картина, пользовавшаяся в свое время широкой популярностью из-за “пикантности” сюжета. Считалось (и считается), что на ней изображен эпизод из Евангелия от Иоанна (Ин 8, 3-11). В соответствии со своим и общественным пониманием художник изобразил действительно довольно-таки озверелую толпу, предводительствуемую двумя более почтенными людьми, которая приволокла и поставила перед Христом посильно упирающуюся даму, одетую с некоторой роскошью и с порочным выражением лица. Эта сцена отражает широко распространенное мнение, согласно которому благочестивые еврейские активисты хотели линчевать блудницу.

На самом деле все было совсем не так, о чем с предельной ясностью сказано в Евангелии. Начнем с того, что эта женщина была взята в прелюбодеянии, то есть это была замужняя женщина, изменившая мужу, уличенная в этом преступлении и подлежавшая казни через побиение камнями по закону Моисееву (Лев 20, 10; Втор 22, 22). И поскольку она вряд ли собиралась афишировать свой грех, то вряд ли и принаряжалась. Блудницы среди народа Израилева были, почетом не пользовались (поражение в правах для них и их потомства до седьмого колена также предписывалось законом), но никто бы и не подумал казнить блудницу.

Привели же ее ко Христу, как сказано, книжники и фарисеи, о которых нам известно, что они старались выглядеть важными и величавыми; представить их в таком вот азарте затруднительно. К тому же они всего-навсего блюли закон, а их общественная активность была направлена не против прелюбодейки, а против Самого Христа; женщина для них была только орудием, что вполне характерно для того, что Спаситель называл фарисейской закваской.

Хитрость фарисеев состояла в том, что они твердо знали закон, но полагали, что Благой Учитель вряд ли санкционирует казнь женщины, потому что Он все больше исцелял и воскрешал. А вот тут-то и можно будет обвинить Его в нарушении закона со всеми вытекающими последствиями!

Однако Христос знал закон не хуже, а лучше, полнее и глубже, чем книжники и фарисеи. Об этом свидетельствует Его ответ им: кто из вас без греха, первым брось в нее камень. Здесь опять-таки существует устойчивое непонимание Евангельского текста; считается, что Господь указал на то, что-де все вы люди грешные, так чего уж именно на эту бедняжку так набросились. И что книжники и фарисеи вняли этому мягкому укору и даже вроде покаялись.

И этого ничего тоже не было, а было предписание закона: наказание за грех может осуществлять только тот, кто сам в этом грехе неповинен. Тем самым Спаситель указывает, что осуществить по закону казнь неверной жены может только тот, кто сам никогда не нарушал брачной верности. И тут-то и расползаются обвинители, причем вовсе не потому, что осознали и покаялись, а потому, что все виновны и прекрасно понимают, что на первого, кто возьмется за камень, посыплются обличения его же единомышленников, – а также на второго, на третьего и так далее. Заметим, что согрешившая женщина не воспользовалась случаем и не улизнула со вздохом облегчения; нет, она осталась ждать праведного суда праведного Судии (а это значит, что грех свой она осознавала и была готова понести наказание), исповедуя Его при этом Господом. И Господь отпустил ей грех Своей властью, поскольку такое ее стояние свидетельствовало о покаянии, и сказал ей, как говорил обычно исцеленным: иди и впредь не греши.

И здесь мы находим настоящие начала настоящего (христианского) женского равноправия: то, что для женщины – наказуемый грех, для мужчины – грех не меньший.

Исходя из этого, можно подумать: почему у нас так любят говорить о том, что Бог проклял Еву, хотя ни о каком проклятии Евы (равно как и Адама) в Библии ни слова не сказано? Но это уже тема для другого разговора, а здесь уместно вспомнить о том, насколько бледными выглядят на фоне Христова учения “достижения” современного феминизма, согласно которым если мужчине можно грешить, то и женщине тоже. Унылый порочный круг порока…

…И не нужно путать: в поэме графа Алексея Константиновича Толстого “Христос и грешница” речь идет действительно о блуднице, но там никто ее казнить не собирается; скорее напротив, она решается “опровергнуть” моральный аспект учения Христа, вступив с Ним в полемику. Завидев молодого человека, красивого и величавого, она и произносит перед ним речь, так сказать, гедонистической направленности, после чего ей говорят, что это не Христос, а Иоанн. Потом женщина видит Христа и, потрясенная Божественной кротостью Его облика, понимает, что перед ней Некто, обладающий властью прощать грехи, и что Он и ее может простить – и падает к Его ногам. И это совершенно другая история, вымышленная, но всецело проникнутая христианским пониманием Богочеловечности Христа.

«Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши»: Христос и блудница

11.07.2017 10469 просмотров Юрий Беспечанский
Есть одна важная причина, почему я доверяю Евангелиям. Лучше всего ее сформулировал Клайв Льюис: «Итак, объективная реальность таит в себе загадки, разгадать которые мы не в силах. Вот одна из причин, почему я пришел к христианству. Это религия, которую вы не могли бы придумать. Если бы христианство предлагало вам такое объяснение Вселенной, какого мы всегда ожидали, я бы посчитал, что мы сами изобрели его. Но, право же, непохожа эта религия на чье-то изобретение. Христианству свойствен тот странный изгиб, который характерен для реальных, объективно существующих вещей».
Любая теория, в отличие от жизни, предлагает четкий и однозначный ответ. Например, есть еретическое мировоззрение, называемое «гностицизм», в редакции Маркиона. Оно говорит, что есть два бога: добрый и злой. Злой бог неудачно сотворил мир, а добрый пришел его пересоздать. Злой бог – это бог Ветхого Завета: бог судов и страшных казней, бесчеловечный и жестокий бог. Добрый бог – это бог Нового Завета, то есть Христос, человечный и любящий бог, прощающий и не наказывающий. Злой бог постоянно указывает на грех. Добрый бог говорит не о грехе, а о любви. Маркион даже «отредактировал» тексты Евангелий, чтобы слова Христа соответствовали теории «доброго и любящего бога».

В словах Христа из истории Его диалога с блудницей в Евангелии от Иоанна, 8:3-11, заключено жизненное противоречие, жизненная загадка. Все помнят эту историю: ко Христу привели женщину, взятую в прелюбодеянии; и за этот грех, по иудейскому закону, женщину полагалось забить камнями до смерти. Христос предложил тому, кто без греха, первому бросить в нее камень. Толпа мужчин-евреев, обличаемая совестью, вся разошлась по домам. После этого Христос перебросился с женщиной-блудницей всего двумя фразами (Ин. 8:10-11):
10 Иисус, восклонившись и не видя никого, кроме женщины, сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто не осудил тебя?
11 Она отвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши.
Было бы очень даже понятно, если бы Христос «обрезал» конец сказанной фразы. Если бы он сказал женщине так: «И Я не осуждаю тебя: иди!». Как это было бы красиво! Христос – защитник униженных и оскорбленных, освободитель женщин, которых злые мужики используют, а потом забивают камнями…Тогда Христос был бы «любящим богом» гностиков, предтечей европейской свободы и толерантности. А отдаленным последователем такого «христа» был бы бывший Президент США Барак Обама, однажды заявивший: «Пока я Президент, все геи и лесбиянки найдут в моем лице защитника в Белом Доме».
Но Христос сказал что-то логически странное: Он в первой части одной фразы сказал «я не осуждаю тебя», а во второй – фактически осудил. Хотя он спас блудницу от осуждения на смерть, он осудил ее словесно, сначала проявил «любовь», а через секунду – «нетерпимость» и «нетолерантность». С точки зрения гностиков, такой Христос – одновременно и добрый, и злой бог.
Давайте проведем мысленный эксперимент. Я встану на позицию современного психолога и с точки зрения психологии попробую доказать, какие «ошибки» допустил Христос в диалоге с блудницей своей фразой «Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши».
1) Христос понимал, что «все люди грешны»: потому и убедил мужчин-убийц разойтись. Все несовершенны, все делают ошибки. Как же Он мог приказать блуднице идти и впредь не грешить? Такую «заповедь» по-человечески совершенно невозможно исполнить;
2) Христос не поговорил с блудницей «по душам», даже не попытался «войти в ее положение». Возможно, ее унизили или изнасиловали в детстве, и она страдает от детской травмы, потому просто не может не блудить. Но, возможно, имя блудницы было Анна Каренина, и она была замужем за чёрствым и бессердечным мужиком, которого заботили только деньги и успех. Но тут на горизонте появился офицер Вронский, и наша блудница воспылала к нему страстной и чистой любовью. Так, может, изменить такому мужу, как Каренин, – это вовсе не грех? По крайней мере, если судить по советской и российской киноверсиям романа с Самойловой и Боярской в роли Анны.
3) Своей фразой «иди и впредь не греши», Христос нарушил личные границы блудницы. Да, спасибо, что Он спас ее от ужасной смерти. Но кто давал Ему право судить, греховно ли ее поведение? Независимо от причин, возможно, с точки зрения Христа блуд – это грех; а с точки зрения блудницы – вовсе не грех, а нормальный стиль ее жизни.
4) Наконец, как должен был бы поступить нормальный «любящий бог»? Он должен был бы обнять блудницу, улыбнуться ей по-голливудски, спросить, «не нуждается ли она в чем-нибудь?», пригласить к себе домой на чай…А тут: ни улыбки, ни участия. Вместо этого грубое: «иди и впредь не греши»…Нет, так не должен поступать любящий бог, тем более с женщиной…
Короче, с точки зрения современной психологии и современных понятий о «любящем боге» (с гностическими корнями), поведение Христа в этой ситуации весьма противоречиво и странно…
Тем не менее, в отличие от Христа, психологам редко удается реально изменить жизни людей. Обычно современные психологи-практики чем-то похожи на современных же наркодилеров. У наркодилеров «первая доза» бесплатна, а следующая 1000 руб. У психологов – «первая консультация» бесплатна, а следующая 1000 руб. И психолог «подсаживает» клиента на свою психологическую «иглу» безо всякой гарантии исцеления: то пациент начинает бесконечно разговаривать со своим «внутренним ребенком», а когда тема будет исчерпана, то можно поговорить и со своей «внутренней старухой» – а жизнь как была, так и остается прежней.
Церковное Предание говорит, что жизнь этой блудницы кардинально изменилась после встречи со Христом: это была та самая Мария Магдалина, которая стала следовать за Ним, став Его преданной ученицей. Что же изменило жизнь блудницы?
1) В отличие от психологов, Христос бросил вызов блуднице. Он не стал детально разбираться в ее проблемах, а четко назвал ее поведение греховным. Христос не стал ОСУЖДАТЬ ее, но стал СУДИТЬ. Осуждение – это понятие юридическое, связанное с карой и возмездием за грех. Суд – понятие по-гречески, скорее, медицинское: отделение или разделение. Разделение греха и праведности, операция по разделению живых клеток организма и пораженных раковой опухолью греха.
2) И этот вызов тем больше, что в мире, где не грешить невозможно, он дал ей заповедь идти и больше не грешить. Тем самым поставил сложнейший вопрос: как сделать невозможное? Как исполнить то, чего нельзя исполнить? Он попытался поднять человека выше его проблем, вызвать в нем поиск чего-то высшего, чем он сам.
3) Нашему миру, где у каждого хаос своих собственных понятий о том, что хорошо и что плохо, Христос противопоставил Свои, Божьи понятия о грехе и праведности.
4) Жизнь блудницы изменила любовь, любовь ко Христу, следование за Христом. Что же тогда такое истинная любовь? Это не только прощение и милость, но и живая, реальная связь с личностью Бога. Любовь – это полная самоотдача себя той личности, которую мы любим. Поэтому надо хорошо понимать, кого любить. Мы становимся похожи на тех, кого любим. Любовь Анны Карениной к Вронскому не могла ее спасти, а могла лишь погубить. Потому что Вронский – такой же грешный человек, как и сама Анна. Любовь блудницы ко Христу спасла ее от греха, потому что Христос – это могучий и сильный Бог, делящийся с любящим человеком Своей силой и могуществом.
Любовь к Богу не замыкает нас во внутреннюю келью или «нору». Наоборот, если даже любовь к одному человеку нередко меняет взгляд на весь мир, так и любовь к богочеловеку распространяется на многих людей, учит любить ближних любовью Христа, созидает Церковь, созидает Царство Божие уже здесь, на земле.

Кто из вас без греха?

Христос и грешница
«Тут книжники и фарисеи привели к Нему женщину, взятую в прелюбодеянии, и, поставивши ее посреди, сказали Ему: Учитель! эта женщина взята в прелюбодеянии; а Моисей в законе заповедал нам побивать таких камнями. Ты что скажешь? ….» * (Ин 8:3—11).
И в час позора хороша,
Как утро летом в Иудеи,
Она стояла чуть дыша
Среди надменных фарисеев.
Священный храм невдалеке
Белел под синью небосвода.
Учитель что-то на песке
Писал перстом в кругу народа.
Она смотрела на Него
Как на последнюю надежду.
Казался Он ей божеством
В простой израильской одежде.
Ползли минуты, как века,
По утонченным женским нервам.
Вдруг молвил Он: «Кто без греха,
В нее пусть камень бросит первым».
И все ушли до одного
Неслышным шагом дикой кошки.
Из прошлой жизни ничего
Не надо ей: ни бус, ни брошки.
Коснулось ласково души
Сквозь покаянные рыданья:
«Иди и больше не греши,
Мое заблудшее созданье».
14.01.2010
Ил. – В.Д. Поленов. «Христос и грешница (Кто без греха?)»
*- цитата полностью: «Тут книжники и фарисеи привели к Нему женщину, взятую в прелюбодеянии, и, поставивши ее посреди, сказали Ему: Учитель! эта женщина взята в прелюбодеянии; а Моисей в законе заповедал нам побивать таких камнями. Ты что скажешь?
Говорили же это, искушая Его, чтобы найти что-нибудь к обвинению Его. Но Иисус, наклонившись низко, писал перстом на земле, не обращая на них внимания. Когда же продолжали спрашивать Его, Он, восклонившись, сказал им: кто из вас без греха, первый брось на нее камень. И опять, наклонившись низко, писал на земле. Они же, услышавши то и будучи обличаемы совестью, стали уходить один за другим, начиная от старших до последних; и остался один Иисус и женщина, стоящая посреди. Иисус, восклонившись и не видя никого, кроме женщины, сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто не осудил тебя? Она отвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши» (Ин 8:3—11).

Училище благочестия

Покаяние грешницы

Святая преподобная мученица Евдокия, родом и верою самарянка, жила в Илиополе в царствование Траяна, и была настолько же прекрасна, насколько обесславлена своим поведением. Прельщая своей великой красотой, она многих безжалостно увлекала к погибели, собирая посредством плотской нечистоты, этого легкого способа приобретения, свое постыдное достояние. Лицо ее было настолько красиво, что и художник затруднился бы изобразить эту красоту. Повсюду шла о ней молва, и множество благородных юношей и даже представителей власти из других стран и городов стекались в Илиополь, как будто бы за другой надобностью, на самом же деле только для того, чтобы видеть и насладиться красотой Евдокии, греховными делами собравшей богатство чуть ли не равное царской казне. Однако настало время, когда избавляющая от погибели рука доброго пастыря, идущего заблудшей овцы, поспешила и к ней. Бог, «не хотяй смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему», не оставил погибающую девицу и исхитил её от соблазнов следующим образом.

Один инок, по имени Герман, возвращался через Илиополь из путешествия в свою обитель. Он пришел в город вечером и остановился у одного знакомого христианина, жившего близ городских ворот, причем комната его была смежной со стеной дома той девицы, о которой идет речь. Инок, уснув немного, ночью встал по обыкновению своему для пения псалмов и, по окончании положенного правила, сел и, взяв книжку, которую носил с собой за пазухой, надолго углубился в чтение. В книжке было написано о страшном суде Божьем и о том, что праведные просветятся, подобно солнцу, в царстве небесном, а грешные пойдут в огонь неугасимый, где будут преданы навеки лютым мучениям. В эту самую ночь Евдокия, по Божественному смотрению, была одна. Спальня, в которой она затворилась, примыкала к той стене, за которой инок подвизался в молитве и чтении. Когда начал инок свое псалмопение, Евдокия тотчас же проснулась и, лежа на постели, слушала все до самого конца чтения. Ей слышно было все, что читал инок, ибо одна только стена, и та не толстая, разделяла их, тем более, что инок читал громко. Слушая чтение, грешница пришла в великое умиление и не спала до самого рассвета, с трепетом сердечным размышляя о множестве своих грехов, о страшном суде и нестерпимой муке грешников. Как только настал день, она (под действием Божественной благодати, возбуждавшей ее к покаянию) велела позвать к ней того, кто читал ночью книгу, и, когда он пришел, спросила его:
– Что ты за человек и откуда? Как ты живешь и какая твоя вера? Умоляю тебя, скажи мне всю правду. Услышав, что ты читал ночью, я смущена, и душа моя истомилась, ибо я слышала что-то страшное и удивительное, до сих пор мне неизвестное. И если правда, что грешники предаются огню, то кто же может спастись?
Мудрый пустынножитель на всё отвечал ей смиренно, не оскорбляя самолюбия, заставил признаться в слабостях, описал гибельные плоды неправедно приобретаемых богатств и грешной жизни, ужас ада и блаженство райских обителей, раскрыл перед нею дивную силу покаяния.
Речи Германа глубоко запали в сердце Евдокии. Скорбя о грехах, в умилении поверглась она пред ногами его, говоря:
– Умоляю тебя, человек Божий, заверши то дело, что ты начал для меня, с подобающей честью и представь меня чистой Богу твоему, чтобы не стать мне посмешищем для желающих прельстить меня, а совершивши начатое дело, сподобиться блаженства чрез твое спасительное учение. Не отнимай искусной руки от приготовленной доски, пока не изобразишь во мне Христа вполне.
Герман отвечал ей:
– Пребывай, чадо мое, в страхе Господнем и, затворившись в своей горнице, молись Ему неустанно со слезами, пока Он истребит и очистит все грехи твои и даст тебе несомненную уверенность в Своей милости: благ и милосерд Господь наш Иисус Христос, скоро Он окажет тебе Свою милость и не замедлит утешить тебя Своею благодатью.
Сказав это, блаженный Герман помолился Богу, осенил Евдокию крестным знамением и затворил ее в ее спальне, обещав остаться в Илиополе для нее семь дней.
Когда Евдокия провела семь дней в посте и молитве, блаженный Герман пришел к ней и, отворивши двери, велел ей выйти из спальни. Увидевши, что она стала лицом бледна, телом исхудала, имеет смиренный взор и вообще вид ее далеко разнится от прежнего, он взял ее за руку и велел сесть. Потом, помолившись Богу, сам сел с ней и стал спрашивать ее:
– Скажи мне, чадо мое, о чем размышляла ты в эти семь дней, что ты узнала, что видела, что тебе было открыто?
Она сказала:
– Все расскажу, отче святой. Я усердно молилась все семь дней, как ты научил меня. В прошедшую ночь, когда я так же, лежа крестообразно ниц на земле, молилась и плакала о грехах своих, осиял меня великий свет, превосходящий свет лучей солнечных. Я подумала, что это взошло солнце, встала с земли и вдруг увидела светлого и страшного юношу, одежды которого были белее снега. Он, взяв меня за правую руку, поднял на воздух и, поставив на облако, повел меня к небу. И был там великий и пречудный свет, и видела я бесчисленное множество белоризцев, радующихся и улыбающихся друг другу и несказанно веселящихся. Они, увидевши, что я направляюсь к ним, встречали меня с ликованием и радостно приветствовали, как сестру. Когда же я, окруженная ими и сопровождаемая, хотела войти в эту светлую область, несравненно превосходящую светом лучи солнечные, вдруг на воздухе явился некто, страшный видом, черный как сажа, уголь и смола. Это было страшилище, превосходящее всякую черноту и тьму.
Устремивши на меня ужаснейший и яростнейший взор, скрежеща зубами и бесстыдно нападая, он пытался вырвать меня из рук моего провожатого; при этом он сильно закричал, так что голос его разнесся по всему воздуху:
– Ужели вы, – кричал он, – хотите ввести ее в Царство небесное? За что же я, усердно занимаясь на земле уловлением людей, напрасно трачу труд? Вот эта, например, всю землю осквернила блудодеянием и всех людей развратила мерзостью своего прелюбодейства. Все, что у меня было хитрости и силы, все я потратил на нее одну: я достал для нее любовников из людей благороднейших и богатейших и притом бесчисленное множество, и из растраченных на любовь ее богатств она собрала такое множество золота и серебра, какое едва ли найдется и в царских сокровищницах. Я с гордостью думал, что имею ее в своих руках, как свое победоносное знамя и непобедимое оружие, при посредстве коего я могу торжествовать над людьми, отпадающими от Бога и попадающими в мои сети. И что же теперь, ужели ты до такой ярости на меня дошел, архистратиг Божьих сил, что повергаешь меня под ноги этой блудницы? Разве гнев твой на меня еще не утолился тем, что ты мстишь мне все больше и безжалостнее с каждым днем? Ужели даже и эту мою истинную рабу, купленную мною столь дорогой ценой, ты хочешь у меня отнять? Должно быть, ничего уж не остается на земле истинно и неотъемлемо моего! Я боюсь, что ты и всех, что доселе живут, грешных, исторгнешь из рук моих, представишь Богу, как достойных быть наследниками царства небесного! Тщетны мои заботы! Напрасен мой труд! За что ты так свирепо нападаешь на меня? Оставь ярость и ослабь немного узы, коими я связан, и ты увидишь, как я в мгновение ока истреблю с земли род человеческий и даже наследников у него не оставлю. Я свержен с неба за одно только неповиновение, а ты злейших грешников, дерзнувших посмеяться над Богом и многими годами тяжко Его прогневляющих, вводишь в царствие небесное! Если тебе это так приятно, так собери лучше в один час со всех концов земли всех людей, проводящих не человеческую, а скотскую, звериную жизнь, и приведи их всех к Богу, а я скроюсь в тьму и совсем погружусь в бездну уготованных мне вечных мук.

Когда он гневно и с великою яростью говорил такие и им подобные речи, водящий меня грозно взирал на него, а обращаясь ко мне, ободряюще улыбался. И послышался голос из оного света, говорящий:
– Так угодно Богу, милосердующему о сынах человеческих, дабы грешники, если принесут покаяние, были приняты на лоно Авраамово.
И снова был голос к водящему меня:
– Тебе говорю, Михаил, хранитель Моего Завета, отведи сию жену туда, откуда ты взял ее, – пусть совершит свой подвиг: ибо я Сам буду с нею во все дни ее жизни.
И он тотчас же поставил меня в моей спальне и сказал мне:
– Мир тебе, раба Божья Евдокия! Мужайся и крепись, благодать Божья теперь с тобою и всегда будет во всяком месте.
Ободренная этими словами, я спросила:
– Господин мой, кто ты? Скажи мне, чтобы я знала, как веровать истинному Богу и как мне получить истинную жизнь?
– Я, – ответил он, – начальник ангелов Божьих, и обязан заботиться о кающихся грешниках, принимать их и вводить в блаженную и бесконечную жизнь. И велика радость бывает на небе в ангельском лике всякий раз, как какой-нибудь грешник обращается к чистому свету покаяния, ибо Бог, Отец всех, не хочет, чтобы погибла душа человеческая, которую Он издревле Своими пречистыми руками создал по подобию Своего образа. Потому и ангелы все сорадуются, когда видят человеческую душу, украшенную правдой, поклоняющуюся вечному Отцу, и все приветствуют ее, как сестру свою, ибо, отвергнувши греховную тьму, она обращается к живому Богу, общему Отцу всех сынов света, и безвозвратно к Нему присоединяется.
Сказав это, он осенил меня крестным знамением; я поклонилась ему до земли и, когда я кланялась, он отошел на небеса.
Блаженный Герман сказал ей:
– Уверься отныне, дочь моя, и более не сомневайся, что есть на небе истинный Бог, готовый принимать кающихся во грехах своих и вводить их в Свой вечный свет, где Он царствует, окруженный служителями Своего царства – святыми ангелами. Ты видела сих ангелов в том небесном свете, где ты созерцала царскую и бессмертную славу Господа нашего Иисуса Христа и убедилась, как Он предупредителен в милосердии и прощении грехов, как скоро подает Свою благодать желающим примириться с Ним; ты познала Его Божественную славу и видела Его небесный двор, полный несказанной красоты, где Он пребывает; поняла ты, как мал и ничтожен свет этого мира против небесного сияния. Что же ты еще думаешь, о чем размышляешь, скажи мне!
Блаженная Евдокия, имея непреклонное намерение служить от всего сердца своего Единому Богу, Царю славы, ответила:
– Веровала я и верую, что нет иного Бога, спасающего грешных человеков, кроме Того, небесные врата Коего, блистающие неизреченным светом, я видела.

После этого видения Евдокия как бы разрешилась от уз плоти: приняла святое крещение, всё своё богатство через благочестивого епископа раздала нищим и вскоре удалилась в один из девичьих монастырей, где так преуспела в добродетелях, что через одиннадцать месяцев стала игуменьей. Она сотворила множество чудес, смягчала сердца тиранов, воскрешала мёртвых, поражала молнией мучителей христианства, крестным знамением убивала змей и, наконец, приняла мученический венец смиренной агницы Христовой в царствование Антонина. Благословенна память преподобномученицы Евдокии, примера истинного покаяния!

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна