Храм зачатия Анны

Церковь освящена 24-го апреля 1770 года.
ЛЕТОПИСЬ церкви Иоакима и Анны села Долгое, Курского уезда, составленная дьяконом Никитою Матвеевичем Колмаковым.
Приступая к описанию церкви Иоакима и Анны, я был побуждаем тем, что немногие из служащих при церкви Иоакима и Анны могут знать начало и причину основания сей церкви. Я же будучи потомком моих предков, до устроения сей церкви служащих в Коренском Рождество-Богородицком монастыре до отхода прихожан от экономии монастыря, находясь на должности дьякона при церкви Иоакима и Анны, многое читал, многое слышал от стариков о церкви, вздумал передать потомству. Приступая к изложению летописи, необходимо разделить оное на три периода: первый до основания церкви Иоакима и Анны и служения моих предков в монастыре; второй от основания церкви Иоакима и Анны, бывшей деревянной, основанной в XVII в.; третий от основания и устройства настоящего каменного храма. – Господи благослови молитвами св. Богоотец Иоакима и Анны!
Глава первая, первого периода.
Приступая к описанию сей главы необходимо объяснить, что церкви Иоакима и Анны существом своим тесно соединена с существованием Коренского Рождества-Богородицкого монастыря: как рождество Богородицы было от родителей ее Иоакима и Анны, так и храм ее во имя родителей ее должен находиться близь храма во имя Рождества Богородицы или явления ее Иконы Знамения Богородицы явившейся в дикой лесной местности в XIII столетии. В том же столетии овладели Россией татары и, рассеявшись по разным ее сторонам, явились и в Курск и достигли места явления Иконы в лесной стороне; увидев здесь священника Боголепа, взяли его в плен, часовенку, в коей была обретена на корне Икона Знамения Богородицы, сожгли, а саму Икону рассекли надвое и раскидали в разных сторонах от леса по дороге в Курск. Прибывший к хану посол от царя, увидев в плену священника Боголепа выкупил его. Боголеп, придя на место явления Иконы и не видя ее, помолился со слезами Господу и обратился на искание Иконы; в одном месте увидел он замечательный куст травы, от прочих отличный, скученный кругом, подходит к нему и видит посреди оного половину Иконы; познав от сего, что Икона татарами расколона, восплакался горько и возложив упование на Матерь Божию, взяв с собою найденную половину Иконы, отправился далее на поиски другой половины. Пройдя довольно долго по следам их поганых, большую часть ее обращал взор, чтобы увидеть подобный первому кусту травы, как знак и хранилище неоцененного сокровища второй половины Иконы. Пройдя более версты к Курску, видит в дремучем лесу подобный куст, бросился с неописанной радостью к нему, видит в средь его лежащую вторую половину Иконы и, облобызав оную от чистого душевного чувства, сложил обе половины и – о чудо! – явилась цельная, как была прежде, Икона Знамения Пресвятой Богородицы. Господу угодно было прославить Икону Пресвятыя Богородицы и саму местность, где обретены половины расколотой иконы: таковыми местностями оказываются, во-первых, место построения храма Рождества Пресвятой Богородицы в Коренной пустыни, во-вторых – в селе Долгом – место, где в настоящее время существует каменный столб, как указатель престола бывшего деревянного, существовавшего с XVII столетия, храма во имя родителей Богоматери Иоакима и Анны, которая находится невдалеке от каменного храма, ближе к селу Долгое и к тому дубу (Дуб этот остался до последних дней), который, как свидетель, остался от того леса, в котором найдена была другая половина Иконы. И само построение храма во имя родителей Богоматери доказывает истину сего. Неисчислимо количество храмов во имя Пресвятой Богородицы, но едва ли сотая часть оных по всей пространной России имеется в честь родителей ее Иоакима и Анны. Как в земной жизни Пресвятая Богородица не отлучалась от своих родителей, так и этим чудодейственным указанием соблаговолила назначить место и вложить мысль строителям быть храму во имя родителей Иоакима и Анны. До времени устроения храма, в селе Долгом крестьяне обращались в монастырь для молитвы и там совершались таинства брака и отпевания умерших, и прочие христианские требы совершали мои предки: священник Карнилий Саввич Колмаков и священник Савва Колмаков. Тем и должен кончится первый период означенной летописи, в которой по возможности выяснилась причина основания храма во имя родителей Богородицы Иоакима и Анны и на том ознаменованном чудом месте, а не каком либо другом.
Период второй, глава вторая.
Приступая к описанию второго периода сей летописи, т.е. от устроения храма Иоакима и Анны и отделения к ней отчисленных от монастыря экономических крестьян живших в разных местностях, а именно: в Долгом, Тазово, Жерновце, Будановке, Служне, Мощенке, я не берусь писать историю монастыря, а только подходящее к моей цели и потому скажу о времени построения церкви и о ее наружном и внутреннем устройстве. Когда начала строиться церковь, с достоверностью сказать невозможно.
Так как вопрос о времени построения церкви в селе Долгом, во имя св. Богоотец Иоакима и Анны благодаря архивным справкам нам удалось разрешить точно и определенно, о чем речь у нас будет ниже, то дальнейшие соображения летописца на этот счет, как не имеющие особой цены гадания и предложения мы опускаем.
Церковь устройством своим имела вид прямого четырехугольника, сделана была из разного леса, ошелевана и окрашена красной краской, почему и называем красной церковью.
____________________________________
О личности летописца нам известно, что он действительно сторожил села Долгое, проходил должность дьякона при церкви Иоакима и Анны в селе Долгом с 1841 года по 1881 г.; и так как нынешний каменный храм устроен в 1864 году, то, следовательно, дьякон Никита Колмаков служил в прежнем деревянном храме в продолжение 23-х лет, из предков летописца мы имеем сведения о священнике Игнатие Колмакове, который священствовал в селе Долгое во второй половине XVIII в. В архиве Рождество-Богородицкого Коренского монастыря, в реестре входящих бумаг 1772 года мы отыскали такую запись: “священники села Долгое Игнат Колмаков и Дмитрий Попов назначаются в Коренской монастырь на труды поочередно без воспрещения священнодействия”. О других предках летописца, которые жили гораздо раньше построения отдельного храма в селе Долгое и были белыми священниками при монастыре, это именно священники Савва и Карнилий Колмаковы, архивных указаний отыскать нам не удалось, а это было бы важно в интересах установления преемственности преданий о нахождении половины Иконы в селе Долгое. Что касается времени устроения прежней деревянной церкви, или, как летописец называет ее, “красной церковью” и возникновения которой он относит к XVII столетию, то этот вопрос документально разрешается следующим “доношением”, добытым нами в архиве Курской Духовной Консистории. Приводим его в подлиннике, с сохранением орфографии:
“Великому Господину Преосвященному Луке, Епископу Белгородскому и Обоянскому из Курского Богородичного Знаменского монастыря
ДОНОШЕНИЕ
Епархия Вашего Преосвященства онаго Курского Богородичного монастыря имеется приписанная Коренская Рождественская пустынь, при которой находятся два белых священника с приходскими того монастыря пяти деревень крестьян, а именно деревни Долгой, Служни, Будановки, Тазовой, Жерновца, которым священникам с их приходами при означенном монастыре быть весьма неприлично, понеже через то монастырю и братии многия бывают беспокойства и за теснотою места умерших телес погребать негде, и для того на общем с братиею приговору желает построить оным деревням особую приходскую деревянную церковь в деревне Долгой во имя святых и праведных Богоотец Иоакима и Анны, при которой чтобы и оба белые священники были, на которую церковь материала и прочий кошт имеется в готовности. Того ради Ваше Преосвященство обще собрание покорнейше просим о закладовании и о строении в показанной деревне Долгой вновь под именем выше означенных святых деревянной церкви архипастырское рассмотрение и указ учинить. Августа 14-го дня, 1756 году. Архимандрит Гедедеонъ”.
Что означенная церковь была построена и освящена об этом говорит нам следующий “репортъ”:
“Великого Господина Преосвященного Самуила, Епископа Белгородского и Обоянского в Консисторию Курского духовного Правления Управителя священника Федора Колмакова.

Храм Зачатия праведной Анны

Церковь Зачатия праведной Анны что в Углу

Топонимическое определение храма во времени менялось. Храм именовался: «что на Востром конце» (1493), «что за Соляным рядом» (1622), «что у городовой стены в углу» (1657), «что в Китай-городе на Берегу» (1677) и, наконец, «что в Китае в Углу» с указанием близости крепостных стен и угловой башни Китай-города. В настоящее время эта часть Китайгородской стены отсутствует и ее заменяет пересечение Москворецкой набережной и Китайгородского проезда.

Первое упоминание в летописях о церкви Зачатия Прав. Анны относится к 1493 г. в связи с большим московским пожаром, который за несколько часов обратил в пепел весь город. «Того же месяца в 7 часов дни июля в 28 в неделю загорелась церковь от свечи св. Никола на Песку . Из города торг загорелся и оттоле посад выгорел возле Москву – реку до Зачатия на Востром конце и по Васильевский луг, и по Святые на Кулишке а летописец и старые люди сказывают: как Москва стала, таков пожар на Москве не бывал» (68)

Острый конец – место у Москвы-реки, которое углом выдавалось в болотистый Васильевский луг и обладало, видимо, особыми привлекательными качествами. Еще И.М. Снегирев предполагал, что церковь основана Вел. кн. Марией Ярославной, супругой Василия IIТемного. По другой версии, храм построен Вел. кн. Иоанном III после строительства Успенского собора Московского Кремля.

Ярко выраженной особенностью храма является т. н. крещатый свод (69). Долгое время считалось, что при пожаре 1547 года первоначальный белокаменный свод обрушился и в ходе восстановительных работ был заменен крещатым сводом, выложенным из кирпича. (Тогда же, кстати, фасады храма получили завершение в виде трехлопастной арки). Однако, в ходе реставрационных работ, проведенных Л.А. Давидом в 1954–1957 гг., было установлено, что крещатый свод был устроен первоначально. Правда, не ясно, какой храм упоминает летописец, описывая пожар 1493 года – каменный или деревянный. Если принять версию С.В. Заграевского (сын одного из самых оригинально мыслящих архитекторов-реставраторов XX в. В.В. Кавельмахера) о том, что крещатый свод – гениальное открытие московских мастеров и первый такого рода памятник – храм Св. мч. Трифона в Напрудном, то храм Зачатия Прав. Анны является уникальным шедевром, стоящим в этом ряду и датировать его нужно 1480 годами (70). Древнее ядро храма – кубический объем с полукруглой апсидой на сводчатом подклете, перекрытый крещатым сводом и увенчанный стройным барабаном с полуциркульными кокошниками в основании и изящной аркатурой. Подклет главного храма и его стены до пят свода – белокаменные, верх церкви сложен из маломерного кирпича. Фасады расчленены на три части лопатками. Оформление фасадов храма, его стройные пропорции, точность классических профилей говорят о влиянии построек итальянских мастеров, в частности Алевиза Нового.

Первоначальное покрытие церкви было из черной лощеной черепицы. Во время польско–шведской интервенции церковь была разграблена и сожжена. Средства на ее восстановление выделил Царь Михаил Федорович. Храм почитался в семье первого Царя из Династии Романовых. Когда у Государя родилась дочь Ирина (будущая крестная мать Петра Великого), к расположенному рядом с Зачатьевским храму Свт. Николая Чудотворца что в Углу, был пристроен придел Вмц. Ирины. Известно, что Царицы молились здесь о выздоровлении больных детей.

Дата постройки существующего южного придела Вмч. Мины (71) также неизвестна. Строительство первого, по-видимому, деревянного придела связывают с важнейшим событием в истории Руси – освобождением от татаро-монгольского ига. Именно в день памяти вмч. Мины – 11 ноября 1480 года – завершилось «Стояние на Угре». Каменный придел Св. Мины, построенный около 1617 года, связан с именем кн. Димитрия Михайловича Пожарского, который воздвиг его в память освобождения Москвы от польско–литовских интервентов. На колокольне храма вплоть до разорения в XX в. висел колокол, пожертвованный князем на помин своих родителей (72). По другой версии, изложенной священником Зачатьевской церкви о. Александром Орловым, князь Д.М. Пожарский возвел не придел Св. Мины, а самостоятельную одноименную ружную церковь с приделом Девяти мучеников Кизических (73). Этот храм примыкал к Зачатьевскому храму с юга и стал ее приделом лишь после перестройки 1752 года на средства купеческой вдовы Параскевы Матвеевны Замятиной. 22 апреля 1635 г. Патриарх Филарет отпевал здесь инокиню Агапию (Шипову), а 2 марта 1637 г. отпевал жену Ивана Петровича Шереметева (74). Под 1638 г. упоминается придел Зачатьевского храма в честь вмч. Никиты (75).

Северный придельный храм Св. вмц. Екатерины связывают с рождением дочери Царя Алексея Михайловича – Царевны Екатерины. Придел был выстроен в 1658 году.

Галерея – гульбище храма построена между 1617 и 1668 гг. В московский пожар 1668 года храм вновь пострадал. До 1699 г. храм получал ругу – 38 рублей в год (76). В 1752 году на средства П.М. Замятиной к северо – западу от храма с примыканием к гульбищу возвели двухъярусную колокольню.

В 1757 году на средства прихожан перестроили придел Девяти мучеников Кизических, который освятили в 1763 году.

Храм сильно пострадал в 1812 году. Картина разорения видна из донесения благочинного Китайского сорока прот. Иоанна Платонова. Вот лишь выдержка из него: «Иконостасы и в них святые иконы целы. Но оклады оплечья сребреныя и позлащенные убрусы из жемчугу и других каменьев снизанные также привесы златыя и финифтяные все с них ограблены. . Утварь церковная лучшая вся похищена.. Священно и церковнослужительских собственных домов не осталось.

А церковный каменный двухэтажный дом для жительства священнику с причтом представленный весь вызжен. Приходских 8-мь дворов созжены. Иконостасы и в них святыя иконы целы. Но оклады оплечья сребреныя и позлащенныя убрусы из жемчугу и других каменьев снизанные также привесы златыя и финифтяные все с них ограблены» (77).

Уже 27 ноября 1812 года был освящен придел Вмц. Екатерины, а в июле 1813 года были освящены престолы Зачатия Прав. Анны, Вмч. Мины и Девяти мучеников Кизических (с выдачей нового антиминса на Зачатьевский престол.)

В XIX в. храм неоднократно перестраивался, ремонтировался и обновлялся.

До 1917 года часть церковной земли с находившимися на ней строениями сдавалась в аренду. В строениях располагались небольшие кустарные мастерские и торговые лавки. Большинство проживающих в приходе церкви составляли купцы, мещане, ремесленники (т. н. цеховые) и крестьяне. Крупными жертвователями были прежде всего купцы. Так, староста храма, московский купец Артамон (Автоном?) Соколов перед смертью (†1832) завещал 30 тыс. руб., проценты с которых пошли на нужды храма, а также 25 тыс. руб. на улучшение содержания местного причта. Новый староста, купец 1-й гильдии Егор Скворцов только за 6 лет (1833-1839) пожертвовал более 3-х тыс. руб. (78).

Количество прихожан постоянно росло. Если накануне Реформы 1861 г. это число составляло 464 чел. (79), то к 1899 г. оно возросло до 875 чел. (80).

Выдающийся русский историк И.М. Снегирев часто посещал этот храм (его супругу звали Анной) (81).

В приходе церкви Зачатия Прав. Анны родился писатель И.А. Белоусов (82), в доме купца В.В. Варгина (83), где его отец держал портновскую мастерскую. Он учился грамоте у церковного дьячка, а потом с помощью псаломщика ц. Николы Мокрого (не сохр.) готовился к поступлению в Первое московское городское училище в Ипатьевском пер., где проучился с 1875 по 1880 гг. Иван Белоусов оставил интереснейшие воспоминания о старой Москве, и в частности о Зарядье (84).

В начале 1930-х гг. храм закрыли и разорили. В апреле-мае 1922 г. из храма вывезено 4 пуда 25 фунтов серебра (в том числе золото и бриллианты) (85). До его закрытия сохранялось много икон XVI в., особенно в иконостасе главного храма. На колокольне висел колокол 1547 года с французской надписью, попавший сюда скорее всего через Колу в 1566 году вследствие иконоборческого движения в Нидерландах.

С 1930-х гг. в помещении церкви расположился производственный цех химического завода Молотовского Райпролеттреста, для чего в главном храме сделали межэтажные перекрытия, а в западной стене и в наружной стене северного придела пробили новые оконные проемы.

В 1943 – 1948 гг. по заданию Академии архитектуры СССР арх. А.С. Фуфаев исследовал и обмерял храм. В процессе этих исследований под поздним слоем штукатурки и росписей найдены остатки древней фресковой живописи.

В 1953 году здание церкви передали Всероссийскому обществу слепых (ВОС), которое и стало основным заказчиком на работы по его исследованию и реставрации.

Основная цель реставрационных работ, законченных к 1958 году (главный архитектор проекта Л.А. Давид, старшие архитекторы Б.Л. Альтшуллер и С.С. Подъяпольский), — выявление древнего ядра храма с сохранением приделов и галереи XVII века. Но разборка в соответствии с проектом колокольни XVIII в. и придела Девяти мучеников Кизических стала предметом критики историков. Помещения храма были приспособлены под отделы музыкально-эстрадного объединения ВОС.

В соответствии с Постановлением Совета Министров РСФСР от 30 августа 1960 года здание церкви было принято на государственную охрану как памятник архитектуры (охранный № 62/арх) и передано на баланс Глав АПУ. В 1970-е гг. в храме располагались конторские помещения и службы клуба автомототуристов; в начале 1980-х гг. – отдел теплоходных экскурсий и прогулок Совета по туризму и экскурсиям Пролетарского района Москвы. В 1990 году здесь находился Диспетчерский отдел Московского городского объединения «Турист». В 1994 году в храме возобновлены богослужения.