Картины с иисусом

Как Христа изображали русские художники

1. Александр Иванов. Явление Христа народу. 1837—1857

Александр Иванов/Третьяковская галерея

Над этой картиной художник работал в течение 20 лет. Ее масштабы (5.4 × 7.5 м) не позволяли выставить ее ни в одном зале Третьяковской галереи, так что пришлось даже сделать небольшую пристройку.

2. Карл Брюллов. Христос во гробе. 1840-е

Карл Брюллов/Русский музей

С этой картиной связан громкий скандал. Брюллов написал ее по заказу одного графа, который вывез ее в Германию. После смерти владельца творение передали в один из православных храмов в Европе, на ней не было подписи и никто не знал, что это шедевр.

В 2002 году община церкви продала картину коллекционерам, которые вывезли ее на экспертизу в Русский музей. Там признали авторство Брюллова и ФСБ конфисковало ценное произведение искусства. Правда, верховный суд постановил вернуть картину владельцам-коллекционерам.

3. Николай Ге. Тайная вечеря. 1863

Николай Ге/Русский музей

Николай Ге писал много религиозных сюжетов, особенно известен его «Страстной цикл», повествующий о последних днях жизни Христа, распятии и воскресении. Художник отходит от канонов в изображении последней трапезы Христа с учениками. Критики ругали Ге за неубедительность, но картину купил император Александр II, и сейчас она хранится в Русском Музее в Петербурге.

4. Иван Крамской. Христос в пустыне.1872

Иван Крамской/Третьяковская галерея

Одно из самых известных изображений Христа в русской живописи и одна из первых попыток показать его как человека. Он не святой, которого искушают со всех сторон злые силы, он обычный сомневающийся человек. Особенно искусствоведы отмечают центр картины — собранные в замок напряженные руки Христа.

5. Василий Поленов. Христос и грешница. 1888

Василий Поленов/Русский музей

Эту картину Поленов считал работой всей жизни. Для того, чтобы правдоподобно изобразить и Христа и пейзажи Иудеи, художник несколько лет путешествовал по Ближнему Востоку и делал десятки эскизов и зарисовок. Основная задача была показать Христа как обычного человека.

6. Василий Поленов. Исполнялся премудрости. 1896—1909

Василий Поленов/Нижегородский государственный художественный музей

Позже напишет целую серию картин «Из жизни Христа», проследит его путь от мальчика, который набирается мудрости у старейшин — и до Нагорной проповеди, когда он сам принимается учить.

7. Иван Айвазовский. Крещение. 1890-е

Иван Айвазовский/Феодосийская картинная галерея имени И.К. Айвазовского

Мы привыкли видеть у Айвазовского сплошное море, шторм и корабли. Но и он не прошел мимо религиозных сюжетов.

8. Николай Ге. Что есть истина? 1890

Николай Ге/Третьяковская галерея

Еще одно дерзкое отхождение от традиций религиозной живописи Ге продемонстрировал в сюжете разговора Христа с Понтием Пилатом после ареста. Ге помещает сына божьего во тьму (когда обычно он светится), а также изображает потрепанным, невыразительным и даже жалким. В то время как Пилат явно выглядит победителем.

9. Архип Куинджи. Христос в Гефсиманском саду. 1901

Архип Куинджи/Воронцовский дворец-музей

Куинджи более всего известен как пейзажист и его картины можно отличить по невероятной работе со светом. В этой библейской композиции он подсвечивает Христа лунным сиянием, противопоставляя тьме вокруг него.

10. Илья Репин. Воскрешение дочери Иаира. 1871

Илья Репин/Русский музей

Это дипломная работа на заданный сюжет, которую Репин писал в Академии Художеств. Художнику удалось передать напряженный момент за секунду до того, как случится библейское чудо воскрешения. За картину, кстати, он получил золотую медаль. Позже образ Христа эволюционирует у Репина до более реалистичного и даже постимпрессионистского.

11. Михаил Врубель. Христос в Гефсиманском саду. 1887–1888

Михаил Врубель/Третьяковская галерея

Известный изображением темных демонов, модернист Врубель писал и святых духов, пророков и даже расписывал храмы. В Третьяковской галерее в Москве хранится вот такой угольный рисунок художника.

12. Михаил Нестеров. Святая Русь. 1901-1906

Михаил Нестеров/Русский музей

Михаил Нестеров также много расписывал храмы и оставил многочисленные эскизы на библейские сюжеты. Из-под его кисти выходили архангелы, Богоматерь, святые, монахи и конечно, Иисус Христос. На его программной работе “Святая Русь” Спаситель благословляет нуждающихся и страждущих русских.

Иисус Христос в живописи

Альбрехт Альтдорфер.
«Представление Христа в храме».
1506-1538.

Да, всё, что проповедовал Христос, было искажено на Никейском вселенском Соборе в 325 году. Где, кстати, впервые голосованием Иисус Христос был провозглашен Богом.

Летописные извращения пророчеств Христа отобразил в «Мастере и Маргарите» М. Булгаков. Смысл этого гениального произведения раскрыт в работе Внутреннего Предиктора «Мастер и Маргарита – гимн демонизму? Либо Евангелие беззаветной веры». На допросе у Понтия Пилата Иешуа свидетельствует по поводу летописцев, подобных Левию Матвию: «…ходит один с козлиным пергаментом и непрерывно пишет. Но я однажды заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там написано, я не говорил». Вот в таких летописцах–евангелистах и кроется секрет, что церкви имени Христа, извратив его истинные заветы, уже две тысячи лет насилуют человечество расколами и кровавыми распрями, сами расколовшись на многочисленные направления и секты. Вот уж, поистине разделяй и властвуй.

В. Ефимов. «Прозрение».

* * *

Франсуа Буше.
«Мадонна с младенцем Христом и маленьким Иоанном».

Как-то в Польше, мне в руки попала пергаментная страница из какой-то старой книги. На ней было изображение и надпись, на польском или чешском языке. Она меня сильно поразила, на ней был нарисован Езус со свитком в руке, за его головой диск Луны (даже со следами кратеров), а ниже надпись «Езус – сын Ксёнджица» («Иисус – сын Луны»), я был поражён этим, словно молнией.

✫ На иконах, диск за головой Езуса имеет полосы, напоминающие перевёрнутую букву «Т». Так выглядят полосы на корпусе Луны, сейчас не видимые под слоем защитного грунта. На царской державе они хорошо видны, на шаре горизонтальная полоса стыкуется с вертикальной полосой, в её полярной точке находится крест. ✫ Езус (на латыни «Esus») в мифологии кельтов бог Гневный он требует ЖЕРТВ ПОВЕШЕННЫХ НА ДЕРЕВЕ (распятых). На старых барельефах, Езус изображается с топором, рубящим Древо Жизни. Езус был общегалльским богом войны и смерти. Как вы уже знаете, Цвернунн на латыни означает «рогатый» (как месяц?) – это имя Бога у кельтов Галлии, ряд исследователей считают его воплощением бога Езуса. (2 т. стр. 617, стр. 430 «Мифы народов мира»)

Владимир Пятибрат. «Глубинная книга».

* * *

Герард Давид.
«Мадонна кормит младенца Иисуса кашей».

Рядом с рассказом об изготовлении Иисусом престола помещено описание того, как Иисус в детстве делал из мокрой земли разные изображения животных, а затем заставлял их ХОДИТЬ. Данный сюжет был очень популярен в средневековых сказаниях о Христе. Он встречается много раз в различных текстах и разных вариантах.

Г. В. Носовский, А. Т. Фоменко. «Царь славян».

* * *

Винченцо Фоппа.
«Мария с книгой и благославляющим мальчиком-Христом».

Иисус от имени и поручению бога-творца излагает сценарий недалёкого будущего, которое ждёт человечество. ✡ (Лук.12:50-56) 51. Думаете ли вы, что Я пришел дать мир Земле? Нет, говорю вам, но разделение. 52. Ибо отныне пятеро в одном доме станут разделяться, трое против двух, и двое против трех: (53) отец будет против сына, и сын против отца; мать против дочери, и дочь против матери; свекровь против невестки своей, и невестка против свекрови своей. (Матф.10:30-35) 34. Не думайте, что Я пришел принести мир на Землю; не мир пришел я принести, но меч, 35, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. (2 Пет.3:10). Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же разгоревшись, разрушатся, Земля, и все дела на ней сгорят. Матф.10:34. ✡

Владимир Пятибрат. «Глубинная книга».

* * *

Луини.
«Мадонна со спящим Христом и три ангела».

…из очень редко приводимых слов Христа, записанных у евангелиста Луки, глава XII, стихи 49-53, и с которыми никак не управятся моралисты, рационалисты и вообще вынимающие метафизику из христианства, оставляя его при одних «прекрасных словах»:

«Огонь пришёл Я низвести на землю: и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!

Крещением должен Я креститься, и как Я томлюсь, пока сие совершится!

Думаете ли вы, что Я пришёл дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение.

Ибо отныне пятеро в одном доме станут разделяться, трое против двух и двое против трёх.

Отец будет против сына и сын против отца, мать против дочери и дочь против матери, свекровь против невестки своей и невестка против свекрови своей».

Василий Розанов. «Тёмный Лик».

* * *

Сандро Ботичелли.
«Мадонна «Magnificat». Мария с младенцем Христом и пятью ангелами».

Сделаю небольшое отступление, и покажу, как относились к глашатаю бога – Иисусу в языческий и переходный период в Грузии. Сказка в сокращении «Бог и Христос». ✫ РАНЬШЕ ХРИСТОС И БОГ БЫЛИ ВЕРНЫМИ БРАТЬЯМИ. Однажды бог сказал ему; мол, обойди мир, посмотри как, да что. Увидел посланец Небес, что завёл пастух стадо в ущелье и если пойдёт дождь погибнет всё стадо. Удивился Христос, подошёл к пастуху и говорит: – Победы тебе пастух! – Будь победителем, – отвечает пастух. – Что же ты добрый человек, не нашёл другого места для отары, ведь если будет дождь погибнут овцы, – сказал Христос. – Herr с тобой, – засмеялся пастух (напоминаю; Herr – Господь) видно делать тебе нечего. Как же им погибнуть, в эту Луну даже капельки росы не выпадает, а позже перегоню отару в другое место. Вернулся обиженный Христос на Небо и рассказывает богу (Херу) про пастуха, который посмеялся над ним за его совет. «Когда я сказал, что первый же дождь погубит всё стадо в этом ущелье, то пастух мне со смехом ответил, что в этой позиции Луны, не может быть дождя совсем» – сказал Христос. Посмотрел бог в расписание; и в правду, не будет дождя в эти дни. – Раз обидел он тебя, напущу на него ливень этой же ночью, – сказал бог. К вечеру стал греметь гром, пастух СРАЗУ СМЕКНУЛ К ЧЕМУ ЭТО, и перегнал стадо. Вода от проливного дождя с рёвом рванулась по ущелью, смывая всё на своём пути. На утро Бог посылает Христа посмотреть, что стало с пастухом. Сошёл с Неба Христос, вновь увидел пастуха пасущего стадо. – Ну что, ты ведь говорил, что не будет дождя при этой Луне – сказал Христос пастуху. – НЕ ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ ДОЖДЯ, БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ ДОНОСЧИК! ЕСЛИ БЫ ТЫ НЕ НАКЛЕВЕТАЛ БЫ БОГУ НА МЕНЯ, НЕ ЗНАЛ БЫ ОН НИЧЕГО, И ДОЖДЯ БЫ НЕ БЫЛО!

Вот как люди разговаривали раньше на Кавказе с засланцами бога. Как уже говорилось, погодой управляет Луна, вернее Судьба. Управляемые дожди, ураганы, засухи, не проблема для Луны, – это привычные инструменты власти. ✫

Владимир Пятибрат. «Глубинная книга».

* * *

Виттор Карпаччо.
«Мария и Иоанн Креститель, поклоняющиеся младенцу Христу».

Леонардо да Винчи.
«Св. Анна с Марией и младенцем Христом».

Леонардо да Винчи.
«Святая Анна с Марией, младенцем Христом и Иоанном Крестителем».
Около 1500.
Национальная галерея, Лондон.

Шарль Лебрен.
«Святое семейство со спящим младенцем Иисусом».

Василий Григорьевич Перов.
«Христос и Богоматерь у житейского моря».

Джон Эверетт Милле.
«Иисус в родительском доме (Мастерская плотника)».

Мастер из Алкмара.
«Отрок Христос среди израильских учителей».
Панель алтарной композиции.
1520-1535.

Иисус в храме Иерусалимском

Мария, Иосиф и двенадцатилетний Иисус на Пасху были в Иерусалиме. Они каждый гол ходили туда на праздник. На обратном пути мальчик отстал, и родители думали, что он идет с родственниками или знакомыми, но вечером нигде не смогли его найти, и пришлось им вернуться в Иерусалим.

Иисуса они отыскали в храме среди учителей. Он слушал, что они говорят, и задавал вопросы.

— Что же ты делаешь с нами? – спросила мать. – Мы с отцом искали тебя и очень волновались.

— Зачем вам было искать меня? Неужели не ясно, что я должен быть в доме Отца моего?

Но родители не поняли его слов.

Вернулся с ними Иисус в Назарет и с тех пор был послушен.

«Библейские легенды». Дербент, «Интерэкспресс». 1992 год.

* * *

Джованни Серодине.
«Христос, проповедующий в храме».

Василий Дмитриевич Поленов.
«Христос среди учителей».

Франсиско де Сурбаран.
«Отрок Иисус, созерцающий терновый венец».

Назаретян не упомянул Иисуса Христа в числе пророков Осевого времени по одной простой причине. Именно эту причину я и высказал главному редактору журнала «Огонек» Владимиру Чернову, когда он, человек верующий, сказал мне:

– Саша! С верующим Минкиным вы расправились блестяще. Но вот со мной вам расправиться не удалось бы! Потому что я задал бы вам простой вопрос: вот были тысячи всяких пророков, но почему-то история донесла до нас только имя Христа. Именно его имя повторяют и помнят люди. Не кажется ли вам, что это не случайно?

– Конечно, не случайно! – ответил я. – Народ любит попсу. Дело в том, что Христос – попсовик-затейник. Один из основоположников массовой культуры – и в этом его слабость и заслуга. Христос – человек, который решил распространить учение элиты на массы. Естественно, после этого учение несколько проиграло в качестве. Но приобрело в количестве. Недаром многие исследователи называют христианство религией маргиналов. Христос ориентировался на социальные низы – мытарей, прокаженных, проституток и прочий сброд. С этой точки зрения учение Христа – деградация, спад Осевого времени. То, что раньше Сократ и прочие мудрецы предлагали избранным – элите общества, не рассматривая рабов и простолюдинов в качестве носителей мудрости, Христос распространил на широкие массы. В этом его заслуга. И его поражение. Поскольку подобное расширение социальной базы не обошлось без смысловой редукции.

В плане нравственном Христос ни в какое сравнение не идет ни с Сократом, ни с Конфуцием. Христос – это ухудшенный вариант Заратустры. Революция Осевого времени во многом была связана с отказом от антропоморфных богов. Боги перестали быть похожими на людей. Поэтому у Сократа и Конфуция вся логика – принципиально иная, не апеллирующая к Богу. Главный их постулат: мудрому не нужен закон, у него есть разум… А у Христа идет опять возврат к антропоморфному Богу-отцу, к примитивной богобоязненности, А где богобоязненность, там нет места совести. Совесть может жить только в сосуде, свободном от страха… Впрочем, это не удивительно: Христос ориентирован на примитивную личность – раба, варвара. А рабы и варвары не привыкли видеть мир без Хозяина и Отца… Они инфантильны, они примитивны.

Александр Никонов. «Апгрейд обезьяны».

* * *

Андреа дель Вероккьо.
«Крещение Христа».

Иоанн крестит Иисуса

На пятнадцатом году правления римского императора Тиберия начал Иоанн, сын Захарии, проповедовать и крестить людей в Иордане. И потому прозвание получил Иоанн Креститель. Носил он одежду из верблюжьей шерсти и кожаный пояс, а питался кузнечиками и диким медом.

Люди приходили к Иоанну со всех сторон и рассказывали ему о своих грехах. Когда приходили к нему саддукеи и фарисеи, Иоанн им говорил:

— Порождение ехидны! Почему вы бежите от будущего гнева? Вот уже и топор лежит у корней сухого дерева. Всякое дерево, не приносящее плод, срубают и бросают в огонь.

— Что делать нам? – спрашивали люди.

— У кого две одежды, поделись с неимущим: у кого есть пища – дай голодному.

Приходили к нему мытари – собиратели пошлин.

— Не берите лишнего, — говорил им Иоанн Креститель.

— Не Христос ли ты? Не помазанник Божий? – спрашивали люди.

— Я крещу вас водой, но идет за мной тот, ремень обуви которого я не достоин развязать. Он будет крестить вас Духом Святым и огнем.

И пришел к Иоанну Иисус, чтобы креститься.

— Не тебе, а мне надо креститься от тебя, сказал Иоанн.

— Оставь это. Нам надлежит поступать по справедливости, — молвил Иисус.

Как только вышел Иисус из воды, увидел Иоанн Креститель Духа Божия, слетающего на Иисуса в виде голубя, и голос послышался с небес:

— Ты сын мой возлюбленный, в тебе мое благословение.

«Библейские легенды». Дербент, «Интерэкспресс». 1992 год.

* * *

Иоахим Патинир.
«Крещение Христа».

Пьеро делла Франческа.
«Крещение Христа».

Рогир ван дер Вейден.
Алтарь Иоанна Крестителя.
«Крещение Христа».

Хусепе де Рибера.
«Крещение Христа».

Якопо дель Конте.
«Крещение Христа».

Андрей Рублёв.
«Крещение Христа».
Благовещенский собор Московского Кремля.

Александр Андреевич Иванов.
«Явление Христа народу».
1837-1857.

То был отрывок из произведения раннехристианской литературы — «Церковной истории» Евсевия. Автор «Истории» епископ Кессарии Палестинской жил в III-IV столетиях. Евсевий записывал древние предания. Одно из них еще раньше попало в письменность на сирийском языке. Знаменитый историк включил его в свое написанное по-гречески сочинение. Это предание послужило основанием установления праздника Нерукотворного Спаса (16 августа) и попало в греческий, а через него в славянский Пролог.

Во времена, повествует предание, когда «учитель праведный» проповедовал в палестинских пределах, в Едессе — маленьком, языческом княжестве на юге Месопотамии — правил тяжело больной князь по имени Авгарь. Мучительная его болезнь была неизлечима. Он слышал, что в земле иудеев появился проповедник, которого одни считают великим пророком, а другие божественным сыном. Этот необыкновенный человек творит исцеления единым только словом или прикосновением. До Авгаря дошли также слухи, что Иисус гоним и ненавидим иудеями. Авгарь пишет ему в письме: «Слышу же и то, господин, как иудеи ропщут на тебя и хотят тебя убить». Поэтому князь приглашает Иисуса поселиться в своих владениях, в городе Едессе — «есть бо град мой мал, но людие в нем добрии».

Гонец князя Анания, которому поручено отнести в Иерусалим это послание, по роду своих занятий художник. Ему дано от Авгаря еще одно поручение — тайно, поскольку у иудеев не допускается человеческое изображение, написать на полотне портрет — «да напишет образ Исусов отай на плащанице». Придя в Иерусалим и войдя в помещение, где проповедовал окруженный народом учитель, встал Анания в незаметном месте поодаль и начал рисовать. Но, к великому его недоумению, он не смог «постигнути воображения» Христа. И вдруг «Исус воззва и глаголя: Анание, Анание, Авгарев посоляаче, дай же мне плащаницу». Художник протянул чистый плат, на котором так и не сумел ничего нарисовать. Иисус попросил воды, умыв, лицо, вытерся платом, на котором «нерукотворно» запечатлелся его лик — первая христианская икона.

Это предание стало одной из основ отношения к иконе — догмата об иконопочитании, согласно которому через образ человеку сообщается помощь, научение, спасение, а художник — участник этой таинственной связи. Именно поэтому полагалось перед началом работы личное очищение, покаяние и обязательный пост.

Валерий Сергеев. «Рублёв». Серия ЖЗЛ, №618.

* * *

Василий Иванович Суриков.
«Искушение Христа».

Искушение Христа

После крещения ушел Иисус в пустыню и был там сорок дней без всякой еды. А когда он почувствовал сильный голод, явился дьявол и сказал:

— Если ты Сын Божий, вели камню этому сделаться хлебом.

И ответил Иисус:

— Не хлебом единым жив человек, но всяким словом Божиим.

Тогда дьявол отнес Иисуса в Иерусалим и поставил на крыло храма.

— Если ты Сын Божий, бросься отсюда вниз, ведь говорится же о тебе, что ангелы возьмут тебя на руки, даже если о камень споткнешься.

Иисус ответил:

— Сказано также: не искушай Господа Бога своего.

Снова взял Иисуса дьявол, вознес на высокую гору, открыл перед ним все царства мира во всей их славе и говорит:

— Если поклонишься мне, все твое!

— Отойди от меня, Сатана, — отвечал Иисус, — ибо написано: Господу Богу поклоняйся и ему одному служи.

Отошел дьявол от Иисуса, и подошли к Иисусу ангелы, стали ему служить.

Тридцать лет было тогда Иисусу.

«Библейские легенды». Дербент, «Интерэкспресс». 1992 год.

* * *

В 19 году до Р. Х. царь Ирод, чтобы добиться уважения народа и прикрыть перед евреями склонность к греческой языческой культуре, а также свои многочисленные преступления, предпринял масштабную реконструкцию Храма . Для этой грандиозной работы было нанято двадцать тысяч рабочих, и тысяча священников обучались строительному мастерству, чтобы мирские люди не имели доступа к священным помещениям. Храм получился необыкновенно красивым. В него вело пять ворот (по другим источникам двенадцать). Великолепная галерея украшала его с четырех сторон, включая знаменитый Королевский портик и так называемый портик Соломона.

Юго-восточный угол этого портика, часто называемый «вершиной храма», тянулся вдоль южной стены Храма и находился на самом краю глубокой долины Кедрон, на высоте около 180 метров. Здесь происходило описанное в Евангелии одно из искушений Христа: Потом берет Его диавол в святой город и поставляет Его на крыле храма и говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею. Иисус сказал ему: написано также: не искушай Господа Бога твоего (Мф 4:5-7).

Монахиня Мариам (Юрчук). «Иерусалимский храм». «Фома», май 2012 года.

* * *

Василий Дмитриевич Поленов.
«Мечты (На горе).
Серия «Из жизни Христа».
1890-1900.

Иисус в Галилее

Пришел Иисус в Галилею, и разнеслась молва о нем по всей стране. Он учил в собраниях и всячески был прославляем.

Пришел он в Назарет, где был воспитан, и, по обыкновению своему, в субботний день пошел в собрание. Подали ему книгу пророка Исайи, и стал он читать:

— Дух Господень на мне, ибо он помазал меня благовествовать нищим и послал исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу.

Глаза всех были устремлены на Иисуса, и он сказал:

— Ныне исполнилось слышанное вами.

Удивились все и стали спрашивать:

— Не сын ли он Иосифа? Не мать ли его Мария? Откуда в нем такая премудрость? Кто дал ему право так говорить?

И сказал Иисус:

— Конечно, вы скажите мне присловие: врач, исцели самого себя, сотвори здесь, в своем отечестве, какое-нибудь чудо! Истинно говорю вам: нет пророка в отечестве своем. Нет чести пророкам в их отечестве.

Услышав такое, все исполнились ярости, выгнали Иисуса из города и даже хотели сбросить его с горы, но он прошел меж ними и удалился.

«Библейские легенды». Дербент, «Интерэкспресс». 1992 год.

* * *

Николай Константинович Рерих.
«Христос в пустыне».

Эжен-Фердинанд-Виктор Делакруа.
«Христос на Генисаретском озере».

Призвание учеников

Ходил Иисус и проповедовал:

— Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное.

Однажды стоял Иисус на берегу моря Галилейского, и теснился к нему народ. Увидел он две лодки на море и вошел в одну из них, которая принадлежала рыбаку Симону.

— Оттолкни лодку от берега, чтобы меня слышали все, — попросил Симона Иисус.

Стоял он в лодке и учил народ.

Когда же кончил Иисус говорить, обратился он к Симону:

— Отплыви на глубину и закинь сети для лова.

— Мы всю ночь ловили, и все попусту, — отвечал Симон, — но если велишь, будь по-твоему.

Закинул Симон сеть, стал тянуть, а там множество рыбы, чуть сеть не порвал.

Рыбаки на другой лодке тоже забросили сеть и вытянули так много рыбы, что лодка стала тонуть.

Ужас напал на Симона. Бросился он в ноги Иисуса и закричал:

— Господи! Оставь меня! Я же грешник!

И сказал Симону Иисус:

— Не бойся! Отныне будешь ловить человеков.

Бросили рыбаки свои лодки и рыбу и пошли вослед Иисусу.

«Библейские легенды». Дербент, «Интерэкспресс». 1992 год.

* * *

Ян Брейгель Старший (Бархатный).
«Христос проповедует на озере».

Иисус в народе

Пришел Иисус в город Капернаум вместе с матерью, братьями и своими учениками. В день субботний стал он учить в собрании. Дивились люди учению Христа, ибо говорил он не как книжники, но как тот, который имеет власть.

Среди тех, кто в собрании, нашелся безумец, одержимый нечистым духом.

— Какое тебе дело до нас, Иисус Назаретянин? – вскричал в безумце нечистый дух. – Ты явился, чтобы нас погубить. Знаю я тебя – святой!

— Молчи и выйди из него! – приказал Иисус.

Вдруг искорчился человек, дух нечистый взвыл в нем и вышел вон.

Притихли люди, почуяли ужас:

— Что это за новое учение и кто его проповедник, если духом нечистым повелевает и духи слушаются его?

Пошла по Галилее слава о Иисусе.

Из собрания отправился Иисус в дом Петра и брата его Андрея. Теща Петра лежала в то время в горячке. Взял ее Иисус за руку, и горячка прошла. Встала женщина и принялась ухаживать за гостями. А вечером, на закате солнца, приводили к нему бесноватых, приносили больных, весь город собрался к дверям. Многих в тот вечер исцелил Иисус.

Утром рано ушел он в пустынное место молиться. Отыскал его Петр с учениками и сказал:

— Все тебя ищут.

И ответил им Иисус:

— Пойдем проповедовать в ближние села и города, ибо для этого я и пришел.

И проповедовал он по всей Галилее, говорил о Царствие Небесном, исцелял больных. Со всей округи вели к нему бесноватых, слепых, прокаженных, толпы народа ходили за ним по пятам.

Нашел Иисуса один прокаженный и пал перед ним на колени:

— Очисти меня, если хочешь!

Сжалился над ним Иисус, тронул его рукой и произнес:

— Очистись!

И тут же больной стал чист.

— Не говори никому о своем исцелении, — велел Иисус.

Но человек его не послушал. Он всюду рассказывал о чудесном избавлении от болезни, так что Иисус не мог уже открыто входить в города, но вынужден был искать мест безлюдных. Люди к нему, шли и шли.

«Библейские легенды». Дербент, «Интерэкспресс». 1992 год.

* * *

И. Крамской Христос в пустыне

Картина висит прямо напротив вас, когда вы входите в зал художника Крамского. Вы увидите эту картину первой среди прочих. А справа от неё висит портрет Л. Толстого. Я думаю. это не случайно. Но об этом позже. Что мы видим на картине?. Мы видим безмолвную пустыню. Предрассветный час. Посреди пустыне на камне сидит человек. Весь он в тяжких горестных раздумьях. И просидел он на этом камне всю ночь. Да и не только одну ночь. В полном одиночестве. А это не просто человек. Это Богочеловек. А во всем видимом пространстве не слышится ни звука, и ни единого движения. И в тоже время, какой напряг, какая энергетика работы ума и души исходит от всего изображения.
А сам Крамской так выразился по этому поводу: : «Я хотел нарисовать глубоко думающего человека, но не о потере состояния или какой-нибудь жизненной неудаче, а… не могу определить, но вы понимаете, что я хочу сказать» Да, нет. Не все мы понимаем. Надо разбираться.
*****
Христианство. Это от имени Христос. Он из всей Троицы Святой стал главным божеством. Он же дал и название одной из мировых религий.Я это объясняю по своему. Дух Святой. Если кто-то его и видел, то только в виде голубка, снисходящего с небес в момент Богоявления. А Бога Отца вообще никогда никто не видел. Правда слышали. Два раза. В момент того же Богоявления, да ещё когда Христос с тремя своими учениками, Петром, Иаковом и Иоанном, поднялись на гору Фавор и далее произошло событие, названное Преображением. Христос преобразился, то есть «лицо его просияло, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет» Да и это еще не всё. К Нему снизошли с небес два ветхозаветные пророка Моисей и Илия и беседовали. О чём же беседа? Пророки поведали ему «об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме». То есть они поведали Христу первыми о печальной его участи на Земле.
А потом явилось облако, осенившее всех, и ученики услышали из облака голос, голос Бога Отца:
«Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте»
Но услышали только голос. Как свидетельство Его существования. И более ничего. Правда на иконах, да и в светской живописи мы все-таки видим изображение творца вселенной. Обычно это старец – мудрец с длинной бородой. Как же так?. Если никто и никогда не видел Старца, то как его можно изображать, основываясь только на воображении и фантазиях художника. А воображение у художников, даже и не очень хороших, вы знаете какое. В любом случае это воображение всегда очень личное. Иной раз просто профанирующие наше общее представление о высшем божестве. Тут уж кто во что горазд.
И тем не менее. Изображение Творца мы видим на полотнах великих художников со времён Ренессанса и во всей нашей иконографии. Почему? Во-первых, нашему воображение просто необходим видимый образ. Нам без него нельзя. А во-вторых, сей образ нам подсказал сам Создатель. Он ведь сам сказал, что создал человека по образу своему и подобию. А применимо к самому Создателю ясно, что это мог быть только человек не молодой. Старец-мудрец. Вот таким мы его и видим его на иконах Новозаветной Троицы.
Ну а то, что касается Христа, то мы точно знаем, каким был его возраст. Во время описываемых событий начала Нового Завета ему было немного за тридцать. Вот таким, каким мы видим его на картине Крамского.
*****
Но прежде чем понять суть и смысл непростых размышлений Христа в бескрайней пустыне, нужно перейти в другой зал Третьяковки. А именно в зал специально построенный для другой огромной картины. Для всем известной картины «Явление Христа народу» художника Иванова.
Чтобы понять то, что происходит на обширном полотне Иванова, давайте вспомним, что говорил по этому поводу евангелист Матфей. Мне нравится высокий слог этого повествования. Итак:
«В те дни приходит Иоанн Креститель и проповедует в пустыне Иудейской. Сам Иоанн имел одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих, а пищею его были акриды и дикий мёд» Вот именно в этом одеянии он и предствлен на картине Иванова.
Пришёл Иоанн на берег Иордана не один. Многие сотни израильтян пришли с ним и крестились от него, исповедуя грехи свои».
А между тем последний пророк говорит пришедшим: «Я крещу вас в воде в покаянии, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестись вас Духом Святым и огнём». И делает при этом жест руками в направлении приближающегося Христа, который мы видим на картине.
«И приходит Иисус к Иоанну креститься от него. И, крестившись, Иисус тотчас вышел из воды, и сё, отверзлись небеса Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, который сходил, как голубь, и ниспускался на Него».
Это событие получило наименование Богоявления или Крещение. У нас отмечается 19 Января.
А теперь после этого нам нужно вновь вернуться в зал Крамского и встать перед его известным живописным творением. Это продолжение того, что мы только что увидели в зале Иванова. Потому как после Богоявления Иисус Христос, ведомый Духом, удалился в пустыню, чтобы в уединении, молитве и посте подготовиться к исполнению миссии, с которой он пришёл на землю.
И там в этой пустыне Иисус сорок дней «был искушаем от диавола и ничего не ел в эти дни, а по прошествии их напоследок взалкал». Тогда приступил к нему Дьявол и тремя обольщениями попытался соблазнить его на грех, как всякого человека. Заметим в скобках, что Христос прошёл уверенно все три испытания. Да иначе и быть не могло. Вот в отличие от Христа самые первые люди, известные нам всем по именам Адам и Ева, не выдержали напора змея искусителя, то есть дьявола, и поддались соблазну. И тут так и хочется сказать, и слава Богу. Иначе и нас всех не было бы. Грубо, но и как не прийти к этой мысли.
А то, как и что ответил Христос на дьявольские хитроумные и провокационные вопросы , это для нас очень важно, поскольку это дает нам возможность понять, какую систему ценностей принес Он миру. Он разовьет эту тему в своей первой Нагорной проповеди несколько позже.
По преданию событие, о котором свидетельствует евангелист, происходило на горе близ города Иерихона, ныне именуемой горой Искушения. В память об этом событии там воздвигнут замечательный монастырь, который обычно посещают паломники, путешествующие по Святой земле
*****
Каким же было первое испытание? Прочтём: «И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи чтобы камни сии сделались хлебами.
Он же сказал ему в ответ: написано:Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих»
Было и ещё два искушения, с которыми змий – искуситель, приступил к Иисусу. И получил достойные ответы. Но меня более всего привлекло первое испытание Иисуса. То есть про » не хлебом единым». Эта всем известная максима, ставшая поговоркой, заставляет задуматься. Надолго задуматься. Особенно в свете того, что мы сами спустя более 20 веков думаем по этому поводу.
А вопрос состоит в том, что же для нас всех важнее: хлеб наш насущный или слово. А вопрос этот совсем не прост и однозначен. Он стоит перед каждым из нас и перед всем человечеством.
Здесь вспоминается начало Евангилея от Иоанна. Вспомним: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, И Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Всё через Него стало быть , и без него ничто не не начало быть. В нём была жизнь, и жизнь свет человеков».
И тут мне всё вышеизложенное приводит в недоумение и печальные размышления. Человек, как известно, имеет двойную природу. Духовную и плотскую. Дух и тело. Если одно только тело — то это только животное. Как известно, душа может быть только у человека. Из всех тварей только в человека Бог вдохнул душу. И только в него.
И в тоже время человек не может не питать плоть. Во всяком случае до тех пор, пока он не вознесся на небо. У тела тоже есть свои потребности. Прежде всего его надо напитать. И у души есть свои потребности. И она должна тоже потреблять пищу, пищу духовную. И как часто, да почти и всегда во всём этом потреблении нет никакой гармония, никакой связи, никакого согласия.
Человек сам в силу меры своей духовности должен решить эту проблему несоответствия между требованием души и тела. Иногда радикальным способом. Например, уйти в монастырь, или вовсе принять схиму. То есть питать свою плоть по самому минимуму. А это не так просто. И не у всякого это получится. В качестве примера, читаем гениальную повесть «Отец Сергий».
Или другой пример. Вовсе забыть о Боге. И всю свою жизнь сосредоточить как раз на потреблении телесном. И вся жизнь чаще всего даже и не заметно от потребителя только на этом и сосредоточена. Вся жизнь только и занята борьбой за то, чтобы питать свою телесную сущность как можно более. И даже видеть всю свою успешность в жизни в количестве именно такого потребления.И видеть весь смысл существования только в этом. Забывая при этом, что никого в гроб в трех пинжаках не положат. Потому как даже и один становится не очень нужен.
А таких среди нас абсолютное большинство. Но, правда зайдем к случаю в церковь. И свечку поставим. И молитву сотворим. И подумаем о вечном. А по выходу из сакрального пространства, сразу же всё и забудем. И жить будем по законам Мамоны. А кто такой Мамона? Вспомним. Мамона используется в Евангелие в значении «имение, богатство, блага земные». В Новом Завете «мамона» служит олицетворением демона богатства, от служения которому предостерегающе сказано: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне.»
Ну и сами рассудите, кому служим. А у них там на Западе ещё и хуже. Церкви пустеют и содомский грех уже и вовсе не считают грехом. Да и не только этот грех. И все прочие тоже.Свобода, понимаешь.
*****
Но если отдельный человек ещё имеет выбор приоритета между плотью и духом, то всё сообщество людей в массе своей, все его принципы цивилизованного развития, всё это заточено на удовлетворении плоти. Общество потребления, это разве мы выдумали. Но и мы тоже сегодня сильно продвинулись в развитии именно этой мысли. Вот вам пример. Знаете, что однажды заявил бывший наш министр образования. А вот что:
«Недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя, способного квалифицированно пользоваться результатами творчества других».
Это говорил, подчеркиваю, министр образования, то есть человек первый в системе образования, целью которой является формирования нашего подрастающего поколения. То есть тех, кому будет доверена наша страна. Тем, кто должен обеспечить возможность её развития и даже существование в нашем таком непростом мире. Огромная ответственность. Произнося такие слова, министр Фурсенко, очевидно, совершенно точно знал и знает, каким должно быть это формирование. Главное по его мысли – создать квалифицированного потребителя».
Я вот как-то видел Фурсенко, стоящим рядом с Путиным в церкви. Они стояли со свечками в руках. Говорят, что они дачные соседи. Надо думать так, что они в этот момент обращались к Богу. А как же ещё иначе? Зачем же ещё приходят в церковь? Так вот к Богу у господина Фурсенко, бывшего министра образования и нынешнего действительного государственного советника Российской Федерации 1 класса тоже потребительское отношение? Квалифицированное. Сразу видно, что бывший министр никогда не испытывал страданий и нравственных мук того, кого мы видим в безмолвной и бескрайней пустыне в ранний предрассветный час.
*****
Но вернёмся к Христу и к художнику Крамскому. Страдает Христос в муках того, что ему предстоит сделать. А почему? А потому что он ещё ко всему прочему ещё и человек, рождённый от земной женщины, будучи при этом одной из составных и неразрывных частей Святой Троицы. Вот у бога Отца и тем более у бога Духа Святого такие страдания просто по природе их и быть не могут. А бога Сына чаша сия не могла миновать. Дьявол – искуситель даже и не мог бы приступить ни к одному из прочих божественных существ. Борются в Христе два начала. И в конце концов божественное в нём победило.
Дьявол и ко всем нам подступает с подобными искушениями. И не случайно одна из фраз нашей главной молитвы звучит так: «И не введи нас во искушение,но избави нас от лукаваго.
Эти слова обращены к человеку, к каждому из нас. Чрез эти испытания искушением проходим мы всю жизнь нашу, и даже день каждый. И даже каждый миг. Иногда даже и не замечаем этого. И не терзаясь муками, зримое воплощение коих мы видим на этой картине.
Интересно знать то, что говорит Лев Толстой по поводу этого события. «Мне это было особенно интересно. У него было как всегда собственное толкование. Согласно Толстому, евангельский рассказ аналогичен диалогу двух людей: духовного (Иисуса) и материального (Дьявола). Иисус пытается объяснить, что его видение мира сочетает материальную сторону с духовным измерением, причём последнее существенно отражается на системе ценностей. Однако Дьявол его не понимает. Вначале Дьявол предлагает Иисусу утолить голод и в ответ слышит, что для Иисуса потребности желудка не приоритетны. Тогда Дьявол предлагает Иисусу убить себя, чтобы вовсе избавиться от тела; на это Иисус даёт понять, что будет ждать своего часа. Дьявол считает, что поймал Иисуса на противоречии и обращает внимание на обычных людей, поведение которых более логично и результативно: они уделяют внимание потребностям своей плоти и успешно их удовлетворяют. На это Иисус отвечает, что материальные цели для него не имеют ценности». И вы знаете, это толкование мне наиболее понятно.
*****
Посмотрим вновь на лицо Христа. И вот, что интересно. Ведь это совсем не иконное изображение Христа. Не икона это. И при взгляде на это изображение Христа, которого мы все узнаем сразу и безошибочно, у нас нет позыва перекреститься. Как нет у нас такого позыва перед изображением Христа во всей живописи эпохи итальянского Ренессанса, да и всех прочих божественных представлений всей западной живописи.
Потому что во всей этой живописи Христос представлен прежде всего в его человеческом обличье. Человек он скорее в живописном изображении, а не Бог. И то же самое на картине Крамского. Человек погруженный в очень не простые размышления. Так свойственные всем нам. Да не будет Бог размышлять. Ну какие могут быть раздумья и размышления у бога Отца, тем более у бога Духа Святого. А вот Христос до его Вознесения на небо, будет размышлять, сомневаться и страдать тоже. А ещё и умирать на кресте.
*****
Замысел именно этой картины вызревал в душе художника очень долго. Мы видим картину такой, какой она созрела как уже конечный результат его глубоких размышлений и труда его души. А ведь были муки поиска и творческих страданий. Задумал художник картину в 1860 годы. А окончательный живописный результат был создан в 1872 году.
Картина была впервые показана на второй выставке Передвижников. А её уже к тому времени купил Третьяков.
В поисках своего изображения Христа Крамской решил посмотреть, как его изображали другие художники. Ему нужно было не иконное изображения Христа. Таких как раз у нас было множество. Зайди в любою церковь – и выбирай. И он поехал в Евопу. Посмотреть как у них там. Посмотреть у самых известных и великих. А это тоже важно. Чужие мысли и чужое воображение подпитывает наше собственное. И ничто он там он не взял за образец Он создал собственного Христа. Ему нужен был Христос «который мог бы захватить душу современного русского человека». Слова художника.
Да, он создал своего Христа. Это сегодня кажется невероятным, но когда такой вот Христос явился в зале второй выставки Передвижников, он совсем не понравился церкви. Просто совсем. Святотатство! Христос не во славе небесной, ни на кресте, ни в муках физических, претерпевающий истязания своих палачей, то есть тот Христос, к изображению которого мы привыкли на иконе. И вот что Крамской отвечал на это:
«Я вижу ясно, что есть один момент в жизни каждого человека, мало-мальски созданного по образу и подобию Божию, когда на него находит раздумье — пойти ли направо или налево, взять ли за Господа Бога рубль или не уступать ни шагу злу».
*****
А ему задали множество вопросов на той же выставке. Тема была уж очень крутой и неординарной. Был и такой вопрос: » Но это же не Христос, почему вы знаете, что он был такой?» Крамской отвечал примерно следующее: А вы сами то видели настоящего Христа? Если нет, то и о чём разговор?
Он кончил картину 10 октября 1872 года он написал Васильеву. Васильев был его учеником и близким другом. Это был талантливый живописец и наша надежда. К несчасью он умер в возрасте 23 лет. Вот что он пишет: «Да, дорогой мой, кончил или почти кончил „Христа“. И потащат его на всенародный суд, и все слюнявые мартышки будут тыкать пальцем в него и критику свою разводить…»
Его опасения по поводу «мартышек» полностью оправдались. Полотно произвело огромное впечатление на посетителей выставки. Сам Крамской вспоминал: «Картина моя расколола зрителей на огромное число разноречивых мнений. По правде сказать, нет трёх человек, согласных между собой. Но никто не говорит ничего важного. А ведь „Христос в пустыне“ — это моя первая вещь, над которой я работал серьёзно, писал слезами и кровью… она глубоко выстрадана мною… она — итог многолетних исканий».
Толпа стоит перед картиной. Художник внутри этой толпы и слышит:
«Что это за Спаситель! Это какой-то нигилист! Непонятно, как такую картину позволили выставить! Это кощунство, насмешка над святыней!»
Да, были очень разные отзыва. И что оставалось делать художнику? Да ничего. Надо было лишь вспомнить известный совет. «Хвалу и клевету приемли равнодушно, и не оспаривай глупца» Да ведь это легко написать даже и гениальным пером. Но ведь все же мы люди. И как болезненно мы все относимся как раз к «хуле».
Вот что к примеру пишет по поводу этой картины Владимир Стасов. А кто таков этот Стасов? А вот кто: Он русский музыкальный и художественный критик, историк искусств, архивист, общественный деятель. Стасов поддерживал «Товарищество передвижных выставок», с которым тесно связана вся его деятельность. Стасов был одним из главных вдохновителей и историком «передвижников», принимал активное участие в подготовке их выставок. Это была фигура очень уважаемая в среде художников. Его суждение, его слова – это как приговор. С большой седой бородой он и сам был похож на апостола-пророка. И вот что он пишет:
«Художник создал «своего „Христа в пустыне“, превосходную картину, полную сердечности и некоторого элегического настроения: она носила на себе следы глубокого изучения Иванова и горячих симпатий к его новому направлению».
.Но ему не нравилось отсутствие действия в картине. По его выражению, «Христос сидит и «надумывается», а о чём и зачем, и «на что кому бы то ни было нужно это нерешительное и смутное надумывание, вместо настоящего „дела“, фактов, деяний — этого никто не объяснит».
Сказано довольно витиевато.. А по-простому он хотел сказать, что нет в картине никакого действия. Нет движения.
А вот мнение писателя Ивана Гончарова, по-моему, заслуживающее внимания: «В картине художник глубоко уводит вас в свою творческую бездну, где вы постепенно разгадываете, что он сам думал, когда писал это лицо, измученное постом, многотрудной молитвой, выстрадавшее, омывшее слезами и муками грехи мира — но добывшее себе силу на подвиг. Вся фигура как будто немного уменьшилась против натуральной величины, сжалась — не от голода, жажды и непогоды, а от внутренней, нечеловеческой работы над своей мыслью и волей — в борьбе сил духа и плоти — и, наконец, в добытом и готовом одолении. Здесь нет праздничного, геройского, победительного величия — будущая судьба мира и всего живущего кроется в этом убогом маленьком существе, в нищем виде, под рубищем — в смиренной простоте, неразлучной с истинным величием и силой». — Мне кажется, что лучше и не скажешь в определении смысла картины.
А вот мнение другого писателя Всеволода Гаршина. И вот тут мне хотелось бы чуть больше остановится на личности этого писателя. Это для того, чтобы лучше понять, прочувствовать его мнение.
Это был человек как говорят, очень тонкой душевной организацией. Чувствовавший боль не только свою собственную, но и исходящую от всего того, что было вокруг него. И проклятые вопросы его времени, которые становились всё острее и острее, и которые привели в конце концов к нескольким революционным взрывам, были причиной тяжких внутренних страданий и его преждевременного конца
Главный проклятый вопрос – социальная неправда. Он был по характеру похожим на Нехлюдова, пошедший вслед за Катюшей Масловой в Сибирь, чтобы хоть как-то искупить зло, причиной которого был он сам.
А Гаршин был по рождению дворянин. Чтобы лучше понять то, что я здесь пишу, прочтите, к примеру, его два рассказа — «Четыре дня» и «Красный цветок» Да, хотя бы эти рассказы. А то ведь мы все знаем Гаршина больше, не удивляйтесь, по одной его сказке «Лягушка-путешественница»
А ведь он ещё и воевал. И очень достойно. Он видел много смертей. То есть он побывал в отличие от многих из нас в пограничном положении между жизнью и смертью. На войне, как на войне. А он пошёл на войну добровольцем. А пошёл он с тем, чтобы если не помочь народу, то по крайней мере разделить с ним его тяжёлую участь.
В конце концов он нашёл выход из положения нескончаемого страдания. Глубокая депрессия привела его к тому, что он сделал шаг в лестничный пролет. Он убил себя сам. Видимо и он провел не мало времени в мучительных раздумьях перед тем как сделать этот трагических исход. Тоже поступок. А было ему как и Христу, тридцать три года.
А каким он был, писатель Гаршин? Вот посмотрите на лицо умирающего царевича Ивана, убиенного его отцом на известной картине Ильи Репина. Или лицо оборванца-арестанта и ссыльного, а может и каторжника на картине » Не ждали». На обеих картинах мы увидим лицо Всеволода Гаршина. Наверное, не случайно Репин выбрал именно это лицо для своих персонажей.
И вот что пишет Гаршин по поводу этой картины: » Меня сразу поразили, как выражение громадной нравственной силы, ненависти ко злу, совершенной решимости бороться с ним». А ещё он пишет: «Страдание теперь не касается Христа — оно так мало, так ничтожно в сравнении с тем, что у него теперь в груди».
А вот что пишет Лев Толстой. Художник и писатель были очень хорошо знакомы. Прямо рядом справа мы увидим портрет Толстого. А таких портретов было два. Один был продан Третьякову. Другой остался в Ясной Поляне. И, представьте, Толстой тоже написал портрет художника Крамского. Разумеется пером своим. Откройте роман «Анна Каренина». Найдите страницы с описанием художника Михайлова. Это и есть Крамской.
Так вот что пишет Толстой: «Это лучший Христос, которого я знаю»[. И еще о том же вот что он пишет Третьякову: «Ведь если есть какое-нибудь оправдание всем тем огромным трудам людей, которые сосредоточены в виде картин в Вашей галерее, то это оправдание только в таких картинах, как Христос Крамского и картины Ге…»
А что пишет сам Третьяков? Прочтём это в его письме Льву Толстому : «Более всех для меня понятен „Христос в пустыне“ Крамского. Я считаю эту картину крупным произведением и очень радуюсь, что это сделал русский художник…»
А Толстой знал, о чём писал. Он, как говорят, был хорошо в теме. Чтобы убедиться в этом, прочтём его «Исповедь». Да ведь он ещё и создал свое собственное учение. Свое Евангелие. А вот как он замечательно трактует главную молитву «Отче наш»:
Человек — сын Бога.
«Бог есть бесконечное духовное начало жизни.
Да будет свято это начало жизни.
Да осуществится его власть во всех людях.
И да совершается воля этого бесконечного начала, как в самом себе,
так и во плоти.
Жизнь временная есть пища жизни истинной.
Жизнь истинная в настоящем.
И да не скрывают от нас этой истинной жизни ошибки и заблуждения прошедшего.
И да не вводят нас в обман. И тогда не будет зла. А будет твоя власть, и сила, и разум».
То есть, тема Христа была ему по меньшей мере очень близка.
*****
Меня очень тронуло и просветило такое высказывание неведомого мне искусствоведа Георгия Вагнера:
«Христос в пустыне» — центральное полотно во всей Третьяковской галерее». Образ Христа — это никакой не миф, не религиозная модернизация революционно-демократических идей эпохи разночинного движения, а глубоко внутреннее движение необыкновенно чуткого художника, наделённого даром божественного озарения. В основе содержания картины „Христос в пустыне“ лежит не надуманная идея выбора пути („куда пойти“), и ещё менее — борьба божественности с дьяволом, а мучительные усилия Христа осознать в себе единство Божественного и Человеческого».
А теперь мнение и самого автора, художника Крамского.
«Кто это был? Я не знаю. По всей вероятности, это была галлюцинация; я в действительности, надо думать, не видел его. Мне показалось, что всего лучше подходит к тому, что мне хотелось рассказать. Тут мне даже ничего было придумывать, я только хотел старался скопировать. И когда кончил, то дал ему дерзкое название.
Христос ли это? Не знаю. Да и кто сказал, какой он был? Напав случайно на этого человека, всмотревшись в него, я до такой степени почувствовал успокоение, что вопрос личный для меня был решён. Я уже знал и дальше, я знал, чем это кончится»
То есть, мы видим, что и сам художник не уверен в том, кого он изобразил в пустыне.
Был в жизни его такой эпизод. Он учился ещё в Петербургской Императорской Академии художеств. Потом он со своими товарищами покинет её с грандиозным скандалом. Но дело не в этом. Академия сделала из него замечательного художника и большого мастера. Он нарисовал картину человека, читающего Евангелие. Работу его похвалили Но вот как–то зашёл в его мастерскую случайно старик – коробейник. Он тоже посмотрел на эту картине и изрёк: «Света на лице его нет. Почём я знаю, может, это он песенник от скуки раскрыл и разбирает. Ты, может, обличье и нарисовал, а душу забыл… » Господи, да как же душу – то нарисовать? – спросил художник – «А это уж твоё дело, не моё», ответил старик.
Это разговор художник запомнил навсегда. Он думал о том же и тогда, когда писал лицо Христа в пустыне.
А теперь пусть каждый ещё раз посмотрит очень внимательно на эту картину и сам для себя решит и ответит, для чего он живёт, и с кем он – с Богом или с Мамоной.

Христос в пустыне. Лучшая картина

«Иисус, исполненный Духа Святаго, возвратился от Иордана и поведен был Духом в пустыню. Там сорок дней Он был искушаем от диавола и ничего не ел в эти дни, а по прошествии их напоследок взалкал». Лк (4:1-2)

На шотландском фоне

Уильям Дайс. Ок. 1860

В 1860 году в Лондоне на выставке в Королевской Академии художник Уильям Дайс среди прочих работ выставил небольшую картину «Муж скорбей».

Низко склонив голову, Христос погрузился в размышления. Его руки, сомкнутые в замок, расслабленно опущены на колени, а глаза прикрыты, как будто бы Он уснул. Заря. Легкие облака проплавают над фигурой Спасителя. Вокруг холмы, редкая растительность, камни покрыты лишайниками и мхами. «Нет в Нем ни вида, ни величия… Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его» (Ис 53:2-3)

Христос был изображен художником на фоне знакомого британцам шотландского пейзажа, прописанного с большой тщательностью. Многих современников отчасти это удивило: «почему же не Святая земля?». В 1859 году Дайс специально ездил на пленэры (открытый воздух – ред.) в Шотландию, на остров Арран. Там он сделал десятки набросков и этюдов, которые включил впоследствии в свои работы, и в том числе в «Мужа скорбей». Это отвечало его идее сделать Спасителя близким зрителю с помощью понятного и знакомого ландшафта.

«Современный Христос» здесь, рядом, сейчас. В этом смысле пятидесятилетний художник разделял идеи символического натурализма «Братства прерафаэлитов». С союзом молодых английских художников он познакомился незадолго до написания картины.

Прерафаэлиты и «изобразительное богохульство»

Уильям Холман Хант. Светоч мира. 1854

Англия. 1848 год. В Лондоне — центре мировой экономики, столице британской империи — возникает «Братство прерафаэлитов». Это было объединение художников, идеологами и основателями которого стали Джон Эверетт Миллес, Данте Габриэль Россетти и Уильям Холман Хант. Три студента Королевской Академии художеств объединились в братство, чтобы противостоять общепринятому пониманию искусства и красоты. Они выступили против академических традиций, против подражания старым мастерам, ратовали за обновление национального стиля и в целом искусства, которое со времен Ренессанса, как они считали, не только замкнулось на себе самом, но стало вторичным. Так как в своих художественных поисках они ориентировалась на дорафаэлевскую эпоху, на искусство Раннего Возрождения и фламандцев, то и название себе дали соответствующее. Амбиции молодых людей вполне можно понять. Ведь они жили в эпоху индустриализации, научно-технического прогресса и социальных революций, которые не могли не касаться талантливых и мыслящих художников. Но куда интереснее то, что братство, просуществовавшее всего пять лет (в 1853 году оно распалось), дало начало целому течению в искусстве викторианской Англии, радикальному и реформистскому, которое быстро нашло понимание среди многих и многих европейских художников.

Внутри элитарного клуба, которым было «братство», постоянно шел обмен мнениями, обсуждения, которые позволили выработать единый подход к искусству и в целом идеологию стиля. Одной из главных мыслей художников (они даже создали собственный журнал «Росток») было желание вывести искусство из вторичного положения, сделать его актуальным и востребованным. Искусство, должно непосредственно участвовать в жизни и касаться всех ее сфер, считали прерафаэлиты. Десятью годами ранее, в 1839 году, была изобретена фотография. Окружающий, видимый мир стало возможным фиксировать с точностью документальной. Искусству живописи оставалось либо отойти в сторону, либо конкурировать. Прерафаэлиты предпочли второе.

Внимательность, тщательность, с которой выписывается все на холстах, стало формой соперничества с новым жанром дагерротипии, с той лишь разницей, что реализм прерафаэлитов носил символический характер. Он не был буквальным копированием действительности. В этом они выигрывали.

Джон Эверетт Милле. Христос в родительском доме. 1850

Другой чертой идеологии «братства» явилось внимание к историческому жанру и религиозному сюжету. Дело в том, что протестантизм хотя и дал развитие жанрам живописи, вместе с тем уничтожил религиозное искусство в Европе. В 20-30 годы XIX века в Британии в среде художников много обсуждалась судьба исторической живописи, христианского искусства и религиозного сюжета. Прерафаэлиты были в авангарде и здесь, ведь они сделали религиозный сюжет важной темой своей живописи и художественной стратегией. Но создавали их совсем не для церкви, как было в эпоху Возрождения, а для частного пространства. Не раз обращались прерафаэлиты к образу Христа: Уильям Холман Хант пишет «Светоч мира», «Родители находят юного Иисуса в храме», «Тень смерти»; Джон Эверетт Миллес создает «Христос в родительском доме. Мастерская плотника»; Форд Мэдокс Браун — «Ииисус омывающий ноги Петру». Правда, за попытки исторической реконструкции, за наполнение полотен достоверными подробностями, а героев земной телесностью, они терпели жесткую критику. Однажды кто-то дерзнул назвать их работы «изобразительным богохульством».

Форд Мэдокс Браун. Иисус, омывающий ноги Петру. 1852-1856

В каком-то смысле критики были правы. Вовсе не интерес к Библии, как к Священному Писанию, двигал прерафаэлитами. Их увлекала Библия в качестве источника драматических сюжетов, человеческих судеб и исторических перипетий. Сюжеты в равной степени они черпали из литературы художественной, обращаясь к Шекспиру и Данте. Новаторством было вписать исторические образы в современный контекст, максимально приблизить их к настоящему времени. Суть идей прерафаэлитов можно заключить в трех словах: историзим, натурализм и символизм. Здесь не было серьезных духовных исканий, скорее они отдавали предпочтение эстетике, ведь руководствовались же они принципом «красота ради красоты».

Впрочем, критика им была и не страшна. Найдя не только единомышленников, но и спонсоров в лице владельцев промышленных предприятий Англии, «братство», пользуясь благами цивилизации (печатными машинами на паровых двигателях), стало последовательно распространять идеи нового стиля. В конечном счете, эти идеи коснулись не только живописи. Они захватили моду, декоративно-прикладное искусство (витражи, ткани) дизайн интерьеров, литературу, поэзию и книжную графику. Публичные и передвижные выставки, гравюрные копии лучших произведений содействовали популяризации их идей.

Как художник Крамской артель создал

Иван Крамской. Автопортрет. 1867

Россия. Санкт-Петербург. 1857 год. Иван Крамской, учащийся Императорской Академии художеств, получил за свой рисунок малую серебряную медаль. Он отметил это событие с товарищами в своей съемной квартире и так положил начало регулярным четверговым встречам после вечерних занятий. Вокруг Крамского быстро сложился круг молодых художников, которые на своих встречах вместе рисовали, читали вслух, обсуждали работы друг друга и происходящее в искусстве. Постепенно в этом кругу начало проявляться охлаждение и даже разочарование и к Академии, и к преподаванию в ней, и к профессуре. Среди молодых художников зрело понимание необходимости обновления отечественного искусства, бессодержательного и не отвечающего запросам.

Шестью годами позже, в ноябре 1863 года, в конференц-зал, где собрался Совет Академии, явилось пятнадцать лучших выпускников. Все они претендовали на получение большой золотой медали, которая обеспечивала победителю поездку в Италию на шесть лет за счет Академии. Академия готовилась к своему столетию, в связи с чем руководство изменило условия соискания. Это возмутило студентов. Несколько раз они подавали коллективные письма, которые игнорировались. Поэтому, когда в день экзамена торжественно была объявлена тема конкурса (после этого художником на ее реализацию давались сутки в запертом помещении), четырнадцать человек объявили Совету об отказе в нем участвовать. Демонстративно они положили на стол делопроизводителю свои прошения о выдаче им дипломов на звание художника. Это был скандал невиданный. Он вынудил императора Александра II даже установить полицейский надзор за бунтарями. Иван Крамской, много позже, в письме к своему ученику Илье Репину вспоминал этот день, как лучшее, что с ним произошло: «Проснувшись, надо было взяться за искусство. Ведь я люблю его, да как еще люблю, если бы вы знали!»

За «бунтом» последовало появление первой в России, очень успешной с точки зрения экономики, Артели художников (трудовой коммуны, мастерской, занимавшейся частными заказами и частным же преподаванием живописи и скульптуры). Правда просуществовала Артель недолго и распалась из-за внутренних разногласий.

Идейный вдохновитель бунта и артели Иван Крамской к этому времени окончательно сложился как художник и мыслитель. Он постоянно размышлял над путями развития самобытности отечественного искусства и неотступно искал единомышленников. Нашел их в Москве.

В 1870 году на имя министра внутренних дел Тимашева была подана просьба об утверждении Устава Товарищества (объединения московских и петербургских художников для устройства во всех городах передвижные выставок). Целей товарищество видело как минимум три: просветить, то есть дать познакомиться зрителям с русским искусством; привить обществу любовь к искусству и продать произведения, то есть сделать доступными их для всех. Крамской, Ге, Мясоедов, Перов, Поленов, Суриков, Шишкин, Брюллов, Репин — вот неполный список тех, кто вошел в Товарищество. Это были люди, которых объединяло понимание художника, как высокодуховного, нравственно и интеллектуально развитого критика общественных явлений, как «служителя истине путем красоты», но не красоты внешней, не красоты действительности, а «красоты искусства, которая состоит во внутренней гармонии формы и содержания». «Искусство, не стремящееся к истине, вредно, бесполезно и является пустой забавой», — говорил Крамской. В этом смысле, передвижники не были актуальными художниками. Их искусство не было эстетикой, оно было новой русской философией.

Крамской. «Христос в пустыне»

Иван Крамской. Христос в пустыне. 1872

В 1872 году в Петербурге открылась Вторая передвижная выставка. Крамской представил здесь своего «Христа в пустыне». Пять лет художник работал над картиной.

Буквально перед этим в 1869 году Крамской был заграницей: в Германии, Франции, Италии. Он поехал, чтобы изучить все, что делали на эту тему до него. В письмах друзьям Иван Николаевич хвалил итальянских живописцев, отмечал их талант и оговаривался, что Христос у итальянцев «божественен, но чужой нашему времени, страшно сказать… по-моему он профанирован», «у него взгляд итальянского аристократа.. сухого сердцем, который не мог принадлежать человеку любви всеобъемлющей».

Крамской ездил в Крым, был на пленэрах в Бахчисарае и Чуфуй-кале. Встречал рассветы, провожали закаты, но не потому, что хотел сделать этюды с натуры в напоминающей Палестину местности, а потому, что хотел угадать чувство, которое может испытать человек, оказавшийся один на один со своими раздумьями среди гор и каменистой пустыни.

У картины на выставке развернулись споры, настоящие дебаты, вынудившие Всеволода Гаршина написать в 1878 году безымянное письмо Крамскому с просьбой разрешить его сомнения и рассказать, кого же он изобразил: Гамлета, Дон-Кихота, самого Христа и какой момент запечатлен — поста или дьявольского искушения…

Крамской ответил мгновенно. Он написал целую статью о своих сомнениях и страхах, мучительном поиске образа и о том, кто для него самого Христос: «…Есть один момент в жизни каждого человека, мало-мальски созданного по образу и подобию Божию, когда на него находит раздумье — пойти ли направо или налево, взять ли за Господа Бога рубль или не уступить ни шагу злу?»

Как быть убедительным, чтобы донести свою мысль? Что сделать, чтобы быть понятным? Вопросы тревожили художника и однажды он увидел: «На утре, усталый, измученный, исстрадавшийся, сидит он один между камнями, печальными, холодными камнями; руки судорожно и крепко сжаты, ноги поранены, голова опущена… Крепко задумался, давно молчит, так давно, что губы запеклись, глаза не замечают предметов… Ничего он не чувствует, что холодно немножко, что весь он как будто окоченел от продолжительного и неподвижного сиденья. А вокруг нигде и ничего не шевельнётся, только у горизонта чёрные облака плывут от востока… И он всё думает, думает, страшно становится… Сколько раз плакал я перед этой фигурой!? Что ж после этого? Разве можно это написать? И Вы спрашиваете себя, и справедливо спрашиваете: могу ли я написать Христа? Нет, не могу, и не мог написать, а всё-таки писал, и всё писал до той поры, пока не вставил в раму, до тех пор писал, пока его и другие не увидели, — словом, совершил, быть может, профанацию, но не мог не писать…».

«Христос в пустыне» — это моя первая вещь, которую я работал серьёзно, писал слезами и кровью…,- продолжает художник, — она глубоко выстрадана мною… она – итог многолетних исканий…». И еще писал в Ялту другу и ученику Федору Васильеву: «Во время работы над Ним много я думал, молился и страдал… Как я боялся, что потащат моего «Христа» на всенародный суд и все слюнявые мартышки будут тыкать пальцами в Него и критику свою разводить…».

На выставке к Крамскому подошел Павел Михайлович Третьяков. Спросил о цене. Художник объявил цену шесть тысяч рублей. Третьяков помялся, пытался торговаться, но сразу купил. Много позже, говоря о картинах из собственной коллекции, которые ему очень нравились, назвал «Спасителя» Крамского: «По-моему, это самая лучшая картина в нашей школе за последнее время».

Для передвижников интерес к религиозному сюжету был не менее значим, чем в Англии для прерафаэлитов. Конечно, мы не можем утверждать, что передвижники, которые как и «братство» объявили о вторичности академического искусства, о его упадке, об утрате актуальности, подняли бунт и объединились, что они заимствовали свои идеи или находились под влиянием прерафаэлитов.

Все-таки внешнеполитические события (Крымская война) не способствовали этому. Картины прерафаэлитов были плохо известны в России вплоть до конца XIX века. Хотя в периодической печати регулярно появлялись статьи о «Картинах английских живописцев», демонстрирующие определенный интерес художественной общественности. Однако очевидно, что тенденция пересмотра и значения искусства, и места художника были общими. Другое дело, что служение очень по-разному понималось в Англии и России.