Крещение икона

Почитание икон имеет давнюю историю, однако верующие молятся не самой иконе, а тому святому, который на ней изображен, особенно если это икона Иисуса Христа. По сути, икона — образ Иисуса Христа в Его человеческом воплощении.

Христианская церковь пережила эпоху иконоборчества (8 — начало 9 вв.), когда иконы, в том числе и иконы с Иисусом Христом, считались «идолами», а их почитание – идолопоклонством. Иконоборцы уничтожали не только иконы, но и фрески, мозаики, росписи в храмах с изображениями Спасителя и святых, поэтому до нас, скорее всего, и не дошла первая икона Иисуса Христа. Однако Вселенские соборы 787 и 843 годов осудили иконоборчество, и иконопись получила мощный импульс для развития. Вот основные типы икон с изображением Иисуса Христа и их названия.

Основные правила изображения Иисуса Христа на иконах

В православной иконописи сложились определенные канонические правила изображения Христа; все православные иконы господа Иисуса Христа можно отнести к определенным типам:

  • Спас Нерукотворный (Мандилион)

По преданию, заболевший проказой царь Эдессы отправил к Иисусу гонца с просьбой прийти и излечить его, а если Иисус не согласится, то хотя бы получить его нарисованный лик. Иисус же был постоянно окружен толпой, и нарисовать его у художника не было никакой возможности.

Увидев это, Спаситель, умыв лицо, вытер его убрусом (платком), и на плате проступил Его лик. Этот образ чудесным образом исцелил эдесского царя и впоследствии стал основой для целого иконографического направления образа Спасителя в иконах, получившего название «Нерукотворный Спас», когда на иконе изображается только голова Иисуса на фоне плата.

  • Спас Вседержитель (Пантократор)

Самым распространенным видом икон Христа является Спас Вседержитель (Пантократор), на который Он держит в левой руке Евангелие, а правой творит благословение.

Основные иконографические варианты образа Спаса Вседержителя включают его изображение по пояс либо в полный рост, сидящим на троне (как, например, икона Спасителя кисти Андрея Рублева «Спас в силах»).

  • Спас Эммануил

Эммануил в переводе c древнееврейского означает «с нами Бог». Это имя присваивается всем изображениям на иконах с Иисусом, где Он предстает в виде отрока. Чаще всего образ Эммануила присутствует на иконах Богоматери.

  • Деисус

Деисус представляет собой иконы Иисуса Христа с ангелами, святыми, Богоматерью и др. Сам Спаситель всегда находится в центре, чаще всего Он предстает в виде Пантократора, сидящего на троне, с Матерью Божией и Иоанном Крестителем по сторонам. В русской иконописи сложился свой тип Деисуса, получивший название Ангельского: это икона Иисуса Эммануила со стоящими рядом архангелами Михаилом и Гавриилом.

Другие иконы Христа Спасителя

В православной иконографии существуют и другие иконы Христа. Так, на иконе «Спас благое Молчание» Он предстает в виде ангела в образе юноши в белых одеждах и с крыльями, то есть еще до Его воплощения в человеческий образ.

На иконе «Спас Великий Архиерей» Иисус предстает в пышных священнических одеждах, с короной на голове и Евангелием в руках, благословляющим человечество.

Икона «Добрый пастырь» воплощает образ Иисуса-пастыря, то есть пастуха, пасущего Свое стадо (людей), нередко с овцой на плечах, символизирующей заблудшие души.

На иконе «Христос во гробе» и иконе «Спас в терновом венце» представлены самые трагические моменты земной жизни Спасителя – Страсти Христовы. Они призваны напомнить людям, какие муки за них пришлось принять Спасителю, и как смиренно Он их принял.

Иконы Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы

В чем помогает икона Иисуса Христа Спасителя

Образ Иисуса Христа – центральный в любом храме или домашнем иконостасе.

Любая икона Иисуса Христа Спасителя обладает огромной силой, если молитва перед ней возносится от чистого сердца, с искренней верой.

В этом, по сути, заключается значение каждой иконы: не икона отвечает на наши молитвы, а святой, изображенный на ней, который предстательствует пред Господом за наши нужды.

Поэтому не имеет особого значения, будут ли это лики Иисуса Христа на иконах прошлого века, которые сегодня являются предметами антиквариата и высоко ценятся, или небольшие иконы, приобретенные в церковной лавке, – силу имеет не сама икона, а тот, кому она посвящена. Известно, какой популярностью пользуются среди верующих и как помогают намоленные иконы, то есть иконы, как бы впитавшие в себя истовые молитвы, возносившиеся перед ними многими людьми. Иконе Спасителя можно молиться о любых своих нуждах, но не забывать при этом ежедневно читать главную молитву – «Отче наш». Молитва помогает укрепиться в вере, преодолеть отчаяние, принять верное решение и следовать по праведному пути.

На иконах двунадесятых, то есть основных православных праздников изображены различные эпизоды земной жизни Спасителя, от Рождества до Распятия, а также связанные с Богородицей и Святой Троицей, поэтому празднование каждой иконы совпадает с соответствующим двунадесятым праздником.

Молитва

Предлагаем ознакомиться с молитвой обращения к Иисусу Христу:

Отче наш, Иже еси на небесех!

Да святится имя Твое,

да приидет Царствие Твое,

да будет воля Твоя,

яко на небеси и на земли.

Хлеб наш насущный даждь нам днесь;

и остави нам долги наша,

якоже и мы оставляем должником нашим;

и не введи нас во искушение,

но избави нас от лукаваго.

Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки.

Аминь.

Иконография Крещения Господня

Смысл и значение Праздника
Крещение Господа Иисуса Христа — важнейшее событие в истории мира. До этого Он был неведом миру, после чего — публично открылся как долгожданный Мессия, не только как Человек, но и как Бог, в полноте двух естеств.
Кроме того, во время Крещения миру была явлена истина о троичности Бога в Лицах.
Именно после Крещения началось общественное служение Христа, направленное на искупление человека, освобождение его от власти диавола, уз тленности, смертности и греха.
Наконец, в этот день было освящено естество вод, положено основание Церковному Таинству Крещения.
Формирование иконографии Крещения
Иконография Крещения Господня имеет настолько же древнее происхождение, насколько и христианское искусство вообще.
Первоначально это событие воспроизводилось верующими просто и лаконично, без какой-либо притязательности на детальную историческую достоверность.
Как правило, Иисус Христос изображался обнаженным, расположенным либо фронтально, либо развернутым в профиль; погруженным в воду по шею, или по пояс, или даже до щиколоток.
Возраст изображавшегося Спасителя мог соответствовать возрасту зрелого мужа, но мог — возрасту юноши или ребёнка. Подобные традиции укладывались в понимание Таинства Крещения как нового рождения, начала новой, благодатной жизни в Церкви, во Христе. Такое осмысление связано со свидетельством Христа, озвученным Им во время беседы с Никодимом: «Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия… Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3:3,5)).
Наряду с более или менее реалистическими изображениями существовали и строго символические. Одно из таких изображений встречаем на саркофаге Юния Басса (римского префекта). Сцена Крещения представлена здесь в образе двух животных — агнцев, один из которых держит свою ногу приподнятой над головой другого, расположенного в потоке воды. На этого же (второго) агнца нисходит, в образе голубя, Святой Дух.
С течением времени традиции изображения главных действующих Лиц постепенно сводились ко всё большему и большему единообразию. При этом само содержание композиции расширялось, обогащаясь образами дополнительных лиц, деталями пейзажа и символическими элементами.
Так, например, в верхней, купольной части баптистерия православных в Равенне образ Христа представлен в чертах, достаточно близких к современным. Положение Его корпуса — фронтальное, обращенное к богомольцам. Возраст соответствует тридцатилетнему мужу. Лик узнаваем, взгляд — выразительный, проникновенный. Вокруг головы — нимб. Христос стоит погруженным по пояс в воде, а на берегу, по правую руку от Него, несколько выше — Иоанн Креститель. В правой руке Предтеча Господень держит тарелку, из которой на Мессию изливаются струи воды (в этом усматривается признак распространившегося к тому времени обычая крестить через обливание). В левой руке Иоанна Крестителя — Крест. По другую сторону от Мессии, в реке, — муж, олицетворяющий Иордан, в его руках — тростник — один из символов этой реки. Сверху на Иисуса спускается голубь, символизирующий Святого Духа.
Несколько позже на Православных иконах и фресках Крещения наряду с фигурой мужа, символизирующего Иордан, утвердилась фигура женщины — персонификация, олицетворяющая море. Обе эти фигуры, мужская и женская, расположенные вместе, одна подле другой, служат иллюстрацией к ветхозаветному провозвестию: «Море увидело и побежало; Иордан обратился назад» (Пс. 113:3).
При дальнейшем формировании иконографической схемы Крещения в качестве важнейшего элемента верхней части композиций утвердился сегмент Небесной сферы, из которого изливаются лучи Славы Единотроичного Божества. На некоторых старинных изображениях Крещения из сферы выходит не луч, но благословляющая десница Отца.
Примерно с VI века, как считается, в композициях утвердились образы ангелов. Обычно они бывают воспроизведены по противоположную сторону от Иоанна Предтечи, на другом берегу Иордана. Число ангелов может варьироваться. Чаще всего их три или четыре.
Со временем в Церкви стали распространяться изображения, на которых Христос был представлен не полностью обнаженным, а в набедренной повязке.
Анализ современной иконографии Крещения Господня
Как на древних, так и на современных иконах смысловым стержнем и композиционным центром изображения является фигура Христа. Христос традиционно воспроизводится либо фронтально, либо с некоторым разворотом в сторону Иоанна Крестителя.
Достаточно часто Спаситель изображается совершающим небольшой шаг вперёд. В этом, казалось бы, незначительном шаге заключён значительный догматический смысл.
В таком положении тела Мессии, в таком движении ног усматривается символ Его обращения к людям, шаг навстречу народам, добровольное посвящение Себя делу Спасения, выход на Евангельскую проповедь, будущие Крестные Страдания, Жертвенную смерть.
Кроме того, данной иконографической формулировкой подчеркивается, что Господь не просто принимает Крещение: именно Он освящает естество вод, устанавливает новое Таинство. Эта же идея отражена в жесте Его благословляющей руки.
С Господним благословением, отображаемым на иконах Крещения, связаны и такие следствия Церковного Таинства Крещения как омовение от скверны греха, возрождение и просвещение человека, приобщение его ко Христу, усыновление Богу, обретение им залога вечной блаженной жизни.
Более того, названный жест указывает на благословение всех вообще людей на Добро.
Не трудно заметить, что практически на всех современных изображениях фигура Христа воспроизводится ниже уровня, на котором пишется фигура Предтечи.
В историческом отношении это правило согласуется с тем обстоятельством, что во время Крещения Иоанн стоял на берегу, а Спаситель — на дне Иордана, в воде.
В более глубоком богословском раскрытии эта символика указывает на то величайшее умаление и смирение, которые проявил, во время служения, Христос. Вспомним, что Иоанн считал себя недостойным быть Крестителем Иисуса Христа: «мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?» (Мф.3:14).
Во времена Ветхого Завета о смирении Искупителя свидетельствовал пророк Божий Исаия: «Нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми» (Ис. 53:2-3).
На некоторых иконах эта мысль оттеняется ещё более остро и решительно через то, что Спаситель представлен даже и в меньшем масштабе, чем Иоанн. Достойно замечания, что в очах огромного количества людей Он и действительно выглядел меньшим, чем Его Креститель (именно такое отношение ко Христу высказали вознегодовавшие ученики Иоанна: «Тот, который был с тобою при Иордане и о Котором ты свидетельствовал, вот Он крестит, и все идут к Нему» (Ин. 3:25)).
Наклон головы Искупителя указывает на пророческую сторону Его общественного служения, символизирует послушание Богу. В этом смиренном наклоне нельзя не увидеть знака добровольного подчинения Христа (по человеческому естеству) воле Отца.
При Иордане свободное подчинение Спасителя, как Человека, Божественной воле обнаружилось в Его ответных словах Иоанну: «оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду» (Мф.3:15). Некоторое время спустя Он высказался в этом смысле особо: «Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца» (Ин.6:38). Смирение и покорность Мессии Божественной воле просматривалось на всём протяжении Его земного служения: перед страданиями и во время страданий, во время схождения в адовы бездны, до Воскресения и после Воскресения: Он «смирил Себя, быв послушным до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2:8).
С учётом сказанного, в наклоне головы Богочеловека на иконах Крещения читается Его согласие на будущие Крестные страдания, Крестную смерть.
Обнаженность Спасителя в контексте иконографии Крещения подразумевает несколько важных смыслов.
В историческом плане нагота указывает на реальное обнажение тела Христа. Вполне вероятно, что Он и действительно сбросил Свои одежды перед вхождением в воду, оставил их на берегу (хотя бы ради того, чтобы не замочить).
Однако не это значение является доминирующим. В более глубокой интерпретации телесная нагота Христа символизирует Его внутреннюю, нравственную чистоту. Такая аллегорическая параллель основана на библейском сюжете о пребывании первозданных людей в Раю, как известно, не имевших одежд, но при этом, в силу невинности, не испытывавших ни малейшего стыда, словно и не замечавших своей наготы.
На многих поздних и современных иконах Крещения Господь представлен не полностью обнаженным, а опоясанным белым полотном. В этих вариантах набедренная повязка, прикрывающая часть наготы, не только не противоречит свидетельству Церкви об абсолютной безгрешности Искупителя, о Его нравственной чистоте, но и усиливает его.
В данном случае образ поясной повязки согласуется с символическим образом Мессии, очерченным ветхозаветным пророком Исаией, и подчеркивает соответствие жизни и служения Христа условиям высшей Божественной Истины и Справедливости: «Он будет судить бедных по правде, и дела страдальцев земли решать по истине… И будет препоясанием чресл Его правда, и препоясанием бедр Его – истина» (Ис. 11:1-5).
Поскольку Крещение Господа в Иордане положило основу Таинству Крещения для всех вступающих в Церковь и явило нам образец исполнения этого Таинства, постольку можно сказать, что обнаженность Мессии объясняет значение обнажения погружаемых в священную купель: снятие одежд символизирует совлечение ветхого человека, очищение от греха, обретение чистоты первозданного Адама, освобождение от власти лукавых демонических сил.
Наконец, символика наготы Иисуса связана с символикой Его Крестных Страданий и смерти. В этой интерпретации Крещение аллегорически объясняется как омовение Тела Спасителя перед будущим погребением. На некоторых иконах Крещения эта идея особо оттеняется тем, что руки Христа прописаны сложенными крестообразно на груди, — так, как они традиционно складываются на груди усопшего.
Похожую параллель нетрудно обнаружить и в первом евангельском поучении Христа о Крещении как о рождении свыше, произнесенным во время диалога с Никодимом. В формате этого диалога Небесный Учитель указал визави на Свою будущую смерть: «И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну человеческому» (Ин. 3:14).
Кроме того, в беседе с апостолами Спаситель назвал Крещением будущие Крестные страдания и смерть: «не знаете, чего просите. Можете ли пить чашу, которую Я пью и креститься крещением, которым Я крещусь?» (Мк. 10:39).
Аналогия между Крещением и Искупительной смертью на Кресте подчеркивается на иконах и угловатыми, ломаными контурами береговых линий Иордана, напоминающими очертанием холодный могильный пролом, погребальную пещеру. Это впечатление усиливается темнотой красок воды, иногда близких к чёрному.
Дополним, что русское слово «Крещение», в отличие от греческого, означающего погружение, в этимологическом отношении связано с термином «Крест». Это соответствует тому догматическому положению, что Крещение всякого вообще человека есть Крещение в смерть Искупителя. В приведённом осмыслении троекратное погружение крещаемого в воду (или троекратное обливание, что тоже допустимо) знаменует трехдневное пребывание Сына Божьего в чреве земли: «Неужели вы не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?» (Рим.6:3).
Иоанн Креститель, по большей части, пишется справа от Мессии (слева, с точки зрения богомольца). Несмотря на то, что фигура пророка располагается выше Христа, его поза, направление взора, жесты и мимика указывают на высочайшее смирение, на признание второстепенности своей роли: «Идущий за мною сильнее меня, я не достоин понести обувь Его» (Мф. 3:11). По свидетельству Христа, Иоанн Креститель есть больший из рожденных женами; тем не менее, меньший в Царстве Небесном больше него. Христос же, как Сын Божий, больше, чем Небо и Небеса Небес, Он — Творец и Владыка вселенной.
Десница Иоанна находится над головой Иисуса Христа. Та осторожность, с которой он возлагает её на Мессию, свидетельствует о его высочайшем благоговении перед Крещающимся: Христос — жених, а Креститель — всего лишь друг Жениха. Левая рука Иоанна обычно пишется или развернутой ладонью к Небу — в знак его внимания Богу, молитвы, либо держащей свиток или Крест. Свиток — символ пророческой проповеди, напоминающий, что главной задачей Крестителя, как раба Божьего, была проповедь о покаянии и свидетельство: «Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали чрез Него» (Ин.1:7).
Крест в руке Иоанна соотносится с одним из главных предметов его свидетельства о Христе: «Вот Агнец Божий, Который берёт на Себя грех мира» (Ин.1:29). В этих словах просматривается указание на Искупительную Жертву Христа: «Не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира, но явившегося в последние времена для вас» (1Пет. 1:18-19).
Кроме того, данным свидетельством очерчивается прообразовательная связь между ветхозаветным пасхальным жертвенным агнцем и Новозаветным Агнцем — Сыном Марии, Иисусом Христом.
(В общих чертах эта связь обнаруживается в следующем. Как ветхозаветный пасхальный агнец был чист и непорочен, так и Мессия был нравственно чист, чужд изъяна греха, Совершенный Бог и Человек. Как кровь пасхального жертвенного агнца избавила сынов Израиля от поражения ангелом губителем, так и драгоценною Кровью Христа мы спасены. Как сыны Израиля, потребив в пищу плоть пасхального агнца, при содействии благодати избавились от плена, так и сыны Матери-Церкви, питаясь духовно Телом и Кровью Новозаветного Агнца, в Таинстве Евхаристии, освобождаются от уз и оков греховного плена. Как поедание общим Собранием ветхозаветного агнца объединяло еврейский народ, так и совместное потребление христианами Плоти и Крови Мессии объединяет их в единое тело, единый организм: «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1Кор.10:17). Как потребление ветхозаветного агнца сопровождалось поеданием горьких трав, так и последователи Христовы на пути к Небу испытывают горечь скорбей).
На некоторых изображениях Крещения Господня возле Его Предтечи отмечены: дерево и секира (топор). Этот предостерегающий символ обязан возникновением проповеди Иоанна Крестителя о грядущем суде: «Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь» (Лк. 3:9).
Обозначаемый в верхней части композиции сегмент Небесной сферы с лучами знаменует разверзшиеся над Христом Небеса. Этим художественным решением высвечивается идея о Царственном достоинстве Христа.
Кроме того, символ расторгнутых Небес напоминает, что Рай, закрытый для человека грехопадением Адама, вновь открывается Христом. Причем, на сегодняшний день ожидающий праведников Рай представляет собой не тот чувственный сад, из которого были изгнаны первые люди, а сверхчувственное, неописуемое Небесное Царство. Это Царство настолько превосходит земной Рай, насколько и само Небо выше земли. На некоторых иконографических памятниках сия догматическая идея подчеркивается изображением в Небесном пространстве ангельских воинств, ангельских хоров. Крещение человека является обязательным условием для приобщения к этому Царству: «если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия… если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3:3,5).
Знаком того, что глас Божий, раздавшийся с Небес и услышанный Иоанном, когда «Иисус, крестившись, молился» (Лк.3:21), был предназначен не исключительно для него, но для всех людей, служит преобладание света на всём пространстве вокруг Крестителя и Христа (свет, как и лучи, символизирует Божественное действие). Действие света подчёркивается сиянием горных лещадок, бликами на одеждах и ликах участников сцены.
Если учитывать, что Иордан в той визуальной форме, в какой он воспроизводится на иконах Крещения Господня, является символом погребальной пещеры, а тьма водной поверхности — символом адовой тьмы, то становится очевидным, что посредством этого образа зритель (богомолец) располагается к пониманию, что и ад открывается Христом.
На некоторых иконах Крещения эта мысль фиксируется посредством изображения под стопами стоящего в воде Искупителя подножия, абрис которого повторяет контуры попранных адовых врат (на иконах: «Воскресение. Сошествие во ад»). И это справедливо. До Христа никто из людей не мог утвердительно ответить на вопрос «Отворялись ли для тебя врата смерти?» (Иов. 38:17) в том значении, что в его силах было избежать ада по смерти или, войдя туда, выйти.
Согласно сюжету икон данного типа, Иоанн Креститель, склонившись над рекой, как бы склоняется и над бездной, пророчески прозревая её. Ведь ему предстояло стать Предтечей Христа и в аду.
Кроме прочего разверзшаяся Небесная сфера указывает на разверзшиеся недра Отца, из сущности Которого предвечно рожден Сын Божий, и от Которого исходит Святой Дух. Присутствие Святого Духа знаменует голубь. На некоторых иконах присутствие Отца символически обозначается в образе Ветхого Днями.
В историческом плане этим символизируется Богоявление. В более узком догматическом контексте названной символикой знаменуется Божественное происхождение Христа (подчёркнутое, помимо этого, особым крещатым нимбом с надписанием «о Он» — «Сущий»).
Луч, исходя из Небесного круга, как единый, указывает на единство трёх Лиц Пресвятой Троицы по существу, а также на единство Божественной энергии, Божественного действия, всегда проистекающего от Отца через Сына и проявляющегося во Святом Духе. Разделением Небесного луча натрое обнаруживается тройственность Бога в Лицах (Ипостасях). Можно сказать, что этим символом знаменуется участие всех трех Божеских Лиц в Домостроительстве нашего Спасения.
Расположение ангелов на берегу возводит к мысли о соединении во Христе двух миров: земного и небесного; о содействии ангелов Божьих Спасителю во время Его земного служения (Мк.1:13), (Лк.22:43).
Покрытые руки ангелов и смиренно склоненные головы — знак благоговения перед Спасителем как перед Владыкой.
В случае восприятия Крещения Господня как образца для совершения Таинства членами Церкви, в изображении ангелов читается указание на то, что и каждому, принимающему Крещение, уделяется в помощь от Бога ангел-хранитель.
Иногда ангелы бывают расположены на иконах таким образом, что формируют собой как бы ступени таинственной лестницы, возводящей на Небо — символ того, что и наше спасение осуществляется не без помощи ангелов.
Наконец, ангелы символизируют восприемников.
Как уже было отмечено выше, две небольшие фигуры, расположенные в толще воды, возле ног Иисуса Христа, символизирующие море и реку, напоминают о ветхозаветном пророчестве: «Море увидело и побежало; Иордан обратился назад» (Пс. 113:3). На некоторых иконах голова мужа, олицетворяющего Иордан, бывает представлена неестественно развёрнутой за спину: «Иордан обратился назад» (Пс.113:3). Другая фигура может изображаться сидящей на стремительной рыбе: «Море… побежало» (Пс.113:3).
В рамках смежного толкования, символы реки и моря указывают на власть Христа над стихиями, в частности — над водными (Мк. 4:37-39).
Бывает, что невдалеке от этих фигур воспроизводится одна или множество змей. Здесь можно увидеть связь с содержанием библейского стиха: «Ты расторг силою Твоею море, Ты сокрушил головы змиев в воде» (Пс. 73:13).
Кроме того, в данной моделлировке усматривается параллель с содержанием фрагмента из Книги Иова: «Вот бегемот (Ц-Сл. — зверь, греч. Θηρία), которого Я создал, как и тебя… Это верх путей Божиих, только Сотворивший его может приблизиться к нему… вот, он пьет из реки не торопится; остается спокоен, хотя бы Иордан устремился ко рту его. Возьмет ли кто его в глазах его и проколет ли ему нос багром? Можешь ли ты удою вытащить левиафана (Ц-Сл. — змея, греч — δράκοντα) и веревкою схватить за язык его? вденешь ли кольцо в ноздри его? проколешь ли иглою челюсть его?» (Иов. 40:10, 14, 18-21).
Названный пассаж располагает интерпретировать сцену со змеями, как указание на победу Христа над падшими духами.
Рыбы у ног Богочеловека обнаруживают подчинение Господу мира живой природы (в том числе — рыб; вспомним о чудесной ловле рыбы, осуществленной апостолами по слову Христа).
Между тем, приняв в соображение, что во время всемирного потопа на рыб не распространялось проклятие, связанное с губительным действием воды (ведь рыбам свойственно жить в водной среде), понимаем, что через эту аллегорию спасительные воды Святого Крещения противопоставляются губительным водам потопа, через что в очередной раз нам напоминается о величайшей Божественной милости и любви. Так, если во время наведения потопа грешники были истреблены, то с Пришествием Сына Божьего — не только не были истреблены, но и были искуплены.
Наконец, рыбы возле Мессии могут знаменовать и Его верных последователей, близость их ко Христу. На некоторых иконах сцена Крещения включает людей, плавающих вместе с рыбами. При этом обводы их тел и конечностей ритмично сочетаются с обводами представленных рядом рыб.
Такое сопоставление возможно потому, что в древности изображение рыбы использовалось и как Евхаристический символ, и вообще как символ Христа. Кроме того, апостолы (некоторые из которых были причастны к рыбацкому промыслу) именовались ловцами (людей). Опять же, и Царство Небесное уподобляется в Евангелии неводу: «Еще подобно Царство Небесное неводу, закинутому в море и захватившему рыб всякого рода, который, когда наполнился, вытащили на берег и, сев, хорошее собрали в сосуды, а худое выбросили вон» (Мф. 13:47-48).
Иногда Иордан изображается, как река, образованная из двух соединенных потоков. Визуально это выглядит так, будто она раздваивается в верхней части композиции. На других вариантах Иордан бывает представлен изгибающимся кверху в мощную, крутую дугу. Первый способ изображения Иордана связан с древним преданием о происхождении этой реки в результате слияния потоков: Иор и Дан. Второй вариант оттеняет идею о том крутом повороте в жизни вселенной, который был совершён Иисусом Христом. Отметим, что географически истоки Иордана берут начало на склонах горы Ермон.
На отдельных иконах возле фигур, олицетворяющих море и Иордан, обозначается Крест: иногда в виде упрощенного знака; а иногда — водруженным на камне или особой колонке.
При ближайшем объяснении оказывается, что этот символ знаменует освящение вод и спасение человека через Крест (Крестные Страдания и смерть Искупителя).
В то же время допускается и такое толкование: возможно, когда-то аналогичным знаком обозначалось действительное место Крещения Господа. Согласно преданию, географически оно находилось возле Иерихона (со временем в том районе была образована обитель во имя святого Иоанна Крестителя).
Уместно добавить, что место предполагаемого Крещения Иисуса известно ещё и тем, что во времена Ветхого Завета там был совершен чудесный переход еврейского народа через Иордан (после завершения сорокалетнего странствования по пустыне). Тогда, в память о событии, со дна реки были взяты двенадцать камней и уложены, в качестве памятника, на берегу. Двенадцать же других камней, взятых с берега, были уложены на дне Иордана. Поскольку тот исторический переход через реку служил прообразом Крещения Господня и Крещения как Церковного таинства, постольку знак Креста на иконах Крещения может интерпретироваться как первообраз того ветхозаветного знака-памятника.
На некоторых иконах наряду с Иоанном Крестителем и Христом изображено множество людей, стоящих или сидящих на некотором отдалении от Них. В контексте буквальной интерпретации это может указывать на действительных свидетелей Крещения Господня, а в более широкой перспективе — напоминать о призвании всех людей ко спасению.
Горы отображают топографические детали местности. При этом, как сие принято в иконографии вообще, они служат символом нравственного, духовного восхождения человека к Творцу. Достаточно часто горы пишутся таким образом, что если мысленно провести по их внутренним склонам прямые, эти линии укажут на Христа. Этим приёмом внимание зрителя (богомольца) обращается на то, что во-первых, главная роль в деле Крещения принадлежала не Иоанну, а Спасителю, и во-вторых, что восхождение человека к Богу и единение с Ним осуществляется именно через Христа, во Христе.
Леонов А. М. Преподаватель Догматического Богословия Санкт-Петербургской Академии Теологии и Искусств.

Ренессанс

Дионисий

Дионисий (около 1440—1502) — ведущий московский иконописец и мастер фресок конца XV — начала XVI веков. Считается продолжателем традиций Андрея Рублёва.

Самая ранняя из известных работ — росписи собора Рождества Богородицы в Пафнутьевом Боровском монастыре (1467—1477).

В 1481 году артель, возглавляемая Дионисием, расписывает Успенскую церковь в Москве (вероятнее всего, Успенский собор, построенный Аристотелем Фиораванти). Его помощниками в этой работе, как сообщает летопись, были «поп Тимофей, Ярец да Коня».

Не ранее 1486 года, возможно, неоднократно работает в Иосифо-Волоколамском монастыре: там он пишет иконы для соборной церкви Успения Богоматери, возглавляя живописную артель.

Последние документально засвидетельствованные произведения, и, вероятно, наиболее известные работы Дионисия — стенные росписи и иконостас собора Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря, выполненные мастером вместе со своими сыновьями Феодосием и Владимиром.

Известно довольно много художественных произведений, авторство Дионисия которых документально установлено, либо приписываемых самому Дионисию, либо его окружению.

Среди дошедших до нашего времени икон мастера известны: житийные иконы митрополитов Петра и Алексея (1462—1472 гг.), «Богоматерь Одигитрия» (1482 г.), «Крещение Господне» (1500 г.), «Спас в силах» и «Распятие» (1500 г.), «Сошествие в ад».

Разные источники указывают разные даты смерти Дионисия: «после 1503 года», «до 1508 года», «после 1519 года», «середина 1520-х годов» и т. д.

По решению ЮНЕСКО 2002 год был объявлен годом Дионисия.

Ок. 1440 — между 1502 и 1508 В отличие от других знаменитых иконописцев Древней Руси, Феофана Грека и Андрея Рублева, биографические сведения о которых почти не сохранились, Дионисий представляет собой редкое исключение. И хотя даты рождения и смерти его весьма приблизительны, о творчестве мастера, его работах и заказах известно довольно многое.

Исключительная судьба, талант и высокие покровители — великий князь и высшие духовные особы — обеспечили самые благоприятные условия для творчества мастера. Первый из серьезных заказов Дионисий получил между 1467 и 1477 гг., когда ему предложили участвовать в росписях церкви Рождества Пресвятой Богородицы в Пафнутьево-Боровском монастыре. Здесь он работал еще не вполне самостоятельно, а под началом мастера Митрофана, которого называют его учителем. Однако уже тогда проявился индивидуальный почерк и яркий талант молодого иконописца, так как документы упоминают об обоих живописцах как о «пресловущих паче всех в таковом деле».

В 1481 г. Дионисий получил новый почетный заказ: вместе с тремя другими мастерами он должен был выполнить иконы для иконостаса Успенского собора Московского Кремля, для деисусного, праздничного и пророческого чина (рядов иконостаса). О том, как высоко ценили молодого иконописца, свидетельствует редкий по тем временам факт: заказчик, владыка Вассиан, еще до начала работ выплатил художникам задаток — 100 целковых. Тогда это была значительная сумма. Исследователи полагают, что кисти Дионисия принадлежал в основном деисусный чин, то есть самая ответственная часть работы.

Деисус этот был «вельми чудесен» и еще больше прославил имя Дионисия. С тех пор он заслужил репутацию «мастера преизящного» и олицетворял московскую школу иконописи. Любимец Ивана III и известного гонителя еретиков Иосифа Волоцкого, по заказу которого он написал более 80 икон, Дионисий был носителем официальной великокняжеской традиции в искусстве. Композиции его произведений отличались строгой торжественностью, краски были светлы, пропорции фигур изящно удлинены, головы, руки и ноги святых миниатюрны, а лики неизменно красивы.

Однако в них не следовало искать ни страстности Феофана Грека, ни глубины образов Андрея Рублева. Яркая праздничность и парадность его произведении, изысканность их колорита отвечали требованиям времени: Московская Русь переживала период своего расцвета.

В 1482 г. Дионисий написал для Вознесенского монастыря Московского Кремля икону «Богоматерь Одигитрия». Излюбленный мастером светло-золотистый фон, пурпурный мафорий (одеяние) Богоматери, ее торжественная поза и славословящие ангелы создали общий величественный строй образа. Много работ выполнил Дионисий для Иосифо-Волоколамского и Павло-Обнорского монастырей.

В частности, для последнего он написал «Распятие», которое помещалось в иконостасе собора. Центр иконной доски, подчеркивая ее вертикаль, занимало изображение креста, на котором распят Спаситель. Поникшая голова, словно венчик увядшего цветка, раскинутые, как стебли, руки и пластично изогнутое тело создают торжественно-печальное настроение. Безмолвно застывшие фигуры предстоящих — Марии, Иоанна и пришедших с ними женщин и воина — составляют симметрично расположенные по сторонам креста скорбные группы. Им вторят фигуры ангелов в верхнем регистре и помещенные еще выше, над перекладиной креста, изображения Солнца и Луны, символизирующие космическое значение события. Ангелы, следящие за бегом небесных светил, уводят их с небосклона.

Наиболее значительной работой Дионисия стали монументальные росписи — фрески собора Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря (1495-96). Здесь художник трудился не один, а с сыновьями и подмастерьями. Небольшой по размерам храм Рождества Богородицы расписан сценами из земной жизни Девы Марии. При входе молящихся встречает портальная фреска, которая словно выступает изнутри церкви на стены фасада. Композиция ее делится на три регистра: нижний ряд служит как бы основанием верхних и состоит из «полотенец» — своеобразного орнамента, имитирующего ткань. Выше, по сторонам входа располагаются две фигуры архангелов, Михаила и Гавриила, третий регистр занят сценами из детства Девы Марии, а завершает композицию — деисус. В интерьере собора значительное место отведено сюжетам из Акафиста Богоматери, созданного византийским поэтом VI в. Романом Сладкопевцем. 25 гимнов, сцены которых, начиная с Благовещения, развернуты на восточных, затем на западных столбах и западной стене церкви, составляют подлинную Богородичную сюиту.

Светлое, радостное настроение объединяет все фрески, прославляющие Деву Марию и ее заступничество за людей перед Господом («Покров», «Собор Богородицы», «О Тебе радуется», «Страшный Суд» и др.). Чистые и нежные краски с преобладанием зеленоватого, золотистого и, главное, белого цвета, впервые в древнерусском искусстве получившего здесь самостоятельное звучание, великолепно гармонируют с эмоциональным строем образов.

Ферапонтов монастырь, находившийся далеко на севере и редко посещавшийся паломниками, был небогат, а потому не имел средств на поновления живописи. Этому обстоятельству мы обязаны тем, что фрески Дионисия избежали поздних записей, сохранили близкий к первоначальному колорит и позволили составить верное представление о манере письма мастера. Кисти Дионисия принадлежали также житийные иконы святых Кирилла Белозерского, Димитрия Прилуцкого и др.

Тип житийных икон, когда в центре доски, в среднике, помещалась фигура избранного святого, а по сторонам ее окружали клейма: небольшие, забранные в рамки композиции на сюжеты из жизни и чудесных деяний праведника были широко распространены в древнерусской живописи. Особой известностью пользуются две парные житийные иконы Дионисия, изображающие митрополитов Петра и Алексия, выполненные для Успенского собора в Московском Кремле. Митрополиты представлены в парадных облачениях, в полный рост, положения их фигур и жесты почти симметричны (возможно, иконы висели в соборе друг против друга и потому композиционно перекликались), фигура митрополита Петра лишь слегка сдвинута влево, а митрополита Алексия — вправо. Величественная осанка, красочные одежды, с преобладающим белым цветом, усиливают торжественность и монументальность образов.

В малых же картинках-клеймах, изображавших эпизоды из жизни святителей, отразился реальный мир, столь близкий Дионисию. Работая над большими заказами с сыновьями и подмастерьями, иконописец со временем создал круг своих учеников и последователей. И хотя никому из них не удалось достичь той красоты и выразительности образов, которая свойственна произведениям мастера, все же работы «круга», или «школы», Дионисия отличаются высокими художественными достоинствами. К числу их относятся и произведения сына знаменитого иконописца, Феодосия, выполнившего в 1508 г. росписи стен Благовещенского собора Московского Кремля.

Год Картина Название Примечание Местоположение
1480-e Алексий митрополит с житием (икона) Паволока, левкас, яичная темпера. 197 × 152. Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия
1500 Распятие (икона) Паволока, левкас, яичная темпера. 85 × 52. Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия
1482 Богоматерь Одигитрия (икона) Паволока, левкас, яичная темпера.1482 г. 135 × 111 см. Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия
1502 Богоматерь Одигитрия (икона) Дерево, три доски, две врезные встречные шпонки, паволока, левкас, темпера. 142 × 106 × 3,5. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург, Россия
1500 Спас в силах Доска липовая, шпонки набивные, односторонние (более поздние). Паволока, левкас, яичная темпера. 192 × 130 Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия
1500 Уверение Фомы Дерево, две доски, две встречные шпонки, паволока, темпера. 85 × 54 × 3.7 см Государственный Русский музей, Санкт-Петербург, Россия

LiveInternetLiveInternet

Цитата сообщения ONIKSA КРЕЩЕНИЕ ИИСУСА ХРИСТА

В то время, когда Иоанн Креститель проповедовал на берегах Иордана и крестил людей, Иисусу Христу исполнилось тридцать лет. Он также пришел из Назарета на реку Иордан к Иоанну, чтобы получить от него крещение.
Иордан место крещения Иисуса Христа
фото Алла Варшавская
Иоанн же считал себя недостойным крестить Иисуса Христа и стал удерживать Его, говоря: «мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?».
Но Иисус сказал ему в ответ: «оставь теперь», то есть не удерживай меня теперь, «потому что так нужно нам исполнить всякую правду» — исполнить все в Законе Божием и показать пример людям.
Тогда Иоанн повиновался и крестил Иисуса Христа.
По совершении крещения, когда Иисус Христос выходил из воды, вдруг разверзлись (раскрылись) над Ним небеса; и Иоанн увидел Духа Божия, Который в виде голубя спускался на Иисуса, а с неба был слышен голос Бога Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение».
Тогда Иоанн и все кто слышал голос, окончательно убедилися, что Иисус есть ожидаемый Мессия, Сын Божий, Спаситель мира. Это и записано в Библии.
ПРИМЕЧАНИЕ: См. Евангелие от Матфея, гл. 3, 13-17; от Марка, гл. 1, 9-11; от Луки, гл. 3, 21-22; от Иоанна, гл. 1, 32-34.
Карл Генрих — Крещение Господне Carl Heinrich — The Baptism of Christ
Иисус Христос крестился в возрасте 30 лет, а не в младенчестве. Потому что крещение — это обряд, совершаемый для отпущения грехов. Для этого человек должен понимать, что он совершает неправильного и должен покаяться в этом. А младенцы еще не могут различать добро от зла, для этого им нужно вырасти и достичь возраста ответственности за свои дела. Христос, конечно, был безгрешным. Поэтому Иоанна и удивило что Иисус пришел на крещение. Его крещение показало пример того, как мы должны поступать.
Первоначально крещение совершалось естественно только над взрослыми, после принятия ими христианской проповеди, по­каяния и решения жить в доброй совести..
Крещение не есть омытие телесной нечистоты, но есть обещание Богу доброй совести, и спасает нас воскресением Иисуса Христа (1Пет.3,21). А как младенец, может пообещать Богу чистую и добрую совесть?
Но с появлением христианских семейств начали крестить также и младенцев. Проследить историю, даже точно фиксировать появление этого обычая не возможно. Известен лишь тот факт, что на Карфагенских Соборах III-го века шли споры о кре­щении младенцев.
Джеймс Дж. Тиссо, Крещение Иисуса (1886-96), акварель.
Крещение Иисуса Уильям Отверстие
Патинир Иоахим (1480-1524)
Г.Г.Гагарин
Дж. Б. Тьеполо. «Крещение Христа». 1732—33 гг. Церковь Коллеони. Бергамо
Р.М.Волков Крещение Господне
Бартоломе Эстебан Мурильо. Крещение
«Крещение Христа», 1723 , картина Франческо Тревизани
Болонья, Италия
Альбани Крещение Христа Albani’s Baptism of Christ
Стефано Bianchetti
Крещение Христа от Ирины Шутовой
William Hole
Joachim Patenier
Елена Уайт на Иисуса » Крещение
После совершенного крещения Христос удалился в пустыню и провел там сорок суток в строгом посте и молитве, не вкушая пищи. Так Он готовился к Своему служению человечеству. Там в пустыне Христа, как человека, искушал дьявол, пытаясь соблазнить Его на грех, но Христос победил искушения от дьявола и показал людям, что Он пришел освободить человечество от власти дьявола, и первый дал этому пример противостоя греху и искушению..
Отойди от Меня Уильям Отверстие
— Не поклонюсь тебе сатана! Не сказано ли Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи!

Крещение Господне: иконы праздника

На иконе показаны события, которые произошли на реке Иордан, где Иисус Христос принял крещение от Иоанна Предтечи. Икону Крещения можно назвать «мгновенной съемкой»

Крещение Господне; фрагмент трёхчастной иконы, 12 век, Монастырь св. Екатерины, Синай

Икона Крещения рассказывает не только о самом Крещении Христа в Иордане от Иоанна Предтечи. Главное «событие», которое стремится передать икона – явление миру воплотившегося Сына Божия как одного из Лиц Святой Троицы.

В Крещении Христа впервые зримо для всех людей, пришедших креститься, Бог открылся как Святая Троица: Бог-Отец говорил с неба, Сын Божий крестился в водах Иордана, а Святой Дух сошел на Сына в виде голубя.

И потому на иконе мы видим в центре, в водах Иордана, — Иисуса Христа, вверху – Небо, с Небес спускается белый голубь — символ Святого Духа.

Так исполнилась «всякая правда», о которой говорит Христос в Евангелии: тем, кто услышал призыв Иоанна Крестителя к покаянию и крестился с верой, исповедуя свои грехи, было дано увидеть исполнение пророчеств – явление миру Бога Отца и Сына и Святого Духа.

Так верующее и чистое сердце видит Бога. Поэтому событие и праздник Крещения получили еще одно название – Богоявление.

Крещение Господне, фреска,1668 г., Переяславль-Залесский, Троицкий собор, придел св. Иоанна Предтечи

Начало XIII в. Монастырь св.Екатерины, Синай

Миниатюра Минология Василия II. Константинополь. 985 г. Ватиканская библиотека. Рим

Иоанна Крестителя мы видим изображенным, склонившись к Иисусу, и возложившим в знак крещения свою правую руку на Его главу. А на правом берегу Иордана — ангелы, также склонившиеся к Иисусу Христу. Они словно сослужат Иоанну Крестителю.

Иисус Христос в водах Иордана соединяет Собой два «берега» жизни: земное (Иоанн Предтеча – человек) и небесное (ангелы). Так и мы через Иисуса Христа и личное крещение получаем возможность приобщиться к миру духовному, небесному.

Крещение Господне. VI в., Равенна

Крещение Господне. 1001-1015 гг., Грузия

Крещение Господне, Византия XI в., Императорский менологий, США. Балтимор

Крещение Господне, прп. Андрей Рублев, 1405 г

Крещение Господне. Сербия, Косово, монастырь Грачаница, XIV в

В Иордане мы видим две небольшие фигуры: старец – символ реки Иордан и женская фигура верхом на дельфине – символ моря. Эти символы пришли из византийского искусства: в древнегреческом языке слово «река» мужского рода, а «море» – женского рода.

Фигуры-символы реки Иордан и моря отсылают к словам из псалма 133: «Море виде и побежало, Иордан возвратился вспять», которые повторяются и в крещенских песнопениях. Поскольку фигуры в реке не реальные люди, а символы, они изображаются меньшими по размеру.

Крещение Господне, Фреска церкви Спаса на Нередице. 1199 г. Новгород

Крещение Господне, вторая половина XI века. Афины, монастырь Дафни, церковь Успения Пресвятой Богородицы

Крещение Господне, XI в., Греция. Монастырь Осиос Лукас

Крещение Господне. Кирилло-Белозерский монастырь, 15 век

Богоявление. Фреска церкви св.Георгия в Старо-Нагоричане, 1316-17. Македония

Богоявление с предстоящими святыми. Конец XVIII – нач.XIX в. Рыбинский музей-заповедник

Двусторонняя икона-таблетка, 2-ая четверть XVв. Сергиево-Посадский историко-художественный музей-заповедник

Мастер Михаил. Икона из Благовещенского собора в Сольвычегодске. Нач. XVII в. Государственный Русский Музей, Спб

С раннехристианских времен рыба изображается как аллегорический символ Иисуса Христа. На древнегреческом («ихтис») это слово представляет монограмму из начальных букв имени Иисуса Христа – Иисус Христос Сын Божий Спаситель.

Христианский богослов III века Тертуллиан связывает символ рыбы с таинством Крещения: «Мы маленькие рыбки, ведомые нашим ikhthus (Иисусом Христом), мы рождаемся в воде и можем спастись не иначе, как пребывая в воде».

Пелена. 1580-е годы. Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Крещение Господне, современная икона

Крещение Спасителя. 1880-е, Иванов Андрей Иванович, Государственная Третьяковская галерея

Крещение Господне. Семирадский Генрих Ипполитович, 1876 г

Крещение Господне (Богоявление). Нестеров Михаил Васильевич. 1891 г. Эскиз композиции для крестильни Владимирского собора в Киеве. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Крещение. Поленов Василий Дмитриевич. 1887–88 гг

Крещение Господне, М.В.Нестеров, фреска Князь-Владимирского собора, Киев