Кто такой ангел смерти?

Ангел смерти Азраил – кто он и какое место занимает в божественной иерархии

Архангелы считаются очень могущественными духовными существами, захватывающими внимание людей на протяжении веков. Приставка «арх» на греческом языке означает правящий или главный. В религиозных текстах сказано, что архангел находится на одном из самых высоких уровней в небесной иерархии. Во многих Священных Писаниях говорится о великих способностях архангелов как целителей и проводников, которые помогают во многих жизненных ситуациях.

Даже ангел смерти, имя которого Азраил обладает не негативными способностями по отношению к человеку, как может показаться. Он является проводником душ умерших в их новом путешествии.

Общие сведения

Имя Азраил означает «кому Бог помогает».

Он встречает души и помогает им в переходе на новый этап пути. Он помогает и живым людям справляться с их горем и совладать с эмоциональным состоянием во времена утраты. Архангел Азраил помогает служителям и духовным учителям всех религиозных систем и верований в духовном консультировании. Он же подсказывает советникам скорбящих защититься от принятия боли своих клиентов на себя. Архангел направляет слова и действия просящих и одновременно является путеводителем во всех переходных состояниях, связанных с отношениями, карьерой, зависимостями и др. Помогает Азраил людям как можно более плавно ориентироваться в жизненных переменах.

Некоторые исследователи считают, что у “помогающего Богу” есть свита, которая помогает ему забирать души людей. Имена ангелов смерти, которые служат единому делу вместе с Азраилом: архангел Михаил, Абаддон (губитель), Самаэль, Гавриил.

Силы и способности

Азраил – ангел смерти, поэтому он взаимодействует с мертвыми. Но при этом обладает теми же способностями, что и все остальные ангелы.

  • Ангел смерти Азраил обладает своей физиологией, включающей в себя: сверхчеловеческую силу и рефлексы, бессмертие, полет и изменение формы (способность скрывать свои крылья) и в дополнение – невидимость.
  • Будучи небесным ангельским существом, небесный посланник невосприимчив к возрасту и оттого бессмертен. Он не вправе пользоваться теми средствами, что могут легко убить или ранить смертного. Однако самому ему может быть нанесен вред сверхъестественными путями.
  • Невидимость: Азраил обладает способностью обращаться в прозрачную субстанцию и выбирать, кто способен ее видеть. Как правило, только мертвым доступен его облик.
  • Изменение формы: помощник Бога видоизменяет свою истинную внеземную внешность, делая себя похожим на человека.
  • Пространственное путешествие: Азраил может путешествовать между небом и землей. Более того, ангелы находятся за пределами таких понятий, как время и пространство. Они могут находиться в разных местах одновременно.

Имя ангела смерти в исламе

Азраил (в переводе: мир ему) – один из четырех великих ангелов, созданных Аллахом. Он освобождает души людей и возвращает их Аллаху, когда их жизнь заканчивается.

В «Тафсир аль-Мажари» есть хадис, рассказанный Абдуллой ибн Умаром: Когда Аллах приказал Азраилу, мир ему, унижать людей, он умолял:

«О, мой Господь! Вы наложили на меня такой долг, что все сыновья Адама, живущие в мире, будут проклинать меня каждый раз, когда они меня помнят и будут верить, что я – зло «.

Аллах сказал ему:

«Мы позаботились об этом. Есть болезни и другие несчастья, которые люди воспримут как причины своей смерти. Таким образом, они не будут ни жаловаться на вас, ни проклинать вас».

Процесс отвлечения души в Коране описывается так:

«Мир подобен открытому сундуку для ангела смерти и демона жизни. Люди рассеяны как семена в этом сундуке. Он берет любые семена, которые ему нравятся.»

Исламская традиция описывает Азраэля как полностью покрытого глазами и языками существо. Число глаз и языков постоянно изменяется, чтобы отразить число людей, которые в настоящее время живы на земле. Азраил отслеживает переменное число человечества, записывая имена людей в небесной книге, когда они рождаются, и стирая их имена, когда они умирают.

Ангел смерти в христианстве

В католической Библии нет упоминаний имени Азраэля и он не считается канонической фигурой в христианстве. Однако в 2 Эсдрасе есть история (запрещенная католической и протестантской церквями, но считающаяся канонической в православии, в восточной церкви), которая является частью Апокрифы.

У Эсдраса есть история писца и судьи по имени Эзра, также иногда написано это имя как «Азра» на разных языках. Азру посетил архангел Уриил и дал список законов и наказаний, которых он должен был придерживаться и применять в судопроизводстве над своим народом.

Позже Азра был записан в Апокрифах как взошедший на Небеса «без вкуса смерти». В различных религиозных конфессиях имя истолковывается как Эзра – восхождение на ангельский статус. В ходе истории произошло добавление суффикса «el» , который обозначает принадлежность к небесному существу. Следовательно, это будет Азраиль. В более поздних книгах также говорится о писце по имени Салафиил, который цитирует слова «Я, Салафиил, который также является Ездрой».

В зависимости от определенных взглядов на христианскую духовность, это можно рассматривать как ангельское влияние Азраила на Салатиэля, хотя эта точка зрения у христиан не подтверждается и не отрицается.

Демон в других религиозных текстах

Азраил также служит ангелом (демоном) смерти в сикхизме. В сикхских писаниях, написанных Гуру Нанаком Дев Джи, Бог (Вахегуру) посылает Азраила только тем людям, которые неверны и не раскаялись в своих грехах. Азраил появляется на Земле в человеческом обличии и бьет грешника по голове своей косой, чтобы убить его и извлечь душу из тела. Затем он отправляет собранные души в ад и следит за тем, чтобы они понесли наказание, к которому Вахегуру их приговорит.

Зоар (священная книга иудаизма – Каббала) представляет более приятное изображение Азраила. Зоар говорит, что ангел получает молитвенные песни верных людей, когда они достигают небес, а также командует легионами небесных помощников.

Смерть – неизбежная часть жизни. Бог назначил ангела Азраила к стороне смерти, чтобы он справился с задачей разрешения всех вопросов с ней связанных. Главный вопрос – преображение физической жизни человека в духовную.

Посланник Всевышнего оснащен всеми необходимыми инструментами для управления механизмами “за жизнью”. Энергией Бога он будет помогать каждому человеку в переходе между земным существованием и небесным полетом, а также смягчит боль людей, страдающих от потери любимого человека.

АНГЕЛ ПО ИМЕНИ СМЕРТЬ

— Послушайте! — Еще меня любите

За то, что я умру.

Марина Цветаева

Старики, зачем и кому они вообще нужны? Ну ладно раньше: они и с внуками сидели, и по хозяйству помогали, и в очередях стояли, пока дети работали. Но сейчас… Какие Арины Родионовны?! Теперь бабушками становятся лет в сорок, без отрыва от карьеры и личной жизни, и еще успевают собственным малышом напоследок обзавестись, а дедушки, если здоровье позволяет, крутятся кто в бизнесе, кто на двух работах. Но и они жалуются, что не понимают своих детей и внуков, не находят с ними общего языка. А уж семидесятилетние…

Они ползают где-то по обочине жизни, путаются под ногами и только всем мешают — бестолковые, навязчивые, то болезненно подозрительные, то легковерные, как малолетки, то агрессивные, то жалкие и беспомощные. А этот их бесконечный гундеж о своих болезнях.

Какая там мудрость — один старческий маразм! В нынешних реалиях не разбираются, советы дают дурацкие, да еще обижаются, что их никто не слушает. Соцработники от них стонут: вместо благодарности одни капризы, придирки и жалобы по инстанциям. Они словно вымещают на своих благодетелях обиду на все остальное, равнодушное к ним человечество.

Нет, мы, конечно, не звери, и стариков нам жалко. Абстрактно. Как бездомных кошек или собак. Есть, правда, альтруисты — взваливают на себя крест и начинают их опекать. Но таких единицы, как безумных собачников или кошатников. А остальным хватает и того, что приходится заботиться о собственных бабушках и дедушках, мамах и папах, вступивших на финишную прямую.

Как-то после очередной нашей ссоры моя мама сказала мне горько: «А ты почитай Бориса Васильева «Вы чье, старичье?» Там все про нас сказано».

Прочитала.

«Теперь уж редко кто помнит, что старичье — самый благодарный народ на свете. Погладь их мимоходом, слово ласковое скажи — и они, как псы, за тобою ходить будут, у порога от любви и нежности сдохнут. Забыли мы в суетливой ежедневности и о ласке, и о благодарности, и о самих стариках. У порога, говорите, от любви и нежности сдохнут? Так они же все равно сдох… Ну да, это самое, а отчего — вскрытие покажет».

А потом у моей подруги мама повесилась. Двадцать лет болела и просто устала быть всем в тягость.

Фото РИА Новости

Пора! Покоя сердце просит

Говорят, раньше было по-другому. Я помню, нас еще в школе учили, что в первобытном обществе, когда в среднем жили лет по двадцать, те немногие, кто дотягивали до пятидесяти, пользовались всеобщим уважением — а как же, хранители опыта, истории рода, традиций, воспитатели детей. Что в Древней Греции членами ареопага становились только после шестидесяти, а в Древнем Риме высший орган власти прямо так и назывался «сенат» — собрание старых и уважаемых людей. А уж в патриархальной православной России для стариков вообще было Эльдорадо… В общем, «молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет».

Что там еще застряло в голове от школьной премудрости? «Мой дядя самых честных правил»? Ну, это у нас точно все знают, даже те, кто «Евгения Онегина» вообще не читал. Так, вертится в памяти, как детская считалка. А если напрячься, если подумать: с каким напутствием классика отправили нас в сознательную жизнь? «Но, боже мой, какая скука / С больным сидеть и день и ночь,/ Не отходя ни шагу прочь!/ Какое низкое коварство/ Полуживого забавлять,/ Ему подушки поправлять,/ Печально подносить лекарство,/ Вздыхать и думать про себя:/ Когда же черт возьмет тебя!»

До меня смысл этих слов дошел лишь сейчас, когда я сама разменяла шестой десяток. И тут же полезло в голову: а какие образы стариков оставил нам «золотой» век русской литературы? Фамусов, старуха-графиня из «Пиковой дамы», скупой рыцарь, Мазепа, Плюшкин, Коробочка, Дикой, Кабаниха, старик Болконский, измывающийся над единственным любящим его существом, княжной Марьей, впавшая в детство старая графиня Ростова… А Достоевский с целой россыпью монстров — от старухи-процентщицы до старика Карамазова и Великого инквизитора? Да и герои наших сказок не лучше: и Баба-яга — не молодка, и Кощей бессмертный — не юноша. Как-то не стыкуется все это с благостной картиной всеобщей уважухи.

Вон Сергей Соловьев пишет, что в древности детям вообще вменялось в обязанность убийство немощных старых родителей, а наши предки-славяне под веселые песни и пляски отправляли своих бабушек и дедушек «на саночках» или «на рогожке» в овраг — помирать. Любили ли их при этом дети и внуки? А почему нет? Но ведь так было принято, все так делали.

В школе жизни нет каникул

Вот и мои интеллигентные, начитанные родители столкнулись когда-то с этой проблемой. Им было тогда чуть за пятьдесят, как мне сейчас — еще не старость, но уже и не легковесная молодость, когда не слишком задумываешься о собственном не столь уж далеком будущем. У нас была обычная советская патриархальная семья — три поколения под одной крышей. Потом дедушка умер, мы с братом выросли и стали жить отдельно…

Бабуля моя, мамина мама, и раньше-то была не подарок, а уж в старости чудила по полной программе. Ругались, мирились, но жили, в общем, нормально, как все. И вдруг у бабушки в одночасье отказали мозги: с вечера еще была просто старушка с причудами, а утром проснулась абсолютно беспомощным бессмысленным существом, как младенец, то и дело хватающимся то за спички, то за нож, так и норовящим то телевизор на себя уронить, то с балкона выпасть.

К такому удару судьбы никто из нас не был готов. Ни я, ни брат бросить работу, чтобы сидеть с бабушкой, не могли. Родители собирались в отпуск, уже и путевки в санаторий купили… Думали-думали, ничего не придумали, зато нашли «соломоново» решение — отложить всё на потом, «на после отпуска», а пока по блату пристроить бабулю в «хорошую» психушку, чтобы была под присмотром.

Понятное дело, из больницы она уже не вышла. Через несколько месяцев ее не стало. А нам в наследство осталось чувство неизбывной, неискупимой вины. Может, оно и привело моих абсолютно нерелигиозных родителей к вере?

Во всяком случае, слова: «Ты в церковь ходишь — тебе легче» я впервые услышала от них именно тогда. Конечно, они были люди образованные и знали, что для любой религии жизнь — переход от рождения к смерти и дальше, к существованию в новом качестве.

Но сами-то мои родители так никогда не думали. Они были из поколения юных ленинцев-сталинцев с промытыми с младенчества мозгами, лишенных семейных преданий, потому что взрослые боялись при детях предаваться воспоминаниям — чтобы те, не ровен час, в школе чего-нибудь не ляпнули и не подвели всех под статью. Большую часть жизни они прожили в мире перевернутых ценностей, где человек звучал гордо, врага, если он не сдавался, следовало уничтожать, а коммунизм, эту молодость мира, надлежало возводить молодым.

Это не они учили меня молитвам и водили за ручку в церковь. Это я, придя к вере взрослой, годами, преодолевая их яростное сопротивление, пыталась хоть по крупицам донести до их сознания евангельские истины.

Помог развал СССР. Оси координат советской идеологии рухнули прямо им на головы, произведя сотрясение основ. Мои старики в одночасье лишились всего: места в общественной иерархии, отложенных за всю жизнь на «достойную старость» сбережений, самоуважения, здоровья. Да, у них был богатый жизненный опыт, вот только передавать его больше было некому и незачем — вокруг с азартом создавали новую реальность, в которой им, «осколкам социализма», просто не было места. Тут поневоле смиришься.

И долго еще, когда я давала маме деньги, она плакала от унижения.

Вот тогда и потянулись мои старики в храм — единственное место, где можно было найти сочувствие и утешение, где их готовы были выслушать… хотя бы на исповеди.

Нет, они ничему не могли меня научить. Или все-таки могли?

В бой идут одни старики

Сегодня стоит включить телевизор, открыть любой глянцевый журнал, и вам объяснят, что старость — это такой аналог молодости, время познания радостей жизни. Были бы деньги. Стариков убеждают, что им и в восемьдесят не заказаны все телесные наслаждения, зазывают на всевозможные курсы, где их обучают ремеслам, иностранным языкам, турфирмы соблазняют их экзотическими путешествиями. Зачем? Да кого это интересует! Говорят, Сократ накануне казни брал урок игры на флейте, а когда его спросили: «Зачем?», ответил: «А когда же еще я успею этому выучиться?»

Удивительное дело: наше общество, ориентированное на молодых, на самом деле с каждым годом всё больше превращается в общество стариков и одновременно всё больше стремится к молодости, словно вообще забывая о существовании старости.

Во всяком случае, старость для нас по-прежнему — лишь растянутый во времени ритуал приготовления всех его участников к смерти одного из них. И хорошо, если ты пока не крайний в этом ряду. Твои дряхлеющие на глазах старики заслоняют тебя своими сгорбленными спинами от холодящего дыхания вечности.

В последние годы мама, измотанная болезнями и мыслью о том, что, не в силах обойтись без моих постоянных забот, «заедает мой век», часто говорила обычное стариковское: «Господи, помереть бы, что ли, скорей. Ну зачем я здесь? Только сама мучаюсь и тебя мучаю». А я все твердила ей: «Мамочка, как же ты не понимаешь? Мне ничего от тебя не нужно. Ты просто живи, просто будь».

Она слушала меня и… не верила.

А ведь я не врала. До меня вдруг дошло: уйдет она, и крайней в ряду останусь я.

Доколе не порвалась серебряная цепочка…

Все начинается с «социальной смерти» (у нас, кстати, наступающей задолго до физической старости — лет в 40-50, когда работодатели перестают читать ваше резюме). Ты постепенно теряешь свободу передвижения, экономическую и социальную конкурентоспособность, ловишь себя на том, что общепринятые нормы, идеалы и ценности становятся тебе чужими.

Ты превращаешься в «отработанный материал». Ты можешь подчиниться или сопротивляться, состариться раньше срока или быть на редкость бодрым для своих лет, сам играть роль старика или навязывать ее тем, кто старше. Но тебе никуда не уйти от неизбежности собственного ухода.

И вот тут, не умея научить нас примером своей жизни, наши старики учат нас самой своей смертью.

Мои уже все ушли. По-разному. Кто-то после долгой болезни, постепенно угасая, кто-то трагически. Последней уходила мама. Десять лет на моих глазах жизнь, болезни, потеря близких смиряли ее, она смягчалась, училась прощать и просить прощения, становилась по-настоящему мудрой. Мне вдруг стало важно, что она думает, я даже сама стала спрашивать у нее совета. А главное, чем беспомощнее она становилась, тем острее и безысходнее была моя любовь и предощущение неизбежного скорого финала. Слава Богу, последние ее годы прошли в Церкви: можно было вместе помолиться, можно было к ней батюшку позвать, чтобы поисповедовал и причастил. Но финальные несколько месяцев, когда страшные слова «терминальная больная» были произнесены и ей, казалось, не оставалось ничего, кроме боли…

Когда-то в порыве горя или отчаяния я, как и все, восклицала: «Господи, за что мне это?!» Потом стала спрашивать: «Для чего, Господи?» Когда уходила мама, я уже не восклицала и не спрашивала, только просила: «Господи, дай мне сил это выдержать». Но в последнюю ее ночь, когда, сжимая мою руку, она всё рвалась куда-то, всё просила помочь ей туда подняться и уже не видела меня, никаких слов, кроме: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мою мамочку!» у меня не осталось. И вообще ничего не осталось, кроме любви. Которая живет и сейчас. И мама живет. Это, наверное, главное, чему мы вообще можем друг у друга научиться. Хотя бы в старости.

А дальше — по апостолу Павлу: «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан».

Фото Маргариты Пассмор

Митрополит Сурожский Антоний

Глубины вечности

…Можно стареть и ветшать; а можно еще при молодости обветшать и уже не принадлежать творческому миру. Старость приходит ко всем; но она приходит в разное время. К одним она приходит через годы долгой жизни; к другим она приходит болезнью, разбитостью. И первый наш соблазн: сделать — я хотел сказать «все возможное», но я должен был бы сказать «все невозможное», чтобы удержать то, что уходит: телесные силы, здоровье, блеск живого ума, крепость… Страшно бывает видеть, как они постепенно уходят куда-то… И это большой соблазн, потому что сосредоточиться на том, чего нет, сосредоточиться на том, что убывает, чего не вернуть — самый верный способ задолго до смерти умереть заживо и перестать быть способным на творчество и на то, чтобы оставить наследие другим.

Один французский писатель, говоря о старости, пишет: стареющий человек, который возвращается к первому своему источнику, отходит от вещей временных и уходит в вещи вечные; и хоть виден огонь в глазах молодых, но в глазах старика можно увидеть свет… Вот на что мы должны быть готовы: превратить пламя жизни, огненный подход ко всему в жизни — в тихий свет. Если можно провести такое сравнение, мы должны перейти от слепящего света пасхальной ночи к тому тихому свету славы Божией, к свету невечернему, к свету, который никогда не угаснет, о котором мы поем на вечерне: Свете тихий святыя славы Небесного Бога Отца… Но для этого нужна решительность; нужно принять, что когда уходит одно, может, если мы только этого захотим, вырасти в нашей жизни другое. Перед словами, что есть огонь в глазах молодых и свет в глазах старых, говорится тоже, что по мере того как мы стареем, мы отходим от вещей временных, преходящих и вступаем в то, что вечно и неотъемлемо. Вот на чем мы должны сосредоточить не только внимание нашей мысли, но весь слух, все внимание нашего сердца и нашего существа; не бояться того, что прежнее уходит, а прислушиваться к тому, что постепенно нарастает; не бояться, что шум временного и внешнего до нас доходит заглушенно, все меньше и меньше, а прислушиваться к тому, как нарастает гармония вечной жизни…

…Если бы мы действительно любили каждого уходящего от земли в вечную жизнь, то наша жизнь все больше и больше была бы там, где они, то есть в Боге.

Из книги митрополита Сурожского Антония «Пути христианской жизни»

В продолжение темы: — три письма из книги Марии Городовой «Колыбель огня»

Ангел Смерти в разных религиях

В каждой религии имеется свой ангел смерти. Несмотря на некоторые схожести. Каждая религия отображает данное существо по-своему. Давайте посмотрим, где и как.

Ислам

В этой религии ему уделяется довольно большое значение. У него есть собственное имя – Азраил и он входит в четверку самых приближенных к Всевышнему существ – мукаррабун. Это позволяет ему командовать огромным количеством ангелами более низкого статуса – из рода Нашитат и рода Назиат. Предназначением англов из первого рода является проведение в мир иной душ праведников. Вторые же забирают души грешников. За душами особо отличившихся праведным житием он (Азраил) может спуститься сам, как и за душами великих грешников.

Из Яндекса.

В качестве дополнения, что ангел смерти носит имя Азраил без указания религии, многие богословы приводят следующие факты – в верованиях древних чувашов имеется божество, которое можно ассоциировать с ангелом смерти. Его имя звучит так – Эсрель.

Индийские сикхи своего ангела смерти зовут Азраа-Иил.

Христианство

В этой религии нет такого ангела, скажем так «специально» выделенного в качестве проводника душ. Согласно христианским канонам, душа после смерти «путешествует» самостоятельно и в проводниках не нуждается.

Однако же религиозными догматами признается, что при необходимости ангелы могут забирать души людей. В качестве аргумента такой необходимости приводится массовое убийство младенцев в Египте и уничтожение двух городов – Содома и Гоморры. В христианстве на такое способен любой ангел, невзирая на чин.

Правда, иногда ангелами смерти в христианстве могут называть падших ангелов, в частности демона Абаддону. А из светлых таким прозвищем в христианстве иногда называют архангела Гавриила, за то, что он доставил весть о скорой кончине Деве Марии.

Иудаизм

В данной религии они занимают особое место. При этом толкование роли малах ха-мавет (это общее название ангелов смерти в этой религии, но они имеют и имена собственные) зависит от источника информации о них.

Во время египетских казней души младенцев забирал Шахат. В Ветхом Завете также упоминаются еще два ангела смерти – Ддавэр и Машехит.

Из Яндекса. Шахат.

Также Талмуд упоминает как ангелов смерти вышеупомянутых Азраила и Абаддону. Также эта роль временно присуждается архангелу Михаилу, который перенес умирающего Адама к его могиле, а архангел Гавриил исполнял данную роль для праведников и царей, для грешников же проводником в царство смерти служил Самаэль.

При этом ангелы смерти в иудаизме могут иметь различные внешности. Например, в образе малах ха-мавэт они предстают в виде существ, тела которых покрыты множеством глаз.

Также они могут принимать облик старика с мечом, бродяги с ножом или жнеца с серпом. Последний облик потом трансформировался в привычный нам облик старухи с косой, хотя имеются сведения, что первоначально это была молодая женщина. Недаром же до нас дошло следующее: «Смерть прекрасна».

Из Яндекса.

При этом оружие, которым перерезается связь души с телом, выглядит по-разному – для праведников используется острый клинок, чтобы они не мучались при смерти. Для грешников же лезвие зазубрено – их смерть должна быть как можно мучительнее.

Другие религии

Одними из самых первых подобных существ считаются древневавилонские божества Нергал и Эрешкиль.

Древние египтяне считали проводниками в мир иной Осириса и Анубиса. Первый из них непосредственный владелец мира мертвых, а второй исполнял «обязанности» ангела смерти.

Древние греки считали ангелом смерти Танатоса, которому служил Харон – перевозчик человеческих душ через реку забвения – Стикс.

У ацтеков Богом смерти был Миктлантекутли, которому служили полчища демонов – цицимиме, обязанностями которых был сбор душ мертвых.

У скандинавов были самые красивые ангелы смерти – валькирии, небесные девушки воины.

У древних славян аналогичную роль исполняла Маара.

В буддизме и индуизме за смерть ответственен дух Яма.

В современной Мексике существует целая религия – Санта-Муэрте. Она полностью посвящена Смерти, имеющую внешность скелета. Это сплав ацтекских и майянских верований с христианством, при этом данная смесь настолько проникла в верования современных мексиканцев, что они отождествляют Санта-Муэрту с Девой Марией.

Ангелы Смерти

У этого термина существуют и другие значения, см. Ангел смерти. Эвелин Де Морган. Ангел Смерти

Ангелы Смерти — ангелы, забирающие жизнь (душу) у людей.

В иудаизме

В иудаизме ангел смерти — это ангел, которого посылает Бог, чтобы забрать жизнь человека, обреченного на смерть. «И сказал Господь Ангелу смерти: Ступай принеси мне душу Моше. И встал Ангел смерти и вышел навстречу Моше… И спросил Моше: Что ты здесь делаешь? И отвечал Ангел смерти Моше: Бог неба и земли, в руке которого душа всякого живого существа и дух каждого человека, послал меня забрать твою душу» (мидраш Дварим раба 11). В то же время ангел смерти ассоциируется и с Сатаной. Так, Талмуд содержит такое определение: «Сатана — он же Ангел смерти, он же дурное побуждение».

Рассказывается, что когда Ангел Смерти (он же Самаэль, он же Сатан) приходит за человеком, то в руке он держит нож, на конце которого находятся три капли яда. Человек при виде страшного чёрного ангела в ужасе раскрывает рот, капли попадают туда и человек от этого умирает. Первая капля прекращает жизнь, вторая капля — это желчь смерти, третья капля закрепляет начатое. Этими тремя каплями яда на ноже Ангела Смерти управляет Ниацринель — демон, обитающий в уровне ада, именуемом Беэр Шохат (Могильная Яма).

Самаэль в образе «малах а-мавет», ангела смерти, представляет собой ужасную чёрную фигуру с зазубренным ножом, которая приходит только за грешниками. За праведниками же приходит ангел Гавриэль с идеально ровным ножом в руках и забирание им души праведников сравнивается с «кошерной шхитой», тогда как то, что делает Самаэль с грешниками, — это «шхита некошерная».

Абаддон и Азраил также ассоцируются с ангелом смерти.

В христианстве

В христианстве ангелом смерти иногда называют архангела Гавриила, так как он, по преданию, передал Деве Марии весть о её смерти за несколько дней до неё.

Иногда Ангелами Смерти называют Падших Ангелов, но такое представление более общепринято в иудаизме, чем в традиции христианства.

Ангелы Смерти в художественных произведениях

Лермонтов М. Ю., поэма «Ангел Смерти» — «То Ангел Смерти, смертью тленной от уз земных освобожденный!..»

Елена Воробьева, Ангел Смерти в поэме «Серый крест» — «Оплакивая судьбы мира, он душу обагрил тоской — средь лунных сумерек могильных служил он вечности седой…»

Роман С. П. Сомтоу, «Ангел Смерти»

Йозеф Несвадба, рассказ «Ангел Смерти» — «Через несколько часов подымающаяся на небосклоне звезда вспыхнет и сольется со своей планетой в единую гигантскую сверкающую массу. Сожжет все окружающее. Но только не правду, известную человечеству. Я не понял её. И остался в одиночестве. Единственный человек, кому предстоит умереть на Земле».

Ангел Смерти в Исламе. «Притчи» — «В предопределенный Господом час человека постигает болезнь или его организм прекращает свои функции, что знаменует собой приглашение Ангелу Смерти Азраилу».

В массовой культуре

  • Ангел Смерти появляется в сериале «Зачарованные» (16×03 — Death Takes A Halliwell, а также в 7х05 — Styx Feet Under). Также в сериале «Американская история ужасов» (07×02 — Dark Cousin).
  • В фильме «Догма» режиссёра Кевина Смита появляются ангелы смерти Локи и Бартлби, вокруг которых завязан сюжет фильма. Там так же появляется Азраил, но в фильме он является демоном, бывшим ангелом-музой, которого отправили в Ад за отказ сражаться во время войны между Раем и Адом.
  • Angel of Death — песня американской трэш-метал группы Slayer из альбома Reign in Blood (1986)

См. также

  • Образ смерти
  • Бог смерти

Ангел смерти

Ангел смерти (Малах а-мавет) — это созданная Б-гом духовная сущность, которая приходит, чтобы отделить душу человека от тела. Родственные понятия (по некоторым мнениям — идентичные) — «дурное начало» («ецер а-ра»), Сатан (Сатана), Самаэль (ангел, духовный «корень» Змея-искусителя, соблазнившего Первую женщину Хаву — Еву), обвинитель (санегор) — прокурор, обвиняющий человека на Небесном суде, «тума» — духовная нечистота. Ангел смерти не является самостоятельной силой и существует постольку, поскольку Вс-вышний создал его и дал ему определенный «мандат», необходимый для функционирования всего мира, как единого целого.

Кто такой Ангел смерти?

Ангел смерти, в отличии от других ангелов, не является духовным «корнем» какого-либо материального объекта или явления — т.е. это не о нем сказали мудрецы (Берешит Рабба, 10): «Над каждой травинкой стоит ангел, который ударяет по ней и говорит: “расти!”». Его роль — не созидательная, а, наоборот, деструктивная, приводящая к разрушению, исчезновению того или иного объекта или явления.

Как и другие ангелы, Ангел смерти выполняет определенную роль в системе Мироздания — роль, предназначенную для него Свыше. Он — не самостоятельная сила, а лишь проводник Б-жественной воли.

В каком случае необходимо «вмешательство» Ангела смерти?

Вопрос о том, в каком случае смерть является результатом действия ангела, разбирается в комментарии Кли Якар к книге Ваикра (21:2), третьей книге Пятикнижия.

Ангел смерти приходит в момент умирания только к человеку, т.к. у него есть высший уровень души — нефеш. Смерть остальных живых существ есть не что иное, как распад тела на четыре основных элемента (вода, земля, огонь и воздух), и этот процесс не нуждается в Ангеле смерти.

Однако душа человека не выходит иначе, как насильственным извлечением, производимым Ангелом смерти, как сказано в мишне Пиркей Авот (4:22), «и против воли своей ты умираешь». Исключением являются только святые праведники, смерть которых происходит из-за того, что Вс-вышний приближается к ним, и их душа устремляется к Нему без посредничества Ангела смерти («смерть от поцелуя Вс-вышнего»).

«Он — Сатан, он же — йецер а-ра, он же — Ангел смерти»

В Талмуде (Бава Батра, 16А) содержится известное изречение: «Он — Сатан (Сатана), он же — йецер а-ра (дурное начало), он же — Ангел Смерти». Мудрецы продолжают этот ряд, называя такие духовные явления, как «тума» («нечистота»), ангел Самаэль (духовный корень Змея, соблазнившего Первую женщину Хаву — Еву), «обвинитель» («санегор», прокурор на Небесном суде). Эти понятия близки и даже в каком-то смысле идентичны, т.к. являются определением всего существующего в мире зла.

Как указывают мудрецы Талмуда, йецер а-ра (дурное начало) провоцирует людей на плохие поступки, а затем поднимается в высшие миры, чтобы на Небесном Суде выступить обвинителем против тех, кого сбил с толку, и требует, чтобы ему отдали душу совершившего дурной проступок. При этом дурное начало человека рядится в одежды друга и лучшего советчика, делает вид, что стремится исполнить любое его желание, но на самом деле поражает человека смертоносной стрелой, чтобы вырвать корень его души из Грядущего Мира (Бава Кама, л.65, Бава Батра, л.16А).

Ангел смерти, как источник духовной нечистоты

Все силы зла имеют своим источником духовную нечистоту («туму»). Соприкасаясь с ней, человек оскверняется (или — поддаваясь своему дурному началу — оскверняет себя сам). Так, слово «тума» используется в Торе, когда Вс-вышний предостерегает, чтобы мы не нарушали Его законы: «Не затумляйтесь (не оскверняйтесь) ими…» (Ваикра, 11:43; речь идет об использовании для едынекошерных животных).

Как объясняет Кли Якар (комм. к Ваикра, 21:2), Ангел смерти, забирая у человека душу, затумляет, передает духовную нечистоту его телу, которое само становится источником тумы.

Поэтому коэнам (священнослужителям, которые для работы в Иерусалимском Храме должны были находиться в состоянии ритуальной чистоты) было разрешено хоронить только своих ближайших родственников (Ваикра, 21:1-3). В наше время, хотя Храм разрушен, коэны также не посещают кладбища — за исключением могил праведников.