Муж наказал

Читать онлайн «Сборник рассказов о порке» — RuLit — Страница 11

Не проходящая боль в порванном влагалище всё ещё мучила бедную страдалицу, но от ужаса и стыда она словно онемела. Все её представления о любви и браке были растоптаны грубостью мужа. Машенька не понимала, что он делает, зачем, и почему эта пытка всё никак не кончается. Её пугали его хриплые стоны, изводили щипки и укусы, ей казалось, что она сходит с ума!

Её волосы растрепались и спутались, груди и шея пестрели засосами, соски, обработанные жадным мужским ртом, возбуждённо напряглись и торчали неправдоподобно выпукло! Низ живота и ляжки были перемазаны кровью, а припухшее от плача лицо – слезами, но супруг всё *б и *б её!

Вдруг князь вздрогнул, громко, с подвывом, зарычал, и так стиснул новобрачную, что она чуть не задохнулась. Всё тело его пробила мощная судорога последнего наслаждения. Он дотянулся до Машиного рта и всосал в себя её губы. Его член содрогался в тесном влагалище юной жены, касаясь головкой шейки матки и извергая семя. Вой Аполлона Сергеевича слышен был далеко за пределами усадьбы, и многие приняли его за волчий.

Последний раз взвыв, князь размяк и замер, лёжа на своей жертве, пока его член, тоже обмякнув, липкой улиткой не выскользнул из сочащейся кровью и спермой щёлки юной женщины.

Наслаждение не надолго расслабило развратника, уже через минуту он приподнялся над женой на руках, улыбаясь улыбкой победителя. С его лица капал пот.

– Ну что, жёнушка? Каково тебе в замужестве, – игриво спросил он распятую на брачном ложе жертву насилия. И хрипло заорал:

– Девки-и-и-и! Развяжите-тка барыню!

Перелез через молодую супругу, рухнул на подушки и отёр краем простыни кровь со своего срамного органа.Вбежали девки.

– Стойте, погодите развязывать, – передумал вдруг Аполлон Сергеевич, – ай, Маша, ай, ослушница, обратился он теперь уже к жене, – что ж тебя уговаривать так долго пришлось? Плохая ты жена, Маша, надо бы вернуть тебя с позором к тётке, да по всей губернии ославить-осрамить!

– Нет! Воскликнула юная женщина, – забыв свой сегодняшний интимный стыд перед грозящим общественным позором, – умоляю, только не это!

– Ну, тогда я сам накажу тебя, непослушная жена, – сурово проговорил барин, вставая с супружеского ложа, – подставляйте-ка свою жопку, Марья Свиридовна… Глашка, розги неси! Лукерья, Агашка, переверните-тка княгинюшку на живот, да поласковей!

– Умоляю, не надо, – хрипло, севшим от ужаса голосом пролепетала мученица, – не-е-е-ет! Сорвалась она на крик, пока Агашка с Лукерьей отвязывали шнуры и переворачивали её ослабевшее тело, чтобы привязать, теперь уже – кверху спиной.

Вошла Глашка с ведром и розгами.

Маша лежала ничком, снова привязанная шнурами к изголовью и изножью. Её раскинутые в стороны руки и ноги покрылись от ужаса перед розгами «гусиной кожей». Хорошенькая белая попка, измазанная снизу подсыхающей кровью, вздрагивала и сжималась в ожидании наказания.

– Прошу Вас… – сквозь непроизвольные рыдания шептала новобрачная, – Умоляю! Простите меня… я… я буду послушна!

– Бу-у-удешь… будешь, матушка, послушна! Ты у меня, как шёлковая будешь, – похохатывал князь, пока девки омывали губками его половой орган и смывали кровь с Машиного тела.

– А ты, Лукерья, смажь-ка мазью барыне ляжки и задницу, чтоб следов не было, – приказал он горничной.

Лукерья сбегала за мазью и втёрла Машеньке в ягодицы и бёдра специальное средство, усиливающее боль от розог, но не позволяющее оставаться на нежном женском теле следам и шрамам. Дуняша и Агашка старательно подпихнули под её живот небольшую цилиндрическую подушку. Задок юной княгини оттопырился кверху.

– Аполлон Сергеич, миленький, – взывала Маша сквозь слёзы, – не надо розог, делайте со мной, что хотите, только не розги… только не при всех…

– Сделаю, матушка! Что захочу, то и сделаю, на то я и господин тут, а тебе – супруг и глава семьи, – строго вещал Аполлон Сергеич, мучая молодую жену ожиданием позорной экзекуции, которое хоть и не болезненно физически, но не менее томительно и стыдно, чем само наказание, – но сперва – выпорю! Маша зарыдала.

Дуняша облачила князя в халат, и Глашка подала ему первую розгу. Раздался свист, шлепок и крик Маши.

Князь бил несильно. Прутья оставляли на ягодицах жены только небольшие розовые полоски, но боль была настоящей, пороть князь умел.

– Вот тебе, жена, за ослушание, – приговаривал Аполлон Сергеевич после каждого удара, – вот тебе, за гордость! А вот – за своеволие! А это – впрок, чтоб страх перед мужем имела!

Маша погрузилась в пучину новых мучений. Пытка болью и стыдом продолжалась. То, что Машу пороли при дворовых девках, было особенно унизительно! Помимо своей воли, Маша корчилась под ударами, поддавая вверх задницей, чем доставляла своему мужу немалое удовольствие, ведь в такие моменты были видны её половые губы с волосиками на них, а стенанья, вызванные болью, были похожи на стоны наслаждения.

Бедняжка дёргала руками и ногами, её порозовевший задок вилял из стороны в сторону, пытаясь увернуться от мокрых прутьев, приводя Аполлона Сергеевича во всё больший азарт. Временами бедняжка так сильно выгибалась, что исхлёстанные ягодицы приоткрывались, показывая всем не только женский половой орган, но и малюсенький розовый анус.

Ягодицы Маши горели, как в огне! Она уже не просто плакала и вскрикивала, она пронзительно визжала и униженно умоляла прекратить порку…

Незаметно для себя, «молодой» супруг пришёл в сильное возбуждение. Халат его оттопырился спереди, и князь, задумчиво глядя на припухший, вздрагивающий задок юной супруги, велел принести маслица.

Опытные горничные тут же отвязали ноги новобрачной и заставили её, приподняв бёдра, стать на колени:

– Рачком-с, барыня, рачком-с становись, – терпеливо сгибая Маше коленки, бормотала Лукерья.

Девки широко раздвинули Машины ноги и велели ей прогнуться головой вниз. Дуняшка смазала свою правую руку маслом, ввела палец в Машину попу и стала вращать, стараясь растянуть стенки прямой кишки. Маша остолбенела от ужаса. Она думала, что страшнее розог пытки уж и быть не может, но то, что происходило теперь, вообще не укладывалось в её сознании…

– Слышь, барыня, – жарко шептала в ухо юной княгине сердобольная Агашка, вытирая ей заплаканное лицо, – он как в тебя тыкать-то зачнёт, ты зад не напруживай, не сжимай, а отдавай назад кишочкой-то, будто по большой нужде присела… легче будет, ей-ей!

Маша вся одеревенела от неизбежности чего-то совсем уж незнакомого и жуткого…

Агашка ещё шире развела половинки, измученного розгами Машиного зада в стороны, и Дуняшка ввела второй палец в тесную дырочку. Пальцы вошли с трудом. Боль во влагалище Маша уже почти не ощущала, но ягодицы горели от розог, и поэтому, когда Дуняшка попыталась добавить к двум пальцам третий, юная княгиня тихонечко завыла, непроизвольно отодвигаясь от рук мучительниц.

– Никак нельзя, Барин, – жалостливо проговорила Лукерья, – больно узко, порвётся дырка-то! Время бы нам, так мы б подготовили княгинюшку. У той, у балеруньи, у тощенькой, уж куда как узко было, так мы, помню, семь дён…

– Много болтаешь, девка, – прикрикнул на Лукерью князь, – а ну, прочь! Все!

Горничные отпрянули, и Аполлон Сергеевич, снова, с х*ем наперевес, пополз по брачному ложу к привязанной за руки супруге. Ноги Маши теперь были свободны, но она не смела уже сопротивляться, хотя от слов Лукерьи ей стало невыносимо страшно…

Немолодой молодожён стал на колени позади Маши, между её широко раздвинутых ног и потыкал пальцем в розовый, тесно сжатый вход в прямую кишку. Маша ойкнула и попыталась отодвинуться. – Стоять! – Грозно рявкнул супруг, – и Маша, дрожа, замерла на месте, напрягаясь, чтобы не дёргаться.

Аполлон Сергеевич дотянулся до пузырька с маслом и смазал головку и ствол своего грозно торчащего вверх, твёрдого, как камень, огромного члена. Затем, подхватив одной рукой жену под живот, другой рукой направил свой половой орган прямо в беззащитную нежную дырочку. Большая, лиловая головка княжеского елдака никак не хотела пролезать в крохотный анус, она отскальзывала в сторону от намеченной цели, и тогда князь стал как бы вкручивать своё мужское орудие в узкую кишочку жены.

Мама

Я давно собиралась написать небольшой очерк о своей маме, но как-то все откладывалось, не было вдохновения. И вообще о близких людях трудно писать. Наверное самые сложные отношения в период детства и юности были у меня с мамой. Нет, не то чтобы меня она морально терроризировала, избивала, держала в черном теле. Вовсе нет, скорее наоборот, мне отдавалось все самое лучшее, она честно пыталась вырастить из меня свое подобие. Именно в этом и была ее основная ошибка. Я — классическая папина дочка. А мама… единственный человек, которого я всю жизнь побаивалась. Только с рождением внука, переходом ее в разряд моложавых бабушек наши отношения стали, можно сказать, безоблачными.
Во многих вопросах мы с мамой антиподы. Она идеальная аккуратистка, у которой все разложено по своим местам. Я живу, вернее сказать жила, в творческом бардаке. Мама человек очень сдержанный в своих эмоциях, она может буквально размазать по стенке не повышая голос. А меня, особенно в период моих гормональных бурь, вывести из себя могла любая мелочь. Мама очень терпелива, она всегда добивается своего. Я, если что не по-моему, могу взорваться, послать ко всем чертям или еще дальше и успокоиться, бросить задуманное. Я не помню маму, разговаривающую на повышенных тонах. Ко мне относилась очень и очень ровно, но я всегда чувствовала какую-то прохладу, отстраненность, особо заментную на фоне наших горячих отношений с отцом. Быть может виной тому мое рождение, после которого у мамы уже не могло быть детей, и на память остался едва заметный шрам на животе. В моем воспитании мама придерживалась принципов неотвратимости наказания, преимущественно телесного, но в роли воспитующе-наказывающего родителя с ремешком в руках почти всегда выступал отец. Она считала, что главой семьи должен быть мужчина, хотя на самом деле у нее намного более жесткий и мужской характер чем у отца. Именно мама свято верила, что периодическая порка мне просто необходима, учитывая особенности моего характера. Ее увереность основывалась на собственном опыте, правда отец-лесник не предлагал ей альтернативного наказания, а в качестве воспитующего орудия предпочитал тонкие березовые прутья. Как большой знаток и любитель леса, он искренне верил что периодическое общение с молодыми березовыми побегами растущему организму мамы просто необходимо. Мама совершенно без всякого стеснения рассказывала о том, как ее наказывали. Сама по себе идея телесных наказаний была для нее абсолютно приемлемой, ни в коей мере не постыдной; она основывалась на том, что воспитание должно быть не только духовным, но и физическим. А соответственно и наказание более эффективно телесное, особенно для молодых подрастающих девушек. Я с ней не спорила, и совершенно не храню обиду за ее подход к моему воспитанию, скорее наоборот. А отца я просто обожала, хотя порол он меня весьма и весьма основательно. Мама была и остается убежденной сторонницей домашней воспитательной порки, порки без фанатизма, но достаточно болезненной. Мы с ней много раз затрагивали эту «деликатную» тему, а когда в Новосибирские местные эскулапы стали розгами лечить всяческие телесные и душевные недуги, она мне не без гордости заметила:
— вот видишь, я еще давно знала об этом. И тебе это помогало. Да и вообще девушкам-подросткам порка в период полового созревания просто необходима, так уж устроена физиология. В Литве на хуторах девушек пороли розгами до замужества, и без всякого стеснения. А если проблемы с месячными, то очень хороший способ нормализовать процесс — это получить хорошую порку за пару дней до ожидаемой даты.
В этом мама была абсолютно права. Я знала это по собственному опыту.
Может все дело в генах, бабушка — из прибалтийской аристократии, дедушка из семьи богатых литовских крестьян. Что их роднило — это место рождения, город Кокчетав или его окрестности, куда семьи попали не по воей воле. А потом не слишком пламенная и горячая любовь к Эсэсэру, передавшаясь по наследству моей маме. У нее в свою очередь были натянутые отношения с родителями, они никак не могли понять принять ее замужество с русским, да еще из семьи советских военных. Правда после моего рождения, так совпало, что дедушка с бабушкой уехали сперва в Литву, а затем вообще в Германию. А свою пристойную квартиру без всяких сомнений и колебаний оставили дочери-отступнице. Потом и отца моего стали привечать. Наверное история повторяется: бабушка приняла брак своей дочери после моего рождения, отношения установились нормальные, теперь, после рождения Юхана, и с мамой у нас наступило полное взаимопонимание.
С папиными родителями, в особенности с отцом , будущим свекром, у мамы отношения не сложидись практически с самого начала знакомства. Когда отец привез свою будущую жену-студентку в Одессу, знакомить с родителями, то взаимная антипатия между потенциальными невесткой и свекром проявилась практически сразу. Мама всегда гордилась своей великолепный фигурой и особенно точеными длинными ногами. и не считала нужной прятать достоинства своего тела от окружающих. Длина юбки была под стать. В те далекие временв она должна была составлять 36, а еще лучше 35 или 34 сантиметра от талии, и не больше. Мама носила 34 если не меньше. Как раз в это время дедушка вел решительную борьбу с папиной младшей сестрой Машей по поводу этих самых супер мини. Борьба велась с переменным успехом, несмотря на весь арсенал домашних воспитательных средств включая кожаную портупею. Маша была не преклонна и дед уже практически сдался. И тут появляется потенциальная невестка в еще более короткой юбке.
Но самое ужасное произошло на следующий день. Лето, жарко. Мама облачилась в коротенькие облегающие джинсовые шортики, самые что ни на есть фирмовые, Вранглер или Левис. Подобные шорnики она презентовала и будущей снохе. Та была в восторге и разумеется вырядилась в них к полному негодованию отца. Всыпать ей хорошего портупейного ремня он уже не мог, как никак совершеннолетняя, да еще и студентка. но своего негодования по поводу наряда дочери он не скрывал. Бабушка Соня тихо посмеивалась, но сохранила видимый нейтралитет. Она вообще во всех семейных разборках была, как теперь принято говорить, не при делах. А будущая невестка явно отрицательно влияла на младшую дочь. Кстати с тех злополучных шортиков началась дружба мамы с Машей, длящаяся уже более тридцати лет.
Ну и совсем стало понятно , что за фрукт приобрел Николай, когда как-то за столом мама на рассуждения будущего свекра о величия России и русского народа ни к месту заметила, что Россия — это хорошо, только с середины 18 века ею управляли немцы. И вообще, — продолжала мама, что это за народ , который так легко одурачила шайка малограмотных проходимцев, превратившая никогда великую империю в социалистической концлагерь. Дедушка Миша не знал что ответить, как-никак офицер, полковник, хоть и мед службы.
И вынес вердикт : или мы с мамой, или эта фашистка. Папа выбрал фашистку о чем не жалеет уже 33 года. Да, фашисткой мама стала потому что не скрывая юрассказала, что импортные вещи ей присылает двоюродный дедушка из ФРГ, который в 1940 году бежал из Риги в Германию от советских оккупантов. А затем работал на Люфтваффе у Дорнье и дружил с Вилли Месершмитом. В воздухе уже витал воздух свободы, через пару лет к власти пришел Горбачев и империя советов стала с колоссальный скоростью разлагаться. Так что мама позволяла себе полное свободомыслие, тем более что и обоих ее родителей были свои счеты с СССР. Вообще то она всегда была вне политики, но свою германофилию никогда не скрывала. Дома мы с ней часто разговаривали по немецки, за что я ей особо благодарна.
От мамы я конечно многое почерпнула, прежде всего ее телесную философию. Она убеждена, что основная проблема большинства современных людей в том, что они все отдают себя духовным или псевдодуховным искусам, совершенно забывая о теле. А тело не менее важно, чем дух. В таком стиле она и воспитывала меня, в вопросах борьбы за красоту своего тела служила мне примером. И так с самого детства и поныне. Наверное это повышенное внимание к своему телу, стремление к его совершенстованию всегда роднило нас с мамой. Своей любовью загорать да и вообще ходить топлесс мама обязана немцам. В далеком 1978 году она, тогда еще 14-летняя девочка-подросток с командой спортивных акробаток побывала в Германии и провела целый месяц в их тренировочном лагере на Балтике. В ГДР очень гордились своими спортсменами, создавала для них идеальные условия, в стране немецкого социализма спорт был инструментом политики. Так что девочек и мальчиков из тогдашнего СССР гостеприимно разместили на комфортной спортбазе, каждому спортсмену подарили по комплекту спортивной одежды фирмы «Аддидас», несмотря на ее западногерманское происхождение. Утром оказалось, что гимнастику немецкие ребята делают в одних трусиках, независимо от пола. Весело и дружно, под развлекательную мелодию все радостно прыгали и скакали, а потом отправились на пробежку. Руководительница советских спортсменов сперва слегка ошалела от увиденного, а потом скомандовала: Майки долой. Мы в гостях и должны уважать местные правила. Ребята мгновенно сбросили верхнюю часть своего спортивного наряда и радостно присоединились к немцам. Мама частно призналась, что испытала чувство восторга, ветерок так приятно ласкал обнаженное тело, особенно приятно было касание груди. Так что практически все время тренировок, да и на пляже мама не обременяла себя верхней частью купальника или спортивной формы. К возвращению на родину ее тело имело красивый бронзовый загар без отвратительных белых пятен на груди.
Как истинный врач, она не делала секретов из того, откуда берутся дети. Мне все было показано и рассказано в 14 лет, проиллюстрировано картинками из атласа кож-вен болезней. Наверное такой нетрадиционный подход сыграл свою положительную роль в моих отношениях с противоположным полом.
Сейчас мы с мамой достаточно откровенно беседуем на интимные темы, даже такая деликатная как моя привязанность к порке, не вызвала у нее ужаса и негодования, скорее понимание. Она даже пошутила насчет генов предрасполагающих к порке:
— Я никогда не сомневалась в том, что, ты выберешь наказание ремнем, а не домашний арест, ты же моя дочь. Идея альтернативного наказания — это было изобретение отца, его педагогическая новация, чтобы не травмировать тебя морально. Но ты всегда приносила ремень…
Мы с отцом понимали, что порка — это очень несовременно, может даже ужасно с точки зрения современных нравов. Но твои нервы и безумный характер можно было исправлять только хорошей поркой. Но ты ведь на нас не обижалась? Да и потом, как оказалось, ремень оказался полезен для тебя во всех отношениях. Честно говоря, пороть тебя — это была моя инииатива. Я вообще хотела пороть тебя тонким пучком березовых прутьев, настоящими розгами, это гораздо более эффективно и с медицинской, и с воспитательной точки зрения. Но отец и на ремень еле-еле согласился. Правда порол он тебя основательно, я по следам на твоем теле это видела и очень эффективно лечила твои красные полоски. Эффект охлаждающей мази на фоне горячих ягодиц тоже полезен, как контрастный душ шарко.
Мама задела мою больную тему, я не выдержала и честно призналась что в 15 лет просто мечтала чтобы отец заменил ремень на розги. Мама расхохоталась: воспитали на свою голову дочь-мазохистку.
— Что ты, мамочка, — лучше быть сексуально активной мазохисткой, хотя я не совсем мазо, чем полусумасшедшей неврастеничкой. Спорт и порка сделали свое дело, я много читала о гормональных аномалиях и эндорфиновые всплески были мне просто необходимы. Мама удивилась моим познаниям, а я ей честно призналась, что читала много литературы по психопатологии периода полового роста. А потом добавила, что регулярная порка очень обостряет наш с Кристианом сексуальный мир, мол я вся в тебя, люблю экстрим. И еще отец явно недопорол меня в юные годы, вот крису и приходится наверстывать упущенное.
Мама смутилась, а потом, как бы задумавшись спросила:
— Интересно, пороть тебя…это была инициатива Кристиана, или твоя собственная?
— Конечно же моя, Кристиан сперва тушевался и стыдился брать в руки ремень, хотя розги в домашний обиход ввел именно он, — я ответила маме откровенно. Вообще я попросила его хорошенько меня выпороть где-то на пятый день нашего феерического знакомства. Сначала ремнем, а потом на природе в ход пошли розги.
Знаешь, когда отец наказывал меня ремнем, я не боялась боли от порки, больше всего я боялась что вы поймете, что наказание, ну… действует на меня не совсем так как расчитано, и отец перестанет пороть меня.
Оказывается мои опасения были ненапрасны. Мама спокойно заметила, что отец как то поделился с ней своими наблюдениями, мол Аня во время наказания возбуждается, у нее по коже мурашки, как у тебя когда мы вместе. И наверное пора заканчивать пороть Аню ремнем. Мама, по ее словам, ответила, что это естественная реакция на порку, идет выброс гормонов и кожа на него реагирует. Так что порки надо продолжать, только вместо ремня попробуй розги. На розги отец не согласился, так что продолжал пороть меня ремнем. А жаль.
Незадолго перед этим разговором я, как говорится, «спалилась». Вышла утром к завтраку как обычно в одних плавочках, но попа была в следах от ремня. Утром Крис меня хорошенько выпорол, очень хотелось получить ремня, желание пересилило стыд быть разоблаченной. Хотя какой стыд? Взрослая женщина, любимый мужчина.
Мама разумеется заметила полоски на моем теле, так наша «тайна» перестала существовать. Более того, она одобрила, что Крис порет меня. Я поняла, что она где-то мне даже завидует.
Вопросы сексуальных преференций мы с мамой обсуждаем как две закадычные подруги, или сестры. Сказывается, наверное что она врач, да и тайну рождения детей я узнала от нее, как и то что, щелочка между ног нужна не только чтобы писать.
Как-то она «пошутила»:
— знаешь, после твоего рождения у меня уже не могло быть детей. Само по себе осознание этого факта ужасно, но с другой стороны… нам с Николаем всегда доступен секс без всяких ограничений, мы всецело принадлежим друг другу, так что нет худа без добра. Потом она рассказывала, как смеялась по поводу моих комплексов маленькой груди:
-Дурочка, ты еще не знала чем меньше размер груди, тем больше нервных окончаний вокруг сосков и тем они чувствительнее к мужским ласкам. И говорила, что если партнеры хорошо чувствуют друг друга, то могут довести себя до взаимного оргазма, даже без самого сексуального контакта. Мама вообще много интересного поведала мне, а я как-то довольно детально рассказала о том как секс и порка сливаются воедино, и как мы с Кристианом друг друга чувствуем, прямо как вы с отцом. Я прочла ей целую лекцию о прелестях эротической порки, какой это сумасшедший обмен энергией. Мама слушала меня, я бы сказала с грустью, а потом заметила:
— Расскажи это Николаю, он меня даже ни разу ладошкой не шлепнул, а ты розги, ремень…
Мама считает что мы живем в мире предрассудков, стыдимся собственной физиологии вместо того, чтобы ее понимать, изучать и совершенствовать. Когда-то я ей в и-нете показала ролик, как московская профессорша, вполне элегантная дама, рассказывает зрителям как правильно опорожнять кишечник. Реакция мамы была самая нормальная: это важно, то, о чем она говорит. И смеяться над этим не надо, а лучше прислушаться к советам доктора, особенно в пожилом возрасте.
Мама однолюбка, в этом плане я вся в нее. Как-то она деликатно спросила, был ли у меня кто-нибудь до Кристана, и я ей честно поведала что он первый, и как все произошло. Как она смеялась! А потом с серьезным видом изрекла: ты вся в меня. У меня тоже был и есть мой единственный Николай и никого другого мне не надо.
Она может шутливо пофлиртовать, даже с собственным зятем, но всегда есть черта. А как мы с ней развлекались в Дубровнике когда мне было 15-16, а ей соответственно 35-36. Ни дать, ни взять две сестички, обе стройные, загорают на камнях в одних плавочках. И как тушевались наши потенциальные ухажеры, узнав что перед ними мама и дочь.
Меня всегда потрясала взаимная любовь родителей,не только духовная, но и телесная. Отец, боготворивший тело мамы, мама отвечавшая ему взаимностью.Из Швейцарии он привозил маме комплекты роскошного сексуального белья и мама с удовольствием демонстрировала ему , а заодно и мне красивые швейцарские обновки. Никакой неловкости, все разумно и логично, как и все у мамы. Папе нравится ее тело, ей самой впрочем тоже, он привозит ей изысканные сексуальные предменты туалета, значит они должны радовать его взгляд. Все логично, хотя может опять же несколько выпадает из норм «общепринятого» поведения. Но мама есть мама, и в этом плане я вся в нее. Так что дома мама обычно ходит в трусиках и лифчике или просто одних трусиках. Сохранить упругую стоящую грудь в 48 лет — это надо уметь. Но для того, чтобы вид тела радовал и его обладательницу, и окружающих, телом надо заниматься. Гимнастика — это святое. В этом плане я стараюсь ей подражать. Обнаженное тело — это полезно, через кожу из организма выходит массашлаков, — утверждала она. Еще мама считала, что у женщины на теле не должно быть растительности, кроме головы и неукоснительно за этим следила. А потом, когда моя «нижняя прическа» стала достаточно взрослой, научила и меня от нее избавляться. Потом я поняла почему, уже когда мы стали жить с Кристианом.
Особенно ярко взаимное сексуальное притяжение родителей проявлялось летом, во время нашего отдыха в Дубровнике. Минимум одежды, максимум сексуальных радостей. Я была девочкой тактичной и всегда старалась не мешать побыть родителям наедине. Послеобеденный отдых, во время которого я уходила побродить по старому городу, а вернувшись заставала счастливых родителей, мама вся просто светилась.
Маме свойственно провокативное поведение. Дайвинг — любимое наше с отцом занятие. Арендовали небольшую яхточку и в море. там бросаем якорь, и мы с отцом уплываем в морские пучины. мама не очень любит наше занятие, она просто загорает на палубе. Когда мы заканчиваем увлекательную прогулку, мокрые вылазим на яхточку, мама буквально бросается к отцу, своим горячим стройным телом , на котором нет ничего кроме узеньких символических платочек,прижимается к нему, прохладному, вылезшему из морской пучины. Вижу как отец реагирует на мамины ласки, понимаю что они хотят обладать друг другом и я третья лишняя.
Все в порядке, я сама проявляю инициативу позагорать на палубе, пока родители спустятся в каюту отдохнуть. Час-полтора и они счастливые возвращаются. Я никогда не подсматриваю, не подслушиваю. Я прекрасно понимаю суть происходящего, но для меня личная жизнь родителей — это святое. У нас в семье многое проходило на уровне полунамеков, без лишних слов. Сейчас я прекрасно понимаю то, какую замечательную семейную атмосферу создавали родители. и наверное прежде всего мама — хранительница семейного очага. Они с отцом старались создать для меня максимально комфортную жизнь, но в то же время и уметь отвечать за свои поступки. Плюс моя подростковая психопатия, борьба с которой давалась им нелегко.
Сейчас я хорошо понимаю идеологию, которую родители, прежде всего мама, закладывалив мое воспитание. Девочка-истеричка, с ужасными гормональными бурями. И тут сработал принцип клин клином вышибают. Выброс эндорфиновых гормонов, телесная составляющая, получение удовольствия от познания собственного тела, косвенно развивавшее мою сексуальность. И все это как защита против гормональных монстров, тезвавших мою психику. Как оказалось, очень эффективная.
Провокативность своего поведения мама распространила и на Кристиана. Она пристально следит за состоянием кожного покрова любимого нордического зятя, заставляет его защищаться кремами от солнечных ожогов и сама с удовольствием наносит и втирает крем. Особенно хорошо смотрится когда она в одних плавочках тщательно втирает защитный крем в тело Криса. Разумеется в моем присутствии, и еще игриво поглядывает на меня. Отца эти профилактические процедуры тоже забавляют. Иногда он просит маму, чтобы она и его намазала кремом.
А руки у мамы потрясающие, лечебные. После домашних порок, когда попа горела и вся была в полосках от ремня, мама на сон грядущий втирала в нее, бедную и пострадавшую, правда заслуженно, замечательную ментоловую мазь, доводя своими прикосновениями меня до предоргазменного состояния. Я стойко держалась, но когда она закончив процедуру оздоровления моей попы и бедер, поцеловав меня в спинку, уходила, я предавалась запретным ласкам и требовалось буквально пара минут, чтобы я «дошла».
Для меня всегда было мукой, когда она пыталась заставить меня навести порядок в своих тетрадках, книжках, одежках. Но в 7 утра утрення пробежка с мамой по Ботаническому саду была мне всегда в радость. С точки зрения среднестатистического обывателя это дико: мама с дочкой в спортивных трусиках и топиках перелезают через забор и пол-часа носятся по оврагам Ботаники. А потом потные и счастливые бегут домой. И сразу под душ, иногда чтобы сэкономить время, вдвоем. намыливаем друг дружку, мама может меня шутливо шлепнуть по попке, я смеюсь. В этот момент это не мама с дочкой, а скорее две сестры, веселые, бодрые с зарядом энергии.
Если погода не позволяет — утренняя гимнастика, с хорошей нагрузкой, вместо того, чтобы понежиться в постели. А когда мама работала еще дерматологом, то придя с работы, строгая и недоступная, вся в себе, она первым делом раздевалась, потом под холодный душ, а затем пол-часа интенсивной гимнастики. Так она снимала стресс после работы. Красивая женщина, ковыряющаяся в отвратительных вавках, хоть и за деньги, — в этом был какой-то элемент абсурда.
Ко всем своим достоинствам, мама еще и отличная бизнесвумен.Как-то на мой вопрос о том, почему такая красивая и изысканная женщина выбрала такую жуткую специальность, мама не раздумывая ни секунды ответила:
— Деньги не пахнут. Это изрек еще римский император Веспасиан в Первом веке, введя оплату за пользование общественными туалетами. А мне надо было зарабатывать деньги, труд кардиолога ценится ниже чем труд венеролога. Я все поняла.
Потом после кончины своей тети, она унаследовала косметический кабинет ипервоначально всецело отдалась новому занятию. Потом наскучило, к тому времени они с отцом уже прикупили домик в Далмации, так что мама в один прекрасный день продала свой косметический салон и вложила деньги в Хорватии в пансионат, наполовину с доктором Марко, папиным приятелем, а потом , когда мы удачно распродали картины, хранившиеся в чулане моей квартиры, то откупила пансионат целиком. И теперь имеет новое занятие. Мадам хозяйка. Но уже после вступления Хорватии в ЕС и в связи с резким ростом цен на рекреационную недвижимость, подумывает о продаже. По жизни она очень нетребовательный в быту человек , из одежды предпочитает купальник и шорты, так что траты денег на наряды и драгоценности не планирует. Ничего, придумает что-нибудь новенькое.
Первым переломным моментом в наших отношениях стало появление Кристиана. Я к тому времени уже жила одна, мама периодически вычитывала меня по поводу моего творческого бардака, что не для того мне отдали тетину квартиру, чтобы я превращала ее непонятно во что. К Кристиану мама сразу прониклась, у них установились самые искренние отношения, насколько они могут быть между сдержанными нордическими характерами. Мама всегда занимала сторону любимого зятя, я огрызалась, но все заканчивалось мирно.
Рождение Юхана вообще все перевернуло. Мама превратилась в самоотверженную бабушку. К тому времени она уже избавилась от опостылившего ей косметического кабинета, стала свободным человеком, переместилась в благословенную Далмацию и всю себя отдает единственному внуку. Папа, разумеется, не в счет, об их любви можно написать целую сагу.
А мама, наверное всю свою нерастраченную к детям любовь она обратила к своему внуку, маленькому и смышленому мальчику, в котором намешано столько разных кровей.
Спасибо мама, что ты у меня есть, такая как есть.
48 лет — не возраст, если смотреть за своей фигурой.

Что делать, если муж не хочет жену: 8 причин и 6 советов психолога

Приветствую всех. Наблюдается тенденция, что после заключения брака и нескольких лет супружеской жизни в семье исчезает романтика, уходит страсть. Семейная обыденность со временем уничтожает те самые яркие чувства, которые сплотили два одиноких сердца. Они воплотились в ссоры, скандалы и непонимание. Впоследствии муж не хочет близости с женой. Разберемся в этой ситуации и найдем пути решения.

Причины нежелания близости

Если муж не хочет близости с женой, что делать? У него нет влечения ни в физическом, ни в эмоциональном плане. Самой распространенной причиной является домашняя рутина.

Психология утверждает: сексуальный интерес мужчины может пропасть из-за банальной мелочи

Перечислим причины отсутствия желания.

Причина 1: внешняя непривлекательность

Парень знакомится с девушкой, которая ему нравится. После вступления в брак женщины зачастую себя запускают, и их внешность оставляет желать лучшего. Парня это не устраивает, и он отправляется на поиски более привлекательной девушки.

Причина 2: семейная ссора

Любой семейный конфликт убивает мужское желание к близости. С ним уходит сексуальное влечение.

Причина 3: гиперопека

Данная проблема довольно актуальна. При гиперопеке парень перестает чувствовать себя мужчиной, он себя ощущает маленьким ребенком, за которым ухаживает его мама.

Причина 4: скучный секс

Секс стал обыденным и неинтересным, без новшеств и экспериментов. Впоследствии теряется интерес к партнеру из-за отсутствия впечатлений, подпитка которыми мужчине необходима.

Причина 5: беременность

Мужчина начинает испытывать страх близости с беременной женой из-за боязни навредить малышу на подсознательном уровне.

Причина 6: психологический перегруз

Мужчины не любят делиться с окружающими своими проблемами. Они их подавляют и переживают в одиночестве. По итогу у них случается перегруз в эмоциональном плане, который плохо сказывается на интимной жизни.

Причина 7: заболевание или патология

Случается, что имеется физиологическая особенность организма. Сексуальное влечение может снизиться из-за получения инфекционного заболевания. Также на уменьшение влечения может влиять алкоголизм, проблемы с психикой, нарушения в эндокринной системе, возраст.

Причина 8: наличие любовницы

Почему муж не хочет жену? Причиной такого может быть любовница на стороне, которая полностью удовлетворит его потребности. Чтобы понять, изменяет вам муж или нет, ознакомьтесь с этой темой. Если вы считаете, что на стороне у мужчины нет любовницы, то этот признак не стоит учитывать.

Советы психолога: 6 правил сексуального влечения

Основная задача состоит в том, чтобы не сделать своего партнера виноватым, а решить проблему. Как же все-таки вернуть желание секса своему мужу? Данной теме посвящена целая статья.

Правило 1: свободное пространство

Не нужно быть постоянно друг к другу впритирочку. Дайте себе и своему партнеру глоток свежего воздуха. Если вы постоянно находитесь вместе и живете, словно близнецы, у вас просто нет места для страсти. Ни муж, ни жена не думают о том, где кто пропадает, они все знают на два шага вперед. Вы слишком хорошо знаете друг друга. Дайте пространство для свободы, чтобы появились хоть минимальные тайны, которые будут интересовать партнера.

Правило 2: общение

Общение в семейной жизни необходимо. В том числе и на тему секса. Поговорите о том, кому что нравится, в какой позе, где и что не нравится. Прошепчите своему любимому на ушко мягким завораживающим голосом, чтобы он одурманился, сказав, что бы вы хотели и как. Не стоит этого стесняться, это привнесет новую изюминку в вашу жизнь и даст новые впечатления.

Правило 3: разнообразие в сексе

Ни в коем случае не избегайте близости с партнером. Это не только физиологическая потребность, но и возможность сблизиться на эмоциональном уровне. Разбавьте секс прелюдией: массаж, неожиданные прикосновения, свечи, игрушки, поцелуи. Все это благоприятно скажется на дальнейшем времяпровождении.

Правило 4: предвкушение

Добавьте неожиданности в интимную жизнь. Постарайтесь подготовить своему партнеру заранее место, атмосферу и настрой. Пусть он трепещет от желания. Не пытайтесь сделать абы как. Дайте ему отстраниться от всего, что будет не связано с вами, и после переходите к близости.

Правило 5: ролевые игры

Сыграйте в игру с переодеваниями. Муж хотел быть полицейским, пусть оденется в такового, и словно коп наказывает преступницу, которой будете являться вы. Получив новые эмоции, заряд гормонов подпрыгнет. Смените место, вносите любые разнообразия в сексуальную жизнь.

Правило 6: подогрев друг друга

Не хочет секса? Разогрейте его желание. Вместо обычного смайла отправьте фотографию интимного содержания. Создайте игру на сексуальном поприще. Вы не только будете подогревать интерес партнера, но и разнообразите серую рутину бытовой жизни. Как все мы ждем отпуска или выходных, так и мужчина должен ждать встречи с вами.

Все эти советы сработают, если у вас с партнером доверительные отношения и имеются искрение чувства. Не устраивайте скандал из-за отсутствия близости. Выясните причину и искорените ее. Конфликт только усугубит ситуацию.

Когда мы вернулись, как раз началась дойка. Мысль о том, что скоро я буду дома, придавала таких сил, что я не просто легко перенесла все эти четыре часа, а вообще не заметила, как они пронеслись. Потом я легла отдохнуть. До этого я выспалась, поэтому впервые за все время пребывания здесь смогла просто полежать, подумать и проанализировать свои чувства и эмоции. С удивлением еще раз обнаружила, что не только не считаю пребывание здесь каторгой, а и совершенно спокойно потом при необходимости буду возвращаться сюда, как и говорил доктор. Мне были действительно симпатичны люди которые здесь работают, потому что они хорошо делали свое дело, не смотря на то, что постоянно им приходится сталкиваться с потоком ненависти от своих подопечных. Да и вообще, скорее всего, отношение как к неодушевленным предметам это просто защитная реакция персонала на ненависть рабынь. О дружбе, конечно, не может быть и речи, но более теплые отношения вполне могли бы быть, если бы рабыни правильно понимали, зачем они здесь и относились бы с благодарностью к тем, кто о них заботится и делает их более желанными для своих Хозяев. В общем у меня было чудесное настроение и состояние гармонии с самой собой и окружающим миром.
Потом вошли санитары… я сначала подумала, что ведут новенькую в освободившийся бокс рядом. Но это привели ту самую рабыню, которая и была в этом боксе… ее именно привели, а не привезли, она правда была как будто в трансе и ее поддерживали с двух сторон, буквально несли санитары. Она буквально упала на подстилку в боксе… ее вид привел меня в ужас… вместо той красавицы, которой я любовалась в первый день, на подстилке лежала мертвенно бледная женщина со впавшими щеками и глазами, вокруг которых были иссиня-черные круги… ее опухшие губы со следами запекшейся крови дополняли это жуткое впечатление… мой взгляд скользил ниже… а ниже… груди просто не было… на ее месте были два параллельных свежих шрама… когда я увидела это у меня внутри все просто сжалось в комок от ужаса… взгляд продолжал скользить ниже… между ног тоже был свежий шов, из которого выходил катетер, который был приклеен пластырем к ноге… мне стало жутко… я перевернулась на другой бок, чтобы не смотреть на эту рабыню… я увидела, что почти никто не спит, взгляды всех рабынь были прикованы к ней, на лицах застыл ужас…
Потом был массаж, а после него санитар повел меня в туалет и мыться… я не выдержала, и спросила его про эту рабыню. Он рассказал, что ее Хозяин имеет целый гарем рабынь, Ему очень нравилась эта рабыня, Он очень долго пытался довести ее до совершенства… но она хоть и сама согласилась на рабство, отчаянно сопротивлялась дрессировке… здесь она была уже очень долго, молоко у нее почти не пребывало, ее уже хотели вернуть Хозяину, как совершенно не пригодную к дойке, когда она сняла с себя доильный аппарат… Хозяин был взбешен и это Он приказал доить ее не переставая до тех пор, пока не потеряет сознание… но после этой дойки она была уже в таком состоянии, что пришлось не только ампутировать грудь, но и из-за внутреннего кровотечения удалять матку… Можно было попытаться ее спасти, не уродуя так, но ее Хозяин сказал, что так даже лучше… теперь она навсегда останется рабыней в гареме, но теперь ее роль уже не доставлять радость Господину, а прислуживать рабыням и служить для них постоянным напоминанием, что бывает, если не слушаться Господина… Он присутствовал во время наказания и последующих операций… по Его приказу не было наркоза… она была жестоко, но справедливо наказана…
Мне эта история показалась невероятно жуткой — в моей голове просто не укладывалось, как можно, будучи рабыней, не прилагать все усилия для служения Господину. Безусловно она заслужила наказание, хотя наверное то, что случилось уж слишком жестоко… Хотя… она вещь своего Господина и только Он может решать что с ней делать…
После того, как меня привели обратно, я успела чуть-чуть поспать, а когда проснулась, рядом со мной уже была надя…