Неофит, кто это?

Тот, кто увлекается религиозной и духовной литературой и предпочитает фильмы подобной тематики, может столкнуться со словом «неофит».

О том, кто такой неофит, и что означает одноименный синдром, — будет рассказано в этой статье.

Кто такой неофит

Разберемся подробнее, откуда происходит данное слово, и что означает это понятие.

Происхождение слова

Слово «неофит» греческого происхождения (neophitos). Означает neo — новый и phitos — растение, насаждение, росток. То есть: новое растение или недавно посаженный. Термин имеет непосредственную связь с древними мистериями, закрытыми мистическими сообществами и орденами, религиозными конфессиями. В этой плоскости он выражает понятие «новообращенный», приверженец какой-либо идеологии или духовного течения.

Сегодня этим словом обозначают всех недавно приобщенных к любой религиозной конфессии, однако на протяжении достижимых для изучения эпох, значение этого слова не было таким однозначным.

Значение понятия

Разберемся детальнее со значением термина.

Иные определения в различные периоды истории:

  • посвященные в древние тайные сообщества, а также кандидаты и готовящиеся к посвящению (культ Элевсинских мистерий, по преданию основанный богиней Деметрой в честь встречи со своей дочерью Персефоной);
  • в Римской империи так называли ранних христиан, принявших христианство, носящих белые одежды в период между Пасхой и первым после нее воскресеньем;
  • принявшие монашеский постриг в средневековых и нынешних монашеских орденах и конгрегациях;
  • ученик, которого готовили к смене предшественников-иерофантов.

Кроме этого, данное слово еще обозначает новичка в какой бы то ни было сфере деятельности. В ботанике им обозначают растения, осваивающие новый ареал произрастания.

История неофитства

Она достаточно протяженна во времени. Каждая эпоха наделяла это понятие чем-то своим.

Появление и распространение

История этого явления насчитывает не одну тысячу лет. Помянутая нами выше мистерия в Элевсине богини Деметры, закрытые мистические сообщества древнегреческих орфиков, Гермеса Трисмегиста и школа Пифагора предлагали для своих неофитов ряд ступеней-инициаций, предполагавших прохождение испытаний для достижения эзотерических знаний и особых состояний сознания через осознание временности бытия и обретения высокой нравственности во имя освобождения от бренной материальной природы.

Особо хочется выделить пифагорейскую школу, основанную Пифагором в италийском городе Кротоне в шестом веке до нашей эры, в которой происходил очень тщательный отбор учеников, в котором была внутренняя и внешняя сторона.

Внешняя предполагала суровые экзамены:

  • воздержание от пищи;
  • задержка дыхания под водой;
  • восьмидесятикилометровый бег.

Внутренняя сторона экзаменов заключалась в открытии у кандидата определенных черт и качеств характера, таких как:

  • честность;
  • праведность;
  • любовь к окружающему миру.

Если испытуемый успешно проходил экзамены, он допускался к дальнейшим испытаниям, продолжавшимся в течение следующих пяти лет.

На протяжении всех этих лет новообращенный не должен был говорить (ибо многословие плодит ложь), должен был искупаться в кипящей воде, пройти испытание огнем и каленым железом, выдержать проверки на сострадание и добродетель, проявить стойкость в отношении сексуальных желаний.

Дальнейшее распространение духовное новообращенство обрело в христианстве. Это явление выражалось в приобщении к вере новичка, который в вере ничего не понимал. Его опекали, как малое дитя, готовя к истинной христианской жизни.

Начиная с ранних христианских общин через эпоху средневековья и до наших дней, где на новом жизненном этапе новообращенный постепенно входил в новый образ, он менял привычный мирской стиль жизни на новый, который заключался в изменении окружения, поведения, манеры одеваться, либо монашеском постриге, приготовлении стать на путь Господнего служения.

Современное положение

Данное понятие в современном христианстве так же, как и раньше, характеризует приобщение новичков к церковной жизни. Но существует поправка на множественность современных религиозных конфессий, соотнесенную с единицей площади того пространства, в котором они существуют, а также на большее количество и разнообразие соблазнов, встающих между Богом и людьми.

Это особый период первой духовной любви, духовных радостей, но при этом, — и подводных камней. В этом, как и в любом другом явлении жизни имеет место человеческий фактор. Другими словами, — каждый приходит к вере с набором индивидуальных обретенных качеств и черт характера, с личными мотивами, сформированными предшествующим образом жизни. И все же, есть нечто общее в нем для каждого новообращенного.

Вот эти качества:

  • пребывание в состоянии эйфории, а не веры;
  • преувеличение собственных сил;
  • максимализм;
  • желание всех спасать;
  • нетерпимость к иным духовным позициям и взглядам;
  • строгое отношение к себе, граничащее с фанатичным желанием перенять образ жизни христианских подвижников и святых отцов.

Если попытаться завязать разговор с молодым новообращенным в любой христианской конфессии на религиозную тематику, можно увидеть воинственную, иногда даже агрессивную позицию по отношению к иным духовным течениям, сильно отличающимся в методах следования к Богу от взглядов, которые так рьяно отстаивает новичок. Он искренне и наивно верит в свою абсолютную правоту, готовый поучать и обличать, хотя сам еще находится в возрасте духовного младенчества.

Что приводит к неофитству

Само по себе это понятие обозначает вхождение непосвященного в новую духовную среду. В это время новообращенному в помощь дается авансом ощущение особой благодати Святого Духа. При этом не требуется особых усилий и затрат для ее получения. Новичок окрылен любовью, ведь в данный момент Господь действительно рядом, и он учит свое дитя первым осмысленным шагам в духовной жизни.

Вера его пока слаба, поскольку она укрепляется временем и испытаниями. У него мало жизненного и духовного опыта, а поэтому ему сопутствуют ошибки, которые он едва ли признает. Вот Господь и водит его за руку, щедро одаривая благодатью.

Это естественный процесс приобщения новичка к иной системе взглядов и ценностей, весьма отличающихся от мирских. Такова человеческая природа, свойство юной незрелости с присущими ей ошибками, которые придают этому состоянию вхождения негативный оттенок. Но кто не ошибается, тот и не ищет.

Неправильная самоидентификация

Правильная самоидентификация является одной из самых важных задач для личности, тем более для находящейся в процессе поиска и делающей сознательный выбор.

Для приобщающегося и новообращенного характерны перегибы то в одну, то в другую сторону. Новичок склонен к радикальным подходам в сравнении своего образа жизни с тем, который вели подвижники церкви, святые отцы и другие духовные авторитеты. Он старается уподобляться им, не имея духовной мудрости и жизненного опыта.

Стараясь быть похожим на аскетичных подвижников и святых, подавлявших телесную природу во имя духовной благодати, новоначальный может показательно хулить и обличать себя во многих грехах, при этом считая себя лучше других, внутренне гордясь своей мнимой праведностью. И хотя это еще не фарисейство, но уже весьма на него похоже.

Естественным является поиск самого себя. Новообращенный открыл новый мир и желает этим чудесным открытием поделиться с иными, по его мнению — пока еще дремлющими. К сожалению, внешние формы его духовности пока еще не соответствуют внутреннему состоянию.

Преувеличение собственных сил

Преувеличение своих сил, или «ревность не по разуму», является еще одной характерной ошибкой делающих первые духовные шаги. Она истекает из неправильной самооценки, вследствие чего с особой силой может проявиться духовный максимализм.

Его проявление возможно в любой сфере духовной жизни:

  • если молиться, то до изнеможения;
  • если поститься — по самим строгим правилам;
  • если страдать — на полную катушку;
  • если спасать — сразу весь мир.

Остеречь от ошибок, упредить опрометчивые поступки этого периода может только опытный духовный наставник или сложившиеся Высшим промыслом обстоятельства и обращенные к душе новичка посылы, если он обладает достаточной восприимчивостью к подобным явлениям.

Осуждение окружающих людей

Это самая распространенная греховная ошибка начинающих. Новички с присущим им максимализмом становятся требовательными не только к себе, но и к окружающим их людям. Они очень внимательны к своему окружению, особенно ближнему, мгновенно замечают в людях изъяны и недостатки.

Для них существует лишь белое и черное при полном отсутствии полутонов. Характерной особенностью их отношения к людям вне церкви является высокомерие. У них коротка память о своем недавнем прошлом, в котором они были такими же, а может — и хуже.

Они уже не в силах понимать, что Бог — «всяческая во всем», что множественность форм, в том числе и идей, делают этот мир не монотонным и однообразным, а пестрым и насыщенным, позволяющим каждому пройти самый разнообразный опыт, чтобы устояться в чем-то своем.

Их еще ожидают внутренние кризисы, связанные с противоречием внешнего и внутреннего. Возможно даже разочарование в незыблемости отстаиваемых ими доктрин, но это будет потом — лет через пять, а может и десять. Пока же они себя зрят не меньше, чем карающий меч Всевышнего правосудия.

Миссионерский максимализм

Это одна из самых печальных и не менее распространенных ошибок новичков, которые не могут просто тихо молиться, тем более — сидеть сложа руки.

Новообращенный сделал для себя потрясающее открытие и хочет поделиться этим с как можно большим числом людей, ибо по его представлению: аморально, недостойно и даже преступно скрывать от них истину, которая открылась ему за какие-то заслуги. Он готов говорить о своих духовных открытиях, о Боге — там, где это уместно и не очень, а порою — даже с агрессивной навязчивостью, ибо само понятие уместности для новоначального бывает слишком размытым.

Весьма неопытный проповедник старается спасти всех вокруг, не подозревая о том, что начинать нужно с самого себя. Ибо, как говорил преподобный Серафим Саровский: «Спасись сам — и вокруг тебя спасутся тысячи».

В результате такой миссионерской деятельности духовно прозревшего (по мнению его самого) о том движении, к которому приобщается новичок, у людей может сложиться весьма негативное мнение. Родственники и друзья неистового поборника правды вынуждены стоически выдерживать проповеди и выходки новоиспеченного проповедника. Цена же за такое непомерное старание может обернуться для «подвижника» потерей знакомых и друзей, восстановить связи с которыми будет весьма затруднительно, а порой и невозможно.

Поиск новых чувств

Эта ошибка присуща не только начинающим молодым новообращенным мужчинам, но и неофиткам-женщинам. Начинающие ищут возвышенных ощущений, глубоких чувств и переживаний, готовы на каждом шагу видеть чудо или знамение. Они ждут знаков свыше в виде ответа на волнующие их вопросы.

В православии это называется «впасть в духовную прелесть».

Люди, склонные к постоянному поиску знаков и чудес, встречая какие-либо подтверждения Божьей знаковости, направленной лично к ним, могут уверовать в свою избранность и возгордиться. Но жизнь сама по себе является чудом, и истинный подвиг заключается в том, чтобы достойно пронести на плечах груз испытаний, которые она посылает, чтобы можно было в этом устоять и быть благодарным ей за ее мудрые уроки.

Избежать ошибки ощущения своей избранности можно через смирение и критический подход к самому себе, ибо не зря говорили еще святые отцы, что тот, кто смог видеть свои грехи — превыше того, кто смог увидеть ангелов.

Из этого видео можно узнать об основных проблемах у новообращенных.

Синдром неофита

Неофитство в православии — это своеобразная болезнь новичков, которая получила название «синдром неофита».

Что собой представляет

Данный синдром характеризуется излишним рвением, чрезмерной импульсивностью, наблюдаемой у новообращенных. Большей частью — это люди, впадающие в крайности, имеющие весьма поверхностное представление о личной ответственности и считающие себя полагающимися на волю Божью.

Подобный сверхгорячий новичок из-за недостатка жизненного опыта, мудрости и гибкости сознания клеймит направо и налево тех, кто мыслит иначе, а своих ближних, более теплых собратьев по вере обвиняет чуть ли не в отступничестве. Такие неумеренно восторженные христиане способны нанести серьезный вред, в первую очередь — себе.

Эти юные неокрепшие ростки с неукоренившейся корневой системой часто претендуют на роль огромного дуба с мудростью столетий. В результате любой более или менее сильный ветерок нагибает их к земле, а под напором серьезной стихии они покидают место своей изначальной высадки и блуждают, подобно перекати-поле к иным, по их мнению, — более благодатным землям.

От чего возникает

В этом явлении есть изначальный положительный момент, ибо в своем стремлении познать Бога новичок действует, прибегая к помощи церкви. И хорошо, если в ее лице помощь придет со стороны опытного духовного наставника.

У младохристианина появляются:

  • горячая вера;
  • стремление творить добро;
  • свойственный возрасту максимализм;
  • ревность по вере.

Но эти позитивные качества в нем еще младенческие, нуждающиеся в осмыслении и развитии, требующие корректировки и окультуривания. И благо, если этот труд — совместное творчество неофитствующего и его духовника. В противном случае может произойти «застревание» в возрасте духовного младенчества с недетскими амбициями со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Глубинно же, этот синдром православного неофитства берет начало в неординарной социально-политической ситуации, которую переживает наша страна и имеет непосредственную связь с прошлым.

Духовный семидесятилетний вакуум атеизма был заполнен сверхнормативной религиозностью, где упор был сделан не на качество посетителей прихода, а на количество, с дальнейшей популяризацией и навязыванием церковными иерархами — культа православия с проявлением оттенка коммерциализации. Это привело к искажениям и уходу от чистоты православной веры. Религия иконок и церковных ларьков, идущая по миру с протянутой рукой, попыталась заменить веру чистой глубины и в целом потерпела фиаско.

Младохристиане, пресытившись первой духовной любовью, начинают усматривать прорехи и изъяны в церковной среде. Вследствие этого они с присущей им рьяностью создают православные клубы за пределами церкви, наполняя их своим неокрепшим пониманием христианской правды, ослабляя и без того расшатанные опоры русской православной церкви.

Из этого синдрома может возникнуть и другое явление — прозелитизм, когда некто, разуверившийся в прежних духовных ценностях, меняет свою веру и переходит в иную конфессию, иногда начиная вести боевые действия с бывшими единоверцами.

Опасность синдрома

Эта духовная болезнь таит в себе опасности большие и маленькие, скрытые и публичные.

Вот некоторые из них:

  • отсутствие смирения, что мешает трезво разглядеть реальность текущего момента;
  • нетерпимость к чужим мнениям и навязывание своего, что отталкивает не только незнакомых, но и близких людей;
  • состояние хронического конфликта с социумом;
  • невыдерживание испытания временем, попадание под влияние лидеров околорелигиозных сообществ.

Известно немало примеров, когда молодые люди, поддавшись влиянию лидеров новых христианских течений и сект, лишались материальных ценностей, средств к существованию, разрушали свои семьи.

Другим печальным примером попавших под влияние являются мусульманские новообращенные, порой из числа русского населения, которые принимали участие в громких террористических актах. Они — весьма ценный материал для экстремистов всех мастей, поскольку особо не выделяются среди мирного населения, но при этом обладают необходимыми для террориста качествами, такими как решительность, агрессивность, фанатизм.

Для того чтобы эффективно противодействовать развитию и прогрессированию этого синдрома, необходимо прежде всего признать наличие серьезных недочетов в церковном укладе и работать над этим.

Работа с молодежью должна осуществляться без социально-политических нагрузок. Ее внимание необходимо привлечь последовательным неагрессивным рассказом о Церкви без желания чему-то противодействовать либо осуждать иные взгляды и позиции. Ведь подсознанием и душой воспринимается информация не через слова, а посредством считывания внутренней убежденности рассказчика.

Видео о синдроме неофита

Из этого видеоролика можно узнать о характерных ошибках младохристиан и о синдроме неофита.

Стать неофитом

Большая неправда вырастает из маленькой, а маленькая — очень часто из недоразумения. Порой всё, что требуется для установления истины, — это вернуть словам их первоначальное значение.

Мы живём в век подмены понятий. Эта фраза набила оскомину, но не потеряла актуальности. И не потеряет, пока солдат с оружием в руках в чужой стране называется миротворцем. Или пока блудное сожительство называют гражданским браком. Не должна терять…

Во всём этом больше возмущает не сам факт подмены, а та наглость и уверенность, с которой меняют значение привычных слов на прямо противоположное. И чем меньше удивляет этой наглостью, например, реклама в телевизоре, тем более режет слух, когда наизнанку выворачивают, казалось бы, совершенно незыблемые понятия — церковные. Уже мало кого можно удивить негативным оттенком при употреблении абсолютно специфических церковных терминов «катавасия» или «богадельня». Скомпрометирован самый дивный цвет — голубой. Кто теперь помнит о том, что это цвет Богородицы, что храмы, посвящённые Ей, по обычаю, цвета ясного неба?

Ортодоксия подразумевает традицию. У Церкви нет лишних слов. Более того — лишних букв тоже нет. Первые расколы и жестокие споры породила всего одна маленькая йота. От одной буквы зависела судьба Церкви и судьба европейской культуры…

Традиция — это верность наследию. Когда наследство растрачивается, остаётся лишь корыто со свиным кормом. Немалая доля наследства христиан приходится на слова. Их много, слов, которые нам переданы на хранение. Собственно, весь этот разговор — об одном из них. Красивом и лёгком, как дыхание ребёнка, — слове «неофит».

У негативной информации есть свойство быстро распространяться и претендовать на истину. Это следствие одной давней катастрофы, произошедшей в Эдемском саду, когда в мир вошла смерть. Сорняки растут быстрее, чем розы и примулы.

Понятие «неофит» сегодня имеет негативную окраску. С ним постепенно, но прочно связали множество пороков. Гордыня, склонность к поучениям, неразумие, ненависть к ближнему, ревность не по разуму — это ещё не полный перечень. О неофитах пишут разгромные статьи. Неофитам ставят диагнозы. Клинически описывают «синдром неофита», «болезнь неофита». Чётко указываются симптомы и сроки, в которые протекает эта болезнь. В общении между ходящими пять или даже целых десять лет к обедне нет более тяжкого оскорбления, чем обвинение в неофитстве. Но так было не всегда…

Слова о том, что появление нового христианина сродни рождению ребёнка, когда‑то были не просто словами. Готовили и готовились к этому событию порой не один год. Молитвой, постом и словом. Точнее — словами.

Огласительные беседы, которые проводили с готовящимися к Крещению, составили немалую часть святоотеческого наследия. И это были не простые посиделки за чашкой чая. Святитель Кирилл Иерусалимский, например, проводил трёхчасовые огласительные занятия по будним дням. Его курс предполагал около двадцати таких занятий. Всё было серьёзно: будущие неофиты сдавали самый настоящий экзамен.

Христиане вместе с оглашенными стремились участвовать в подготовке к Крещению. Так родился Великий пост. Не потому, что было желание кого-то в чём-то ограничить. А потому, что хотелось вновь и вновь переживать радость Воскресения и победы над смертью. Крещение для христиан — это воскресение из мёртвых. Слово «неофит» было тесно связано с другим словом — Пасха.

В пасхальную ночь можно вспомнить об этом, если присмотреться и прислушаться. Наш ночной крестный ход когда-то начинался как шествие новокрещёных неофитов. С горящими свечами в руках, в белых одеждах они шли в храм Святой Софии на литургию.

Одно из значений слова «неофит» — «дитя». Дети — создания шумные. Шумели они и тогда, когда их подводили ко Христу. Ученики из соображения дисциплины шикали на них, останавливали. Наверное, не обошлось без подзатыльников. Но слова Спасителя расставили всё по своим местам.

Неофит — это тот, кто сделал выбор и ещё не забыл об этом. Если он определил центром своей жизни Христа, то достоин за это уважения. У него есть свои проблемы и трудности, но он — часть команды. Рядом с неофитом не должен стоять равнодушный и скучающий в своей вере «дембель», отпуская едкие шуточки. Иначе следующими словами, которые подменят и испоганят, уже будут слова «брат» и «сестра».

Когда-то авансом мне был выдан талант. Новенький, сверкающий. Я радовался ему, как ребёнок. Лучи щедрого солнца согревали меня, играя в складках белой одежды. Приумножил я его? Или давно закопал втихаря, прошептав заклинание «крекс-пекс-фекс»?

Расстояние между христианином и тем, на что он дерзает, — неизмеримо. То, что принадлежит вечности, не измеряется километрами и годами. Поэтому все мы — только в самом начале пути.

Осторожно: неофит!

Георгий Дублинский

Пути и ошибки новоначальных

Японская поговорка гласит: «Когда в семье рождается ребенок, вся семья учится говорить».

Перефразируя эту восточную мудрость, можно, к сожалению, сказать: «Когда в семье появляется христианин, все его близкие становятся мучениками». Если сейчас эти строки читает один из таких близких, думаю, он со мною согласится. Если же их читает один из таких христиан, то титула, меньшего, чем клеветник, я не получу. Не буду сочувствовать первому – мученики в сочувствии не нуждаются, не буду также оправдываться перед вторым (дело совершенно бесполезное и, кстати, небезопасное). Просто хочется поделиться теми мыслями, которые накопились за время моего «христианства». Тем, кто удивится, что слово христианство я взял в кавычки, скажу, что раскавыченное оно больше подходит к святым, и пусть не обвиняют меня в смиреннословии.

Но прежде о терминах. Все те духовные недуги, о которых ниже пойдет речь, будут именоваться одним словом: неофитство. Может быть, это неправильно – объединять недуги, имеющие различное происхождение и течение. Наверное, это ненаучно. Но моя статья – не научный трактат, а реакция живого организма на боль.

В Церкви сложилась традиция, согласно которой считается, что неофит – это человек, не пробывший в Церкви десяти лет. Но дело вовсе не только во времени. Неофитом можно остаться на всю жизнь. Этот период можно сократить. Можно ли его миновать? Не знаю. Не уверен. По крайней мере, все мои знакомые, и я сам в первую очередь, прошли через этот отрезок времени, кажущийся тебе таким возвышенным и прекрасным. Прекрасным, потому что Господь подает новокрещенному, воцерковляющемуся человеку, по словам Макария Великого, залог Святого Духа. Но вот людям, окружающим нас в этот период нашего духовного младенчества, небо с овчинку кажется от напыщенных поучений, фарисейских молитвословий и совращений в Православие.

Нельзя назвать нормальным человека, который заявляет: «Это, мол, старцы помолились, чтоб телевидения у нас не было, потому что оно душу развращает, вот Останкинская башня-то и сгорела!» То, что при этом заживо сгорели три человека, очевидно, и было результатом их благой молитвы. Или, например, такой пассаж. Женщина, не дочитавшая, может быть, до конца Новый Завет, но выучившая назубок «Добротолюбие», бросает малолетних детей, мужа и всю мирскую скверну и отправляется (нередко по благословению младостарца) спасаться в какой-нибудь монастырь. Достаточно вспомнить о недавней истерии, развернутой вокруг пресловутых штрих-кодов. По этому вопросу было опубликовано постановление Священного Синода. Но решение Синода для наших православных не указ. Сразу усилился шепот (он, собственно, никогда не умолкал) о том, что наши-то епископы, известное дело, – экуменисты, еретики, разве можно их слушать? Настроения эти всячески распространяют и поддерживают так называемые «старцы» по монастырям и в миру.

Известный всему русскому православному народу архимандрит Иоанн (Крестьянкин), которого, думаю, можно с полным правом назвать истинным старцем, пишет: «Сейчас эти документы в том виде и с такой подачей опасности для нас не представляют. Запомни и уясни для себя волю Божию: Сыне, даждь Ми твое сердце. Не паспорт, не пенсионное удостоверение, не налоговую карточку, но сердце! Все те смущения, смятения и неразбериха для того так властно и входят, что нет живой веры, нет доверия Богу». Но даже мнение такого человека, как отец Иоанн, для неофитов ничто.

Вообще неофитство существует, сколько стоит Церковь. Даже можно сказать – неофитство старо, как мир. История сообщает нам немало фактов о неумеренно восторженных христианах, творящих вред себе и другим. Приведу всем известный пример. У некоего старца был ученик, который страстно возжелал мученичества. Напрасно старец вразумлял его: «Пора мученичества прошла. Бог призывает тебя к другим подвигам. Ты только научись Его понимать». Тот и слушать не желал. Благослови на мученичество, и все тут! Выбив из старца благословение, он пошел в пустыню, набрел на сарацинов, и, не выдержав пыток, отрекся от Христа.

Сама по себе восторженность неплоха. Но в духовной жизни она может быть страшна. Удивительное дело! Казалось бы, восторженность должна свидетельствовать о мягкости души человека. На мой взгляд, восторженный человек – это большой ребенок. Мир для него удивителен и желанен, как подарок, поэтому он и вызывает у него восторг. Но душа неофита крепка, как гранит, и глуха, как гроб.

Английский писатель Гилберт Честертон сказал о ком-то: «он был здоров душою, ибо знал скорбь». Неофит душою болен, ибо не ведает скорбей. Он не ведает ни жалости, ни милости. Тот же Честертон в другом месте писал: «определить здоровую душу нетрудно: у такого человека трагедия на сердце и комедия на уме». У неофита же не только нет трагедии в сердце. У него нет самого сердца. На все случаи жизни у него имеются расхожие правила, на любую человеческую боль – прописные истины. Но его истина убивает, а не животворит, уводит в рабство, а не делает свободным. Сам неофит бодр и оптимистичен. Правда, его оптимизм за счет других. Это оптимизм людоеда. Он построил из обрядов и закона высокий замок, и оттуда взирает на копошащихся червей.

Напрасно неофитов иногда сравнивают с фарисеями. Фарисеи этого, право же, не заслужили. Если верить святителю Иоанну Златоусту, они даже способны к покаянию. Именно так он понимает приход фарисеев к Иоанну Крестителю. Когда ко Христу привели женщину, взятую в прелюбодеянии, Его обступала толпа фарисеев. И, помнится, ни один камень не полетел-таки в несчастную. Если бы Христа окружали неофиты, на женщину обрушился бы целый град камней. Фарисеи знали за собой тайные грехи, и слова Спасителя устыдили их.

Неофиты не имеют грехов. Не знаю, в чем они часами каются на исповеди. С уст их не сходят слова: простите меня, грешную, «аз есмь пучина греха». Но когда они узнают, что их ближний делает что-то, что не вмещается в их благочестие, они превращаются в того самого должника, который за свои сто динариев готов был задушить. «Как! Ты держишь дома собаку? Это же скверное животное! Тебе нельзя причащаться!» Знал бы Святейший Патриарх, у которого дома не одна, а целых две дворняжки, что причащаться ему нельзя! «Ты постоянно болеешь, видно, у тебя много грехов. Тебе надо покаяться!» Я вполне готов предположить, что Книгу Иова они не читали, и о друзьях Иова они не слышали. Но о русских православных святых, которые болели всю жизнь и от слабости иной раз не могли пошевелить рукой, должны бы знать. По их логике, Амвросий Оптинский и Игнатий Брянчанинов – самые отъявленные грешники. Святитель Иоанн Златоуст в первой беседе о статуях приводит восемь (!) различных причин, по которым болеют христиане. Не худо бы с ними ознакомиться.

Какая бы давняя дружба не скрепляла вас с неофитом, если только неофит вообще способен к дружбе, все рушится в один момент, когда он узнает о вас нечто. Это может быть все что угодно. От ношения платья с открытыми плечами до смотрения телевизора. Тогда вашу дружбу уже ничто не спасет.

Способен ли какой-нибудь грех привести неофита в чувство покаяния? Личный опыт общения с людьми подобного рода показывает, что, даже впадая в откровенные, грубые грехи, такие как блуд, человек с подобным устроением души каким-то непостижимым образом умудряется оставлять за собой право осуждать других и даже имеет самодвижную Иисусову молитву. Такой человек бодр и весел.

В первые же дни своего христианства он овладевает благочестивым сленгом, вроде «Ангела за трапезой!», или «Спаси Господи!». Помнится, одна девушка за столом попросила у соседа: «Благословите чайник!» Через много лет я услышал фразу, которая могла бы послужить ей прекрасным ответом: «Благословляется и освящается чайник сей!»

Неофит влюблен в себя. Он обожает свою праведность. Ко всему прочему, он – пророк. Да, да, он знает волю Божью! Это святые смиряли свою плоть, чтобы проснулся дух, умаляли свою волю, чтобы познать волю Божью. Для неофита все гораздо проще. Воля Божья – это то, что он делает. Он никогда не скажет: прости, я тебя сильно подвел из-за своей невнимательности. Нет – это воля Божья была мне проспать, поэтому я не успел, поэтому я опоздал на деловое свидание, поэтому я ничем не могу тебе помочь. Человек, которого при этом оставили в беде, думает, что это Бог его оставил. Немало нужно веры, чтобы понять, что оставил тебя не Бог, а равнодушный неофит. Все другие для неофита (если они не батюшки) – существа низшего сорта. А если уж этот другой не христианин, то это вообще даже и не человек, а так, грязь.

Вспоминается рассказ из Патерика о том, как однажды Макарий Великий с учеником шел по пустыне. Ученик опередил Макария, и ему повстречался жрец местного языческого капища с вязанкой хвороста на плечах. В голове у ученика было все в полном порядке, и поэтому он обратился к жрецу соответственно: «Куда идешь, бес?», за что и был крепко избит. Когда подошедший Макарий учтиво поздоровался со жрецом, тот удивленно спросил: «Почему ты, будучи христианином, приветствовал меня? Тут проходил до тебя один, тоже христианин. Так он стал ругаться, и я избил его до полусмерти». «Я вижу, ты добрый человек, и добро трудишься, только не знаешь, для чего ты это делаешь», – ответил Макарий Великий. После этих слов жрец крестился и стал христианином. В жизни, к сожалению, нам чаще попадаются ученики, а не Макарий.

Когда человек очень хорошо умеет что-то делать, ему легко возгордиться. Даже когда человек просто много знает, он не всегда бывает свободен от греха превозношения. Но то и удивительно, что неофит просто поражает своей безграмотностью. Да и зачем что-то знать – батюшки и так скажут все, что надо. «Мы без нашего батюшки, как слепые котята», – говорит неофит, и вполне этим доволен.

Как я уже говорил, неофит любит играть в послушание. Монашескими книгами о послушании завалены все церковные лотки. Разгоряченный своими быстрыми успехами в церковной жизни христианин желает возлететь «во области заочны». Напитавшись подобной литературой, которую в прошлом в монастырях старец-духовник не каждому монаху давал, подвижник принимается устроять у себя собственный Афон.

Наместник одного из монастырей, тогда игумен, отец N, рассказывал, как однажды он заметил, что у молодых ребят-послушников от чтения «Добротолюбия» начала ехать крыша. И тогда он посоветовал им почитать что-нибудь другое. В тот день знакомая художница-полиграфист подарила ему свою последнюю работу: иллюстрации к «Винни-Пуху». Вот, почитайте это. Ребята опешили. И до какого места читать? – спросили они, думая, что это розыгрыш. До ловли Слонопотама. Этого вполне хватит. Средство оказалось верным – крыша встала на место. В данном случае послушание сыграло свою добрую роль. Но не всем везет с духовниками. К сожалению, ни длинная белая борода, ни длительность пребывания в Церкви не являются гарантом духовной безопасности. Но это – тема для особого разговора.

Церковные болезни тяжелы. Люди, ими болеющие, доставляют много скорбей окружающим и в первую очередь своим домашним. Людям, далеким от Церкви, они затрудняют дорогу в нее. Человек, искренне интересующийся религиозной жизнью, увидев такого святошу, по нему сделает заключение о всей Церкви. Конечно, можно ему долго объяснять (это очень убедительно делает диакон Андрей Кураев) что, как нельзя судить о Музыке по попсовым шлягерам, а о Живописи по комиксам, так и о Христианстве мы должны судить по христианским святым, а не по первому попавшемуся прихожанину. Можно говорить ему о том, что история Церкви бывает красивой только в плохих книжках. Что в жизни все гораздо сложнее. Или наоборот проще. Но бывают такие встречи с восторженными христианскими пионерами, раны от которых очень долго не заживают.

Один знакомый художник рассказывал, как в двенадцать лет неподалеку от своего дома он рисовал храм. Благочестивые бабушки сломали его этюдник и вытолкали взашей с церковного двора. В следующий раз мой друг зашел в церковь лишь через пять лет – так велик был его страх. Но, слава Богу, страх прошел. А сколько людей, столкнувшись с душевной черствостью (а то и откровенным хамством!) православных христиан, уходят к баптистам, иеговистам, богородичникам. Или же просто делают вывод, что христианство, да и вообще все религии – одно мракобесие. Мне бы не хотелось, чтобы у читателя возникло подобное ощущение от моей статьи. Да, повторяю, церковные болезни тяжелы. Но, наверное, всем необходимо ими переболеть.

Я знаю один город, где благодаря тамошнему благочинному весьма здоровый духовный климат. Человек переносит неофитскую болезнь в весьма облегченном виде и быстро выздоравливает. Так вот, хорошо это или плохо? Не думаю, что очень хорошо. Христианин там похож на антарктического пингвина, не имеющего иммунитета, так как в Антарктике отсутствуют вирусы. Что будет с этим человеком, когда он столкнется с неофитством (а он с ним не может не столкнуться) во всем его великолепии? Христианин, выращенный в тепличных условиях, неморозоустойчив. Важно пройти через неофитство, но не задержаться в нем.

Честертон дает замечательное, прямо-таки святоотеческое определение праведника: праведник строг к себе и снисходителен к другим. В пору духовного младенчества нам не всегда удается это понять. И поэтому со стороны неофитство так малопривлекательно. Но всем нам необходимо переболеть им. И от этого никуда не деться.

В прошлые века в каком-то смысле было проще. Церковное Предание, живое и действенное, ограждало человека от излишнего ригоризма. Восторженность, по большей части, не переходила в сектантство, а благочестие – в изуверство. Но так уж сложилось в нашей трагической истории, что тонкая грибница Церковного Предания после революции была вырвана. Нити, чудом сохранившиеся, восстанавливаются очень медленно и с трудом.

В последние годы в Церковь влился невиданный поток людей. С одной стороны, это замечательно. Гонимая Церковь на наших глазах возрождается из руин. Но с другой – Церковь сильно разбавили. Каждый человек, входя в нее, привносит свои страсти, свое греховное, еще не преображенное Благодатью видение мира. И когда у церковного тела, ослабленного коммунистической диктатурой, оказывается столько новых членов, ситуация напоминает медицинский случай. Если у организма ослаблен иммунитет, то в него легко проникает любой вирус.

Церковь мучительно болеет неофитством. Огромное количество не в меру православных, как назвал их святитель Григорий Богослов, хозяйничают в Доме Божьем, как в своем. Но у нас есть нечто, укрепляющее нашу веру в то, что болезнь пройдет: «А Церковь почти в таком же положении, как мое тело: не видно никакой доброй надежды; дела непрестанно клонятся к худшему». Эти слова принадлежат святителю Василию Великому. То есть им более полутора тысяч лет. Да, болезнь тяжела. Да, тело корчится в конвульсиях. Но Христос сильнее наших грехов. И Он исцелит нас.

Ранее опубликовано:

Особое внимание в обществе необходимо обратить на неофитов
Мы живем в обществе, где человек волен следовать религиозным убеждениям по своему выбору и в силу своей индивидуальности. Право на свободу вероисповедания закреплено и в Конституции России. Но есть в обществе люди, на которых следует обратить особое внимание. Это так называемые неофиты – лица, сменившие веру. Как правило, смена религии оказывает на их личность очень сильное и не всегда положительное влияние.

В группе риска – «конверты»
Слово «неофит» пришло к нам из греческого языка, оно означает новообращенного в какую-либо религию человека, нового приверженца религиозной конфессии. В православной церковной среде неофитством называется своего рода болезнь новичков. Характеризуется она, прежде всего, излишним рвением в религиозных делах и импульсивностью. Неофит – нередко радикал, который, обретя новый смысл жизни, готов принести в жертву ради него практически всё и всех, включая счастье и благополучие близких.
Известны случаи, когда эти порывы внезапно проснувшейся религиозности разрушали семьи, причиняли значительный вред, в том числе и детям. Неофит – это чаще всего человек, плохо осознающий свою ответственность и слишком сильно полагающийся на волю Божию. Ему не достает опыта, гибкости ума и мудрости, а потому в своих более умеренных братьях и сестрах он видит едва ли не отступников.
Такие люди отличаются максимализмом, что с одной стороны делает их чуть ли не ангелами, а с другой – экстремистами. Они могут безвозмездно помогать нуждающимся и жертвовать огромные суммы, но в то же время с неукротимой ненавистью обрушиваться на всех, кого посчитают врагами религии.
– В западной социологии люди, которые решили сменить веру, называются «конвертами», то есть совершившими «переконвертирование», – говорит кандидат философских наук, член Союза журналистов России, священник Ставропольской и Невинномысской епархии Антоний Скрынников. – Зачастую эти люди принимают радикальные формы ислама.
Если мы внимательно присмотримся ко многим известным на Кавказе террористам, то зачастую это были сменившие веру этнически русские люди, многие из них – в прошлом крещенные. К примеру, Саид Бурятский (Александр Тихомиров) – салафитский проповедник и один из идеологов северокавказского вооруженного подполья. Можно вспомнить Аминат Курбатову (Аллу Сапрыкину), актрису русского драматического театра Махачкалы, которая взорвала себя на приеме у известного шейха Саида-афанди. Погиб сам шейх и семь человек в приемной, включая 12-летнего мальчика.
Не так давно внимание общества привлекали Мария Хорошева, Виталий Раздобудько – террористы-смертники, взорвавшие себя в Дагестане, или прогремевшая на всю страну история с Варварой Карауловой. Это красноречиво говорит о том, что проблема существует, и она актуальна по сей день. Уровень радикализма в среде «русских мусульман» очень высок и продолжает расти.
Если говорить о путях вовлечения и обращения русского населения радикалами, то их два, считает отец Антоний. В первом случае парень-ваххабит знакомится с русской девушкой или женщиной, через какое-то время с ее стороны появляются чувства. Когда отношения выходят на серьезный уровень, парень говорит девушке, что очень хочет быть с ней, но его род, тейп, не примут ее, если она не станет мусульманкой. Если она соглашается, то дальше начинается уже собственно религиозная обработка.
Второй способ не менее, а, может быть, даже более эффективен: использование социальных сетей. Молодежь сейчас буквально живет в них. Это говорит о том, что нам пора вводить наряду с таким понятием как гигиена полости рта – интернет-гигиену, и приучать к ней наших детей.
«Порицай порицаемое»
С православным священником солидарен и муфтий Ставропольского края Мухаммад Рахимов.
– Деструктивные, радикальные секты, оккультные группы и экстремистские течения становятся все более изобретательными, – рассказывает он. – Каждый год они придумывают новые методы вовлечения молодежи в свои ряды. Чаще всего в сети вербовщиков попадаются новобращенные, так называемые неофиты. Именно эта категория легче всего поддается навязыванию радикальных убеждений.
Характерная активная деятельность только пришедших в другую веру, их полная отдача себя во власть нового, вина за домусульманское прошлое – то, чем чаще всего пользуются вербовщики.
Для неофитов характерно отсутствие начального исламского образования и при этом особое стремление к самообразованию, желание укрепить свой иман (веру). Как правило, такой поиск знаний происходит чаще всего в интернете через прослушивание сомнительных лекторов и однотипных статей или роликов на тему «порицай порицаемое».
Обычный мусульманин быстро становится неинтересен неофиту. Такой может дать только базовые знания, а неофитам хочется большего. Начинается поиск нового круга общения, диктуемый новыми интересами. А самые активные и агрессивные – это именно радикалы. Они и сами верят в свои идеи, и неофита ими заражают. Вербовщики цепляют человека эмоционально, раз за разом эксплуатируя идею халифата. Говорят, если ты принял ислам, значит, должен признавать только ислам, в твоем окружении должны быть только мусульмане. Не хочешь, опасаешься куда-то ехать, создавай вокруг себя исламское государство. Если родители не мусульмане, а у новообращенных так часто бывает – оставь их. Неофита пытаются любым способом отдалить от семьи.
По словам муфтия, основным учителем неофитов стал интернет. Обрывочные, вырванные из теологической системы сведения доходят не просто в отрыве от контекста, но и вне связи с религиозными предписаниями, ценностями и моралью. Такая выборочная подборка аятов и хадисов превращается в инструмент, тешащий собственное тщеславие, приводящий к самовозвеличиванию.
Активную угрозу представляют сейчас средства массовой коммуникации, ведь большинство неофитов сталкивается с негативным отношением со стороны семьи и социума. И для них очень важно окружение, в котором они могут проявлять свою религиозную идентичность. Исполнение намаза (обязательной пятикратной молитвы), ношение хиджаба и прочие обязанности могут сопровождаться конфликтами в семье и на работе, в которых неофит склонен обвинять других и обстоятельства, тем самым развивая в себе фрустрацию и невротизм.
Тут-то и он и попадает в первую и самую серьезную зону риска. В ней начинается поиск тех, кто поддержит, приободрит и научит. А виртуальное общение позволяет легко освоиться в новом статусе. Иллюзия равенства в коммуникации – дополнительный фактор, закрепляющий контакт на уровне эмоций.
Попадая к радикалам, молодые люди вообще перестают думать самостоятельно, становятся зависимыми от других. Эти особенности вербовщикам хорошо известны. С их подачи неофиты становятся «спасающими» народ фанатиками, желающими построить всеобщий принудительный рай или же этого рая достичь, устраняя всех, кто мыслит иначе.
Осторожно, мессенджеры!
Еще год назад самым распространенным видом вербовки была умелая пропаганда в социальных сетях, однако в последнее время благодаря успешной работе компетентных структур количество таких вербовок заметно снизилось. К сожалению, активность сместилась в различные мессенджеры, прежде всего, WhatsApp, Viber и Skype. Этот тренд заметен при анализе содержания компьютерных экспертиз в ходе расследования конкретных уголовных дел.
Также стоит отметить, что эксперты выделяют три категории граждан, потенциально предрасположенных к вербовке: это молодежь, трудовые мигранты, которые живут в состоянии серьезного экономического и психологического стресса, заключенные.
Студенты вошли в группу виктимных граждан в силу своего незначительного жизненного опыта. Молодые люди объективно не способны просчитать последствия: «Что будет, если я уеду в Сирию или Ирак? Как я буду оттуда возвращаться? Что со мной будет потом?». Если на первые два вопроса они сами себе отвечают, то на третий уже нет.
Кроме того, экстремисты и террористы заинтересованы не только в пополнении полевой пехоты, но и в вербовке квалифицированных специалистов в области лингвистики, медицины, IT-технологий и других отраслей. Поэтому студенты оказываются в зоне риска, так как для функционирования террористических идей специалисты просто необходимы.
Что касается трудовых мигрантов, то, оказавшись в другой культурной, языковой среде, они живут в условиях огромного психологического стресса. И вербуют их не в мечетях, а в местах компактного проживания: на стройках, рынках, в плотно заселенных общежитиях.
Часто экстремисты посещают мигрантов после предварительной обработки именно через социальные сети. То есть заранее выясняют, готов ли тот или иной человек разделить экстремистские взгляды, высказывает ли он радикальные идеи.
Есть и еще один путь вербовки неофитов. Совместное содержание в тюрьмах тех, кто был осужден за преступления экстремистского характера, с осужденными за кражи, грабежи, разбои, убийства создает благодатную почву для распространения радикальных идей, преподнесенных под видом равенства или наказанием тех, из-за кого ты попал в тюремные застенки.
Человек, который не опытен в исламе, но исламом интересуется, сразу же становится интересен тем, кто занимается вербовкой в террористические организации. Неофита видно сразу, к нему подходят специально обученные проповедники и начинают рассказывать, какой на самом деле ислам, предлагать свою помощь в изучении этой религии, мило улыбаются, затем зовут на чай в какое-нибудь другое место. Так мало-помалу и начинается вовлечение в организацию.
Каждому – индивидуальный подход
Власти Северного Кавказа выражают беспокойство в связи с тем, что число новообращенных в регионе стремительно растет. Такое заявление сделал на днях полпред президента в СКФО Александр Матовников. Полпред пояснил, что не видит ничего плохого в том, что жители региона принимают какую-либо веру, однако, властям необходимо понимать, для чего они это делают – истинны ли их религиозные чувства.
В свою очередь начальник главка МВД по Северо-Кавказскому федеральному округу Сергей Бачурин отметил, что некоторые проблемы, касающиеся радикализации общества и преимущественно молодежи, действительно существуют и требуют решения. По его словам, наибольшее беспокойство вызывают как раз люди, поменявшие свои религиозные взгляды. Он уточнил, что новообращенные являются наиболее мотивированными и зачастую фанатично настроенными сторонниками экстремистских и террористических идеологий.
Начальник полицейского главка также отметил, что только за первое полугодие текущего года в регионе было зафиксировано 1058 неофитов. Это достаточно большая группа людей, поэтому они не должны быть безразличны местным властям и правоохранителям.
В правительстве Ставропольского края считают, что неофиты действительно нуждаются во внимании со стороны органов государственной власти и местного самоуправления. Власти должны вовремя оказать человеку поддержку, помочь ему адаптироваться в социальной среде и не допустить попадания под влияние радикальных идей.
Сотрудниками органов местного самоуправления проводится адресная профилактическая работа в отношении неофитов, если для этого есть причины.
– К каждому конкретному случаю необходим индивидуальный подход, – говорит председатель комитета Ставропольского края по делам национальностей и казачества Александр Писаренко. – Очень важным является понимание мотивации человека, решившего сменить веру. Если данное решение принято человеком осознанно, добровольно, без внешнего воздействия и давления, то, как правило, в проведении адресной профилактики нет необходимости. Если семья благополучная, социализированная, члены семьи не склонны к радикальным идеям и не имеют проблем с законом, профилактическая работа не проводится.
Председатель комитета считает, что лицам, сменившим веру, не следует избегать общения с представителями государства, ведь их усилия всегда направлены только на то, чтобы помочь человеку, не допустить его вступления в ряды экстремистов.
Анатолий Петров

Новоначальный

См. также раздел: КАТЕХИЗАЦИЯ

  • Новоначальный преп. Макарий Оптинский (Иванов)
  • О состоянии новоначальных и келлиотов преп. Авва Исаия
  • Инок новоначальный свт. Игнатий епископ Кавказский и Черноморский
  • Осторожно: неофит! Пути и ошибки новоначальных Георгий Дублинский
  • Основы духовной безопасности для новоначальных христиан.
  • Как это называется в Церкви?

Новонача́льный:

1. То же, что неофит.

2. Новопоступивший в монастырь.

Следуя 43 правилу VI Вселенского Собора, поступить в монастырь может любой христианин для спасения своей души и угождения Богу вне зависимости от своего прежнего морального образа жизни. Как правило, новоначальными не могут быть несовершеннолетние, а также родители, имеющие малолетних детей, требующие их опеки, муж при живой жене и жена при живом муже (супруги, скрепленные церковным браком, могут поступить в монастырь при условии, что на новый образ жизни возьмут благословение у архиерея и одновременно поступят каждый в свой монастырь, разумеется, в разных обителях: мужской и женской, согласно 18 правилу Василия Великого).

Новопоступивший в монастырь проходит испытание в течение определенного срока и, если окажется достойным, постригается в монашеский чин. В период испытания ему определяется опытный наставник в духовной жизни, обычно именуемый старцем. Духовному наставнику новоначальный должен открывать свое духовное состояние и получать от него наставления и духовную поддержку. После пострижения он становится монахом (см. ПОСТРИГ МОНАШЕСКИЙ, РЯСОФОР), пред которым открывается возможность стать схимником. Поведение новоначальных часто оговаривается уставом монастыря.

«ПОВЕДЕНИЕ НОВОНАЧАЛЬНЫХ

1. Новоначальный, прежде всего, должен внимательно прочитать и усвоить монастырский Устав, чтобы при первых же шагах своего пребывания в обители не нарушить заведенного в ней порядка и дисциплины.

2. Новоначальный дает подписку в том, что он обязуется свято выполнять все, изложенное в Уставе; в случае же нарушения упомянутого Устава, он подлежит соответствующему взысканию со стороны администрации монастыря в целях вразумления и покаяния, а при упорном непослушании может быть удален из обители.

3. Новоначальный должен всемерно стремиться к духовной жизни как первой цели своего звания, оставляя светские привычки, помня наставление святого Василия Великого к начинающим инокам: «Походку иметь скромную, не говорить громогласно, соблюдать в беседе благочиние, употреблять пищу и питие благовременно, хранить молчание при старших, быть внимательным к мудрым, послушным к начальствующим, иметь к равным и меньшим нелицемерную любовь, удаляться от злых, мало говорить, тщательно собирать познания, не многословить, не быть скорым на смех, украшаться скромностью».

4. По отношению к настоятелю и насельнику монастыря новоначальный должен оказывать смиренную почтительность, при встрече с настоятелем ему следует брать благословение, а насельников при встрече приветствовать почтительным поклоном.

5. Входить в чужую келью следует с молитвой и только когда будет получен ответ «Аминь».

6. После вечернего правила всякие праздные разговоры и прогулки воспрещаются.

7. Подобает беспрекословно повиноваться наместнику, начальствующим монастыря, помня, что и Сам Христос сказал о Себе: «Ибо Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца» (Ин. 6:38). Распоряжения наместника по монастырю не принято монашествующими обсуждать, критиковать, но с молитвою и смирением выполнять. Если какой-то брат не согласен с распоряжениями начальствующих, он с кротостию и наедине вполне может высказать свое мнение давшему это распоряжение на его дальнейшее усмотрение.

8. Усердное и прилежное послушание для новоначальных – залог их будущего духовного возрастания и спасения. Следует избегать своеволия, ничего не делать без благословения вышестоящих, даже похвального, чтобы не впасть в соблазн, гордость и прелесть.

9. Новоначальный должен находиться в постоянном мире и любви со всеми братьями обители, стараясь быть со всеми приветливым и услужливым.

10. Никто не должен без благословения старших брать себе в келью какую-либо вещь, даже самую необходимую, помня, что всякое такое приобретение без благословения – есть кража.

11. Монашествующим не должно заводить в келье лишних вещей, впадать в грех мшелоимства. Лучшим украшением иноческой кельи служат святые иконы и книги Священного Писания, а также творения Святых Отцов. Келья монаха содержит крайний минимум всего, без чего нельзя обойтись в нем. Келья должна быть красной не вещами, а духом веры и молитвы живущего в ней инока. Светские и чисто мирские вещи и принадлежности не должны иметь места в келье.

12. Одежда должна быть чистой и простой. Цвет монашеской одежды всегда только черный и никакой другой. Для послушников он может быть серый, коричневый или какой-нибудь еще, но не яркий.

13. Курение, употребление спиртных напитков и сквернословие категорически воспрещаются, нарушение сего древнего правила влечет за собой серьезное наказание, вплоть до исключения из обители.

14. Целомудрие или чистота души состоит не только в хранении себя от порочных дел и поступков, но и от нечистых помыслов, как первых поводов к греху.

15. Везде и всегда прилично монаху воздерживаться от празднословия, помня слова Господа: «Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день Суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься» (Мф. 12:36). 16. Если кто-либо из новоначальных постоянно нарушает правила иноческой жизни, то таковой берется под особое наблюдение старших братьев, его увещевают и наставляют с целью исправления, а в случае упорства его в своих грехах, следует такого нарушителя отсечь от общества иночествующих, как поврежденный член тела».
Из Устава Свято-Троицкого Тюменского мужского монастыря