Новый завет

НОВЫЙ ЗАВЕТ

НОВЫЙ ЗАВЕТ (греч. kaine diatheke, лат. novum testamentum) содержит 27 книг, составляющих вторую часть христианской Библии. Греческое слово diatheke означает «завет», «завещание»; «союз», «договор». Завет называется Новым, поскольку христиане верят, что Иисус Христос скрепил своей кровью новый (второй) союз-договор между Богом и человеком (1 Кор 11:25; Евр 9:15) (первый – договор, заключенный Богом с Моисеем на горе Синай).

Иисус не оставил после себя никаких сочинений; все сведения, приведенные в книгах, описывающих его жизнь и объясняющих смысл его служения, исходят от его первых последователей-апостолов и их учеников. Первые четыре книги называются евангелиями, их содержание составляет «благая весть» об Иисусе Христе – о его рождении, служении, выразившемся в проповеди и в сотворенных им чудесах, о его смерти и воскресении. Деяния апостолов, пятая книга Нового Завета, представляет собой исторический рассказ о подвижничестве последователей Христа, распространявших христианскую веру, и о росте и усилении древней церкви. Сочинения эпистолярного жанра представлены в Новом Завете особенно широко: в него входят 13 посланий апостола Павла, 9 из которых адресованы различным церквам, а еще 4 – трем частным лицам, а также анонимное Послание к Евреям (приписанное в Вульгате апостолу Павлу) и семь т.н. соборных посланий, одно из которых приписывается Иакову, два – Петру, три – Иоанну и одно – Иуде (не Искариоту). Последняя книга, завершающая Новый Завет (Откровение Иоанна Богослова), принадлежит к жанру апокалиптической литературы: ее предметом является «откровение» (греч. apocalypsis), возвещающее о грядущих событиях, которым предстоит совершиться на земле и на небесах. Все эти книги располагаются в Новом Завете в соответствии с естественной смысловой последовательностью: сначала приводится рассказ о Христе и принесенной им Благой вести, затем излагается история распространения этой вести древней церковью, далее следуют разъяснения и практические выводы, а завершается все рассказом о конечной цели божественного домостроительства.

Язык, на котором написаны все 27 книг Нового Завета, – койне, общегреческий язык той эпохи. Эта форма греческого языка, хотя и лишенная утонченной изысканности классического греческого языка 5–4 вв. до н.э., была знакома почти всему населению Римской империи, к которому обращались первые христианские миссионеры с проповедью Евангелия. Наиболее литературным языком – с точки зрения синтаксического строя и используемой лексики – написаны Послание к Евреям и две книги, принадлежащих Луке – Евангелие от Луки и Деяния апостолов. К числу книг, наиболее сильно отклоняющихся от стандартов аттического диалекта и приближающихся к разговорному греческому языку, относятся Евангелие от Марка и Книга Откровения. Кроме того, поскольку все авторы, представленные в Новом Завете, до того, как стать христианами, были либо евреями, либо обращенными в иудаизм язычниками, вполне естественно, что на их греческий койне накладывало свой отпечаток знакомство с Септуагинтой, греческим переводом еврейской Библии.

Оригинальные рукописи книг Нового Завета до нас не дошли. Все знания об этих текстах мы черпаем из трех источников: греческих рукописей, датируемых 2 в. или последующими веками, древних переводов на другие языки (прежде всего – сирийский, латинский и коптский) и новозаветных цитат, которые встречаются в сочинениях древних церковных писателей.

Греческие рукописи различают либо по материалу, на котором они были написаны (папирус, пергамен, или кожа, и остраконы – глиняные черепки), либо по способу письма. В греческом языке использовалось два типа письма: маюскульное (или унциальное) и минускульное. Маюскульные рукописи выполнены крупными буквами, имеющими много общего с современными прописными буквами. С 9 в. маюскульное письмо вытесняется более удобным минускульным, для которого характерны мелкие, слитно написанные буквы. В древнейших рукописях, в соответствии с тогдашними правилами письма, не использовались знаки препинания и не оставлялись пробелы между отдельными словами и предложениями.

Известно более 50 греческих папирусных фрагментов Нового Завета, более 200 греческих унциальных рукописей и около 4000 греческих минускульных рукописей (включая лекционарии – книги, по которым священные тексты читались за богослужением в церкви). Самым древним новозаветным фрагментом считается крошечный обрывок папирусного кодекса, датируемый первой половиной 2 в. и содержащий несколько стихов из 18 главы Евангелия от Иоанна на греческом языке. Древнейшими рукописями, содержащими значительные части Нового Завета, являются три папирусных кодекса, датируемых 3 в. (т.н. папирусы Честера Битти). Один из них состоит из 30 испорченных листов папирусного кодекса, в который первоначально входили все четыре евангелия и Деяния апостолов. Другой представляет собой 86 слегка поврежденных листов с текстом десяти посланий апостола Павла. Наконец, третий содержит десять слегка испорченных листов книги Откровения. Двумя древнейшими пергаменными греческими маюскульными рукописями Нового Завета являются Ватиканский кодекс и Синайский кодекс, датируемые 4 в. Греческие минускульные рукописи датируются 9 в. и последующими веками.

Многократно переписывая Новый Завет, чтобы удовлетворить растущие потребности церкви, писцы вносили в него множество изменений. Копиисты не только допускали невольные ошибки, неизбежные при всяком переписывании, но зачастую пытались усовершенствовать грамматику или стиль текста, исправить предполагаемые исторические и географические ошибки, выправить цитаты из Ветхого Завета в соответствии с греческой Септуагинтой и согласовать параллельные места в евангелиях. В результате возникали многочисленные чтения (варианты фрагментов текста), которых набирается ок. 200 000. Вместе с тем следует заметить, что более 95% этих разночтений не затрагивают понимания смысла текста. Используя текстологические методы, ученые способны с большей или меньшей степенью достоверности реконструировать исходный текст, лежавший в основе сохранившихся вариантов. Древние переводы и новозаветные цитаты в сочинениях отцов церкви также оказывают огромную помощь в оценке различных рукописных чтений.

Количество сохранившихся греческих рукописей Нового Завета далеко превосходит количество рукописей греческих классиков. Так, например, Илиада Гомера дошла до нас менее чем в 500 рукописях, сочинения Платона и Фукидида – в двух десятках рукописей, а многих других авторов мы знаем лишь по единственной рукописи. Кроме того, сочинения многих греческих и латинских авторов сохранились лишь в рукописях, датируемых эпохой Средневековья.

Рукописи Нового Завета создавались на свитках, и практическая невозможность увеличивать их длину выше разумного предела препятствовала соединению в одном свитке нескольких книг Нового Завета. Во 2 в. многие христиане освоили форму кодекса, или книги с отдельными листами, что позволило им собирать, например, все евангелия или все послания апостола Павла в одном томе. Параллельно с этим процессом собирания и систематизации отдельных новозаветных книг формировалась идея новозаветного канона.

Греческое слово «канон» заимствовано из семитских языков и первоначально означало линейку или палочку, с помощью которой можно было производить измерения, а отсюда – в переносном значении – «правило», «норму» или «список». Почему, как и когда книги, составляющие Новый Завет в его теперешней форме, были собраны в единый корпус, – это вопрос, на который ответить исключительно сложно, так как отцы церкви этой эпохи не дают на этот счет никаких определенных и подробных сообщений. Однако мы можем проследить некоторые тенденции, которые, по-видимому, оказали влияние на формирование новозаветного канона.

Иисус и его первые последователи восприняли от евреев авторитетный корпус Священного Писания – еврейскую Библию. Кроме того, поскольку слушатели с особым благоговением и почтением относились к речениям самого Христа, который говорил, что в нем исполнился и получил свой окончательный смысл Ветхий Завет, в древней церкви стала складываться практика чтения во время общих богослужений отрывков из книг, в которых излагались слова и деяния Иисуса. Но еще до того, как были написаны евангелия, христианам читались послания апостола Павла, адресованные данной церкви (общине). Эти послания обращались также в соседних общинах (Кол 4:16). Послания Павла, как и послания других апостолов, были предназначены для многократного чтения перед собранием верующих. Можно предположить, что первоначально они воспринимались как письменная проповедь учителя, который не мог лично обратиться к своей пастве. Со временем вошло в обычай прислушиваться к апостольским словам, и они распространялись в списках, а впоследствии стали рассматриваться как Писание. Позднее, когда во множестве стали возникать еретические секты, каждая из которых располагала своим «писанием», ортодоксальная церковь должна была более четко определить границы истинного канона. Около 140 еретик Маркион сформировал свой собственный канон Священных Писаний, исключив из них Ветхий Завет и оставив только Евангелие от Луки (в урезанном виде) и послания апостола Павла (за исключением двух посланий к Тимофею и Послания к Титу).

В течение второй половины 2 в. церковь – по свидетельству таких авторитетных писателей, как Ириней, Тертуллиан и Климент Александрийский, знакомых с ситуацией в Малой Азии и Галлии, Северной Африке и Александрии, – осознала тот факт, что она располагает каноном, в который входят четыре известных нам евангелия, Деяния апостолов, 13 посланий Павла, Первое послание Петра и Первое послание Иоанна. Семь книг – Послание к Евреям, Послание Иакова, Второе послание Петра, Второе и Третье послания Иоанна, Послание Иуды и Книга Откровения Иоанна Богослова – еще не получили всеобщего признания, а ряд других (в частности, Дидахе, Послание Варнавы, Пастырь Гермы и Апокалипсис Петра) помещались как бы на границе канона. В 3 в. и в начале 4 в., как можно судить по сочинениям Оригена и Евсевия, были рассмотрены все околоканонические книги и осуществлена классификация текстов, претендующих на апостольский авторитет, в результате чего были выявлены подлинные, сомнительные и отвергаемые (их называли апокрифическими) книги. Хотя Ориген еще ссылался на Пастыря Гермы и Послание Варнавы как на «писания», однако существенно то, что среди его многочисленных толкований нет ни одного толкования на книгу, которая не входила бы сегодня в новозаветный канон.

В 4 в. состав канона начинает закрепляться в официальных постановлениях – сначала епископов поместных церквей, а затем поместных и вселенских соборов. Этот состав все более приближается – по числу и расположению книг – к тому составу Нового Завета, который мы знаем сегодня. Афанасий Александрийский был первым, кто, в своем 39 праздничном послании (367), привел список из современных 27 канонических книг Нового Завета (поместив, как это принято и сейчас в православной традиции, соборные послания перед посланиями апостола Павла). На Западе 27 канонических книг Нового Завета были признаны Латинской церковью на трех африканских соборах, на которых главенствующую роль играл Августин (на соборе в Гиппоне в 393 и на двух Карфагенских соборах – в 397 и 419). С появлением же латинской Вульгаты Иеронима этот канон был признан на Западе повсеместно. На Востоке Сирийская церковь еще в 5 в. признавала каноническими только 22 книги, не включая в новозаветную часть сирийского перевода Библии (Пешитты) Второе послание Петра, Второе и Третье послания Иоанна, Послание Иуды и Книгу Откровения. Эфиопская церковь, напротив, включала в свой Новый Завет 35 книг, признавая каноническими 8 книг т.н. Апостольских постановлений.

Ни один из соборов, авторитет которых был признан всей церковью, не выносил постановлений относительно пределов канона. В 1546 Тридентский собор четко определил канон для римских католиков, а в энциклике Providentissimus Deus (1893) было сформулировано – в терминах, принятых в католичестве, – общехристианское учение о боговдохновенности канонических книг. Каноничность отдельных книг оценивалась по определенным признакам, главными из которых являлись их апостольское происхождение (или наличие апостольской санкции), согласие их с Ветхим Заветом и другими частями Нового Завета и широкое распространение этих книг.

Завет в Библии

Тип статьи:

Регулярная исправленная статья

Академический супервайзер:

д-р Арье Ольман

Дата создания:

Иудаизм

Септуагинта • Вульгата
Таргум • Пешитта
Синодальный перевод

Интерпретации

Герменевтика • Экзегетика
Пешер • Мидраш • Пардес
Аллегоризм • Буквализм

Мессия • Вечная жизнь
Армагеддон

п·о·р

Завет (berith) — одно из центральных понятий еврейской библии (Ветхого завета). С помощью этого понятия описываются взаимоотношения между Богом и избранным народом или избранными людьми: Ноем, Авраамом, сынами Израиля при исходе из Египта.

В библейском, а также в современном иврите это слово обозначает `союз`, `договор`. В Библии понятие «завет» обозначается также словом эдут (буквально `свидетельство`) и реже — ала, по смыслу более близким к понятиям `клятва`, `обет`. Словом «завет» Библия обозначает как союз между людьми, так и особого рода отношения между людьми и Богом. Заключение союза между людьми обычно скреплялось клятвой (Быт. 21:22–24; ИбН. 9:15; II Ц. 11:4), совместной трапезой (Быт. 26:28–31; 31:53, 54) или жертвоприношением (Исх. 24:4–5; Пс. 50:5), а союза между людьми и Богом — торжественным обещанием Бога людям (Быт. 9:9–17; Втор. 29:9–14). Заключение завета часто сопровождалось символическими знамениями или предписаниями, призванными служить постоянным напоминанием о заключенном союзе. Библия знает три ключевых момента в истории, ознаменованных заключением завета между Богом и людьми: сотворение мира, отказ от повторения потопа и рождение еврейского народа. Каждый из них сопровождается символическим предписанием или знамением: празднованием субботы (Исх. 20:11; 31:16–17); радугой (Быт. 9:11–17), обрезанием (Быт. 17:9–13).

Завет в Библии не всегда является соглашением двух равноправных сторон: в ряде случаев он представляет собой добровольное принятие сильной стороной покровительства над более слабой при условии, что та будет сохранять лояльность в отношении своего покровителя (например, завет израильтян с гибеонитянами; ИбН. 9:3–27).

Наряду с заветами (союзами), заключаемыми между отдельными лицами, между мужем и женой, между царями и их подданными, между государствами, в Библии особое место занимает завет еврейского народа с Богом (см. Бог. Бог в Библии. Завет). Он является договором, по которому Бог принимает на себя обязанность покровительствовать Израилю при условии соблюдения последним данного ему Закона (Исх. 34:10–27; Втор. 5:1–3; 28; II Ц. 17:35–38). Верность Богу как основная обязанность израильтян особенно подчеркнута в книге Второзаконие (29,30). Завет, заключенный между Богом и Израилем на Синае, является краеугольным камнем иудаизма (см. Десять заповедей); он лежит в основе таких фундаментальных доктрин, как признание Бога царем Вселенной, откровение, личностный характер отношений между Богом и людьми (любовь, милость, страх и т. п.).

Сходство формулировки завета и сопровождающих его заключение ритуалов с обнаруженными ближневосточными договорными документами 2–1 тысячелетий до н. э. показывает, что идея Бога как царя народа возникла не в период монархии, как предполагалось раньше, но является древнейшим атрибутом религии Израиля. В эпоху Судей (см. Судей Израилевых книга) колена (см. Колена Израилевы) противились установлению царской власти именно потому, что считали Бога истинным царем Израиля, а провозглашение земного царя представлялось им нарушением завета (ср. ответ Гид‘она на предложение народа провозгласить его царем и осуждение Самуилом народного требования о провозглашении царя: Суд. 8:22–23; I Сам. 10:18–19). Когда в Израиле была установлена царская власть, она рассматривалась как дар, пожалованный Богом своему избраннику: и царь, и народ в равной мере были вассалами истинного царя — Бога.

Идея завета между Богом и народом, присущая религии Израиля и неизвестная никакой другой древней религии, требует полной преданности народа Богу. Нарушение завета влечет суровые наказания, вплоть до изгнания народа из его страны. Реформа царя Иошияху (7 в. до н. э.), установившего единство культа в Иерусалимском храме, и деятельность Нехемии и Эзры после возвращения из пленения вавилонского (5 в. до н. э.) вдохновлялись идеей верности завету с Богом и трактовались как его обновление.

Пророки (см. Пророки и пророчество), особенно Хошеа, Иеремия и Иехезкель, уподобляют отношения Бога и Израиля брачному союзу (ср. Иех. 16:8). Этическая концепция пророков целиком основана на идее завета, возлагающего на Израиль ответственность и требующего от него не только соблюдения ритуальных предписаний, но и высокой нравственности. Пророки (главным образом поздние) придавали нравственным нормам неизмеримо большее значение, чем требованиям ритуала (см. Ис. 1:12, 15–17). Согласно этой концепции, соблюдение нравственного кодекса должно привести не только к избавлению Израиля, но и к спасению всего человечества (Ис. 2:3–4) и преображению мира (Ис. 66:22). Пророк Иеремия предсказывал неминуемое наказание народа за нарушение завета, утверждая в то же время, что союз между Богом и Израилем нерушим, как нерушимы законы мироздания (Иер. 31:35–37; 33:17–26). Поэтому Иеремия предвидел заключение нового завета между Богом и еврейским народом по истечении срока наложенного Богом наказания (31:31–34). Этот завет «вложу… во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут моим народом. И уже не будут учить друг друга, брат — брата и говорить: “познайте Господа”, ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого…» (Иер. 31:33–34). Иеремия связывал заключение нового завета с возвращением изгнанников из северных стран и восстановлением царства Давида и Храма во всем их величии (Иер. 31:8–10).

Христианство отождествляет новый завет, который, согласно Иеремии, Бог заключит «с домом Израиля и с домом Иехуды» (Иер. 31:31), с учением Иисуса, тем самым исключая национальное содержание в пророчестве Иеремии и считая его воплотившимся, хотя Иеремия провидит его совершение лишь во времена всеобщего познания Бога.

Наряду с заветом между Богом и Израилем, в Библии упоминается завет между Богом и отдельными людьми, а именно Авраамом (Быт. 15:18) и Давидом (II Сам. 23:5; Пс. 89:4–5, 35–38 и другие): Бог клянется Аврааму дать его потомкам Ханаан и обещает Давиду увековечить власть его династии. Эти заветы заключены по модели царского пожалования в странах Древнего Востока: они являются даром, которым Бог награждает своих верных слуг. Поскольку верность Авраама и Давида Богу не подвергается сомнению, завет с ними не обусловлен выполнением ими каких-либо обязательств; так, завет с Авраамом вечен и не подлежит расторжению даже тогда, когда Бог наказывает Израиль за прегрешения (Лев. 26:42–45). Позднее, однако, изгнание северных колен (см. Пленение ассирийское) потребовало пересмотра доктрины вечности завета с Авраамом, в результате чего возникла концепция, согласно которой выполнение Богом своих обещаний обусловлено соблюдением другой стороной верности Богу; аналогично интерпретировался и завет с Давидом (I Ц. 2:4; 8:25; 9:4–5).

Идея вечного завета между Богом и еврейским народом была еще более подчеркнута последующей традицией, которая рассматривала соблюдение галахических (см. Галаха) предписаний как обязательство, наложенное на еврейский народ заветом с Богом, а галут — как наказание за его нарушение, как преходящее явление, конец которого мыслился в контексте мессианской эсхатологии (см. также Мессия).

Восстановление Государства Израиль после двухтысячелетнего изгнания еврейского народа рассматривается многими еврейскими и христианскими теологами как осуществление завета, заключенного между Богом и Авраамом, и исполнение Его обещания сохранить Израиль и возвратить его в Землю обетованную (см. Лев. 26:44; Ам. 9:14–15).http://www.eleven.co.il/article/11577

В современной науке принято считать, что библейская традиция развивает до-израильские представления ближневосточных религиозных культов о союзе-завете,

Возобновление завета

Параллельно теме заключения союза-заветв Библии возникает тема необходимости обновления, или возобновления Завета. Избранный народ не соответствует требованиям завета и поэтому обновление необходимо. Возобновляются обязательства исполнять установления синайского завета, в частности исполнение в должной чистоте ритуалов – либо оскверненных элементами чуждого служения, либо просто забытых: пасха, жертвоприношения.

  • Иисус Навин 24:19-26

Иисус сказал народу: не возможете служить Господу, ибо Он Бог святый, Бог ревнитель, не потерпит беззакония вашего и грехов ваших. Если вы оставите Господа и будете служить чужим богам, то Он наведет на вас зло и истребит вас, после того как благотворил вам. И сказал народ Иисусу: нет, мы Господу будем служить. Иисус сказал народу: вы свидетели о себе, что вы избрали себе Господа – служить Ему? Они отвечали: свидетели. Итак отвергните чужих богов, которые у вас, и обратите сердце свое к Господу Богу Израилеву. Народ сказал Иисусу: Господу Богу нашему будем служить и гласа Его будем слушать. И заключил Иисус с народом завет (berith) в тот день и дал ему постановления и закон (hoq) в Сихеме. И вписал Иисус слова сии в книгу закона Божия (sefer torath elohim)….

Израильтяне вернулись к служению чужим богам, и таким образом изменили основному условию синайского завета, поэтому необходимо обновление. Связь с синайским заветом подчёркивается отсылкой к формуле » Господу Богу нашему будем служить и гласа Его будем слушать» (Ср. Исх 24.7).

  • 4 Царств 23:1-3, 21-23

1 И послал царь, и собрали к нему всех старейшин Иуды и Иерусалима. И пошел царь в дом Господень, и все Иудеи, и все жители Иерусалима с ним, и священники, и пророки, и весь народ, от малого до большого, и прочел вслух их все слова книги завета (sefer ha-berith), найденной в доме Господнем. Потом стал царь на возвышенное место и заключил пред лицем Господним завет – последовать Господу и соблюдать заповеди Его и откровения Его и уставы Его от всего сердца и от всей души, чтобы выполнить слова завета сего, написанные в книге сей. И весь народ вступил в завет (wa-yaamod kol ha-am ba-berith)…. 21 И повелел царь всему народу, сказав: «совершите пасху Господу Богу вашему, как написано в сей книге завета «, — потому что не была совершена такая пасха от дней судей, которые судили Израиля, и во все дни царей Израильских и царей Иудейских; а в восемнадцатый год царя Иосии была совершена сия пасха (naase ha-pesah ha-ze) Господу в Иерусалиме.

При царе Иосии (ок. 622 г. до н.э.) в святилище была найдена книга завета. Чтение приводит народ к покаянию, происходит централизация культа в Иерусалиме, возобновляется празднование Пасхи в память исхода из Египта.

  • 2 Паралипоменон 15. 8-15:

Когда услышал Аса слова сии и пророчество, Одеда пророка, то ободрился и изверг мерзости из всей земли Иудиной и Вениаминовой и из городов, которые он взял на горе Ефремовой, и обновил жертвенник Господень, который пред притвором Господним. И собрал всего Иуду и Вениамина и живущих с ними переселенцев….И собрались в Иерусалим в третий месяц, в пятнадцатый год царствования Асы; и принесли в день тот жертву Господу из добычи, которую привели, из крупного скота семьсот и из мелкого семь тысяч; и вступили в завет (wa-yavou ba-berith), чтобы взыскать Господа Бога отцов своих от всего сердца своего и от всей души своей; ….И клялись Господу громогласно и с восклицанием и при труб и рогов. И радовались все Иудеи сей клятве, потому что от всего сердца своего клялись и со всем усердием взыскали Его, и Он дал им найти Себя. И дал им Господь покой со всех сторон.

Аса, царь Иудеи, праправнук Давида возобновляет завет, так как израильтяне изменили синайскому завету и стали служить идолам. Происходит очищение оскверненного жертвенника. Связь с синайским заветом подчеркивается употреблением формул из книги Второзакония: «от всего сердца своего и от всей души своей…. и со всем усердием» (ср. Втор 6. 5).

  • Иер 31. 31-34

Пророчество Иеремии (31. 31-34), относящееся к началу 6-го века до н.э., является единственным ветхозаветным свидетельством употребления словосочетания «новый завет»:

31 Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу (we-kharatti) с домом Израиля и с домом Иуды новый завет (berith hadashah LXX: diaqh/khn kainh/n), 32 не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. 33 Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой (torati) во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. 34 И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: «познайте Господа», ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более.

Период Второго храма

В послепленны период произошла некоторая реинтерпретация идей обновлённого завета и нового завета. Обновление завета необходимо в силу прегрешений народа. Но мученичество братьев-праведников оказывается своего рода искупительной жертвой и приводит к прощению грехов народа (замещает храмовое жертвоприношение, которое невозможно из-за осквернения храма завоевателями). Личные награда и воздаяние переносится на посмертное существование. Воздаяние народу в целом выражено в победе Израиля над врагами.

2 Макк. 7. 36-38, 8. 5:

«Братья наши, претерпев ныне краткое мучение, по завету Божию получили жизнь вечную, а ты по суду Божию понесешь праведное наказание за превозношение. Я же, как и братья мои, предаю душу и тело за отеческие законы, призывая Бога, чтобы Он скоро умилостивился над народом, и чтобы ты с муками и карами исповедал, что Он един есть Бог, и чтобы на мне и на братьях моих окончился гнев Всевышнего, праведно постигший весь род наш»…. Окружив себя множеством, Маккавей сделался непобедимым для язычников, когда гнев Господа переложился на милость.

В Дамасском документе, кумранском тексте, датируемом второй половиной 2-го века до н.э., представление о новом завете основано на совершенно новой интерпретации синайского завета, так как общине удалось «раскопать доселе скрытые смыслы Торы». Община нового завета порывает с иерусалимским культом и с остальным Израилем. Прежнее понимание Торы (правильное для прежнего времени) утратило силу. Заповедь о любви к ближнему (Лев 19:18) также действует только в отношении членов общины.

CD-A 5. 21 — 6. 21:15

И земля опустела, ибо говорили непокорно против заповедей Бога, дарованных через Моисея и также через помазанников святости и пророчествовали ложь, чтобы отвратить Израиль от Бога. Но вспомнил Бог Завет изначальный (berith rishonim) и поставил из Аарона разумных и из Израиля мудрых, и возвестил им, чтобы выкопали колодец. «Колодец, который копали князья, вырыли его благородные народа посохом» есть Тора ….И все, кто приведены в Завет (asher huv’u ba-berith), не должны входить в святилище, чтобы зажигать огонь жертвенника напрасно….Ведь они должны следить за тем, чтобы действовать согласно интерпретации Торы для поры нечестия – отделиться от сынов погибели….в соответствии с тем, что им открылось, согласно заповеди, данной вступившим в Новый Завет (ke-mitzwath bae ha-berith ha-hadasha) в стране Дамаска, чтобы….любить каждому брата своего как самого себя…

В другом кумранском тексте, Пешер Хаввакук (1QpHab 2), новый завет характеризуется реинтерпретацией не Пятикнижия, а пророческого текста, но в целом для Кумрана характерно такое изменение смыслов.

Литература

Сергей Рузер Концепция «нового завета» в иудаизме периода Второго храма и в первоначальном христианстве

Примечания

Новый завет

HО́ВЫЙ ЗАВЕ́Т, в христианстве — договор, завет между Богом и человеком, сменяющий собой Ветхий Завет (см. ВЕТХИЙ ЗАВЕТ), а также собрание книг, являющихся выражением этого договора. Если в Ветхом Завете взаимоотношения между Богом и человеком основаны как бы на форме юридического договора, на соблюдении всех заповедей (Закона), то в Новом Завете этого простого соблюдения уже недостаточно. Ветхий Завет ограничивается одним избранным народом. Новый Завет заключен для всякого человека, который пожелает принять его. Новозаветное законодательство выражено Христом (см. ИИСУС ХРИСТОС) в Нагорной проповеди.
В книгах Нового Завета излагается вся история основания новозаветной Церкви, а также начала ее вероучения. Всего в Новом Завете 27 священных книг: 4 Евангелия (см. ЕВАНГЕЛИЯ), книга Деяний Апостолов, семь соборных посланий, 14 посланий апостола Павла (см. ПАВЕЛ (апостол)) и Апокалипсис (см. АПОКАЛИПСИС) апостола Иоанна Богослова (см. ИОАНН Богослов). Два Евангелия принадлежат апостолам из числа 12 — святым Матфею и Иоанну, два — спутникам и ученикам апостолов, святым Марку и Луке. Книга Деяний написана также сотрудником апостола Павла — Лукою. Из семи соборных посланий пять принадлежат апостолам из 12 — Петру и Иоанну и два — Иакову и Иуде, которые также носили звание апостолов, хотя и не принадлежали к числу 12-ти.
Четырнадцать посланий написаны Павлом, который хотя был призван и позже остальных апостолов, но как призванный именно самим Христом является апостолом, равный 12-ти апостолами. Апокалипсис написан апостолом Иоанном Богословом.
По своему содержанию книги Нового Завета принято разделять на законоположительные — Четвероевангелие, в котором находится основа всей христианской веры; исторические — Деяния Апостолов и Четвероевангелие, в которых находится историческое изображение жизни Иисуса Христа и апостолов; учительные — послания апостолов, в которых те разъясняют различные основы христианской веры и жизни; пророческие — Апокалипсис, в котором содержатся различные видения апостола Иоанна Богослова о будущей судьбе Церкви. Некоторые пророчества содержатся также и в других книгах Нового Завета.
Подлинный текст Нового Завета дошел до нас прежде всего в большом количестве древних рукописей, более или менее полных, числом около 5 тыс (со 2 по 16 вв.). До недавних лет самые древние из них восходили к 4 веку. Важнейшие из них: Синайский кодекс (см. СИНАЙСКИЙ КОДЕКС), Александрийский (оба в Лондоне) и Ватиканский (Ватикан) манускрипты. Археологические находки обогатили новозаветную науку множеством фрагментов рукописей на папирусе, относящихся к 3 и даже ко 2 веку, например, манускрипты Бодмера, найденные и опубликованные в 1960-е гг. Помимо греческих рукописей, имеются многочисленные древние переводы на латинский, сирийский, коптский языки, из которых самые древние существовали уже со 2 века.
Кроме того, сохранились многочисленные цитаты отцов Церкви на греческом и других языках в таком количестве, что если бы текст Нового Завета был утрачен и все древние рукописи уничтожены, то ученые могли бы восстановить этот текст по цитатам из творений святых отцов Церкви. Это обилие материала по тексту Нового Завета превышает по объему то, что имеется в распоряжении науки для установления и уточнения текста классических авторов античного мира.
Первоначально текст Священного Писания (см. СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ), как всякий древний текст вообще, был сплошным, без разделения между словами и предложениями. С течением времени появилось деление текста для удобства чтения и отыскания отдельных мест и выражений. Так, например, диакон Аммоний Александрийской (см. АММОНИЙ Александрийский) (2—3 в.) разбил текст Нового Завета на очень мелкие перикопы (греч.»отрезок») — до одного предложения. Перикопы Аммония позволяют сопоставить параллельные повествования Нового Завета как тождественные, так и аналогичные. Для этого Евсевий Памфил (см. ЕВСЕВИЙ Кесарийский), епископ Кесарийский, церковный историк и богослов 4 века, составил 10 «канонов», или таблиц, в которых совместил тождественные по содержанию и созвучные повествования Евангелий. Не потеряли они своего значения доныне, хотя в современных изданиях (с 19 в.) чаще используют так называемые параллельные места, которые, однако, не исчерпывают всех параллелей.
Кроме того, с 5 века появляются красные строки и киноварные буквицы, которыми стали выделять богослужебные отрывки (перикопы) текста. Постепенно каждый отрывок закрепился за определенным днем богослужебного года. Существовали даже целые сборники, так называемые Евангелия-апракос, в которых евангельские повествования были расположены не в хронологическом порядке, а в порядке их чтений за богослужением в течение всего года.
Современное подразделение на главы в Новом Завете, как и во всей Библии, восходит к 13 веку. В 1205 архиепископ Кентерберийский Стефан Лангтон впервые разделил Библию на главы. Этим делением воспользовался для своей Библейской конкордации (симфонии) испанский кардинал Гуго де Сен-Шер (ум. 1263), который поэтому и считается часто автором деления Библии на главы. В 1551 парижский книгоиздатель Роберт Стефан в своем издании Нового Завета ввел деление на стихи, принятое теперь во всех изданиях Нового Завета.
Новозаветный канон был установлен в течение первых веков христианской истории. Уже ко второй половине 2 века несомненно боговдохновенными апостольскими произведениями признавались повсюду в Церкви следующие св. книги: четыре Евангелия, книга Деяний Апостолов, 13 посланий апостола Павла, первое Иоанна и первое Петра. Остальные книги были менее распространены, хотя и признавались подлинными.
Решающую роль в установлении канона сыграло пасхальное послание св. Афанасия Александрийского (см. АФАНАСИЙ Александрийский) (367). Перечислив все 27 книг Нового Завета, св. Афанасий говорит, что только в этих книгах возвещается учение благочестия и что от этого собрания книг ничего нельзя отнимать, как нельзя что-либо прибавлять к нему. Предложенный Афанасием Великим канон Нового Завета был принят всею Восточною (Православною) Церковью. В Западной Церкви канон Нового Завета в настоящем его виде окончательно установлен на Гиппонском (393) и двух Карфагенских (397 и 419) соборах. Принятый этими соборами канон Римская церковь санкционировала декретом папы Геласия (492—496).
Христианские книги, которые не вошли в канон, хотя и имели притязание на это, были признаны апокрифическими.

Новый Завет: ПОСЛАНИЯ АПОСТОЛОВ

6 и если города Содомские и Гоморрские, осудив на истребление, превратил в пепел, показав пример будущим нечестивцам,

7 а праведного Лота, утомленного обращением между людьми неистово развратными, избавил

8 (ибо сей праведник, живя между ними, ежедневно мучился в праведной душе, видя и слыша дела беззаконные) —

9 то, конечно, знает Господь, как избавлять благочестивых от искушения, а беззаконников соблюдать ко дню суда, для наказания,

10 а наипаче тех, которые идут вслед скверных похотей плоти, презирают начальства, дерзки, своевольны и не страшатся злословить высших,

11 тогда как и Ангелы, превосходя их крепостью и силою, не произносят на них пред Господом укоризненного суда.

12 Они, как бессловесные животные, водимые природою, рожденные на уловление и истребление, злословя то, чего не понимают, в растлении своем истребятся.

13 Они получат возмездие за беззаконие, ибо они полагают удовольствие во вседневной роскоши; срамники и осквернители, они наслаждаются обманами своими, пиршествуя с вами.

14 Глаза у них исполнены любострастия и непрестанного греха; они прельщают неутвержденные души; сердце их приучено к любостяжанию: это сыны проклятия.

15 Оставив прямой путь, они заблудились, идя по следам Валаама, сына Восорова, который возлюбил мзду неправедную,

16 но был обличен в своем беззаконии: бессловесная ослица, проговорив человеческим голосом, остановила безумие пророка.

17 Это безводные источники, облака и мглы, гонимые бурею: им приготовлен мрак вечной тьмы.

18 Ибо, произнося надутое пустословие, они уловляют в плотские похоти и разврат тех, которые едва отстали от находящихся в заблуждении.

19 Обещают им свободу, будучи сами рабы тления; ибо, кто кем побежден, тот тому и раб.

20 Ибо если, избегнув скверн мира чрез познание Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, опять запутываются в них и побеждаются ими, то последнее бывает для таковых хуже первого.

21 Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав, возвратиться назад от преданной им святой заповеди.

22 Но с ними случается по верной пословице: пес возвращается на свою блевотину, и: вымытая свинья идет валяться в грязи.

Глава 3

1 Это уже второе послание пишу к вам, возлюбленные; в них напоминанием возбуждаю ваш чистый смысл,

2 чтобы вы помнили слова, прежде реченные святыми пророками, и заповедь Господа и Спасителя, преданную Апостолами вашими.

3 Прежде всего знайте, что в последние дни явятся наглые ругатели, поступающие по собственным своим похотям

4 и говорящие: где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, всё остается так же.

5 Думающие так не знают, что вначале словом Божиим небеса и земля составлены из воды и водою:

6 потому тогдашний мир погиб, быв потоплен водою.

7 А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков.

8 Одно то не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день.

9 Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию.

10 Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят.

11 Если так всё это разрушится, то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам,

12 ожидающим и желающим пришествия дня Божия, в который воспламененные небеса разрушатся и разгоревшиеся стихии растают?

13 Впрочем мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда.

14 Итак, возлюбленные, ожидая сего, потщитесь явиться пред Ним неоскверненными и непорочными в мире;

15 и долготерпение Господа нашего почитайте спасением, как и возлюбленный брат наш Павел, по данной ему премудрости, написал вам,

16 как он говорит об этом и во всех посланиях, в которых есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания.

17 Итак вы, возлюбленные, будучи предварены о сем, берегитесь, чтобы вам не увлечься заблуждением беззаконников и не отпасть от своего утверждения,

18 но возрастайте в благодати и познании Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа. Ему слава и ныне и в день вечный. Аминь.