Патерик, что это такое?

Древний патерик

Аудио

Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов. Алфавитный патерик

Древний патерик в переводе свт. Феофана Затворника →

К читателям

Предисловие составителя Патерика

Глава 1. Увещание святых отцев к преуспеванию в совершенстве Глава 2. О том, что со всем старанием должно искать безмолвия Глава 3. О сокрушении Глава 4. О воздержании, и о том, что должно соблюдать его не только относительно пищи, но и относительно движения души Глава 5. Разные повести к укреплению против восстающих на нас блудных браней Глава 6. О нестяжательности, и о том, что должно хранить себя от лихоимства Глава 7. Разные повести, поощряюшие нас терпению и мужеству Глава 8. О том, что ничего не должно делать напоказ Глава 9. О том, что должно остерегаться, чтобы никого не осуждать Глава 10. О рассудительности Глава 11. О том, что должно всегда бодрствовать Глава 12. О том, что должно непрерывно и бодрственно молиться Глава 13. О том, что должно быть страннолюбивым и творить милостыню с радушием Глава 14. О послушании Глава 15. О смиренномудрии Глава 16. О терпении зла Глава 17. О любви Глава 18. О прозорливых Глава 19. О чудотворцах, Святых старцах Глава 20. О боголюбезной жизни различных отцев Рассказы двенадцати отцев, собравшихся вместе, о собственных подвигах Глава 21. Изречения старцев, состарившихся в подвижничестве Глава 22. Собеседования старцев друг с другом о помыслах Глава 23. Вопросы юного к старцу Фивеянину о том, как должно пребывать в келии, и о созерцании Приложение. Преподобного отца нашего Макария Египетского слово о совершенстве духовном

К читателям

Пути праведных, то есть их жизнь и учение, по слову Премудрого (Притч.4, 18), «подобно свету светятся:» они «предходят» нам «и просвещают» путь к спасению. В особенности сие надо сказать о святых Церкви новозаветной, принявших от полноты Христа благодать на благодать (Иоан. 1, 16). Христианские подвижники хотя и скрывались от мира, подобно ветхозаветным, «скитаясь в пустынях, и в горах, и вертепах и в пропастях земных» (Евр. 11, 38): но как «свет» мира, как «град» величественный, поставленный на горе Божией, не могли укрыться от мира, тем менее от верующих (Матф. 5, 14). Свет подвигов и учения их так сияет, по изречению Спасителя, пред всеми человеками, что, видя добрые дела их, мы невольно «прославляем Отца небеснаго», благоговеем к святым Его и «соуслаждаемся» им по «внутреннему человеку» (Римл. 7, 22).

Избранные черты из жизни христианских подвижников, особенно же их мудрые изречения, ведущие «к животу и благочестию» (2Петр. 1, 3), вкратце и для всякого вразумительно представляются в так называемых Патериках или повестях и изречениях отцов. Эти повести и изречения справедливо называются перлами и бисером многоценным из духовной сокровищницы Богоносных отцов. Здесь не посторонний свидетель повествует и не разум по науке богословствующий даёт наставления, но говорят о себе и поучают от своего долговременного опыта и просвещения свыше мужи, всю жизнь проведшие по Богу, своими безпрерывными трудами, молитвою, пощением и всяким истощанием очистившиеся и просветлившиеся, – мужи, достигшие ангельского жития и созерцания.

Чтение этих глубоких, но и удобнопонятных сказаний и наставлений отеческих, тому, кто отверзает сердце своё Богу и хочет поучаться в законе Его, доставляет неизреченное удовольствие и пользу. «Сотове медовнии словеса добрая: сладость же их исцеление души» (Притч. 16, 24). «Словеса мудрых, якоже остны воловыя и якоже гвоздие вонзенно» в жезл погонщика (Еккл. 12, 11): так они уязвляют и побуждают к добродетели самого ленивого и грубого человека. Как для всякого назидательно чтение подвижнических изречений, показывают сами подвижники.

«Авва Аммон», говорится в одном Патерике, «спросил однажды старца Пимена: если будет нужно говорить с ближним: то как тебе кажется – лучше ли говорить с ним о Священном Писании, или лучше об изречениях и мыслях старцев? Старец сказал ему в ответ, если нельзя молчать, то лучше говорить об изречениях старцев, нежели о Свящ. Писании. Ибо говорить о Свящ. Писании не мало опасности.»

Блаженный Иоанн Мосх рассказывает, как однажды чтение из Патерика «Рая» о нестяжательности старца, приведшей к покаянию разбойников, побудило другаго старца сделать, – и он сделал, – такой же опыт терпения и нестяжательности. Старец этот, прибавляет Иоанн Мосх, особенно любил припоминать изречения святых отцов, и они были всегда в устах его и в сердце, от чего он и приобрёл величайший плод добродетели.

Отеческие повести и изречения, примеры самих отцов и окружающих их лиц открывают нам сокровенную глубину природы нашей в различных её состояниях: в естественном – её растление, немощи, пороки, в состоянии благодатном – её обновление, крепость и высоту духовную, до коих верующий достигает силою Христовою; открывают разнообразные и вернейшие способы врачевания и духовного совершенствования человека.

Заметим наконец: внимательный читатель, сравнивая жизнь древних святых подвижников с жизнью нашего времени, невольно усматривает и чувствует, до какой степени в духовной жизни мы отстали от жизни христиан древнего времени. Это предвидели св. подвижники, и в постепенном упадке веры и добродетели указывали постепенное приближение страшного дня Господня. «Святые отцы скитские пророчествовали и о последнем роде, говоря: что сделали мы? На это отвечал один из них великой жизни Авва, по имени Сирион: мы сохранили заповеди Божии. Его спросили: а что сделают люди, которые будут жить после нас? Авва отвечал: они сделают половину нашего дела. Его спросили ещё: а которые будут жить после них, те что сделают? Они совсем ничего не сделают. Придут на них искушения, и те, которые в то время окажутся добрыми, будут больше нас и отцев наших».

Такое предостережение св. отцов, согласное с словами Спасителя (Матф. 24:7–13, 21–26, 37–39 и др.), явно обличает обольщения мудрецов нашего века, мечтающих о нравственном превосходстве руководимого ими общества. Там, где «испраздняется крест Христов» (1Кор. 1, 17), сего и быть не может. «Яко без Мене не можете творити ничесоже» (Иоан. 15, 5).

Мы предлагаем читателям Патерик, переведённый с греческого из Синоидальной рукописи № 452 (по каталогу Маттея между типографскими in quarto № XLIII), на пергаменте, XI-XII века, на 182 листах. Патерик, занимающий всю эту рукопись, был уже известен патриарху Константинопольскому Фотию, который и описал его в своей Библиотеке по главам (cod. 198). Подлинный греческий текст сего Патерика не издан, и даже по рукописям не известен. Известен только латинский его перевод, сделанный ещё в VI веке Пелагием и Иоанном, диаконами Римскими; он издан Росвейдою (De vita et verbis Seniorum, Antwerpiae, 1628), и недавно Минем (Patrologiae cursus, Paris. 1849. T. LXXIII. p. 855 et sq.).

Перевод сей однако имеет некоторые отступления от описанного Фотием Патерика, равно как и от нашей греческой рукописи. Известен также, по Описанию Синоидальных рукописей (гг. Горского и Новоструева, Москва, 1859, отд II. 2.стр. 247 и след.), Славянский перевод сего Патерика, содержащийся в рукописи конца XIV, или начала XV века, № 153 (по катал. 1823 г. № 3), л. 126 об. – 248 об., и в другой, ещё не вошедший в упомянутое Описание Синоидальных рукописей, № 265 (по катал. 1823 г.). Он же находится и в Чудовской пергаментной рукописи № 104. XIV в. Но в Славянском переводе являются значительные дополнения, взятые из разных других Патериков, и нарушающие иногда связь и порядок статей греческого Патерика.

В списке № 265, кроме дополнений в содержании глав, сами главы расположены в другом порядке. Оба обозначенные перевода, латинский и славянский, были у нас в виду, и сверх того часто мы соображались с изданием Котельера «Monumenta Eclcesiae Graecae», где в Apophthegmata встречается в разных местах довольно сказаний из Фотиева Патерика. Фотий в своём Патерике показал 22 главы, но в нашей греческой рукописи содержится 23 главы; это потому, что у Фотия опущена 3-я глава «о сокрушении». Но эта глава есть и в латинском переводе у Миня (p. 860. de compunctione), и в славянской рукописи № 3 (л. 144 об. о умилении). Так как в нашей греческой рукописи № 452, за утратою листов, последних 5-ти глав недостаёт, то для восполнения сего мы употребим другую Синоидальную греческую рукопись, № 163 (у Маттея № 164), на пергаменте XII или XIII в., содержащую тот же самый патерик, только со значительными дополнениями, а по местам с сокращениями.

Описанный патриархом Фотием Патерик, по его замечанию, есть сокращение и свод по главам, так называемого, «Великого Лиминария» (Луга духовнаго), в котором описываются жизнь и деяния Антония Великаго и последующих подвижников (VI и V веков). «Это, говорит умнейший и учёнейший Фотий, из всех книг есть полезнейшая для тех, кои хотят вести жизнь свою так, чтобы наследовать царство небесное. Она имеет и обещанную ясность; впрочем, в некоторых отношениях более прилична мужам, ищущим не изречений, а полагающим весь свой труд и старание на дела подвижническия.»

В списке № 163, в начале помещено предисловие неизвестного составителя этого Патерика, в котором он объясняет пользу, цель и план сделанного им выбора из подвижнических сказаний. Это предисловие, которое как видно, имел пред глазами и патриарх Фотий, мы вполне за сим помещаем.

Предисловие составителя Патерика

В сей книге описаны доблестные подвиги, образ чудной жизни и изречения святых и блаженных отцев, дабы соревновали им, учились у них, и подражали им те, которые желают вести жизнь небесную, и идти путем, ведущим в царство небесное. Впрочем надобно знать, что святые отцы, ревнители и наставники блаженнаго жития монашеского, однажды воспламенившись Божественною и небесною любовию, и ни во что вменив все мирские блага и почести, более всего старались о том, чтобы ничего не делать на показ. По преизбытку смиренномудрия, они сами скрывались и скрывали наибольшую часть своих подвигов: так они совершали свой путь по Христу. Посему никто не мог подробно описать нам доблестной жизни их. Но только некоторые краткие их изречения и деяния описали мужи, особенно занимавшиеся сим делом, не с тем, чтобы воздать им какую-либо честь, но чтобы возбудить потомков к соревнованию.

В разные времена они записали таким образом очень многие изречения и подвиги святых старцев, простым и безыскуственным языком, в виде повествования, имея в виду единственно пользу многих читателей. поелику же смешанное и безпорядочное повествование о множестве предметов довольно затрудняет соображение читателя, когда нельзя обнять памятию содержание книги, безпорядочно разбросанного в ней, то мы избрали изложение по предметам, или главам, которое, по своему порядку и совмещению изречений одного содержания, желающим может принести действительнейшую и скорую пользу. Ибо не мало склоняет к добродетели слово, в одном смысле о ней произнесенное многими добродетельными мужами. Когда, например, авва Антоний говорит: «смиренномудрие избегает всех сетей диавола;» а другой авва говорит: «смиренномудрие есть древо жизни, растущее в высоту;» третий: «смирение не гневается и не раздражает другого;» и еще один говорит: «если кто скажет кому со смирением: прости меня, тот попаляет демонов:» то из всего этого разум читающего получает полное убеждение к тому, чтобы со всем старанием искать смиренномудрия. Тоже самое находится и в других главах.

Порядок всех глав в совокупности и каждой порознь весьма много помогает приступающему к чтению книги. поелику же каждая глава содержит в себе различные слова и действия известных и неизвестных отцев: то, сколько мы нашли сказаний с именами отцев, таковые сказания мы поместили сперва в каждой главе, по алфавитному порядку имен, и только в последующих безымянных сказаниях не могли держаться сего порядка. Но и общая связь глав, не случайно как-нибудь положенная, также способствует читателю к уразумению содержания книги.

После увещаний (к совершенству) книга начинается частнейшими добродетелями и преимущественно нужными инокам, каковы суть: безмолвие, сокрушение и воздержание. Потом, мало по малу восходя как бы по некоторой лестнице, изображает более совершенное, и наконец переходит к общеполезным добродетелям, обнимающим вышепоказанные и возводящим к совершенству, устрояющим общежитие, каковы суть: послушание, смиренномудрие и любовь; ибо что может быть важнее и полезнее послушания, или выше смиренномудрия, и что совершеннее любви? К этому присоединяются некоторые великие дарования: откровения и истолкования Божественных словес, дар знамений и чудес: это суть дарования от Бога, а не дела человеческие.

Может быть, не погрешит кто-либо, если причислит к Ангелам человека, совершенно удаляющегося от общества людей, или постоянно ходящаго нагим, или питающегося травою. Все это предложено в сей книге с тою целью, чтобы мы всячески искали означенных добродетелей, и чтобы знали, какую любовь к Богу имели святые отцы наши, и какими почестями Сам Он прославлял искренно прилепляющихся к Нему (таковы вышеозначенные более дарования Божии, нежели добродетели человеческие). Заключается вся книга достопамятными изречениями святых отцев, венчающими конец и изображающими вкратце обязанности иноков.

ПАТЕРИКИ

ПАТЕРИКИ — отечники, жанр христианской аскетической литературы, сборники рассказов о духовных подвигах подвижников христианского монашества, а также их изречений.

Тер­мин «Патерики» впер­вые встре­ча­ет­ся в со­чи­не­нии ви­зантийского агио­гра­фа Ле­он­тия Кипр­ско­го «До­пол­не­ния к жи­тию Ио­ан­на Ми­ло­сти­во­го» (около 641-642 годов). Про­слав­ляю­щие под­виг ас­ке­зы, патерики пред­на­зна­че­ны для ду­ше­по­лез­но­го чте­ния хри­сти­ан, ук­ре­п­ле­ния в ве­ре. В от­ли­чие от жи­тия патерики рас­ска­зы­ва­ют не о всей жиз­ни под­виж­ни­ка, а лишь о наи­бо­лее зна­чи­тель­ном, с точ­ки зре­ния со­ста­ви­те­ля, её эпи­зо­де.

Из­вест­ны патерики, по­свя­щён­ные еги­пет­ским и от­час­ти па­ле­стин­ским и ви­зантийским мо­на­хам III-VI веков: «Ис­то­рия еги­пет­ских мо­на­хов» (конец IV века), «Лав­са­ик» Пал­ла­дия Еле­но­поль­ско­го (начало V века), два сборника «Оте­че­ских из­ре­че­ний» («Apophteg­mata patrum») («Аз­буч­но-ано­ним­ное со­б­ра­ние» (конец V века), в ко­то­ром ста­тьи рас­по­ло­же­ны по име­нам от­цов и по те­мам бе­зы­мян­ных тек­стов, и «Сис­те­ма­ти­че­ское со­б­ра­ние» (начало VI века, пе­ре­ве­дён­ное в середине VI века на латинский язык римскими диа­ко­на­ми Пе­ла­ги­ем и Ио­ан­ном), в нём тек­сты рас­по­ло­же­ны по те­мам), «Луг ду­хов­ный» Ио­ан­на Мос­ха (начало VII века); ита­лий­ским мо­на­хам V-VI веков по­свя­ще­ны «Диа­ло­ги о жиз­ни и чу­де­сах ита­лий­ских От­цов и о бес­смер­тии ду­ши» па­пы Рим­ско­го Гри­го­рия I Ве­ли­ко­го (на латинском языке, конец VI века; в греческом пе­ре­во­де па­пы Рим­ско­го За­ха­рии, около 752). «Оте­че­ские из­ре­че­ния», ве­ро­ят­но, бы­ли соз­да­ны по об­раз­цу позд­не­ан­тич­ных сборников из­ре­че­ний зна­ме­ни­тых лю­дей, воз­мож­на так­же их связь с трак­та­том «Пир­кей Авот» («По­уче­ния от­цов») Миш­ны. Патерики пе­ре­во­ди­лись на многие язы­ки. В ча­ст­но­сти, до 5-го Все­лен­ско­го со­бо­ра (553) бы­ли сде­ла­ны пе­ре­во­ды на копт­ский, сирийский, армянский, со­гдий­ский, арабский и эфи­опский язы­ки, со­хра­нив­шие в том числе вы­ска­зы­ва­ния лиц, позд­нее осу­ж­дён­ных как ере­ти­ки (например, Еваг­рия Пон­тий­ско­го).

В X веке афон­ским ино­ком (ав­вой) Исаи­ей в свое­об­раз­ном под­ра­жа­нии жан­ру патерики был со­став­лен Ми­те­ри­кон с на­став­ле­ния­ми мо­на­хи­ням, в ко­то­ром со­дер­жат­ся мно­го­численные из­ре­че­ния жён-под­виж­ниц (в XIX веке ру­ко­пись Ми­те­ри­ко­на середина XV века бы­ла най­де­на святым Фео­фа­ном За­твор­ни­ком в Ие­ру­са­ли­ме и пе­ре­ве­де­на на русский язык). Патерики ока­за­ли влия­ние на тра­ди­цию ви­зантийского иси­хаз­ма XIII-XV веков, в ко­то­рой при­сут­ст­во­ва­ло стрем­ле­ние к воз­вра­ту к ран­ним мо­де­лям ду­хов­ной жиз­ни («иси­хия» — по­кой, мол­ча­ние — од­но из центральных по­ня­тий в из­ре­че­ни­ях под­виж­ни­ков).

На­ча­ло пе­ре­во­дов патериков на славянский язык да­ти­ру­ет­ся IX-X веками. Древ­ней­ший из них, Скит­ский па­те­рик, пе­ре­ве­дён­ный в IX веке с греческой ру­ко­пи­си «Сис­те­ма­ти­че­ско­го со­б­ра­ния», при­пи­сы­ва­ет­ся святому Ме­фо­дию (смотреть Ки­рилл и Ме­фо­дий). В даль­ней­шем бы­ли пе­ре­ве­де­ны «Ис­то­рия еги­пет­ских мо­на­хов» и «Лав­са­ик», со­ста­вив­шие Еги­пет­ский па­те­рик (до 950), «Аз­буч­но-ано­ним­ное со­б­ра­ние» со­ста­ви­ло Аз­буч­но-Ие­ру­са­лим­ский па­те­рик, а «Диа­ло­ги…» Гри­го­рия Ве­ли­ко­го — Рим­ский пате­рик (оба до 971 года). О древ­но­сти Си­най­ско­го па­те­ри­ка, яв­ляю­ще­го­ся пе­ре­во­дом «Лу­га ду­хов­но­го», сви­де­тель­ст­ву­ет то, что его древ­ней­ший спи­сок (XI-XII веков) транс­кри­би­ро­ван с гла­го­лического ори­ги­на­ла.

В X веке воз­ник­ли славянские об­ра­бот­ки пе­ре­вод­ных патериков: из­бор­ные патерики — Па­те­рик Еги­пет­ский крат­кий и «Ли­мо­нарь»; ком­пи­ля­тив­ные патерики — Ска­ли­ге­ров па­те­рик, Па­те­рик Ти­ха­но­ва, а так­же Свод­ный па­те­рик — са­мый из­ве­ст­ный из славянских па­те­ри­ков. О ши­ро­ком рас­про­стра­не­нии различных патериков в русской книж­но­сти до­мон­голь­ско­го пе­рио­да сви­де­тель­ст­ву­ет их ак­тив­ное ис­поль­зо­ва­ние при со­став­ле­нии учи­тель­ной час­ти Про­ло­га (2-я половина XII века). Отдельные по­вес­ти и из­ре­че­ния из раз­ных патериков наи­бо­лее ча­сто встре­ча­ют­ся как в древнерусских ру­ко­пис­ных сборниках XIII-XVII веков, так и в ста­ро­об­рядческих сборниках XVIII-XIX веков.

В конце XII — начале XIII веков по об­раз­цу гре­че­ских был соз­дан пер­вый соб­ст­вен­но славянский патерик — Кие­во-Пе­чер­ский па­те­рик, до­шед­ший до нас в не­сколь­ких ре­дак­ци­ях XIV-XVII веках и став­ший ро­до­на­чаль­ни­ком жан­ра русского патерика, та­ких как Во­ло­ко­лам­ский па­те­рик (с жи­ти­ем Ио­си­фа Во­лоц­ко­го, XVI век), патерик в со­ста­ве различных сборников (например, «Ве­ли­ких Че­тьих-Ми­ней», 1530-1541 годы) и другие. С XVII века Кие­во-Пе­чер­ский па­те­рик не­од­но­крат­но из­да­вал­ся. В 1640-х годов на московском Пе­чат­ном дво­ре бы­ла под­го­тов­ле­на к из­да­нию но­вая ком­пи­ля­ция па­те­ри­ко­вых рас­ска­зов — Па­те­рик Ал­фа­вит­ный, на­пе­ча­тан­ный (под названием «Па­те­рик Аз­буч­ный») лишь в 1791 году ста­ро­об­ряд­ца­ми в Суп­расль­ском мо­на­сты­ре (Поль­ша). В середине XIX века святитель Иг­на­тий (Брян­ча­ни­нов) со­ста­вил «Отеч­ник» («Из­бран­ные из­ре­че­ния святых ино­ков и по­вес­ти о жиз­ни их») — сборник из­ре­че­ний древ­них ас­ке­тов, главным образом египетских от­цов, с ис­то­рия­ми их жиз­ни и ду­хов­ных под­ви­гов. С середины XIX века оп­ре­де­ле­ние патерик по­лу­чи­ли пе­чат­ные сборники жи­тий свя­тых, ор­га­ни­зо­ван­ные по ре­гио­наль­но­му прин­ци­пу: Афон­ский па­те­рик, со­став­лен­ный ие­ро­схи­мо­на­хом Сер­ги­ем Свя­то­гор­цем; ано­ним­ный Со­ло­вец­кий па­те­рик, в ко­то­ром опи­сы­ва­ют­ся под­ви­ги ино­ков Со­ло­вец­ко­го мо­на­сты­ря на­чи­ная с середины XV века; из­дан­ные в 1885-1916 годы Па­ле­стин­ским об­ще­ст­вом бо­лее 20 вы­пус­ков Па­ле­стин­ско­го па­те­ри­ка, в ка­ж­дом из ко­то­рых бы­ла пред­став­ле­на био­гра­фия од­но­го из па­ле­стин­ских под­виж­ни­ков; Тро­иц­кий па­те­рик, со­став­лен­ный в 1892 году к 500-ле­тию кон­чи­ны преподобного Сер­гия Ра­до­неж­ско­го ис­то­ри­ком М.В. Тол­стым (1812-1896); Ар­хан­гель­ский па­те­рик (1901), по­ве­ст­вую­щий о жиз­ни мо­на­хов Ар­хан­гель­ской епар­хии XV-XIX веков; Мо­с­ков­ский па­те­рик (2003); Оп­тин­ский па­те­рик (2006) с жи­тия­ми оп­тин­ских стар­цев, но­во­му­че­ни­ков и жиз­не­опи­са­ния­ми про­стых на­сель­ни­ков.

Ряд па­те­ри­ко­вых по­вес­тей по­слу­жил ис­точ­ни­ком для про­из­ве­де­ний рус­ских (Н.С. Лес­ков, Л.Н. Тол­стой, В.М. Гар­шин) и за­ру­беж­ных (А. Франс, Ф. Тим­мер­манс, Й. Йов­ков) пи­са­те­лей XIX — начала XX веков. В но­вей­шей отечественной лититературе патерики по­лу­чи­ли рас­ши­ри­тель­ное тол­ко­ва­ние (например, со­став­лен­ный М.А. Ку­чер­ской так называемый Со­вре­мен­ный па­те­рик — сборник ис­то­рий из жиз­ни современных пра­во­слав­ных лю­дей).

Издания:

Луг ду­хов­ный / Пер. прот. М. И. Хит­ро­ва. Сер­ги­ев По­сад, 1915. М., 2013;

Les Sen­tences des Pères du désert / Ed. L. Régna­ult. Solesmes, 1966-1985. Vol. 1-5;

Си­най­ский па­те­рик / Изд. под­гот. В. С. Го­лы­шен­ко, В. Ф. Дуб­ро­ви­на. М., 1967;

Лав­са­ик, или По­ве­ст­во­ва­ние о жиз­ни свя­тых и бла­жен­ных от­цов Пал­ла­дия, еп. Еле­но­поль­ско­го. М., 1992;

Les apophtegmes des Pères: collection systéma­ti­que / Ed. J.-C. Guy. P., 1993–2005. Vol. 1–3;

Ис­то­рия еги­пет­ских мо­на­хов. М., 2001;

Ми­те­ри­кон. Со­б­ра­ние на­став­ле­ний ав­вы Иса­ии все­че­ст­ной ино­ки­не Фео­до­ре. , 2001;

Па­те­рик Рим­ский: Диа­ло­ги Гри­го­рия Ве­ли­ко­го в древ­не­сла­вян­ском пе­ре­во­де / Изд. под­гот. К. Дид­ди. М., 2001;

Афон­ский па­те­рик, или Жиз­не­опи­са­ния свя­тых на Свя­той Афон­ской Го­ре про­си­яв­ших. 7-е изд. , 2002. Ч. 1-2;

Отеч­ник, со­став­лен­ный свя­ти­те­лем Иг­на­ти­ем (Брян­ча­ни­но­вым). М., 2009.

Патерик

Киево-Печерский патерик 1853 года

Патери́к (греч. πατερικόν, или отеческая книга, отечник (греч. πατεριχόν βιβλίον), а также старческая книга (греч. γεροντιχόν βιβλίον) или вертоград (греч. λειμωνάριον) — жанр аскетической литературы, сборник изречений святых отцов подвижников или рассказов о них.

Литература патериков развивается в IV—V веках, когда появляются три сборника, вошедших в основной фонд христианской литературы: так называемый азбучный патерик, в котором в азбучном порядке (по именам святых от святого Антония до святого Ора) собраны изречения старцев (в греческой традиции книга называется Αποφθέγματα των άγίων γερόντων — «изречения святых старцев»), египетский патерик или «История монахов в Египте» (Historia Monachorum in Aegypto), содержащий краткие рассказы о египетских анахоретах, их притчи и афоризмы, и Лавсаик (греч. Λαυσαϊχόν, Historia Lausiaca), повествование о египетских монахах Палладия, епископа еленопольского, написанное им по просьбе византийского сановника Лавса (о значимости последней книги свидетельствует тот факт, что рассказы из неё читаются в православном богослужении на утренях во все время Великого Поста).

Перечисленные сочинения создают основу жанра, чрезвычайно популярного в византийской литературе и в христианской книжности в целом (известны переводы патериков на латинский, сирийский, коптский, грузинский, армянский и др. языки). Один из существенных этапов в этом развитии отмечен появлением «Луга духовного» (греч. Λειμών πνευματιχός) Иоанна Мосха (ум. 634 г.), известного в славянской книжности под названием Синайского патерика или Лимонаря, своего рода путевых записок автора, совершившего в сопровождении своего ученика Софрония (будущий иерусалимский патриарх) путешествие по скитам и монастырям Ближнего Востока. Следует упомянуть также Римский патерик, представляющий собой беседы папы Григория Двоеслова (ум. 604 г.) с архидьяконом Петром (лат. Dialogi de vita et miraculis patrum Italicorum et de aeternitate animarum), в которых рассказывается о жизни итальянских подвижников.

В славянской письменности патерики появляются с самых ранних этапов её развития, во всяком случае до конца XI века. Весьма вероятно, что три патерика, а именно Скитский поглавный (переработка азбучного патерика), Синайский и Римский были переведены в Моравии или Болгарии ещё до середины X века. Эти памятники пользовались исключительной популярностью в славянском мире, дошли до нас в большом числе рукописей (первые из них относятся ещё к XI веку), вошли в извлечениях в славянский Пролог.

По образцу переводных патериков создавались и оригинальные произведения этого жанра. К наиболее известным из них относится Киево-Печерский патерик с рассказами из жизни монахов Киево-Печерского монастыря (XIII век), и Волоколамский патерик (XVI век) с житиями монахов Иосифова Волоколамского, Пафнутиева Боровского и других монастырей. Создание патериков продолжалось и в позднейшее время, вплоть до XX века (Соловецкий патерик неизвестного автора, Троицкий патерик М. В. Толстого, Архангельский патерик иеромонаха Никодима, Валаамский патерик и т. д.).

Примечания

  1. Наследие: Валаамский патерик. Архивировано из первоисточника 29 ноября 2012.

Агиография

Форма жития

Литература • Икона

Тип жития

Житие-мартирий • Житие-биография

Сборники

Четьи-минеи • Пролог • Патерик • Синаксарь

Апокрифические жанры

Сказание • Хожение • Видения • Cлово • Евангелие

Связанные статьи

Минея • Месяцеслов

Статья основана на материалах Православной энциклопедии «Древо».

Алфавитный патерик, или Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов

Алфавитный патерик, или Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов. — М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2009. — 416 с. — (Патерик).

Изречения святых отцов, содержащиеся в Алфавитном патерике, — лучшее свидетельство о духе египетского монашества. Они оказали огромное влияние на духовную жизнь и православного Востока, и Запада. Эти изречения веками были излюбленным чтением для всех, подвизающихся во Христе.

Предисловие к изданию в русском переводе

Благочестивому читателю предлагаются краткие сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов, живших в IV и V веках Христовой Церкви, преимущественно в странах Египта, пустыни которого в это время, как Богом насажденный рай, украшались многообразными и чудными доблестями великих по­движников Христовых.

Поэтому нет нужды предуведомлять христолюбивого читателя о важности этого древнего сборника достопамятных сказаний: чтобы видеть эту важность, довольно услышать название книги или имена дивных подвижников: Антония Великого, Арсения, Агафона, Виссариона, Макария Египетского, Пимена Великого, Памво, Павла Великого, Сисоя и многих других, чьи подвиги и изречения здесь кратко предлагаются.

Читателю, еще не достаточно опытному в духовной жизни, не излишним представляется сказать здесь несколько слов в руковод­ство при чтении этой книги. Встретит он в сказаниях: во-первых, много подвигов чрезвычайно высоких, которые покажутся неудобоподражаемыми, доступными только людям, отрешившимся от общественной жизни и всецело посвятившим себя созерцанию, молитве и делам благочестия; встретит, во-вторых, и такие дела, которые может почесть за маловажные; в-третьих, может представиться даже странным, как иногда в одинаковых случаях один подвижник по­ступает так, а другой иначе; также, в-четвертых, когда тот или другой авва, спрошенный о чем-либо, дает ответ, по-видимому неудовлетворительный и иногда совсем не на предложенный вопрос.

Чтобы при этом читателю не погрешить в мыслях и не увлечься к превратным толкам, скажем несколько слов в разрешение таких недоумений. На первое. И Сам Спаситель не ко всем подвигам обязывал всех Своих последователей: Кто может вместить, да вместит,— говорил Он о девственном состоянии. Апостол учит: Каждый оставайся в том звании, в котором призван (1 Кор 7, 20). Следовательно, по апостолу, никто не принуждается ради последования Иисусу Христу непременно оставлять свое звание, в котором поставлен Промыслом; следовательно, в каждом звании можно более и более преуспевать в духовной жизни, подражая примерам и ревности святых Божиих. Притом как в обыкновенной жизни совершенства достигаются постепенно и только мало-помалу люди приходят в состояние совершать дела важные, так и в духовной жизни благоразумно подвизающиеся не вдруг приступают к великим и трудным подвигам, но постепенно восходят к ним посредством бдения над собой и непрерывного упражнения в добродетелях менее трудных, и по мере постоянства и усердия к подвигам благочестия приумножается в душах подвижников благодать Христова, действующая вся во всех (1 Кор 12, 6). Великие светильники пустынь египетских в начале своего подвижничества не были такими, но их горячая ревность к благочестию и добродетели постепенно привлекала на них обилие благодати Божией, которая также постепенно усовершала их и соделывала великими по дарам духовным и подвигам благочестия.

На второе. Что делается из любви к Богу и ради спасения души, то никогда не маловажно: Иисус Христос за чашу холодной воды, поданной во имя Его, обещал верную награду (см.: Мк 9, 41), и две лепты вдовицы, по усердию, от недостатка вверженные в сокровищницу храма, предпочел большим вкладам от избытка (см.: Мк 12, 42–44). Надобно также иметь в виду и то, что как образ жизни человеческой многоразличен, так и дела человеческие различны, по различному состоянию людей. Жизнь древних подвижников была простая и естественная — сему соответствовали и дела их. Но простота их дел была свята и высока, ибо освещалась и возвышалась силой веры и святой любви и пламенною ревностию к благочестию.

На третье. Дела святых и блаженных отцов многоразличны и иногда между собою несогласны; но дух благочестивых упражнений все­гда и у всех подвижников Христовых один и тот же — всегда стремились они к тому, чтобы побеждать греховные страсти, соблюдать Божественные заповеди, возрастать в духовной жизни и всецело жить для Бога и в Боге. Еще апостол пред­остерегал от погрешительных помыслов при рассуждении о случаях, по-видимому между собой несогласных, и учил: Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест. Иной отличает день от дня, а другой судит о всяком дне . Всякий по удостоверению своего ума… Кто ест, для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест, для Господа не ест, и благодарит Бога. Ибо никто из нас не живет для себя, и никто не умирает для себя (Рим 14, 3, 5–7). Есть дела, сами по себе безразличные. Доколе человек не обязывается к ним определенным правилом, подвижнику Христову предоставляется судить и избирать самому, что ему надобно делать,— и поступать по убеждению совести, руководствуемой любовью к Богу и ближним.

На четвертое. Блаженные отцы давали ответы не для удовлетворения любознательности, но на пользу души, потому нередко отвечали не прямо на данный вопрос, но применяясь к усмотренной нравственной нужде вопрошающего. Так, например, на вопрос: как спастись? — дают ответ, указывая не на общий путь спасения, открытый в Евангелии, но на какую-нибудь одну или некоторые добродетели, преимущественно нужные вопрошающему по требованию его нравственного состояния, и тому подобное.

Христолюбивый читатель! Взирая на подвиги святых и блаженных отцов, подражай их вере и добродетели. Смотри, как они любили богомыслие, с какою бдительностию охраняли себя от грехов, как внимательны были к себе и во всех делах, даже малых, всегда заботились о спасении души своей! Учись у них на земле жить для неба, от земных вещей собирать сокровища небесные и во дни краткой и скорбной жизни сей всегда стремиться к жизни блаженной, нескончаемой!

Не говори: «Как могу подражать им? Они удалились из мира, жили в пустынях, в горах, в пещерах; свободны были от забот житейских; все время употребляли на молитву и душеполезные труды; всегда бдели над собою; видели и тайные сети врага. Как могу следовать за ними?» — Можешь следовать за ними и подражать высоким добродетелям их! Ибо хотя пути жизни человеческой различны и внешний образ человече­ской деятельности так же многоразличен, но как путь ко спасению один для всех,— показанный Иисусом Христом,— так и главные христианские обязанности для всех одни, в каком бы кто состоянии ни находился. Посему благочестие и добродетели пустынных подвижников, в каких бы видах они ни обнаруживались, равно тебе внушают благочестие и добродетели, соответствующие состоянию и обстоятельствам твоей жизни.

Внимая наставлениям и примерам их, будешь подражать им, — в каком бы состоянии ни находился ты, по устроению Промысла, — если станешь со дня на день преуспевать в любви к Богу и в ревности к соблюдению Его заповедей.

А для сего помни Бога за каждым делом; исполняй пред Богом и ради Бога все обязанно­сти твоего звания; и в уединении, и пред людьми, в доме и в обществе; делай все, как учит делать Спаситель, Его апостолы, святые отцы и учители Церкви.

Вспоминай и размышляй каждый день о краткости сей жизни, о тленности благ земных и скоротечности мирских удовольствий, о смерти, о Страш­ном Суде, о вечном блажен­стве праведных и нескончаемых муках грешных.

Содержа сие в памяти, молись Господу Иисусу, да будет всегда Его благодать с тобою и руководит тебя на пути спасения до последнего часа твоей жизни в сем мире! Всегда сознавая свою немощь, смиряйся пред Господом Богом и проси Его милости с несомненным упованием на беспредельные заслуги Иисуса Христа — Спасителя нашего!

Иди так, и каким бы путем жизни ни шел ты, по вере в заслуги Христа Спасителя, при помощи Его спасительной благодати будешь идти путем спасения, по примеру святых и блаженных отцов; и если до конца пребудешь в истинной вере, любви и уповании на Бога, — придешь, наконец, туда, где все лики святых и блаженных отцов, и, участвуя с ними в радостях небесных, с ними же вечно будешь славить Святую Единосущную и Животворящую Троицу, Отца и Сына и Святого Духа.