Почему верующие такие злые?

Алексей Лебединский профессор Лебединский, музыкант

Алексей Лебединский, профессор Лебединский, музыкант

Я с рождения ходил в храмы, ездил с мамой по монастырям, пел в церковном хоре. И только через десятки лет я обратил внимание на то, насколько неадекватны и даже опасны религиозные люди. Я говорю не просто о верующих — тех, кто в виде какого-то Бога желает верить в надежду на существование высшей справедливости и добра, а именно о религиозных — тех, кто заменяет свой личный путь, свои мыслительные и оценочные способности, свою индивидуальность на кем-то выстроенные типажи, обтесанные и упиханные под догматы.

Именно религиозные люди лишены свободы мышления и таким образом скрывают изломы толстых и тонких внутренних несоответствий, перелагая всю ответственность на религиозные книги, батюшек, «высшие силы», на тройные-четверные стандарты гуттаперчивых трактовок «учений» и проповедей «посвященных», у них постоянный синдром подмены понятий и оценки ситуаций. Они носят в себе запертую субъективность, и это насилие взращивает внутри них зверя, способного в любой момент ключевого несоответствия их теорий и реальности вырваться наружу страшными проявлениями. Именно религиозные люди чаще всего нарушают 10 заповедей, в отличие от атеистов и просто верующих в доброе и вечное.

Вой мои субъективные наблюдения и выводы, на собственном опыте появившиеся — как ни встретишь религиозного-высокоморального, так вылезает постепенно из него то откровенный непорядочный го*но-человек, то просто тупой, то извращенец латентный, то трус и раб патологический, то тиран скрытый, то садистская «добродетель» непрошенная прет, а удобная позиция «жертвы» и «смирения» обычно скрывает под своей маской мины замедленного действия.

Усердные, лбом в пол верующие в бога и соблюдающие религиозные обряды вообще мало чем отличаются от верующих в доброго царя-путина, великого мао, *у*о или святую животворящую копченую корюшку, разница по сути невелика, если она вообще есть. Это все — ведомые люди. Изломанные и переломанные по собственному желанию и слабоумию-слабоволию, опасные.

А в доброе и светлое я еще верю, чего и вам желаю. И в хоре попеть могу, ибо красиво, а не во имя)

Обнимашки.

Читать онлайн «Почему православные такие?..»

ПОЛЕМИЧНОСТЬ ПРАВОСЛАВИЯ

– Вы не отказываетесь, если Вас называют инквизитором и ретроградом. Почему?

– Просто работу инквизитора я считаю весьма достойным видом трудовой деятельности. При одном условии: чтобы за спиной у инквизитора не маячило государство.

Слово инквизиция по латыни означает «исследование» (inquisitio). Задача инквизитора – проверить, соответствует ли то, что рассказывается о христианской вере и от ее имени действительному христианству. Когда рядом нет государственного суда, готового при обнаружении этой разницы арестовать и казнить еретика, то в деятельности инквизитора нет ничего опасного или недостойного.

Это всего лишь призыв к ясности, честности и отчетливости. Одно дело, когда человек говорит не от имени Церкви и высказывает свои суждения о ней, в том числе критические. Его суждения могут не соответствовать исторической действительности. Но он же говорит от себя – значит, имеет право. Если ты не христианин – это твое дело. Но не надо свой собственный творческий продукт выдавать за «учение Христа».

«Инквизитор» – тот, кто мешает обманывать людей; он мешает принять принять за церковный голос или церковную веру то, что на самом деле не является ни тем, ни другим. Своего рода «защита прав потребителя».

А вот если человек хочет говорить не только о Церкви, но и от имени Церкви, возникает вопрос, узнает ли Церковь себя в его словах и узнает ли через его слова читатель – веру Церкви. Вот тут и уместна церковная цензура или инквизиция. В грамоте, данной царем Федором Алексеевичем на учреждение в Москве Славяно-Греко-Латинской Академии, было сказано: “А от церкви возбраняемых наук, наипаче же магии естественной и иных, таким не учити и учителей таковых не имети. Аще же таковые учители где обрящутся, и оны со учениками, яко чародеи, без всякого милосердия да сожгутся” .

Не сочувствуя идее сожжения чародеев, все же не могу не заметить, что функции инквизиции были возложены на первый российский ВУЗ – Славяно-греко-латинскую академию, из которой потом выросли, с одной стороны, Московская духовная академия, с другой – Московский императорский университет. Не самые темные, а самые просвещенные христиане были инквизиторами. Так что в этом смысле инквизиция стояла у истоков российской науки.

Инквизитор просто взывает к дисциплинированности мысли. Как «инквизитор» я говорю: если ты не импрессионист и не пишешь эссе в жанре «мои впечатления от православия» (тут-то каждый волен впечатляться как хочет), то просто поработай с источниками.

Кстати, напомню, как булла папы Бенедикта 14 (сер. 18 века) регламентировала работу инквизитора: они не должны думать, что книга дается им на рассмотрение с намеренной целью осудить ее, они должны спокойно и беспристрастно взвешивать достоинства книги; они не долждны судить о книге с точки зрения определенной нации, школы или ордена, а должны иметь в виду основные догматы Церкви; они обязаны книгу читать всю сполна, различные места книги сравнивать ммежлду собой, неясное уразумевать из более ясного, не должны выхватывать места в книге без связи с целым, смотреть на цель, с которой говорит автор. Если заслуживающая запрещения книга принадлежит католическому писателю высокой жизни и сделавшему себе имя в литературе, хотя бы и этой книгой, то нужно запретить книгу не безусловно, а с правом издать книгу по исправлении. О предполагаемом запрещении автор должен быть извещен заранее, ему должна быть дана возможность объясниться, и его объяснения цензоры и судьи должны принять во внимание .

– Вы не боитесь, что некоторая категоричность может обидеть людей? Ведь Вы – пастырь, и они должны чувствовать тепло, любовь. А от Ваших слов иногда током ударяет…

– И пусть ударяет. Я вовсе не стремлюсь создать перед слушателями такой сентиментальный образ – «Ах, Христос, ах, терпимость, ах, милосердие». Вы помните, как обращался Сам Христос к тем, кто исказил веру отцов: «гробы окрашенные, красивые снаружи, но полные нечистот», «порождения ехиднины!». Христос говорил жестко.

Истина – совсем не то, что должно всем нравиться. Ведь Христос назвал христианство «солью земли». Соль высыпается на здоровую землю или на больную? Человечество в духовном смысле несомненно больно. Вы сами понимаете реакцию больного организма, когда на его больное место соль еще сыплют. Так что нет ничего удивительного в том, что почти все апостолы кончили жизнь мученически.

Проповедник всегда вносит разделение. Я, входя в каждую аудиторию, вношу туда разделение. Почитайте «Деяния Aпостолов». Там все по одному сценарию происходит. Приходит апостол Павел в какой-нибудь город, идет в иудейскую синагогу и начинает там проповедовать о Христе. Евреи берут камни, избивают его, изгоняют, стремятся убить. В общем, переполох страшный. Потом часть из них задумывается: подождите, в проповеди этого Павла что-то есть, что-то необычное было в этом Иисусе, Которого проповедовал этот странник. И они тайком ищут Павла, идут к нему, беседуют и отходят от синагогального большинства. Так потихоньку основывалась христианская Церковь. Затем Павел идет в следующий город, там все повторяется. То есть проповедь – это почти всегда разделение. Когда я вхожу в аудиторию, я вполне понимаю, что там, может быть, всего несколько душ, которые могут раскрыться.

– И все же на Вас смотрят как на представителя Православной Церкви…

– Я всегда подчеркиваю, что я – это просто диакон Андрей Кураев. И если у вас аллергия на меня, то Церковь здесь не при чем . Но если то, что я говорю, вам понравилось, то благодарите не меня, а идите в Церковь. А я поехал дальше.

– Вы говорите: меня не нужно отождествлять с Церковью. А с кем же? Вы не боитесь, что такие резкие приемы могут сразу оттолкнуть человека?

– Я не апостол Павел. Апостол Павел говорил: «Я был всем для всех», Я не умею быть «всем для всех». У меня своя аудитория, университетская, молодежная. Если я их все время буду гладить по головке, елейно призывать к смирению, послушанию, они знаете как прореагируют?

– А какие светские стереотипы Вас раздражают более всего?

– Самое занятное из нецерковных, светских предубеждений – это уверенность неверов в том, что нам, христианам, ничего нельзя осуждать. Таков стандарт христианского поведения, придуманный для христиан нехристианами. Мол, раз вы христиане, то должны всегда подставлять вторую щеку, перед всем смиряться, всем кланяться, и вообще если вас ваше Евангелие учит любви, то вы должны с любовью признаваться, что всею душой, например, обожаете культ вуду и не имеете права сказать о нем что-то резкое.

А христианство просто сложнее: наш принцип – люби грешника и ненавидь грех. Это значит, что надо уметь отличать свое отношение к злому поступку (или ошибочному мнению) от отношения к человеку, совершившему этот поступок.

В порядке борьбы с этим стереотипом я, наверно, скоро буду выходить на лекцию с табличкой «Осторожно! Я – плохой христианин!». В смысле – могу дать сдачи (полемически).

– Полемический стиль общения, преобладающий в Ваших статьях, является ли данью древней святоотеческой традиции или это просто присуще Вашему характеру?

– По своему характеру я довольно тихий человек. Жажда полемики меня не снедает. Но постоянное чтение древнейших отцов какой-то отпечаток наложило. У них полемизм, по современным меркам, даже чрезмерный, методы ведения дискуссии удивительные. Тогда и в Церкви, и в миру была совершенно иная культура ведения полемики.

От античной культуры Отцы унаследовали определенные нормы речевого и полемического этикета, довольно решительно отличающиеся от современных. В античных школа риторики специально преподавалось умение пронести по всем кочкам своего оппонента . В ход разрешалось пускать самые обидные сравнения и эпитеты, вполне нормальным считалось переходить от критики взглядов к критике самого оппонента – вплоть до критики особенностей его фигуры: «Как же быть правой мысли у тех, у кого и ноги кривы?» (св. Василий Великий) . «А с противоположной стороны какие-нибудь жабы, моськи, мухи издыхающие жужжат православным…» (преп. Викентий Лиринский) . «Выкидыши безумия, я говорю о ничтожных человечешках, недостойных и поздороваться с ними» . «Словом ли надлежит назвать сказанное или скорее куском какой-то мокроты, выплевываемой при усилившейся водянке?» (св. Григорий Нисский) .

Вновь говорю: это было в порядке вещей в античной риторике – как языческой, так и христианской. Не «нетерпимость» христиан тому виной, а стиль, характерный для всей литературы той эпохи. Весьма уважаемый жанр античной литературы назывался псогос – «хула» (от yegw – ругаю). «Жанр этот требовал от автора исключительно очернительства» . То, что сегодня этот стиль кажется недопустимым, – это одно из прорастаний той евангельской «закваски», что постепенно квасит тесто человеческой культуры и истории. И в этом вопросе лучше быть «модернистом», лучше ориентировался не на образцы античной и патристической эпохи, а на нормы современного этикета.

Так что уж если я полемичен – то это как раз связано с моим погружением в мир Отцов. Почитайте откровенные издевательства над сектами у св. Иринея Лионского (христианского писателя и мученика 2 века) – Против ересей 1,13,3.

А вот действия царя Алексея Михайловича, именуемого Тишайшим: В Саввино-Сторожевском монастыре на службе присутствуют антиохийский патриарх Макарий и царь. Чтец по ходу службы произносит: «Благослови, отче». «Вдруг царь вскакивает на ноги и с бранью говорит чтецу: «Что говоришь, мужик, блядин сын… Тут патриарх, скажи «благослови, владыко!»!»…От начала до конца службы он учил монахов обрядам и говорил, обходя их: «Читайте то-то, пойте такой-то канон, такой-то ирмос, такой-то тропарь таким-то гласом». Если они ошибались, он поправлял их …

Почему злые люди называют себя христианами?!

Удивляюсь тому, почему злые люди считают себя христианами и бывает, что даже в храм ходят часто. При этом, слыша о любви ненавидят окружающих. Только ненавидят не так как атеисты, честно в открытую, а эти действительно как волки в овечьих шкурах.
Вот к примеру, кто-то в чем-то преуспел, так вместо того, чтобы порадоваться за своего брата или сестры, вместо этого они начинают завидовать и злиться на него. Физически, зачастую, ничего не могут сделать, тогда начинают бить своим ядовитым языком. Это даже у них получается не принужденно, почти не осознано, как бы само собой. Порой мне кажется, что они даже не понимают, что делают больно другому человеку, хотя может и понимают.
Но как злые люди, могут так спокойно называть себя христианами?
Скорей всего, они не понимают что делают, не понимают, что злы. И даже в храм ходят молиться Богу потому что:

1) Убедились, что Бог существует (отрицать Бога не так то просто)
2) Убедились, что христианство это Истина (что тоже отрицать трудно)
3) Из первых двух пунктов сделали логический вывод: Бог – вседержитель, все зависит от Него. Значит нужно с ним подружиться. Как некоторые хотят подружиться с сильными мира сего, для того, чтобы получить для себя выгоду. Другие тоже самое делают с Богом и по тем же причинам. Остальные верующие для них конкуренты, по этому мы видим столько ненависти или безразличия среди православных друг к другу.

И к этому еще можно добавить. Что люди хоть и злы, но не все злые люди глупы. Некоторые все же понимают, что без Бога они нравственно деградируют и не смогут устоять перед соблазнами. По этому, они используют веру христианскую против своих страстей и смертных соблазнов, но не для того, чтобы возлюбить Бога и ближнего, не для того, чтобы стать совершенными как Отец их небесный. А для того, чтобы умеренно наслаждаться пороками. Пошли в мир погрешили, пришли в храм покаялись, избавились от чувства вины, от угрызения совести. Пошли опять погрешили, опять покаялись. Тут даже двойное удовольствие, удовольствие от греха и удовольствие от того, что снимаешь чувство вины.

Эгоисты даже Бога пытаются использовать в своих эгоистических целях.

Почему люди плохо относятся к атеистам, почему верующие более агрессивны?

Причин много, начиная от восприятия верующего человека самим не верующим, заканчивая людьми не совсем воспитанными и не совсем адекватными как с той, так и с другой стороны.

Например читает человек намаз где то в уголке Торгового центра или в метро. Читает себе ни кого не трогает, читает потому, что так велит делать ему его религия — пришло время намаза, будь добр, отложи все дела и соверши ОБЯЗАТЕЛЬНЫЙ намаз. Так вот когда атеисты видят это, то их распирает агрессия, если бы не страх получить сдачи, то накинулись бы, а так вызывают полицию и охрану. Знаю случаи, когда атеисты отказывались лететь в одном самолете с женщиной мусульманкой в хиджабе, хотя хиджаб это не выбор, это не та вещь которую можно одевать, а можно не одевать — это обязанность каждой мусульманки. Общеизвестный факт, что на работу во многие гос учреждения и не только — атеисты не берут на работу мужчин специалистов, мусульман с бородой. Мэр Канн на днях запретил мусульманкам посещать пляжи. Сделал это по хитрому, если вы женщина, одетая в специальный закрытый купальник (буркини), то вам будет выписан штраф 38 евро и полицейские вас выпроводят с общественного, общего пляжа. Очень часто приходилось видеть как атеисты презрительно и с чувством превосходства смотрят на верующих, как на слегка ущербных, причем не только на мусульман, но и на вообще всех верующих. Вполне возможно, допускаю, что от верующих встречается и ответная реакция, которую атеисты потом расценивают как «агрессия к атеистам».

Есть и вторая сторона медали. Это когда уверовавший человек впадает в состояние будто всю жизнь прожил с завязанными глазами и тут «прозрел». Его распирает от счастья, от состояния которым обязательно нужно поделиться с окружающими, он хочет рассказать атеисту про всё это, но наталкивается на глухую стену, естественно атеисту это не нравится, он расценивает такое поведение верующего как назойливость. Да ведь и естественно, кому из взрослых понравятся нравоучения? Не говорю про малознакомых людей, от близких даже бесит. Куришь ты сигареты, возможно не только сигареты, пьёшь пивко, винца, таскаешься по клубам и дискотекам, воруешь, сквернословишь, сплетничаешь, обманываешь, изменяешь супружеской половине, не помогаешь бедным, старикам, нуждающимся, не уважаешь старших, учителей, не благодарен и так далее и тому подобное, вот на это тебе от верующего будет замечание. Кому это понравится? Мало кому… В ответ звучит: не ваше дело, как хочу так и живу, кто вы такие меня жизни учить и так далее. Вот и расценивается поведение верующего, как поведение агрессивное.

Вспоминаю как я сам под действием веры, бросил курить и употреблять алкоголь, как мне стало легко и хорошо только от этого, как я приставал ко всем своим друзьям и знакомым — бросай курить, бросай пить, перестань жрать свинину, почувствуешь как это хорошо! Сначала все смотрели с пониманием, но продолжали делать что делали, потом начали огрызаться, потом вообще до скандалов стало доходить (молод был, напорист), только после этого понял, нельзя людей быстро в одночасье изменить, годы нужны. Нельзя от них напористо требовать то, что им пока закрыто. А ведь я не про религию им говорил, просто о сигаретах, выпивке и бабах. А что там про религию говорить? Тут вообще дело тонкое…

Но вот сказать, что верующие относятся к атеистам плохо, не совсем будет правильно. Мы, верующие, все побывали в ваших шкурах атеистов и прекрасно вас понимаем, потому и не особо вас не любим, а даже наоборот. Призываем вас любя, по братски. Вы нам не безразличны. А вот вы в нашей шкуре не были ни когда, потому и не понимаете нас.