Послушник

Что такое послушание и кто такой послушник? Послушание в монастыре

Что такое послушание? Ответить на этот вопрос совсем не просто. С одной стороны, оно является одной из самых главных добродетелей христианина и при этом одним из основных требований к его личности. С другой – слово «послушание» вызывает у многих либо осознанный, либо неосознанный протест. Ведь в каждом человеке самой природой предусмотрены механизмы, вызывающие сопротивлению принуждению. Услышав только одно слово «послушание», у многих сразу же мысленно возникает самый крайний вариант, предполагающий отказ от собственной воли. Так что же это за понятие? Как его разъясняет церковное учение?

Определение понятия

Что такое послушание? В православной церкви под этим термином понимают исполнение приказаний определенного рода. Само слово «послушание» уже означает повиновение и покорность. В церковной практике данный термин означает определенную работу или обязанности, которые возлагаются на послушника монастыря или монаха. Выполняет он их во искупление какого-либо поступка или греха. Тогда на человека налагаются молитва и послушание.

Для обычных людей значение этого слова заключается в формировании определенной позиции, основанной на убеждении. Другими словами, при ответе на вопрос «что такое послушание для рядового гражданина?» можно дать разъяснение, что это некий порядок, который заключается в подчинении нижестоящего сотрудника вышестоящему.

Однако этот термин все же в первую очередь имеет отношение к жизни в монастыре. Переносить его чисто механически на обычный мир не стоит.

Достижение счастливой жизни

Вряд ли найдется человек, который бы не желал для себя здоровья и благополучия, удачного брака, послушных и хороших детей, мира на нашей планете, покоя в сердце и многих других благ. В отношении верующих людей здесь же можно упомянуть о получении благодати, спасении и единстве с Творцом. Многие стремятся к этому, прикладывают все свои силы и старания, но желаемого результата так и не получают. Тайну неудач раскрывает нам Библия. От первых ее страниц до последних можно проследить одну закономерность. Она заключается в получении благословения Бога через послушание ему.

Конец земному раю и счастливой жизни наступил еще во времена Адама и Евы. Эти первые люди выразили непослушание Духовному Отцу. Этим они положили начало бедствиям всего рода человеческого. И так было до тех пор, пока Иисус Христос не искупил людей своим послушанием Отцу Небесному. Этим он дал возможность тому, кто покорен Его сердцу, вернуть для себя потерянный рай, но только не земной, а небесный.

Определение послушания

В чем заключена суть этого понятия? Как уже было сказано выше, значение слова «послушание» сводится к покорности и повиновению. Это понятие является доказанным на деле подчинением своей воли указаниям другого.

Что такое послушание? Это та основа, на которой складываются добрые взаимоотношения человека, прежде всего, с Богом. Ведь на примере Библии мы видим, что тот, кто нарушит святое послушание, получает боль и страдания, проклятие и смерть. За столь, казалось бы, незначительный поступок Адама и Евы уже не одно тысячелетие люди живут в горестях и страданиях, болезнях и тяжком труде, войнах и неудовлетворенности, что в конце концов заканчивается смертью. Это и есть цена непослушанию. Ведь ненужных и незначительных запретов у Бога не существует. Он не дозволяет лишь то, что не принесет Его творению счастья. В связи с этим становится понятным, почему столь важно осознать значение христианского послушания и научиться слышать Творца, радостно повинуясь его воле. В этом и должно состоять счастье для каждого человека.

Обучение послушанию

Бог всегда стремился создать между собой и человеком правильные взаимоотношения. Сразу он учил его, а после испытывал послушание своему Слову. И если человек терял Высшее благословение, то он тут же обрекал себя на несчастное существование, в дальнейшем оказываясь на Божием суде. Так было в период допотопного мира, так продолжается и сегодня.

Этот вопрос затрагивает и Библия. В ней говорится о том, что, выводя народ из Египта, Бог дал ему на горе Синае закон. Это заповеди Божьи, исполнение которых позволит людям жить в благословении и счастливо. С тех пор прошло много времени. Израильский народ получил для себя Ханаанскую землю. Однако принцип послушания и сегодня остается для всех неизменным.

Познание Бога

Оно в первую очередь становится понятным при изучении Священного Писания. Тот, кто совершает любой выбор или действие, которое противоречит этому канону, не подчиняется воле Божьей.

Но познать Священное Писание невозможно вне Святого Духа и вне Церкви. Примером тому является сектантство. Эти отступники Евангелия придерживаются превратных толкований Святой Книги, отходя от Бога и толкая себя к гибели. Только Священное Писание должно являться для человека тем источником, который ежедневно станет утолять его жажду. Только из Евангелия мы узнаем волю Божью и сможем найти ответы на многие свои вопросы.

Суть послушания

Что стоит за повиновением законам Духовного Отца всего человечества? Послушаться воле Божьей означает переступить через свое малодушие и страх, через суету и гордость, через «хочу — не хочу». Причем все это не приходит быстро. Любой человек не становится послушен в одно мгновение. Об этом же говорится и в Библии. В этом Священном Писании рассказывается о том, как народ по своему малодушию не послушался Моисея. Люди побоялись менять устоявшийся уклад жизни для того, чтобы изменить ее к лучшему.

О послушании в Библии говорится как о чувстве, проявлять которое человек должен лишь к тому, кого знает. И это вовсе не является унижением. Ведь за послушанием всегда стоит Бог. И нет ничего стыдного в том, чтобы прислушаться к чьему-либо совету. Ведь вполне возможно, что Бог испытывает человека таким образом. В Библии указывается и на то, что послушание не является постыдным и для самого Господа. Творец земли и неба снизошел, удовлетворяя просьбе человека. Моисей заступился за свой народ, и Бог не воспротивился этому. И если послушание является вполне допустимым для Господа, то это нормально для каждого из нас.

Соблюдение заповедей

Если послушать проповедь о послушании, то становится ясно, что Господь вовсе не настаивает на нем. Он лишь указывает на то, чего он ожидает от людей, не заставляя их исполнять его законы и не принуждая их к этому. Послушание, как правило, исходит из духовного единения с Богом. Именно поэтому всякий раз, когда в проповеди звучит слово «ученичество», то возле него обязательно присутствует «если».

Господь не дает правил. Он лишь указывает на нормы. И совершенно очевидно, что тот, кто любит Его, будет выполнять все заповеди беспрекословно. И только тогда откроются для души послушника все Божьи откровения, которые невозможно познать ни размышлениями, ни с помощью философии.

Не секрет, что каждый человек стремится к благодати. А мера ее роста напрямую зависит от послушания Господу. На тех, кто послушен, Бог ставит печать покоя, которая является свидетельством глубокого умиротворения

Как не сбиться с пути?

С самых древних времен и по сегодняшний день, вплоть до Второго Пришествия, всегда были и есть святые отцы – сосуды Святого Духа. Они жили и живут согласно воле Божьей и могут обучить познанию цели каждого христианина других. Тому же, кто уже обрел такого старца и во всем слушается его, можно сказать, что он самым прямым путем направляется к Богу. И дорога эта лежит через христианский монастырь.

Конечно, познать волю Божью может и простой мирянин. Однако достичь этого все же нужно другим способом. Нужно стать монахом и при этом придерживаться границ послушания. Каковы они? Такими границами являются заповеди Божьи. Все, что противоречит им, не может идти от Создателя и, следовательно, не должно исполняться.

Служение Богу

Что это за человек, который решил посвятить свою жизнь Всевышнему? Какую он преследует цель?

Для того чтобы стать монахом, человек должен принести Богу обеты. Шаг этот очень серьезен, ведь обратного пути после него нет. Чтобы не совершить роковой ошибки и не разочароваться в содеянном, каждого, кто пришел в монастырь, обязательно испытывают в течение длительного времени. Для этого предусмотрено несколько этапов. Каковы же ступени монашеской жизни?

  1. На первом этапе еще не подготовленный человек становится трудником. Он знакомится с монастырем и работает там бесплатно во Славу Божию. На данном отрезке монашеской жизни трудника не обязывают брать на себя какие-либо обязательства. Человек всегда волен вернуться в тот мир, из которого он пришел. Греха в этом нет. Жизнь трудника течет согласно того распорядка, который существует в монастыре. При этом он выполняет послушание и работает по благословлению высших чинов. В монастыре труднику предоставляют общежитие (жилье), его кормят и дают все то, что нужно для выполнения своих обязанностей.
  2. Послушник. Это вторая ступень монастырской жизни. На нее переходит человек, который твердо решил в будущем стать монахом. Для того чтобы стать послушником, люди пишут прошение с просьбой принять их в братию. Оно удовлетворяется игуменом, если тот видит, что намерения у человека достаточно серьезные. Тогда трудника вносят в списки братии, и он становится послушником. На этой ступеньке монастырской жизни человеку выдают подрясник. Далее ему предстоит пройти испытательный срок. Конкретное время для этого не определено. Одни послушники отправляются на постриг раньше, другие — позже. Все зависит от того, насколько внутренне человек готов к монашескому подвигу. Но, как правило, послушание в православии длится на протяжении нескольких лет. В этот период человеку еще дозволяется вернуться в свой прежний мир, отказавшись от намерений служить Богу. Сделать такое ему не возбраняется, однако отречение от послушания в монастыре особенно и не приветствуется.
  3. Следующий этап является заключительным. Это период, когда человек принимает монашество. Он должен принести обеты Богу, после которых обратной дороги просто нет. Отречься от такой жизни означает измену Всевышнему. В прежние времена расстриг даже не хоронили на кладбище. Они покоились за оградой, так же как и самоубийцы.

Как же сделать первый шаг и занять место послушника в монастыре? Для этого нужно начать с трудника. Как правило, на имя иеромонаха монастыря при этом пишут рассказ о себе. В том случае, если просьба будет удовлетворена, человек приезжает в монастырь со своей рабочей обувью и одеждой.

Такой путь к Богу являлся реальным для всех православных людей не только в прежние времена, существует он и в 21 веке.

Условия послушничества

Стоит иметь в виду, что человек, который пожелал посвятить свою жизнь монашескому подвигу, должен быть свободен от любых связей с обычным миром и обязательств перед другими людьми. Например, он не может оставить без помощи престарелых родителей, свою семью, а также несовершеннолетних детей. Не должно быть у него долговых и прочих гражданских обязательств. И если с обычным миром какие-либо отношения имеются, то разрешить их следует еще до того, как уйти в монастырь.

Что должен делать кандидат на постриг? Послушнику следует неукоснительно придерживаться устава. Кроме этого, он должен участвовать в Таинствах Церкви и в богослужениях. Одним из занятий такого человека также являются монастырские послушания.

В этот период будущие монахи должны всецело следовать указаниям своего духовного наставника и самого игумена. Это также и время, когда человеку следует особенно тщательно следить за своими помыслами и за собой. Ведь в такой период создается основа его будущей жизни.

Монашество является особым видом подвига, особым призванием. Человек начинает восхождение к Богу по разным причинам, однако цель у него всегда одна. Монах, согласно Евангелию, стремится к нравственному совершенствованию и стяжанию благодати Святого Духа. И к этому он идет путем отсечения собственной воли, оставления привычного мира, путем усиленного труда и молитв.

Работа в монастыре

Каков он, день послушания? Для обитателей монастыря труд является неотъемлемой частью жизни. На братию налагаются самые различные послушания. Необходимы они не только для создания материальных благ, которые позволяют существовать всем членам обители. Приходя в монастырь, человек приносит сюда все, что накопилось у него на душе. Все его страсти — это не что иное, как следствие изменения человеческой природы каким-либо грехом, например, пагубными привычками. И только благодаря самоотверженному труду душа и тело могут стать свободными. Послушание отсекает греховную волю и желание, побеждает самолюбие и гордость, а также самосожаление. В этот период человек, если захочет, обучится духовному искусству. Только после этого на все вещи он станет смотреть просто.

Послушанием называют различную работу в монастыре. Но какой бы она ни была, она обязательно будет связана с организацией богослужения и внутренней монастырской жизни. Это может быть церковное пение или работа в храме, на кухне, в хлебопекарне, на огороде, в коровниках, а также в различных мастерских (иконописной, пошивочной и т.д.) В монастыре востребованной становится практически любая профессия.

Служить во благо обители является особым Божьим призванием. Но не стоит думать о том, что жизнь в монастыре очень трудна. Тяжелым здесь являются не труды, а изменение своей воли. Ведь послушнику предстоит в безропотной покорности делать все что прикажут ему сестры, братья или отцы. Наградой всему этому станет смирение, мир и душевный покой.

Посвящение

Из-за неправильного отношения к тем послушаниям, которые налагаются в монастыре, человек может оставить этот спасительный и благодатный путь. Тогда он покидает обитель. Но всем, кто намерен принять постриг, следует понимать, что исполнение послушаний является не чем иным, как жертвенным служением Богу и братии. Это и позволяет исполнять заповеди Христовы.

Но одного послушнического труда мало. Этот период в жизни человека должен сопровождаться постоянными молитвами, которые являются основой монашеской жизни.

Во время послушания человек должен деятельно и внимательно изучать каноны Священного Писания, а также аскетические творения, созданные святыми отцами. Это, например, «Поручения», написанные аввой Дорофеем, «Оглашения» Феодора Студита преподобного и т.д.

При принятии новоиспеченным послушником подрясника совершается определенный обряд. Его называют «перемена риз», а также «совлечения мира». Трудница или трудник при этом должны положить три низких поклона перед Алтарем и один игумену или игуменье, приняв из его или ее рук четки, скуфью, монашеский пояс и подрясник. Начиная с этого времени, человек перестает носить мирскую одежду.

Порой данная церемония проводится с использованием дополнительных действий. Если это предусмотрено уставом обители, то послушника облачают в клобук и рясу. Делают это с письменного согласия будущего монаха. С этого момента послушника называют иноком или рясофорным. Подобный чин налагает на человека большую ответственность.

За прохождением послушничества всегда внимательно наблюдает игумен. И только после того как он увидит готовность человека принять ангельский образ, он сам или вместе с Духовным собором представляет кандидата в письме к правящему архиерею. В этом послании испрашивается благословение человека на монашеский постриг.

Период послушничества является особым в жизни каждого из будущих монахов. После многие с любовью вспоминают это время. Ведь послушание вовсе не является жертвоприношением. Все совершается по собственной воле с получением взамен великой благодати. Именно поэтому каждому будущему монаху стоит повиноваться своим наставникам, заботящимся о душе послушника.

Конечно, под послушанием в монастыре понимают выполнение тех или иных работ, на которые людей благословляет игумен. Однако более всего это направление должно быть рассмотрено в качестве основной оставляющей духовной жизни братвы обители, а также главным путей к спасению человека.

Каждый послушник стремится понять Божью волю. Именно поэтому он усердно трудится над своими желаниями и над собой. Бог хочет, чтобы каждый будущий монах осознал Его волю. А раскрываться и проникать в послушника она будет благодаря духовно опытным людям, а также через жизненные обстоятельства, совесть и исполнение заповедей Божьих.

Так что же такое послушание? Это основа христианской религии, которая предполагает непрестанное сотрудничество человека и Бога. Оно позволяет Всевышнему преображать людей и пребывать в них.

Виды послушания многогранны. При этом все они будут зависеть от Божественного Промысла. Послушание можно рассматривать в разных аспектах. Это может быть терпение скорбей, отпущенных Богом, или же прохождение особого вида подвига с одновременным исполнением советов опытного духовного наставника или старца, обладающего даром рассуждения и прозорливости. Но, как бы там ни было, все имеющиеся виды послушания объединяются исполнением и взысканием Божественной воли.

Значение слова послушник

Примеры употребления слова послушник в литературе.

Еще раньше один из послушников, состоявших при аббатском доме, бегом скатился со ступеней и промчался к Храмине.

Или сам авва Алексий или даже Леонтий-Станята, Станька попросту, молодой послушник, новогородец, прибившийся было к Троицкой обители, которого Сергий, испытав и понявши, что уединенное киновийное житие не для него, отослал в спутники к Алексию, собиравшемуся в Царьград, благо Станята, неведомо как, почти самоуком, научился разуметь по-гречески.

Пройдя мимо церквей и келий, мимо архипастырских палат и общежительского дома, мимо многих служб и трапезной, мимо домов, где жили странники, послушники, трудники, они вошли в баню и долго-долго плескались, мылись и просто так, ничего не делая, блаженствовали праздно, лежа на каменных лавках и нежась в тепле, чистоте, свежести.

Мы с Вильгельмом положили исполнять бенедиктинский обычай, меньше чем в полчаса приготовились встретить новый день и с тем сошли в хор, где монахи, павши ниц, читали первые пятнадцать псалмов в ожидании, пока наставник приведет послушников.

Этим и свидетельствуется, что он был некрещеный язычник, хотя и очень образованный, и не имел понятия о положении, в котором должен находиться совсем молодой бенедиктинский послушник, в его юношеские годы обреченный церковью на неизлечимость — лучше скажу, обрученный церкви, по собственному ли выбору, или по дальновидному рассуждению родителей, обрученный именно ради упасения от неизлечимостей любви.

Умалившись, поникнув, стоял я у подножия того самого престола, перед которым некогда совершилась церемония моего принятия в Братство, перед которым я получил посвящение в послушники и с ним кольцо Братства, чтобы вместе со слугою Лео идти в паломничество.

Отворил двери, велел жарко истопить печь, раздел донага и обмыл Сергия, не страшась и не ужасаясь видом иссохших костей, едва прикрытых изможденною плотию, выкинул, изругав послушников, истлевшую постель с гнилою соломою внутри, совершенно не слушая Сергия, набил свежий пестрядинный тюфяк новою соломою, переодел наставника в чистую полотняную сряду, промазал медвежьим салом все пролежни, сам составил отвар, которым велел поить Сергия, наконец, все устроив, уложив погоднее жалкую, с запавшими висками и провалившимися ямами щек голову любимого учителя и дяди на мягкое взголовье, сел рядом на маленькую холщовую раскладную скамеечку, на которой сиживал Сергий, когда плел лапти или тачал сапоги, задумался, бестрепетно глядя в очи полутрупа, начал рассказывать о заботах своей обители, о том, где он был и почему не приходил раньше.

Невзирая на запреты Аббата, многие пытались проникнуть сквозь эту дверь: служки, ошарашенные новостью, монахи, оплакивающие собрата, послушники, вносившие чистую ветошь, вретище и тазы с водою — все необходимое для омовения и облачения тела.

Говорят ведийские гимны, пураны, Говорят ученые, произносят речи, Говорят брахмы, говорят индры, Говорят гопи и Говинд, Говорят шивы и говорят сиддхи, Говорят многие созданные Богом будды, Говорят данавы и говорят дэвы, Говорят музыканты, и молчальники, и послушники.

К нам приходил иеромонах Габриэль,- продолжает игумен,- он был послушником в Джвари в последние годы, когда Иоанн умер и Георгий остался один.

По владычному двору, среди больших и малых каменных палат, соединенных крытыми переходами, украшенных где каменными, а где резными древяными крыльцами, с крутыми кровлями в чешуе и черепице, с хороводом труб и дымников, тоже затейливо изузоренных, по всему обширному двору, мощенному где тесовыми плахами, а где и плитами камня или старинной плинфы, сновали взад-вперед монахи и послушники, служки, слуги, миряне, что служили во дворе владыки, а также и пришлые по делам граждане от простых до вятших, в боярском дорогом одеянии.

Готовность, это внутреннее состояние послушника, покроет все вредные последствия неверных указаний духовника, восполнит и внешнюю невозможность постоянного испрашивания его указаний.

Послушник, подбоченясь слегка левой рукой, а в правой держа свой клобучок, принял вид независимый, поклонился и представился: — Феодул Иванович!

Когда же послушник хотел объяснить, что не дьявол любострастия плотского искушает его, а демон духовной языческой прелести,— монах не понял, сперва удивился, потом заметил строго, что в ложных богах нет ничего, кроме нечистой похоти и гордыни, которые всегда безобразны, ибо красота заключается только в христианских добродетелях.

Траектория страстных, так похожих на классическую любовь-ненависть взаимоотношений послушника Мидзогути с Храмом причудлива и на первый взгляд непоследовательна, но есть в ней своя внутренняя логика, вполне вписывающаяся в уже знакомую формулу.

Источник: библиотека Максима Мошкова

Еще кое-что от «бывшей послушницы»

Решила я, как «бывшая послушница», ненароком не отстать от череды каминг-аутов… Строго говоря, я не была, конечно, «официальной» рясофорной послушницей, но долго жила при монастырском сестричестве с намерениями самыми суровыми.

Приехав летом на неделю в небольшой провинциальный монастырек первокурсницей-заочницей, я так и осталась почти на три года. Лишь несколько раз уезжала домой в соседнюю область и еще несколько – в Москву на сессию. А в остальном безвылазно «окопалась» в сестричестве при монастыре.

Это был отдельный небольшой домик с русской печкой, в котором частью останавливались паломницы и благодетельницы, а частью жили девушки «из городских» – тех, кого не было смысла посылать на работы в коровник, разве что курам на смех. И мы помогали в основном в трапезной, учились читать на клиросе и имели возможность бывать практически на всех службах утром и вечером.

Нет смысла писать про «восторг неофита», помноженный на дивную красоту местной природы. Понятно, что юная горожанка из нецерковной среды чувствовала себя здесь наследницей рая и начинательницей пути нового, неизведанного, но несомненно – высокодуховного и «подвижнического».

Впрочем, я не хочу ерничать. Настрой наш в сестричестве был искренним – настолько, насколько мы сами осознавали свои мотивы. Все действительно искали подвигов: чтобы хоть пару дней совсем не есть в начале Великого поста, чтобы быть на службах ежедневно, а к обычному мытью посуды прибавить что-то особое: генеральную уборку, непрестанную молитву, чистку картошки под пение «Богородице, Дево, радуйся…». Чтобы, конечно, никогда не смотреть телевизор и постоянно «глотать» душеполезные книги, чтобы просить прощения, даже когда хочется скроить презрительную гримасу…

Быстро возник серьезный вопрос о монашестве. Стало вдруг очевидно: вот он – путь прямой и настоящий. Ну, какое могло быть сравнение между текстом Аввы Дорофея и «Метаморфозами» Овидия, которые приходилось читать к зачету по «античке»? Никакого сравнения! Я начала «чудить»: мол, «Илиаду» почитаю, а «Дафниса и Хлою» – ни за что, «Метаморфозы» – еще ладно, а «Науку любви» – ни-ни. Никакой «мирской грязи», и пусть хоть убивают меня на этом журфаке! Исповедницей буду – не меньше.

Я стремительно разочаровывалась в выбранной специальности: мол, зачем мне эта «суета сует». Священник тогда не спешил сдернуть меня на землю, соглашался: может, оно и верно – зачем в глухом монастыре журналистика. А о том, чтобы девушку выпроводить назад в полный соблазнов мир – и речи не было.

Смешно было даже представить себя снова дома, в джинсах, сидящей в какой-нибудь шумной компании друзей-толкиенистов. Студенческая жизнь, разумеется, тоже казалась слишком «рассеивающей»: посиделки в общаге, прогулки по Москве, знакомства в студенческом буфете, «неблагочестиво» прокуренные туалеты, страшный «фольклор» про преподавателей… Но это был престижный вуз, и бросить его одним махом духу не хватало. Зато я была рада любому поводу немного посаботировать.

Аккурат накануне третьей сессии я с еще одной девушкой поехала «на стажировку» в крупный монастырь. До экзаменов чуть больше недели, а у меня вместо внимательного чтения учебников – вдохновенное мытье посуды и чистка моркови.

То есть, вдохновенным это было первые два дня. На третий — мы вдруг осознали, что «командировка» проходит немного не по сценарию. На службе толком побыть не удается: порой уже во время чтения часов подходит сестра с «благословением матушки» топать на кухню или в огород. В обед, стоит закрыться в келье с душеполезной книжкой, снова зовут на кухню – чистить каких-то карасей. Караси живые, их целая бочка, а я в жизни не держала в руках трепыхающуюся рыбу… Вечером нужно начистить почти полмешка моркови, а семь розовых кустов под окном нас, как кажется, не отправляют сажать лишь потому, что не сезон…

Говорят, во многих монастырях слишком «эксплуатируют» приезжих. Мы оказались именно в таком, но сегодня я очень рада этому. Вообще-то, с нас там здорово посбили налет романтического «подвижничества», выражавшегося в любви к красивым службам да умным книжкам. Показали, как мы «усвоили» прочитанное в этих самых книжках.

Ведь что мы сделали на пятый день, когда поняли, что сидим безвылазно на кухне и даже еще не осмотрели ни этот древний монастырь, ни его окрестности? Мы спросили, когда приезжает монастырский духовник – и поспешили к нему за благословением на осмотр достопримечательностей. А когда на обратном пути нас перехватили с благословением от матушки – тут-то мы и заявили радостно, что, мол, нам уже батюшка дал другое благословение! «Мы в домике», в общем. И ведь все как в древних книгах, «по послушанию» – не придерешься.

Конечно, примерно в этом месте по закону жанра я должна воскликнуть патетически: «Даешь свободу паломникам! Доколе монастыри будут ценить рабский труд, а не молитву?!» Но я не воскликну. Первую причину указала выше – монастырь без физических трудностей просто не открыл бы мне вовремя глаза на мою «готовность» к монашеству.

Во-вторых… это прозвучит странно, но практически все мои навыки практической жизни, пригодившиеся потом в семье, я вывезла из монастыря. Впервые оказавшись в родном сестричестве, я была восемнадцатилетней дылдой, не умеющей не только готовить, но даже газовую плиту включать – у нас была электрическая. Дома вместо освоения элементарных бытовых навыков я больше бегала по всевозможным кружкам и школам. Так что монастырской жизни я благодарна как череде полезнейших и совершенно бесплатных мастер-классов.

С другой стороны – противопоставление паломниками «высокой молитвы» и «черного труда» во многом надумано. Раньше ведь паломничество в принципе было неотделимо от тяжелого подвига пешей ходьбы «за тридевять земель». Готов – идешь, не готов – сидишь дома и не воображаешь себя высокодуховным «подвижником». Сегодня можно за пару часов на машине с кондиционером сделаться «паломником», побывать в монастыре. Гордости прибавится, пользы – не очень. После такой поездки «я молился» звучит примерно как «мы пахали». Ведь если нет желания потрудиться – остается всего лишь экскурсия. Это не плохо – просто другой жанр.

И здесь же, в «суровой» обители, я наконец-то смогла немного взглянуть со стороны на свое возможное будущее. Дело в том, что в нашем монастырьке молодых послушниц практически не было (кроме тех, кто проживал в домике сестричества). Было несколько старушек, несколько женщин средних лет и лишь две молодых инокини. Обе были настолько образцовы и ангелоподобны, что глядя на них оставалось лишь мечтать о постриге вот прямо завтра.

Матушка N была абсолютно точной копией молодой Елизаветы Феодоровны – только в очках. Собранная, серьезная, красивая. Неземная. И конечно, я частенько представляла себя тоже в апостольнике, строгом подряснике… когда-нибудь скоро.

А здесь, в стенах древнего подмосковного монастыря, было очень много молодых послушниц, инокинь и даже уже монахинь. И здесь же, сидя вечером над мешком картошки с кем-то из местных послушниц, мы вдруг услышали несколько совершенно диких для нашего «необстрелянного» уха историй: кто-то из послушниц «сбежал» с монастырским водителем, кто-то уехал, уже будучи в иноческом постриге. Как так? Мы слушали и про себя осуждали неразумных сестер.

Но вот кончилась «командировка». Кончилась следом и сессия – явно чудом я получила несколько пятерок по принципу «Остапа несло». Только зачет по «соблазнительной» античной литературе снова так и остался не сданным. Я с гордостью «исповедницы» вернулась в родной монастырь. А там пришло время выбора.

Сестричество наше несколько поредело, и духовник предложил оставшимся перебираться жить в монастырский корпус. Но в каком качестве? Надо было определяться. С журналистикой я готова была порвать окончательно, с высшим образованием – нет. Решено было перейти на заочное отделение рязанской кафедры теологии. И… стать «официальной» монастырской послушницей, готовиться к постригу?

Внутренне я заметалась. Истории про инокинь, сбегающих из монастыря с водителями, не давали покоя. Я начинала понимать, что природа способна «подстеречь за углом». А не захочу ли и я «срочно замуж» лет через десять? И… что тогда? Слава Богу, наш духовник понимал, что сам в Церкви – ненамного дольше сестер. Он не пытался давить и навязывать «слепое послушание», рекомендовал совет с еще одним батюшкой.

И вот я в сомнениях и ужасе задаю вопрос уже духовнику духовника, описываю свою ситуацию, он кивает…

— Простите, Лена, а Вам сколько лет?

— Двадцать…

— И вы хотите учиться на теологии заочно?

— Да, и жить при монастыре.

— Знаете, жить при монастыре Вам и через пять лет не поздно будет. А вот теология заочно – это в Вашем возрасте не образование.

И я поехала поступать на очное отделение в Рязань. «По послушанию», но на самом деле была несказанно рада. Ведь одно дело – романтически мечтать о монашестве «когда-нибудь», и совсем другое – оказаться в монастыре уже серьезно, навсегда. И с сердцем совершенно неготовым, полным только розового флера да цитат из святых Отцов.

А через два года учебы я вышла замуж. Можно сказать, что мой муж – тоже «бывший послушник». (Большой труд – воздержаться и не налепить здесь смайликов). В его прекрасном монастыре никогда не постригали поспешно – там молодежь могла проходить «искус» даже больше десяти лет.

И я не была единственной «бывшей послушницей» в нашем маленьком монастыре. По благословению духовника сестричества вышла замуж одна из наших, потом кто-то тоже разъехался: учиться, работать в Москву… Поначалу они казались как бы «отступницами», искусившимися мирской долей. Духовник сестричества высказывал мягкое, но неодобрение. А сегодня мы общаемся со всеми, общаемся и с духовником теперь уже бывшего сестричества. И видно, что каждая в итоге оказалась на своем месте. Многие приезжают на праздники в монастырь, и монахини «старой закалки» всегда встречают очень тепло…

Игуменья моего монастыря, встретив нас с мужем на престольном празднике, была откровенно рада. Подарила книгу митрополита Антония Сурожского о браке…

Сегодня я думаю, что «искушением» для нас был не мир – искушением была мечта о монашестве – каким мы его себе представляли. Изящный апостольник, летящая наметь клобука, очи долу, восхищенные взгляды прихожан… А впереди – быть может и игуменство (почему нет?) в каком-нибудь новооткрытом монастыре.

Видимо, по молитвам святого, у мощей которого мы бывали на службе каждый день, Господь не дал нам слишком заиграться и спутать истинную готовность уйти в монастырь с нашей романтической восторженностью и банальным тщеславием…

Страшно самочинно выйти из монастыря и бросить монашество, имея к нему явное призвание. Но еще более, может быть, страшно оказаться в нем случайным человеком, бездумно клюнувшим на внешние атрибуты и подзуживания собственной гордости. Тогда есть риск однажды сменить розовые очки на беспросветно-черные и начать «крестовый поход» против тех, из-за кого, как кажется, «жизнь прошла мимо»…

Как я был послушником в монастыре

≡ 6 Ноябрь 2019
А А А

Послушник Тимофей (в миру Тимотэ Суладзе) мечтал стать архиереем, но жизнь в монастыре изменила его планы, заставив начать всё с чистого листа.

Первая попытка

Я уходил в монастырь несколько раз. Первое желание возникло, когда мне было 14 лет. Тогда я жил в Минске, учился на первом курсе музыкального училища. Только-только начал ходить в церковь и попросился петь в церковный хор кафедрального собора. В лавке одной из минских церквей мне случайно попалось на глаза подробное житие преподобного Серафима Саровского — толстая книга, около 300 страниц. Я её прочитал одним махом и тут же захотел последовать примеру святого.

Вскоре у меня появилась возможность посетить несколько белорусских и российских монастырей в качестве гостя и паломника. В одном из них я подружился с братией, которая на тот момент состояла всего из двух монахов и одного послушника. С тех пор я периодически приезжал в этот монастырь пожить. По разным причинам, в том числе в силу юного возраста, в те годы мне не удалось осуществить свою мечту.

Второй раз я задумался о монашестве годы спустя. Несколько лет я выбирал между разными монастырями — от Санкт-Петербурга до горных грузинских монастырей. Ездил туда в гости, присматривался. Наконец выбрал Свято-Ильинский монастырь Одесской епархии Московского патриархата, в который и поступил в качестве послушника. Кстати говоря, с его наместником мы познакомились и долго общались перед реальной встречей в одной из социальных сетей.

Монастырская жизнь

Переступив с вещами порог монастыря, я осознал, что мои переживания и сомнения позади: я дома, теперь меня ждёт пусть сложная, но понятная и светлая жизнь, полная душевных подвигов. Это было тихое счастье.

Монастырь находится в самом центре города. Нам можно было свободно выходить за территорию на непродолжительное время. Можно было даже ходить на море, но для более длительного отсутствия нужно было получать разрешение наместника или благочинного. Если надо уехать за пределы города, разрешение должно было быть в письменной форме. Дело в том, что существует очень много обманщиков, которые надевают на себя облачение и выдают себя за священнослужителей, монахов или послушников, но при этом не имеют никакого отношения ни к духовенству, ни к монашеству. Эти люди ходят по городам и сёлам, собирают пожертвования. Разрешение из монастыря было своего рода щитом: чуть что, без проблем можно было доказать, что ты свой, настоящий.

В самом монастыре у меня была отдельная келья, и за это я благодарен наместнику. Большинство послушников и даже некоторые монахи жили по двое. Все удобства находились на этаже. В корпусе всегда были чистота и порядок. За этим следили гражданские работники монастыря: уборщики, прачки и другие сотрудники. Все бытовые потребности удовлетворялись с избытком: нас прекрасно кормили в братской трапезной, смотрели сквозь пальцы на то, что по кельям у нас были ещё и свои собственные продукты.

Очень большую радость я испытывал, когда в трапезной подавали что-нибудь вкусненькое! Например, красную рыбу, икру, хорошее вино. Мясные продукты в общей трапезной не употреблялись, но нам не запрещалось их есть. Поэтому когда удавалось купить что-то за пределами монастыря и затащить это к себе в келью, я тоже радовался. Не имея священного сана, возможностей заработать деньги самому было мало. Например, платили, кажется, 50 гривен за колокольный звон во время венчания. Этого хватало или на то, чтобы положить на телефон, или на то, чтобы купить что-то вкусное. Более серьёзные потребности обеспечивались за счёт монастыря.

Вставали мы в 5:30, за исключением воскресных дней и крупных церковных праздников (в такие дни служилось две или три литургии, и каждый вставал в зависимости от того, на какой литургии он хотел или должен был по расписанию присутствовать или служить). В 6:00 начиналось утреннее монашеское молитвенное правило. На нём должна была присутствовать вся братия, кроме больных, отсутствующих и так далее. Далее в 7:00 начиналась литургия, на которую в обязательном порядке оставались служащий священник, диакон и дежурный пономарь. Остальные — по желанию.

Я в это время или шёл в канцелярию на послушание, или возвращался в келью, чтобы поспать ещё несколько часов. В 9 или 10 часов утра (точно уже не помню) был завтрак, на котором присутствовать было необязательно. В 13 или 14 часов был обед с обязательным присутствием всей братии. За обедом читались жития святых, память которых совершалась в тот день, а также делались важные объявления монастырским начальством. В 17 часов начиналась вечерняя служба, после которой — ужин и вечернее монашеское молитвенное правило. Время отхода ко сну никак не регламентировалось, но если на следующее утро кто-то из братии просыпал правило, к нему отправляли с особым приглашением.

Однажды довелось отпевать иеромонаха. Молодой был очень. Чуть старше меня. Я его и не знал при жизни. Говорят, жил в нашем монастыре, потом куда-то уехал и залетел под запрет. Так и умер. Но отпевали, естественно, как священника. Так вот, мы всей братией круглосуточно у гроба читали Псалтырь. Моё дежурство один раз пришлось на ночное время. В храме был только гроб с телом и я. И так несколько часов, пока меня не сменил следующий. Страха не было, хотя Гоголя вспоминал несколько раз, да. Была ли жалость? Не знаю даже. Ни жизнь, ни смерть не в наших руках, поэтому жалей — не жалей… Надеялся только, что он успел покаяться перед смертью. Как и каждому из нас надо будет успеть.

Проказы послушников

На Пасху после длительного поста я так сильно проголодался, что, не дождавшись общей праздничной трапезы, побежал через дорогу в «Макдоналдс». Прямо в подряснике! У меня и у любого другого была такая возможность, и никто никаких замечаний не делал. Кстати говоря, многие, выходя из монастыря, переодевались в гражданскую одежду. Я же с облачением не расставался никогда. Пока жил в монастыре, у меня просто-напросто не было вообще никакой светской одежды, кроме кофт и штанов, которые нужно было надевать под подрясник в холодную погоду, чтобы не замёрзнуть.

В самом монастыре одной из забав послушников было фантазирование на тему того, кому какое имя дадут при постриге. Обычно его до последнего момента знают только тот, кто постригает, и правящий архиерей. Сам послушник о своём новом имени узнаёт только под ножницами, вот мы и шутили: находили самые экзотические церковные имена и называли ими друг друга.

И наказания

За систематические опоздания могли поставить на поклоны, в самых тяжёлых случаях — на солею (место рядом с алтарём) перед прихожанами, но делалось это крайне редко и всегда обоснованно.

Бывало, кто-то уезжал без разрешения на несколько дней. Один раз это сделал священник. Возвращали его с помощью наместника прямо по телефону. Но опять же, все такие случаи были как детские шалости в большой семье. Родители могут поругать, но не более того.

С одним трудником был весёлый случай. Трудник — это мирянин, светский человек, который пришёл в монастырь потрудиться. Он не относится к братии монастыря и не имеет никаких обязательств перед монастырём, кроме общецерковных и общегражданских (не убей, не укради и другое). В любой момент трудник может уйти, а может и, наоборот, стать послушником и пойти по монашескому пути. Так вот, одного трудника поставили на проходную монастыря. Приехал к наместнику друг и говорит: «Какая у вас в монастыре парковка дешёвая!». А она там вообще бесплатная! Выяснилось, что этот самый трудник брал с посетителей деньги за парковку. Его, конечно, сильно пожурили за это, но выгонять не стали.

Самое сложное

Когда я приезжал ещё только в гости, наместник меня предупреждал, что реальная жизнь в монастыре отличается от того, что пишут в житиях и других книгах. Готовил меня к тому, чтобы я снял розовые очки. То есть в какой-то мере я был предупреждён о некоторых негативных вещах, которые могут иметь место, но не ко всему был готов.

Как и в любой другой организации, в монастыре, конечно, есть очень разные люди. Были и такие, которые старались выслужиться перед начальством, зазнавались перед братией и так далее. Например, как-то раз пришёл к нам один иеромонах, находившийся под запретом. Это означает, что правящий архиерей за какую-то провинность в качестве наказания временно (обычно — до раскаяния) запретил ему священнодействовать, но сам священный сан при этом не снимался. Мы с этим отцом были ровесниками и поначалу сдружились, общались на духовные темы. Один раз он даже нарисовал на меня добрую карикатуру. До сих пор её храню у себя.

Чем ближе шло дело к снятию с него запрета, тем сильнее я замечал, что он ведёт себя со мной всё более высокомерно. Его назначили помощником ризничего (ризничий отвечает за все богослужебные облачения), а я был пономарём, то есть во время исполнения своих обязанностей находился в непосредственном подчинении и у ризничего, и у его помощника. И здесь тоже стало заметно, как он по-другому стал ко мне относиться, но апофеозом стало его требование обращаться к нему на вы после того, как с него был снят запрет.

Для меня самыми сложными не только в монастырской, но и в мирской жизни являются субординация и трудовая дисциплина. В монастыре общаться на равных с вышестоящими по званию или должности отцами было абсолютно невозможно. Рука начальства была видна всегда и везде. Это не только и не всегда наместник или благочинный. Это мог быть тот же самый ризничий и любой, кто находится выше тебя в монастырской иерархии. Что бы ни случилось, не позднее чем через час об этом уже знали на самом верху.

Хотя были среди братии и такие, с кем я прекрасно находил общий язык, несмотря не только на огромное расстояние в иерархической структуре, но и на солидную разницу в возрасте. Как-то раз я приехал в отпуск домой и очень хотел попасть на приём к тогдашнему минскому митрополиту Филарету. Я задумывался о моей дальнейшей судьбе и очень хотел посоветоваться с ним. Мы часто встречались, когда я делал первые шаги в церкви, но я не был уверен, вспомнит ли он меня и примет ли. Так совпало, что в очереди оказалось много маститых минских священников: настоятелей крупных храмов, протоиереев. И тут выходит митрополит, показывает рукой на меня и зовёт к себе в кабинет. Впереди всех настоятелей и протоиереев!

Выслушал он меня внимательно, потом рассказывал долго о своём монашеском опыте. Очень долго рассказывал. Когда я вышел из кабинета, вся очередь из протоиереев и настоятелей очень сильно на меня косилась, а один настоятель, знакомый ещё по старым временам, взял и сказал мне при всех: «Ну ты столько там пробыл, что оттуда должен был выйти с панагией». Панагия — это такой знак отличия, который носят епископы и выше. Очередь рассмеялась, произошла разрядка напряжённости, а вот секретарь митрополита потом очень ругался, что я так долго занимал время митрополита.

Туризм и эмиграция

Шли месяцы, а со мной в монастыре абсолютно ничего не происходило. Я очень сильно желал пострига, рукоположения и дальнейшего служения в священном сане. Скрывать не буду, были у меня и архиерейские амбиции. Если в 14 лет я жаждал аскетического монашества и полного удаления от мира, то когда мне было 27 лет, одним из главных мотивов поступления в монастырь была епископская хиротония. Я даже в мыслях постоянно представлял себя на архиерейской должности и в архиерейском облачении. Одним из главных моих послушаний в монастыре была работа в канцелярии наместника. Через канцелярию проходили документы на рукоположение некоторых семинаристов и других ставленников (кандидатов в священный сан), а также на монашеские постриги в нашем монастыре.

Через меня проходило немало ставленников и кандидатов на монашеский постриг. Некоторые на моих глазах проходили путь от мирянина до иеромонаха и получали назначения на приходы. Со мной же, как я уже сказал, абсолютно ничего не происходило! И вообще мне казалось, что наместник, который был ещё и моим духовником, в некоторой степени отдалил меня от себя. До поступления в монастырь мы дружили, общались. Когда я приезжал в монастырь в качестве гостя, он постоянно брал меня с собой в поездки. Когда я приехал в этот же монастырь с вещами, поначалу мне казалось, что наместника как будто подменили. «Не путай туризм и эмиграцию», — шутили некоторые собратья. Во многом из-за этого я и решил уйти. Если бы я не почувствовал, что наместник изменил своё отношение ко мне, или если бы я хотя бы понял причину таких изменений, возможно, я бы остался в монастыре. А так я почувствовал себя ненужным в этом месте.

С чистого листа

У меня был доступ в Интернет, я мог советоваться по любым вопросам с очень опытными духовными лицами. Я рассказал о себе всё: что хочу, чего не хочу, что чувствую, к чему готов, а к чему нет. Двое священнослужителей посоветовали мне уйти.

Уходил я с большим разочарованием, с обидой на наместника. Но я ни о чём не жалею и очень благодарен монастырю и братии за полученный опыт. Когда я уходил, наместник мне сказал, что мог пять раз постричь меня в монашество, но что-то его останавливало.

Когда уходил, страха не было. Был такой прыжок в неизвестность, ощущение свободы. Так бывает, когда наконец принимаешь решение, которое кажется правильным.

Я начал свою жизнь полностью с чистого листа. Когда я решил уйти из монастыря, у меня не было не только гражданской одежды, но и денег. Вообще ничего не было, кроме гитары, микрофона, усилителя и своей личной библиотеки. Я привёз её с собой ещё из мирской жизни. В основном это были церковные книги, но попадались и светские. Первые я договорился продать через монастырскую лавку, вторые отнёс на городской книжный рынок и продал там. Так у меня появилось некоторое количество денег. Ещё помогли несколько друзей — прислали мне денежные переводы.

На билет в один конец деньги дал наместник монастыря (мы с ним в итоге помирились. Владыка — прекраснейший человек и хороший монах. Общаться с ним даже раз в несколько лет — очень большая радость). У меня был выбор, куда уезжать: или в Москву, или в Минск, где я жил, учился и работал много лет, или в Тбилиси, где я родился. Я выбрал последний вариант и уже через несколько дней был на корабле, который вёз меня в Грузию.

В Тбилиси меня встречали друзья. Они же помогли снять квартиру и начать новую жизнь. Через четыре месяца я вернулся в Россию, где постоянно живу до настоящего времени. После долгих странствий я наконец нашёл своё место именно здесь. Сегодня у меня свой маленький бизнес: я индивидуальный предприниматель, оказываю услуги по письменному и устному переводу, а также юридические услуги. О монастырской жизни вспоминаю с теплом.

Метки: жизнь • интересно • монастырь • послушник • правила