Серафим саровский кто такой

Чудеса прп. Серафима в наши дни

Чудеса преподобного Серафима Саровского в наши дни

Здравствуйте, дорогие посетители православного сайта «Семья и Вера»!

15 января и 1 августа совершается святая и молитвенная память преподобного отца нашего Серафима Саровского всея России Чудотворца!

О жизнеописании сего великого угодника Божьего читайте на странице сайта Житие преподобного Серафима Саровского

Ниже мы размещаем рассказы о чудесах батюшки Серафима, которые произошли с нашими современниками, горячо обратившихся к преподобному Серафиму Саровскому.

(По материалам Православие.ру)

«Мне приснился светлый русский дедушка»

Протоиерей Владимир Гамарис

Преподобный Серафим Саровский явился мне во сне молящимся на камне на лужайке леса в белой русской одежде. Я не знал, кто это. Своей знакомой рассказал, что мне снился светлый русский дедушка, стоящий на коленях на чем-то круглом. Во сне я подошел и поклонился ему. Прошло меньше месяца. Я пришел в Покровский монастырь в Киеве и увидел икону молящегося на камне батюшки. Встретился со знакомой и спросил: «Помнишь, я тебе про дедушку рассказывал?» «Помню», — ответила она. — «Я теперь знаю, кто он. Я его видел в церкви на иконе. Это преподобный Серафим Саровский». В то время я стал постоянно ходить в храм. Верую, что Господь привел меня в Свою Церковь по молитвам преподобного Серафима, когда он тысячу дней и тысячу ночей стоял на камне и своей молитвой спасал множество людей. По милости Божией уже более 30 лет служу священником. Об этом чуде никогда публично не рассказывал.

«Его разбудил Серафим»

Мария

Однажды к нам на клирос пришел баритон учиться церковному пению, лет 40 (впрочем, так и не задержался), получивший музыкальное образование в провинциальной консерватории; но он никогда не пел на клиросе, и из музыки тоже давно ушел. И вдруг выпучил глаза, увидев икону Серафима Саровского; спросил: кто он? Мы сказали, а он нам поведал, что, когда учился в провинциальном музыкальном училище или консерватории (это я уже забыла), как-то, чтобы согреться, обернулся в электрогрелку и заснул. И тут видит старичка (которого он опознал на иконе), и он разбудил его, чтобы срочно вставал. Электрогрелка уже тлела. Если бы его тогда не разбудил Серафим, он бы сгорел.

«Все анализы крови показывали, что дело плохо»

NN

Как мне помог батюшка Серафим.

В 2007 году у мамы обнаружили онкологию, причем, где именно она, определить не могли. И от этого было еще страшнее. Все анализы крови показывали, что дело плохо. После месяца обследований так ничего и не было обнаружено.

Давно хотела поехать в Дивеево к преподобному Серафиму, но сестра говорила, что это очень святое место и надо готовиться к поездке, прочитать житие, попоститься, причаститься (тогда мы еще не были воцерковленными людьми). Но почему-то после месяца слез о маме я уверенно сказала родителям: «Едем в Дивеево!»

В субботу мы приехали после обеда и, как только переступили за ограду монастыря, на душе стало так спокойно и так тихо… Очень хотелось это состояние сохранить. Потом мы приложились к мощам батюшки Серафима, утром отстояли акафист и уехали домой в Москву. В понедельник мама пошла на очередной прием к врачу, и он назначил дополнительное обследование, и именно там нашли полип и там была онкология.

Дальше как будто за нас кто-то всё устраивал и делал: одни люди помогли с госпитализацией в хорошую клинику — бесплатно, другие — с хорошей палатой, что немаловажно для морального состояния в такой ситуации, третьи помогли с врачами-профессорами. И так помощь пришла от тех людей, от которых не ожидала, не от родных и от друзей, а от посторонних людей — так батюшка Серафим всё управил. Маме сделали сложнейшую операцию, и уже через два месяца мы все снова ехали в Дивеево к батюшке Серафиму, мама полулежа, но уже ехали благодарить.

Прошло семь лет. Слава Богу, с мамой всё хорошо. Мы воцерковились всей семьей, родители повенчались.

Помощь батюшки Серафима чувствуется во всём. Каждая поездка в Дивеево — это огромное утешение.

Преподобный отче Серафиме, моли Бога о нас!

«Я почувствовала внутренний зов поехать в Серафимо-Дивеевскую обитель»

Лариса Р.

Я была на распутье в 2008 году и ужасно болела желудком. Думала, не уехать ли мне из Штатов и не оставить ли мужа, который не хотел детей и от которого я уходила на шесть месяцев — пытаясь создать новые отношения с другим человеком, который очень хотел детей. В итоге, заболев тяжелым гастритом за свой грех в 2006 году, я вернулась к мужу, который простил меня и принял обратно. Я начала воцерковляться, посещая греческую православную церковь (а до этого была в католической).

Множество исповедей, включая и публичную на паломничестве в монастырь святого Антония в Аризоне (с нашим приходом), но улучшения с желудком не было. В 2008 году почувствовала внутренний зов поехать в Серафимо-Дивеевскую обитель, помолиться у мощей батюшки Серафима. Так и получилось — первая моя паломническая поездка была в Дивеево, прожили там неделю со знакомой и ее дочерью (причем удачно ее встретила прямо в поезде, она уже не в первый раз туда ехала, и для меня это было чудом, так как я совершенно не знала, есть ли там паломнический центр и как я туда доберусь, знала только, что нужно ехать до Арзамаса). Это было зимой, за неделю перед Рождеством. Много мы там и молились, и прилагались к мощам батюшки Серафима, ходили с молитвой вдоль Канавки, набрали масла освященного и земли с Канавки, работали на кухне, окунались в источники и при –35 С° и посте ни разу не заболели (мне это было очень странно, так как при гастрите мои силы очень ослабли, а там я чувствовала бодрость и легкость; как врач, я этого понять не могла, только благодатью от этого святого места и мощей святого я могла это объяснить). Приехав домой на Кавказ, я почти месяц не имела болей, но через месяц они вернулись, но в меньшем объеме, и я начала находить травы и пробиотики, которые могли контролировать воспаление и супрессировать мой хеликобактер.

Батюшка на исповеди в Дивеево мне советовал не бросать мужа, какой бы он ни был, я послушалась и вернулась в Штаты. Муж уже был согласен усыновить ребенка, и мы вместе поехали в Россию на три года. Всё у нас получилось, сейчас моей доче 5 лет, муж и мама живы, здоровы, гастрит беспокоит только утром, после сна, но я нашла травы, которые убирают воспаление и боль.

Так что держусь, радуюсь жизни, молюсь ежедневно, вычитывая все утренние молитвы и акафисты на каждый день, читаю духовную литературу, стараюсь побольше быть вовлеченной в церковную жизнь, причащаюсь раз в месяц.

Мама — бывший агностик и нетерпимый к вере человек — сейчас ходит со мной в церковь и слушает иногда Евангелие по утрам.

Причащаю дочу регулярно и вижу, как трудно детям понуждать себя к вниманию и молитве (они всё хотят быстро и резво), — для детей нужны специальные службы! — чтобы им было понятно и интересно. Пока воскресная школа — единственная альтернатива этому.

Вот только одна проблема у меня осталась: муж — упертый агностик, не очень ладим в христианском вопросе воспитания дочери. Но молюсь Богородице за него ежедневно — об обращении неверующего. Трудно с ним, он намного старше меня (29 лет разница), но я беру этот крест каждое утро и несу его (положила Крест возле кровати и целую его каждое утро, смотрю на Христа Распятого, и это меня укрепляет; Он терпел и нам велел!).

Спасибо отцу Серафиму за молитвенное предстательство за нас грешных!

«Она встретила преподобного Серафима — живого, как на иконе»

Варвара Болондаева

Конечно, батюшка всегда помогал и помогает. И с горестями, и с радостями, и в грехах поплакаться — всегда к нему. Всегда скор на выручку, скорбит за нас, не осуждает. В первый раз, когда была в Дивеево и подошла к мощам, очень волновалась — о чем просить? Вроде момент торжественный, нужно что-то важное сказать, а тут мысль: очень одной суммы денег не хватает. Даже смутилась. Но не успела домой доехать, как с работы звонят: «Слушай, тут тебе какие-то непонятные деньги начислили», — и называют как раз ту сумму, копейка в копейку.

Очень стыдно и страшно тогда стало, с тех пор стараюсь просить только помощи духовной. Но разговор не обо мне.

Как-то ездила с волонтерами в хоспис — беседовать со стариками. Просто поговорить, поддержать, почитать книги. У одной старушки над кроватью висела икона батюшки Серафима. Женщина интеллигентная, не то чтобы очень воцерковлена, но в церковь раньше ходила. И рассказала — так просто и обыденно, — что, выходя из храма (кажется, это тоже было в Дивеево), встретила преподобного Серафима. Живого, как на иконе.

«Я ему:

— Батюшка Серафим, это вы?

А он мне:

— Да, он самый!

И думаю: что ж, надо что-то дать, угостить, — а у меня в сумке только конфеты и яблоко.

Я ему:

— Батюшка, берите конфеты!

А он улыбнулся:

— От них зубы портятся.

И яблоко взял».

Вот так святые всегда рядом: помочь, утешить или напомнить о вере. Ну, иногда, вразумить, не без этого. А от нас всего-то требуется попросить и принять их участие и помощь.

«Мой кашель прошел моментально»

Евгения Руднева

У батюшки Серафима в Дивеево я была несколько раз. Но один случай всегда помню и уверена, что без батюшкиной помощи не обошлось!

Это было зимой, я после тяжелого бронхита, еще были остаточные явления, поехала в Дивеево. Купальные принадлежности не взяла специально.

И вот мы в Цыгановке. Красота! Мороз трескучий, градусов 20! Все побежали окунаться, я же созерцаю красоту вокруг. В иконной лавке возник небольшой спор между продавцом и женщиной, которая хотела приобрести купальную рубашку, но своего — очень маленького размера, а такого и не было. Ее пытались переубедить, что не это главное и т.д., и я услышала такую историю.

Как-то приезжала очередная группа паломников на источник. Окунались, гуляли, фотографировали… через какое-то время вернулся туда человек из той группы с готовыми фотографиями, где был изображен батюшка Серафим — БОЛЬШОЙ, СТОЯЩИЙ В НЕБЕ! — и держал в руках крест, окуная его в источник! ЭТО МЕНЯ ПОТРЯСЛО ТАК СИЛЬНО!

Купив рубашку, а она оказалась огромнейшая, размера 56(!), я помчалась в купальню. И, стуча зубами от холода, окунулась. Слава Богу! Какое благодатное состояние же было! И жарко! И радостно! А автобус-то мой уехал! А я не переживаю почему-то! Конечно, он вернулся за мной. И никто не ругался на меня, что им пришлось меня искать и возвращаться, и прошел мой кашель моментально!!! Вот так меня батюшка Серафим искупал в источнике у себя! Давая понять, что за сомнения и смущения у меня были…

Батюшка Серафим! Моли Бога о нас!!!

«Мой муж не понимал, зачем венчаться»

Светлана Федорова

Я, возвращаясь со службы вечером, подала милостыню одной монахине на строительство храма (это было незадолго до празднования 100-летия со дня прославления преподобного Серафима Саровского). Матушка спросила: «За кого молиться?» — а я в ответ попросила помолиться о моем муже, так как он не понимает, зачем венчаться, когда мы и так хорошо живем в законном браке! Матушка ответила, что ее благословили поехать на праздник в Дивеево и она там за нас помолится преподобному! А 13 сентября 2003 года мы с мужем венчались! Он сам ко мне подошел и сказал, чтобы я поговорила в храме со священником о венчании! Было это в воскресный день после литургии, на которой мы оба причастились! Слава Господу во святых Своих!!!!

«Батюшка Серафим помог устроить мою судьбу»

Любовь Зиновьева

Батюшка Серафим помог устроить мою судьбу и наполнил жизнь всем самым лучшим, что может быть у человека!

В студенческие времена мне было трудно найти работу, поскольку нужно было ее совмещать с учебой. Никто не мог себе позволить принять на работу студента на половину рабочего дня. Я была в отчаянии: нет работы, впереди еще три курса института, нужны деньги. Также я очень страдала от одиночества: хотела встретить настоящую любовь, серьезных, искренних отношений.

Случайно включила телевизор и наткнулась на торжества по случаю 100-летия со дня канонизации преподобного Серафима Саровского. Мое сердце прониклось ими, и я пошла в ближайший храм — помолиться у иконы преподобного. Сразу после этого мне позвонили и пригласили на работу, где не только отпускали на учебу, но и обучили очень многому. Там же я встретила своего будущего мужа!

Также преподобный устроил жилье нашей семье: сразу после молитв ему нашелся тот вариант, который хотели.

Спасибо ему, что он есть в моей жизни и откликается на молитвы!!!!

СЕРАФИМ САРОВСКИЙ. Рассказы алтарника

Современные чудеса преподобного Серафима

Акафист преподобному Серафиму Саровскому

Серафим Саровский: биография, икона, в чем помогает

Святые угодники вот уже более 2000 лет помогают людям преодолевать земные невзгоды и утешают в печали. Кто такой Серафим Саровский? Этот святой старец является покровителем православных наравне с Сергием Радонежским. Моей подруге святой Серафим помог благополучно выйти замуж. Она говорит, что как будто кто-то покрыл их союз с мужем защитным покровом от невзгод, конфликтов и безденежья. В чем еще помогает преподобный? Об этом я расскажу вам в статье.

Серафим Саровский: биография

Будущий святой угодник родился в 1759 году в Курской губернии в семье обеспеченных родителей. Отец мальчика рано умер, а мать взяла на свои плечи все тяготы семейной жизни. Встать на путь истины Прохору (так был наречен Серафим) было предначертано свыше. Однажды мальчик забрался на высокую колокольню, строительством которой занималась его семья, и свалился с нее на землю. Но ни одной царапины на его теле не было, как и ушибов.

После этого характер мальчика сильно изменился, она начал интересоваться святым писанием. В 17 лет Прохор принимает решение отречься от мирской жизни и полностью посвятить себя служению Господу. Матушка одобрила это решение. На двадцатом году жизни он стал послушником в Саровской пустыне, где и постригся в монахи. После посвящения в иеромонахи Серафим удалился в глухой лес и построил там скит, в котором жил и молился.

Пресвятая Богородица трижды спасала святого угодника от смертельной болезни.

По многочисленным просьбам подписчиков мы подготовили точный гороскоп-приложение для мобильного телефона. Прогнозы будут приходить для вашего знака зодиака каждое утро — пропустить невозможно!

Скачайте бесплатно Гороскоп на каждый день 2020 (доступно на Android) Узнайте что вас ждет сегодня — Гороскоп на сегодня для всех знаков зодиака

За долгие годы, проведенные в полном уединении, святой Серафим не раз удостоился богоугодных видений. Когда отшельнику явилась сама Богородица, то велела прекратить жизнь затворника и начать служить людям. С тех пор святой Серафим наставлял, утешал, исцелял всех страждущих. Каждого, кто к нему обращался, он называл ласково «радость моя». Одним своим видом и ласковым голосом этот святой старец мог растопить заледенелое сердце и смягчить заскорузлую душу. После беседы с ним люди открывали сердца Богу, творили покаянную молитву и стремились к добродетели.

Святой старец прославился молитвенным подвигом: он 1000 дней и ночей простоял коленопреклоненным на камне в лесу перед иконой Богородицы.

Откуда столько любви к людям черпал святой старец? Он видел внутренним взором саму суть человека, его божественную природу и то, кем он мог стать при служении Господу. Эта прозорливость вдохновляла его, сподвигала на бескорыстное служение всему человечеству. Проведя долгие годы в тяготах пустынножительства, этот святой человек учил, что главное в христианстве — это стяжание Духа Святого. Не в затворе можно его обрести (хотя это не исключено), а в стремлении к обретению Царства Божия внутри своей души.

Не в долгих молитвенных бдениях заслуга человека перед Богом, но в искренней пламенной молитве сердца. Он учил, что внешняя молитва (произнесение слов) должна непременно сочетаться с внутренней (поиске Бога в душе). Те монахи, которые не умеют соединять внешнее с внутренним, являются монахами формально. Во время богослужений святой Серафим советовал смотреть на икону или свечу, либо закрывать глаза для лучшей концентрации внимания.

«Стяжи мир, и вокруг тебя спасутся тысячи» — так учил и наставлял святой Серафим.

Святой старец прекрасно понимал, что у простого крестьянина нет времени на ежедневное вычитывание утренних и вечерних молитв, поэтому создал молитвенное правило:

  • утром/в обед/вечером чтение Отче наш и Богородице — трижды, Символ веры — один раз;
  • с утра до обеда непрерывно читать про себя Иисусову молитву;
  • с обеда до ужина читать молитву Богородице.

Это несложное молитвенное правило может освоить любой самый занятый человек, а творение непрерывной молитвы внутри себя поможет уравновесить эмоции и убережет от греха.

В чем помогает

Преподобный Серафим еще при жизни стал любимым в народе старцем наравне с преподобным Сергием Радонежским. Этот святой старец заповедовал почитать Царицу Небесную, так как она является заступницей рода человеческого. Много сил и времени отдал святой старец устроению Дивеевского женского монастыря, повинуясь побуждению своей покровительницы — Богоматери.

После славной кончины преподобного в его келье осталась особо чтимая икона Богоматери «Умиление». Старец исцелял больных помазанием маслом от лампады, которая день и ночь горела перед иконой. Эту икону Серафим именовал «Всех радостей радость».

Через 70 лет после мирной кончины были вскрыты мощи святого Серафима, которые оказались нетленными. Это событие произошло в день его рождения 19 июля и сопровождалось многочисленными исцелениями больных. Святые мощи были перенесены в специально сделанную гробницу — раку.

Икона «Умиление» и нетленные мощи святого хранятся в Дивеевском монастыре.

Икона святого Серафима «Умиление» почитается не только в православной среде, но и в католической. Этот праведник явил пример подлинной христианской жизни во Христе, а троекратное чудесное явление Богоматери и спасение от смертельных недугов является подтверждением его истинной христианской добродетели.

На поклонение иконе и святым мощам преподобного приезжают верующие не только из России, но и из других стран. В старый новый год верующие посещают Дивеевский монастырь, чтобы пройти с крестным ходом по канавке Богородицы и прочитать 150 раз «Богородице дево, радуйся». Также православные омываются в святом источнике и получают исцеление.

О чем просят святого:

  • о душевном устроении и прекращении душевных страданий;
  • о выборе правильного жизненного пути;
  • о победе над гордыней и отчаянием;
  • об исцелении от тяжких заболеваний;
  • о встрече суженого и благословенном венчании;
  • о продвижении бизнеса и торговли.

Во время душевных мучений человеком легко может овладеть дьявол, поэтому очень важно своевременно обратиться за помощью к преподобному Серафиму Сваровски, чтобы он помог избавиться от печали и уныния. Мир в душе не сможет одолеть дьявол, враг человеческий бессилен против раскаяния и смирения.

Что такое правильный жизненный путь? Это служение Господу. Не обязательно уходить в монастырь, можно служить Господу и в обыденной жизни — молитвой и постом. Серафим Саровский помогает тем, кто оступился и ведет неправедную жизнь.

Отчаяние и гордыня — это два смертных греха, которые приведут душу в ад. Святой старец помогает избавиться от них молитвенной просьбой ко Господу.

Святому старцу молятся и о хорошей работе, приличной зарплате и ведении собственного бизнеса. Тем, кто стремится богоугодными путями обеспечить свою семью всем необходимым, святой Серафим не откажет в помощи.

Исцеление от тяжелого заболевания — одна из главных просьб святому. Он еще при жизни избавлял больных и немощных горячей молитвой к Богородице, которая трижды подняла его самого со смертного одра. Особенная помощь от святого — в избавлении от болезней ног и внутренних органов.

Также святой Серафим помогает и в семейных делах: укрепляет супружеский союз и помогает найти суженого. Поэтому к нему часто обращаются с молитвенной просьбой молодые девушки и венчанные жёны.

На заметку! Дни памяти преподобного Серафима Саровского — 15 января и 1 августа.

В январе вспоминают благословенную кончину преподобного, а в августе почитают день обретения нетленных мощей.

Молитва о замужестве и счастье в браке:

Молитва об исцелении:

Молитва о помощи:

Тропарь:

Кондак:

Каким был преподобный Серафим

В одном из альбомов художника арзамасской школы Василия Егоровича Раева имеются карандашные зарисовки вида Саровской пустыни и мест лесного уединения саровских подвижников. В этот цикл вставлен лист меньшего формата с наброском поясной фигуры преподобного Серафима, подписанный «Серафимъ Саровскiй Пустынножитель». Старец изображен в белом балахоне и скуфье. Это наиболее ранний из известных на сегодняшний день образцов иконографии преподобного Серафима. По штемпелю на бумаге лист датируется 1828 годом, временем жизни Старца. Из воспоминаний Раева известно, что во время обучения он дважды в конце 1820-х годов бывал в Саровской пустыни, куда его вызвали писать портрет епархиального архиерея. Видел он и «самогó». «Это был маленькой, в дугу согнутый старичок с кротким и любезным взором. Он больше жил в лесу и редко приходил в монастырь. Мы ходили и вглубь Саровского леса и видели там уединенные келейки отца Серафима, им самим выстроенные», ‒ вспоминал художник.

«Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря» также сохранила облик саровского святого: «Не менее умилительно было видеть этого смиренного, седовласого, сгорбленного старца, подпиравшегося мотыгой или топором, в пустыни за рубкой дров, возделыванием гряд, в убогой камилавке, в белом балахоне, с известной уже нам сумой за плечами».

Таким же преподобного Серафима запомнила Надежда Сергеевна Аксакова, которая девочкой посещала Саровскую пустынь: «Смотрим, около корней стоящей на полянке ели работает, пригнувшись чуть ли не к самой земле, низенький, худенький старец, проворно подрезая серпом высокую лесную траву». И дальше следует комментарий: «Много с тех пор в продолжение следующих семидесяти лет моей жизни видала я и умных, и добрых, и мудрых глаз. Много видала и очей, полных горячей искренней привязанности. Но никогда с тех пор не видала я таких детских ясных, старчески прекрасных глаз, как те, которые в это утро так умильно смотрели на нас из высоких стеблей лесной травы. В них было целое откровение любви… Улыбку же, покрывшую это морщинистое, изнуренное лицо, могу сравнить разве только с улыбкой спящего новорожденного, когда, по словам нянек, его еще тешат во сне недавние товарищи – Ангелы».

Преподобный Серафим остался в народной памяти ветхим, согбенным, но всегда радостным, ласковым и кротким старцем. Таким он был именно в последний период своей долголетней жизни.

В расцвете лет, до того как упавшее на него дерево и нападение разбойников согнули Батюшку, выглядел он иначе. Был он высок ростом. Даже точный его рост известен: два аршина 8 вершков, то есть 177, 84 сантиметра. Лицо имел полное, покрытое приятной белизной, нос прямой и острый. У него были светло-голубые глаза, весьма выразительные и проницательные, густые брови и светло-русые волосы.

Но не эти черты запомнились современникам. Согбенный, маленький, со спутанными седыми волосами, с лицом, искусанным комарами. А красота его поражала. Ослепительная красота лучезарной, светоносной личности, выраженная в его внешности, напоминала людям о его божественном призвании и об истинной цели человеческой жизни.

«С первого взгляда на него обняло меня благоговейное к нему чувство. Он показался мне ангелом, жителем небесным: лицо белое, как ярый воск, потому что переменная атмосфера и солнечный луч не могли действовать на него. Глаза небесного цвета, волосы белые спускались до плеч. Судя по формам тела, безошибочно можно сказать, что он прежде имел большую физическую силу; теперь кротость и смирение начертаны на лице его, однако же он не был худощавый, напротив, даже полный, несмотря на то, что пища его дневная состояла из одной просфоры, присылаемой ему из церкви», ‒ так выразил свои впечатления генерал Яков Осипович Отрощенко.

Архитектор Семен Иванович Соколов, приехавший к преподобному Серафиму по поводу строительства храма Рождества Христова в Дивееве, увидев Старца, записал: «Я забыл все земное! Передо мною стоял согбенный старец с лицом сияющим чем-то неземным, со взором ангельски кротким и ласковым».

Купчиха Елизавета Петровна Гусева из города Елатьмы сохранила в своей памяти такое впечатление о преподобном Серафимеа: «Вытесненная в сени, я около стены ощупала ногами несколько поленьев и, приподнявшись на них, стала сквозь дверь смотреть пристально на о. Серафима. Ангельский его образ, кротость в обращении со всеми показывали в нем необыкновенного человека».

«Ни слов его всех, ни впечатления, сделанного на меня в ту пору, я не в силах передать теперь в точности, ‒ делится своими воспоминаниями А.П. Еропкина. ‒ Вид его лица был совершенно необыкновенный. Сквозь кожу у него проникал благодатный свет. В глазах у него выражалось спокойствие и какой-то небесный восторг. Надо полагать, что он по созерцательному состоянию духа находился вне видимой природы, в святых небесных обителях, и передавал мне, каким блаженством наслаждаются праведники».

Можно описывать отдельные черты лица или фигуры святого Старца, но самое главное впечатление невыразимо словами. Главное ‒ то, что он воплотил в себе евангельские добродетели и показал их в своем лице во всей красоте. Глядя на батюшку Серафима, люди видели, что Дух вселился в его душе и претворил ее в храм Божества, в пресветлый чертог вечного радования. Весь он был нескончаемая ликующая радость уже искупленного человека.

А мы и сегодня будем всматриваться в лик святого Серафима, запечатленный на его прижизненных портретах, и читать воспоминания тех людей, которым посчастливилось видеть его ангельский образ, свидетельствующий о глубинах человека, о его связи с Богом.

Семь поучений преподобного Серафима Саровского

О любви к Богу

Стяжавший совершенную любовь к Богу существует в жизни сей так, как бы не существовал. Ибо считает себя чужим для видимого, с терпением ожидая невидимого. Он весь изменился в любовь к Богу и забыл всякую другую любовь.

Кто любит себя, тот любить Бога не может. А кто не любит себя ради любви к Богу, тот любит Бога.

Истинно любящий Бога считает себя странником и пришельцем на земли сей; ибо душою и умом в своем стремлении к Богу созерцает Его одного.

Душа, исполненная любви Божией, во время исхода своего из тела не убоится князя воздушного, но со Ангелами возлетит, как бы из чужой страны на родину.

Против излишней попечительности

Излишнее попечение о вещах житейских свойственно человеку неверующему и малодушному. И горе нам, если мы, заботясь сами о себе, не утверждаемся надеждою нашею в Боге, пекущемся о нас! Если видимых благ, которыми в настоящем веке пользуемся, не относим к Нему, то как можем ожидать от Него тех благ, которые обещаны в будущем? Не будем такими маловерными, а лучше будем искать прежде Царствия Божия, и сия вся приложатся нам, по слову Спасителя (Мф. 6, 33).

Лучше для нас презирать то, что не наше, т. е. временное, и преходящее и желать нашего, т. е. нетления и бессмертия. Ибо, когда будем нетленны и бессмертны, тогда удостоимся видимого Богосозерцания подобно Апостолам при Божественнейшем Преображении и приобщимся превыше умного единения с Богом подобно небесным умам. Ибо будем подобны Ангелам и сынами Божиими, воскресения сынове суще (Лк. 20, 36).

О попечении о душе

Человек по телу подобен зажженной свече. Свеча должна сгореть, и человек должен умереть. Но душа бессмертна, потому и попечение наше должно быть более о душе, нежели о теле: кая бо польза человeку, аще приобрящет мир весь и отщетит душу свою или что даст человeк измeну за душу свою (Мк. 8, 36; Мф. 16, 26), за которую, как известно, ничто в мире не может быть выкупом?

Если одна душа сама по себе драгоценнее всего мира и царства мирского, то несравненно дороже Царство Небесное. Душу же почитаем драгоценнее всего по той причине, как говорит Макарий Великий, что Бог ни с чем не благоволил сообщиться и соединиться своим духовным естеством, ни с каким видимым созданием, но с одним человеком, которого возлюбил более всех тварей Своих.

Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский, Амвросий Медиоланский и прочие от юности до конца жизни были девственники; вся их жизнь была обращена на попечение о душе, а не о теле. Так и нам все старания должно иметь о душе; тело же подкреплять для того только, чтобы оно способствовало к подкреплению духа.

О мире душевном

Ничто лучше есть во Христе мира, в нем же разрушается всякая брань воздушных и земных духов: нeсть бо наша брань к крови и плоти, но к началом и ко властем и к миродержителем тьмы вeка сего, к духовом злобы поднебесным (Ефес. 6, 12).

Признак разумной души, когда человек погружает ум внутрь себя и имеет делание в сердце. Тогда благодать Божия приосеняет его, и он бывает в мирном устроении, а посредством сего и в премирном: в мирном, т. е. с совестью благою, в премирном же, ибо ум созерцает в себе благодать Святого Духа, по слову Божию: в мирe мeсто Его (Пс. 75, 3).

Можно ли, видя солнце чувственными очами, не радоваться? Но сколько радостнее бывает, когда ум видит внутренним оком Солнце правды Христа. Тогда воистину радуется радостью ангельскою; о сем и апостол сказал: наше житие на небесeх есть (Фил. 3, 20).

Когда кто в мирном устроении ходит, тот как бы лжицею черпает духовные дары.

Святые отцы, имея мирное устроение и будучи осеняемы благодатью Божией, жили долго.

Когда человек придет в мирное устроение, тогда он может от себя и на других изливать свет просвещения разума; прежде же сего человеку надобно повторять сии слова Анны пророчицы: да не изыдет велерeчие из уст ваших (1 Цар. 2, 3), и слова Господни: лицемeре, изми первeе бревно из очесе твоего: и тогда узриши изяти сучец из очесе брата твоего (Мф. 7, 5).

Сей мир, как некое бесценное сокровище, оставил Господь наш Иисус Христос ученикам Своим пред смертью Своею, глаголя: мир оставляю вам, мир Мой даю вам (Иоан. 14, 27). О нем также говорит и Апостол: и мир Божий, превосходяй всяк ум, да соблюдет сердца ваша и разумeния ваша о Христe Иисусe (Фил. 4, 7).

Если не вознерадит человек о потребностях мирских, то не может иметь мира души.

Мир душевный приобретается скорбями. Писание говорит: проидохом сквозe огнь и воду и извел еси ны в покой (Пс. 65, 12). Хотящим угодить Богу путь лежит сквозь многие скорби.

Ничто так и не содействует стяжанию внутреннего мира, как молчание и, сколько возможно, непрестанная беседа с собою и редкая с другими.

Итак мы должны все свои мысли, желания и действия сосредоточивать к тому, чтоб получить мир Божий и с Церковью всегда вопиять: Господи Боже наш! мир даждь нам (Ис. 26, 12).

О хранении мира душевного

Всеми мерами надобно стараться, чтоб сохранить мир душевный и не возмущаться оскорблениями от других; для сего нужно всячески стараться удерживать гнев и посредством внимания ум и сердце соблюдать от непристойных движений.

Такое упражнение может доставить человеческому сердцу тишину и соделать оное обителью для Самого Бога.

Образ такого безгневия мы видим на Григории Чудотворце, с которого в публичном месте жена некая блудница просила мзды, якобы за содеянный с нею грех; а он, на нее нимало не разгневавшись, кротко сказал некоему своему другу: даждь скоро ей цену, колико требует. Жена, только что прияла неправедную мзду, подверглась нападению беса; святый же отогнал от нее беса молитвою.

Ежели же невозможно, чтобы не возмутиться, то, по крайней мере, надобно стараться удерживать язык, по глаголу Псалмопевца: смятохся и не глаголах (Пс. 76, 5).

В сем случае сможем в образец себе взять святого Спиридона Тримифунтского и преподобного Ефрема Сирина. Первый так перенес оскорбление: когда, по требованию царя греческого, входил он во дворец, то некто из слуг, в палате царской бывших, сочтя его за нищего, смеялся над ним, не пускал его в палату, а потом ударил и в ланиту; святой Спиридон, будучи незлобив, по слову Господню, обратил ему и другую (Мф. 5, 39).

Преп. Ефрем, постясь в пустыне, лишен был учеником пищи таким образом: ученик, неся ему пищу, сокрушил на пути, нехотя, сосуд. Преподобный, увидев печального ученика, сказал к нему: не скорби, брате, аще бо не восхоте приити к нам пища, то мы пойдем к ней; и пошел, сел при сокрушенном сосуде и, собирая снедь, вкушал ее: так был он безгневен.

А как побеждать гнев, сие можно видеть из жития великого Паисия, который явившегося ему Господа Иисуса Христа просил, дабы Он освободил его от гнева; и рече ему Христос: аще гнев и ярость купно победити хощеши, ничесоже возжелай, ни возненавиди кого, ни уничижи.

Дабы сохранить мир душевный, должно отдалять от себя уныние и стараться иметь дух радостный, а не печальный, по слову Сираха: печаль бо многих уби и нeсть пользы в ней (Сир. 30, 25).

Когда человек имеет большой недостаток в потребных для тела вещах, то трудно победить уныние. Но сие, конечно, к слабым душам относиться должно.

Для сохранения мира душевного также всячески должно избегать осуждения других. Неосуждением и молчанием сохраняется мир душевный: когда в таком устроении бывает человек, то получает Божественные откровения.

К сохранению душевного мира надобно чаще входить в себя и спрашивать: где я? При сем должно наблюдать, чтобы телесные чувства, особенно зрение, служили внутреннему человеку и не развлекали душу чувственными предметами: ибо благодатные дарования получают токмо те, кои имеют внутреннее делание и бдят о душах своих.

Как относиться к родным и близким?

С ближними надо обходиться ласково, не делая даже и вида оскорбления. В отношении к ближним должны мы быть, как и словом, так и мыслью, чисты и во всем равны, иначе нашу жизнь сделаем бесполезной. Не должно быть в сердце злобы или ненависти к ближнему враждующему, но должно стараться любить его, следуя учению Господа: «Любите врагов ваша, добро творите ненавидящим вас».

Отчего мы осуждаем братий своих? Оттого, что не стараемся познать себя самих. Кто занят познанием самого себя, тому некогда замечать за другими. Осуждай себя и тогда перестанешь осуждать других. Самих себя должно нам считать грешнейшими всех и всякое дурное дело прощать ближнему, а ненавидеть только диавола, который прельстил его.

В молчании переноси, когда оскорбляет враг, и Господу открывай сердце свое. За обиду, какая бы ни была нанесена нам, не токмо не должно отмщать, но напротив того, должно еще прощать от сердца, хотя бы оно и противилось сему, и склонять его убеждением слова Божья: «Аще не отпускаете человекам согрешения их, то и отец ваш Небесный не отпустит согрешений ваших».

Как христианину относиться к неверующим?

Когда случится быть среди людей в мире, о духовных делах говорить не должно, особенно когда в них не примечается и желания к слушанию. Когда же надобность потребуется или дело дойдет, то откровенно во славу Божию действовать должно по глаголу: «Аз прославляющая Мя прославлю», потому что путь уже открылся. С человеком душевным надобно говорить о человеческих вещах, с человеком же, имеющим разум духовный, надобно говорить о небесных.

Не должно без нужды другому открывать сердца своего – из тысячи можно найти только одного, который сохранил бы тайну свою. Когда мы сами не сохраним ее в себе, как можем надеяться, что она может быть в сохранении другим? Что втекло в сердце лучшего, того мы без надобности выливать не должны, ибо тогда только собранное может быть в безопасности от видимых и невидимых врагов, когда оно хранится во внутренности сердца. Не всем открывай тайны сердца твоего.

Всеми мерами должно стараться скрывать в себе сокровище дарований, в противном случае потеряешь и не найдешь. Ибо, по опытному изречению святого Исаака Сирина: «Лучше есть помощь, яко от хранения, паче помощи, яже от дел».

Должно быть милостиву к убогим и странным – о сем много пеклись всякие священники и отцы Церкви. Мы должны всеми мерами стараться исполнять слово Божие: «Будите убо милосердны, яко же и Отец ваш милосерд есть». Когда же мы отвращаемся от человека или оскорбляем его, тогда на сердце прикладывается как бы камень.

«Я предал себя и свою волю Господу Богу…»

Саровская пустынь возникла в границах тогдашней Тамбовской епархии около 1700 г., когда возле речки Саровки поселилось (и в кельях и в пещерах) несколько отшельников, духовным главой которых стал иеросхимонах Иоанн († 1737). Из последующих ее настоятелей известны: Димитрий († 1747), Ефрем (настоятельствовал в период 1758—1778 гг.), Пахомий († ок. 1794) и игумен Нифонт (настоятельствовал с 1806 по 1842 г.). Здесь подвизались и такие весьма замечательные представители российского монашества, как Назарий (ранее — валаамский монах; † 1809) и его ученики: схимник Марк († 1817), духовник обители Иларион († 1841), иеромонахи Питирим († 1789) и Иоаким († 1841).

Сайда Афонина. Моление о даровании источника. Преподобный Серафим Саровский, 1996

Но наиболее прославился из саровской братии великий старец Серафим — этот воистину русский апостол христианской любви!

Преподобный Серафим (1754—1833) прошел все ступени замечательного, но тяжкого монашеского подвига. Сначала — простой «общежитный» инок, затем — пустынник, столпник, молчальник, затворник, старец… И всегда он, как никто другой из его современников, являл собой удивительно цельный и естественный образ истинного монаха, вполне в духе древних египетских или малоазийских «отцов-Боголюбцев» первых веков православного иночества.

Вся жизнь его определялась, по сути, только двумя, неразрывно связанными, евангельскими заповедями — любовью к Богу и любовью к человеку. Именно это основное свойство личности преподобного и счел необходимым подчеркнуть один из зарубежных историков российского благочестия, говоря, что Серафим «встает перед нами, как неиссякаемый источник сердечного благоволения в личных отношениях между людьми. Словно в световом центре, в нем сгущается характерная идея русской духовности: преображение всякой твари силою добровольной жертвы любви и сострадания». Всей сутью своего иноческого подвига засвидетельствовал он нам реально видимое откровение о животворном воздействии на человека всепобеждающей благодати Святого Духа.

Серафим (в миру Прохор) родился в семье курского купца средней руки И.И. Машнина. Отец его известен как начальный руководитель строительства Сергиево-Казанского храма в Курске (с 1833 г. — городского собора) на средства К.Е. Первышева, по проекту в стиле знаменитого архитектора Растрелли — но без его личного авторства). Однако в 1760 г. Исидор Иванович скончался и строительство продолжала вести его супруга — Агафия Фотиевна. Во время строительных работ впервые было явлено особое небесное избранничество будущего святого: семи лет, в 1761 г., он, по недосмотру матери, упал «с высоты здания» и остался совершенно невредим.

В юности Прохор тяжело заболел, и врачи предполагали уже смертельный исход. Но умирающий увидел во сне Пресвятую Богородицу, пообещавшую посетить его еще раз и тогда полностью исцелить. И действительно, чуть ли не на следующий день шедший по Курску с чтимой иконой Богоматери “Знамение” крестный ход был вынужден, из-за размытой дождями дороги, пойти прямо через двор Машниных. Мать вынесла Прохора из дома, и над больным пронесли икону: вскоре же он стал быстро поправляться.

После этого чудесного события юноша стал интересоваться только посещением храма, молитвой и чтением духовных книг. Уже в начале 1780-х гг. он решил оставить мир, и мать благословила его на монашеский подвиг медным крестом, с которым он не расставался до конца жизни. Для того, чтобы быть полностью уверенным в правильности избираемого им пути, юноша отправился на богомолье в Киево-Печерскую Лавру — помолиться у святых мощей преподобных Антония и Феодосия. Известная тогда киевская «старица» Китаевской пустыни Досифея (1721—1776) благословила его на постриг, причем именно в Саровской пустыни под Арзамасом. Когда Прохор пришел в эту обитель, ее настоятель Пахомий с любовью принял его.

Сначала будущего инока назначили трудиться в пекарню, потом — в просфорню. Высокого роста и весьма крепкого сложения, он был силен телесно, добросердечен и послушен, а потому с великим усердием выполнял общие для всей братии работы. Саровские иноки отнеслись к новоначальному подвижнику вполне благожелательно — за его трудолюбие, мягкий нрав и природное смирение. К тому же Прохор обладал твердой волей, светлым умом и острой памятью, живым даром слова.

Через некоторое время начались испытания веры молодого послушника — он вновь заболел: какое-то хроническое страшное воспаление в боку надолго приковало его к постели. И вновь Прохор в конце концов удостоился небесного исцеления. Пресвятая Дева предстала перед ним в сопровождении святых апостолов Петра и Иоанна Богослова и со словами: «Этот — нашего рода» коснулась рукой его головы, а жезлом — больного бока… Через несколько дней он, до того пролежав неподвижно три года, полностью выздоровел.

Вскоре после этого Прохор настолько окреп, что начал ходить по благословению настоятеля обители «со сбором» на строившуюся в обители церковь (для алтаря ее он впоследствии сам же и соорудил из кипарисового дерева резной Престол — для совершения Святой Евхаристии).

13 (26) августа 1786 г. настоятель постриг его в монашество с именем Серафим, что значит «пламенный», а чуть позже рукоположил в диаконский сан. Всё свое время молодой инок стремился проводить теперь в храме, покидая его лишь на несколько часов для сна.

В этот период он сподобился новых чудесных видений: сослужащих во время Литургии ангелов, а затем — и Самого Иисуса Христа. После явления ему Спасителя Серафим в течение двух часов не мог произнести ни слова от духовного восторга. Видения эти способствовали еще большему укреплению в нем чувства смирения и искреннего самоуничижения.

В сентябре 1793 г. Серафим был рукоположен во священника и стал служить Литургию неизменно каждый день.

В следующем году Саровская пустынь лишилась своего настоятеля — игумена Пахомия, который перед кончиной призвал к себе иеромонаха Серафима и поручил ему попечение об инокинях соседнего женского монастыря.

Вскоре Серафим получил благословение на подвиг отшельничества и удалился в свою, так называемую, «дальнюю пустыньку», находившуюся в 5—6 верстах от обители, на берегу реки Саровки. Здесь он стал жить в небольшой лесной хижине, питаясь поначалу одним хлебом и овощами, которые сам же и выращивал, а затем и вовсе одной только лесной травой — «сниткой»; по средам и пятницам (как традиционным и обязательным для православных постным дням) он вообще ничего не ел. И зимой, и летом подвижник носил неизменный белый холщевый балахон, поверх которого всегда висел большой медный крест — подарок матери; за плечами же его, в особой сумке, лежало Евангелие, с которым Серафим никогда не расставался.

В 1802 году его чуть не убили разбойники.

Осенью, когда он рубил дрова, к нему пришли три незнакомых крестьянина и, угрожая смертью, стали требовать денег. Серафим по-иночески не сопротивлялся им, хотя обладал в то время еще значительной телесной силой и к тому же имел в руках топор. Злодеи свалили святого на землю, ударив обухом топора по голове. Ему пробили голову и сломали несколько ребер. Серафим едва добрался до монастыря и неделю находился на грани жизни и смерти. Но опять явившаяся ему Богоматерь (и вновь со словами «Сей — нашего рода») исцелила его. Разбойников через некоторое время нашли, но преподобный запретил их наказывать, заявив, что вовсе уйдет из обители, если их не простят; тогда они сами пришли к нему со слезным покаянием. После побоев и болезни ранее крепкий, высокого роста, Серафим превратился в согбенного старца, постоянно опиравшегося то на посох, то на мотыгу, то на топорик.

С 1804 по 1807 г. Серафим принял на себя особый подвиг — столпничество. Почти три года (по преданию, 1000 дней и ночей!) провел он на камне, стоя на коленях, с воздетыми к небу руками, беспрестанно повторяя при этом молитву евангельского мытаря: «Боже, милостив буди мне грешному!». Это была своеобразная молитва об оставлении не только собственных грехов, но и грехов всего мира — удивительный подвиг столпничества в XIX в.

В 1807 г. по причине немощи Серафим сменил столпничество на полное «молчальничество», но в 1810 г. настоятель Саровской обители потребовал от него возвращения в монастырь. Великий подвижник вернулся на житье в монастырь (ранее он приходил в обитель главным образом для исповеди и причащения), но, выбрав себе келью (площадью в 3 кв. метра!), затворился в ней, не допуская к себе никого, кроме больничного служки и священника, исповедовавшего и причащавшего его здесь. В келье горела только лампада перед любимой его иконой Божией Матери «Умиление», или, как называл ее Серафим, «Радость всех радостей». Келья никогда не отапливалась, спал же преподобный на досках, с камнем под головой вместо подушки. Все его дни и ночи заполняла молитва с поклонами — до 1000 ежедневно. С осени 1815 г. он стал постепенно ослаблять суровость затвора, чтобы иметь возможность начать подвиг старчества — т. е. духовного наставничества приходивших к нему иноков и мирян. Наконец, в ноябре 1825 г. Серафиму вновь явилась Божия Матерь, повелев ему полностью выйти из затвора, чтобы нести утешение ближним и духовно-опытно руководить их христианской жизнью.

Но и пребывая в затворе, преподобный Серафим отнюдь не находился полностью вне исторического потока российской жизни: так, вместе со всей саровской братией, он особенно усилил свой молитвенный подвиг в предстоянии за Православную Русь в период нашествия на нее французов и их союзников в 1812 г. Однако мало кто знает, что в 1818 г. благодарная Россия наградила саровского игумена Нифонта с 13 иеромонахами, — а среди них и старца Серафима, — особыми наперсными крестами в честь победы над французской армией. В наградной грамоте преподобного говорилось:

«Тамбовской епархии Темниковской Саровской пустыни отцу иеромонаху Серафиму.

По благополучном, с помощью Вышняго, окончании войны с французами, благоугодно было Его Императорскому Величеству, Всемилостивейшему Государю нашему, между многими милостями, дарованными всем вообще верным Его подданным, отличить Российское духовенство особенным знаком Высочайшаго Своего благоволения и признательности, которыя изъяснены в Манифесте от 30 августа 1814 года следующими словами:

“Священнейшее духовенство Наше, призывавшее пред Олтарем Всевышняго теплыми молитвами своими благословение Божие на Всероссийское оружие и воинство, и примерами благочестия ободрявшее народ к единодушию и твердости, в знак благоволения к вере и любви к отечеству, да носит на персях своих, начиная от верховнаго Пастыря включительно до Священника, нарочно учреждаемый для сего Крест с надписью 1812 года”.

Ныне сии Кресты доставлены из Святейшаго Правительствующаго Синода для Духовенства Тамбовской епархии, и исполняя предписание Онаго, препровождаю при сем один таковый Крест к вам для ношения на персях на Владимирской ленте, как о том изъяснено в Высочайшем Его Императорского Величества Манифесте 30 августа 1814 года и особом Высочайшем повелении, прописанном в Указе из Святейшаго Синода февраля от 14 числа 1818 года.

Иона, епископ Тамбовский и Шацкий.

Марта 14 дня 1818 г.»

…Как пишет уже цитировавшийся выше автор «Очерков по Истории Русской Святости», «мы знаем святых столпников, затворников, исповедников, молчальников, старцев. Серафим был всем этим вместе. Он свел воедино все пути, которыми душа поднимается к Богу. Этот пример — быть может, единственный в истории христианской святости… Слава о святом старце быстро распространилась по всей России. Целыми днями он утешал несчастных, наставлял толпы людей, приходивших к нему за советом, без устали выслушивал всевозможные жалобы. На все вопросы, даже самые неожиданно-странные, он отвечал с одинаковой простотой, с добродушной улыбкой, часто не без юмора. Посетителей бывало иногда по тысяче в день, а он к концу дня не проявлял никаких признаков утомления, так же приветливо встречал последних, как первых, говорил им сначала все те же слова: “Христос воскресе, моя радость”… Достигнув своей молитвенной и подвижнической жизнью необычайного единения с Богом, Серафим тем самым стал по-новому необычайно близок людям. Вместе с властью в духовном мире он получил власть над миром материальным. Отсюда — множество чудес, добавившихся к расточавшимся им утешениям и к преподававшимся им советам и наставлениям».

О своем особом даре прозорливости сам Серафим говорил так: «Как железо ковачу, так и я предал себя и свою волю Господу Богу. Как Ему угодно, так и действую; своей воли не имею, а что Богу угодно, то и передаю. <…> Сердце человеческое открыто одному Господу и Один Бог Сердцеведец… А я, грешный Серафим, первое помышление, являющееся в душе моей, считаю указанием Божиим, и говорю, не зная, что у моего собеседника на душе, а только верую, что так мне указывает воля Божия для его пользы».

Как никто более на Руси, — пожалуй, кроме преподобного Сергия Радонежского, — Серафим Саровский смог воплотить в себе идеальный образ удивительно доброго, мирного и как-то особенно радостного святого. Недаром он порой так поучал духовных детей: «Веселость не грех, она отгоняет усталость, а от усталости ведь уныние бывает, и хуже его — нет. Оно все приводит с собою. Сказать слово ласковое, приветливое да веселое, чтобы у всех пред лицом Господа дух всегда весел, а не уныл был — вовсе не грешно… Нет нам дороги унывать, потому что Христос все победил, Адама воскресил, Еву освободил, смерть умертвил… Радость моя, стяжи себе мирный дух, и тысячи вокруг тебя спасутся».

Православному пути стяжания этого молитвенного духа Христова Серафим постоянно стремился учить своих духовных детей — и собственным личным примером, и задушевной пастырской с ними беседой, порой — посылая им письменные наставления. Сохранилось одно из таких наставлений, предположительно считающееся написанным самим великим старцем; эта рукопись принадлежала некогда духовному сыну Серафима — наместнику Троице-Сергиевой Лавры, преподобному Антонию (Медведеву; 1792—1877). Обращенное к иноку, это краткое поучение содержит главным образом призыв к постоянному совершению Иисусовой молитвы как основе всякого православного подвижничества. Вот текст записки — с живой речью самого Серафима:

«Учись умной (внутренней. — д. Г. М.) молитве сердечной, как учат Св. Отцы в Добротолюбии, ибо Иисусова молитва есть светильник стезям нашим и путеводная звезда к Небу.

Учись творить молитву чрез ноздряное дыхание, с сомкнутыми устами. Это искусство есть бич противу плоти и плотских похотений.

К обыкновенной Иисусовой молитве прибавляй: Богородицею помилуй мя.

Одна молитва внешняя недостаточна. Бог внемлет уму, а потому те монахи, кои не соединяют внешнюю молитву со внутреннею, не монахи, а черные головешки.

Бойся, как геенского огня, галок намазанных , ибо они часто из воинов царских — делают рабами сатаны.

Помни, что истинная молитва монашеская есть радушное перенесение клеветы напраслины: нет скорбей — нет и спасения.

Все делай потихоньку, полегоньку и не вдруг — добродетель не груша, ее вдруг не съешь».

Однако еще более важно то, что саровский чудотворец, как никто другой из русских святых, воочию сам мог показать силу молитвы и приобретения даров Святого Духа: как говорил он, «велика сила молитвы, она более всего приносит Духа Божьего… Она как бы всегда в руках наших, как орудие для стяжания благодати Духа».

Сохранились подробнейшие свидетельства о явлении этой благодати через самого старца (она иногда зримо сияла на его лице — «светлее солнца»).

Именно о таком «видении телесными глазами» сияющего, реального акта «сошествия Духа» на преподобного рассказал в своих «Записках» (найденных в 1902 г.) его ученик Н.А. Мотовилов, беседовавший со старцем в зимнем лесу во время снегопада: никакого холода он при этом не ощущал, объятый блеском окружавшего их «небесного света».

Как пишет Мотовилов: «Я взглянул… в лицо его… Представьте себе, в середине солнца, в самой блистательной яркости его полуденных лучей, лицо человека с вами разговаривающего. Вы видите движение уст его, меняющееся выражение его глаз, слышите его голос, чувствуете, что кто-то вас руками держит за плечи, но не только рук этих не видите, не видите ни самих себя, ни фигуры его, а только один свет ослепительный, простирающийся далеко, на несколько сажен кругом, и озаряющий ярким блеском своим и снежную пелену, покрывающую поляну, и снежную крупу, осыпающую сверху и меня, и великого старца. <…>

— Что же чувствуете вы теперь? — спросил меня о. Серафим.

— Необыкновенно хорошо! — сказал я.

— Да как же хорошо? Что именно?

Я отвечал:

— Чувствую я такую тишину и мир в душе моей, что никакими словами выразить не могу!..»

О путях достижения подобного духовного просветления Серафим тогда же сказал ему так: «Молитва, пост, бдения и всякие другие дела христианские, сколько ни хороши они сами по себе, однако не в делании только их состоит цель нашей христианской жизни, хотя они и служат необходимыми средствами для достижения ее. Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого Божьего. Пост же и бдение, и молитва, и милостыня, и всякое Христа ради делаемое доброе дело суть средства для стяжания Святого Духа Божьего… Заметьте… что лишь только ради Христа делаемое доброе дело приносит нам плоды Святого Духа. <…> Добро, ради Него делаемое, не только в жизни будущего века венец правды ходатайствует, но и в здешней жизни преисполняет человека благодати Духа Святого…»

Богодарованная духоносность преподобного Серафима преображала не только его самого, но порой и окружавший его мир — порой даже животных: как некогда у преп. Сергия Радонежского, так и у Серафима тоже был «свой» медведь. Об этом сохранился замечательный в своем роде рассказ старицы Дивеевской обители Матроны Плещеевой.

Как вспоминала Матрона уже после кончины великого старца, однажды она подходила к «дальней пустыньке» и «увидела, что о. Серафим сидит близ своей келлии на колоде и подле него стоит ужасной величины медведь. Я так и обмерла от страха и закричала во весь голос: батюшка, смерть моя! — и упала. Отец Серафим, услышав мой голос, ударил медведя и махнул ему рукою. Тогда медведь, как разумный, тотчас пошел в ту сторону, куда махнул ему о. Серафим, в густоту леса. Я же, видя все это, трепетала от ужаса и даже, когда подошел ко мне отец Серафим со словами: “не ужасайся и не пугайся”, я продолжала по-прежнему кричать: ой, смерть моя! На это старец отвечал мне: “нет, матушка, это не смерть; смерть от тебя далеко; а это радость”. И затем он повел меня к той же самой колоде, на которой сидел прежде и на которую, помолившись, посадил меня и сам сел. Не успели мы сесть, как вдруг тот же самый медведь вышел из густоты леса и, подойдя к отцу Серафиму, лег у ног его. Я же, находясь вблизи такого страшного зверя, сначала была в величайшем ужасе и трепете, но потом, видя, что отец Серафим обращается с ним без всякого страха, как с кроткой овечкой, и даже кормит его из своих рук хлебом, который принес с собой в сумке, я начала мало помалу оживотворяться верою. Особенно чудным показалось мне тогда лицо великого отца моего: оно было светло, как у ангела, и радостно». Осмелев, старица вскоре и сама кормила медведя — “с таким утешением, что желала бы еще кормить его, ибо зверь был кроток и ко мне грешной, за молитвы о. Серафима”».

Незадолго перед кончиной Серафима ему в двенадцатый (и в последний) раз явилась 25 марта (ст. ст.) 1832 г. Божия Матерь в сопровождении святых дев-мучениц и святых Иоанна Предтечи и Иоанна Богослова. За два дня до того преподобный поведал о грядущем чудесном событии своей духовной дочери Евпраксии, инокине ближайшего к Сарову женского Дивеевского монастыря. Этот монастырь был основан помещицей Агафией Мельгуновой (в иночестве Александрой) в третьей четверти XVIII в.; в дальнейшем устроителем обители стал сам преподобный Серафим. Евпраксия и присутствовала при этом необычайном «сошествии Неба на землю», впоследствии свидетельствуя о нем: «Я думала, что уже не живая». Явление Божией Матери завершилось обращением Ее к Серафиму: «Скоро, любимиче Мой, будешь с нами».

Святой старец стал готовиться к смерти. Он уже давно смастерил себе дубовый гроб-колоду и без всякой боязни, с радостью ожидал перехода в вечность. Преподобный говорил: «Жизнь моя сокращается — духом я как бы сейчас родился, а телом ко всему мертв!.. Когда меня не станет — вы ко мне на гробик ходите! И чем чаще, тем лучше. Все, что есть у вас на душе, что бы ни случилось с вами, придите ко мне, да все горе с собой-то и принесите на мой гробик! Как живому, все и расскажите! Как вы с живым всегда говорили, так и тут! Для вас я живой есть и буду вовеки!».

Замечательный подвижник скончался в ночь на 2 (15) января 1833 г. Незадолго перед тем он предсказал, что кончина его откроется через пожар. Рано поутру в этот день два инока, проходя мимо кельи старца, почувствовали запах дыма — на стук в дверь никто не отвечал. Тогда они взломали ее и обнаружили преподобного стоящим на коленях на молитве перед его любимой келейной иконой Божией Матери «Умиление» — со скрещенными на груди руками, с необычайно мирным и просветленным выражением лица. От свечи, выпавшей у старца из руки, уже начала тлеть его одежда.

Серафим предузнал не только близкую свою смерть, но и будущую радость своего прославления.

Вообще народ почитал старца святым задолго до официального внесения его в святцы отечественной Православной Церкви, но празднование причисления его к лику святых произошло лишь 19 июля (1 августа) 1903 г., — и это он тоже предсказал: «…какая будет радость! Среди лета запоют Пасху! А народу-то, народу-то со всех сторон, со всех сторон!» Так и произошло в Сарове и соседнем Дивееве на торжествах его канонизации, когда поклониться великому подвижнику приехали тысячи и тысячи православных христиан России — во главе с Государем Николаем II и другими представителями Царской семьи.

Архимандрит Никон (Рождественский), впоследствии архиепископ Вологодский, свидетель саровских торжеств, передавая свои впечатления о них, отметил, в частности, и одно из многочисленных состоявшихся тогда чудотворений: «Настало утро 19 июля. После ранних обеден, за которыми было множество причастников, в восемь часов ударили к поздней литургии… в общей молитве участвовал и Царь со своими спутниками. Особенно трогательна была минута, когда святые мощи во время малого входа были внесены в алтарь и обнесены вокруг престола при пении: “Спаси ны, Сыне Божий, во святых Дивен Сый, поющия Ти: аллилуия”. Когда их вынесли снова на средину церкви и стали опускать в дубовый гроб под сению великолепной раки, то одна женщина быстро просунула руку между нами, несшими гроб, отерла белым платком дно гробницы, в коей мы несли святые мощи, и тотчас же отерла платком личико своей дочери… Девочка тут же заговорила: она была немая… Можно себе представить всю радость матери!.. Свидетелем сего чуда был сам благочестивейший Государь, который на другой день, после напутственного молебна пред отъездом, изволил подозвать к себе эту девочку с матерью и лично с ними беседовать по поводу сего исцеления…».

Духовная высота, на которую продолжали подниматься и в Новое время многие наши отечественные подвижники — и архиереи, и простые монахи, подобные саровскому чудотворцу, способствовала проявлению в них особого Божиего дара прозрения будущих судеб — и отдельных людей, и целых народов — дара провидческого. И при этом замечательно, что все они, как один, видели впереди и со скорбными увещеваниями предрекали русскому народу страшные беды и кары Божии — за возможное в грядущем, почти всенародное, богоотступничество-«апостасию» и возникновение затем страшного безбожного «Царство хама» на месте прежде духовно великой России!

Так и великий Серафим предрек в свое время не только светлые празднества в Сарове, но и страшные бедствия, которые в будущем должны будут обрушиться на Россию, предсказал ужасные гонения на Церковь, неисчислимое число мучеников за веру и полное разорение монастырей. «Будет, — говорил он, — такая скорбь, чего от начала мира не было… Настанет такое время, что ангелы не будут поспевать принимать души… Когда век-то кончится, начнет антихрист кресты с церквей снимать, да монастыри разорять, и все до единого разорит». И действительно, столетие спустя после кончины старца, в 1930-ые гг., в России не осталось ни одного открытого монастыря!

В то же время преподобный Серафим твердо говорил и о будущем возрождении «Русско-Славянского Царства».

Святой старец предвидел даже и такую «частность» своей посмертной судьбы, как то, что он (по собственным его словам) не будет «лежать телом» в Сарове, а его положат с честью в близлежащем Дивеевском монастыре, который после гонений на веру возродится и со временем прославится на весь православный мир.

Часть этих пророчеств, как известно, уже исполнилась…

После разорения большевиками Саровского монастыря в нем (по указанию одного из сталинских палачей России — Л. Берии) впоследствии был образован научный центр по созданию водородной бомбы — так называемый «закрытый город» Арзамас-16 (существует и поныне); тайно же вывезенные оттуда ранее чекистами святые мощи преподобного Серафима долгие годы находились в Музее истории религии и атеизма (точнее — в оскверненном подобным «музеем» здании Казанского собора в тогдашнем Ленинграде). Но в феврале 1991 г. рака с мощами была наконец перевезена оттуда в Москву, в Богоявленский кафедральный собор в Елохове, а летом перенесена — с торжественным крестным ходом — в Свято-Троицкий собор вновь открытой Серафимо-Дивеевской обители… В родном же монастыре (и поныне все еще не восстановленном) великому святому России места, как он и предсказывал, так и не нашлось!

После преподобного Сергия Радонежского ни один российский подвижник не олицетворяет с такой полнотой, как Серафим, саму идею отечественной национальной святости — с ее неизменным утверждением сердечной любви к Богу и человеку, что всегда и оставалось основным жизненным идеалом Святой Руси.