Шмелев и лето господне

Иван Шмелёв. Чистый понедельник. Глава из книги »Лето Господне»

Я просыпаюсь от резкого света в комнате: голый какой-то свет, холодный, скучный. Да, сегодня Великий Пост. Розовые занавески, с охотниками и утками, уже сняли, когда я спал, и оттого так голо и скучно в комнате. Сегодня у нас Чистый Понедельник, и все у нас в доме чистят. Серенькая погода, оттепель. Капает за окном — как плачет. Старый наш плотник — «филёнщик» Горкин, сказал вчера, что масленица уйдет — заплачет. Вот и заплакала — кап… кап… кап… Вот она! Я смотрю на растерзанные бумажные цветочки, назолоченый пряник «масленицы» — игрушки, принесенной вчера из бань: нет ни медведиков, ни горок, — пропала радость. И радостное что-то копошится в сердце: новое все теперь, другое. Теперь уж «душа начнется», — Горкин вчера рассказывал, — «душу готовить надо». Говеть, поститься, к Светлому Дню готовиться.

— Косого ко мне позвать! — слышу я крик отца, сердитый.

Отец не уехал по делам: особенный день сегодня, строгий, — редко кричит отец. Случилось что-нибудь важное. Но ведь он же его простил за пьянство, отпустил ему все грехи: вчера был прощеный день. И Василь-Василич простил всех нас, так и сказал в столовой на коленках — «всех прощаю!». Почему же кричит отец?

Отворяется дверь, входит Горкин с сияющим медным тазом. А, масленицу выкуривать! В тазу горячий кирпич и мятка, и на них поливают уксусом. Старая моя нянька Домнушка ходит за Горкиным и поливает, в тазу шипит, и подымается кислый пар, — священный. Я и теперь его слышу, из дали лет. Священный… — так называет Горкин. Он обходит углы и тихо колышет тазом. И надомной колышет.

Незабвенный, священный запах. Это пахнет Великий Пост. И Горкин совсем особенный, — тоже священный будто. Он еще до свету сходил в баню, попарился, надел все чистое, — чистый сегодня понедельник! — только казакинчик старый: сегодня все самое затрапезное наденут, так «по закону надо». И грех смеяться, и надо намаслить голову, как Горкин. Он теперь ест без масла, а голову надо, по закону, «для молитвы». Сияние от него идет, от седенькой бородки, совсем серебряной, от расчесанной головы. Я знаю, что он святой. Такие — угодники бывают. А лицо розовое, как у херувима, от чистоты. Я знаю, что он насушил себе черных сухариков с солью, и весь пост будет с ними пить чай — «за сахар».

— А почему папаша сердитый… на Василь-Василича так?

И я принимаюсь читать про себя недавно выученную постную молитву.

В комнатах тихо и пустынно, пахнет священным запахом. В передней, перед красноватой иконой Распятия, очень старой, от покойной прабабушки, которая ходила по старой вере, зажгли постную, голого стекла, лампадку, и теперь она будет негасимо гореть до Пасхи. Когда зажигает отец, — по субботам он сам зажигает все лампадки, — всегда напевает приятно-грустно: «Кресту Твоему поклоняемся, Владыко», и я напеваю за ним, чудесное:

И свято-е… Воскресе-ние Твое

Сла-а-вим!

Радостное до слез бьется в моей душе и светит, от этих слов. И видится мне, за вереницею дней Поста, — Святое Воскресенье, в светах. Радостная молитвочка! Она ласковым счетом светит в эти грустные дни Поста.

Мне начинает казаться, что теперь прежняя жизнь кончается, и надо готовиться к той жизни, которая будет… где? Где-то, на небесах. Надо очистить душу от всех: грехов, и потому все кругом — другое. И что-то особенное около нас, невидимое и страшное. Горкин мне рассказал, что теперь — «такое, как душа расстается с телом». Они стерегут, чтобы ухватить душу, а душа трепещет и плачет — «увы мне, окаянная я!» Так и в ифимонах теперь читается.

В доме открыты форточки, и слышен плачущий и зовущий благовест — по-мни.. по-мни… Это жалостный колокол, по грешной душе плачет. Называется — постный благовест. Шторы с окон убрали, и будет теперь по-бедному, до самой Пасхи. В гостиной надеты серые чехлы на мебель, лампы завязаны в коконы, и даже единственная картина, — «Красавица на пиру», — закрыта простынею.

Преосвященный так посоветовал. Покачал головой печально и прошептал: «греховная и соблазнительная картинка!» Но отцу очень нравится — такой шик! Закрыта и печатная картинка, которую отец называет почему-то — «прянишниковская», как старый дьячок пляшет, а старуха его метлой колотит. Эта очень понравилась преосвященному, смеялся даже. Все домашние очень строги, и в затрапезных платьях с заплатами, и мне велели надеть курточку с продранными локтями. Ковры убрали, можно теперь ловко кататься по паркетам, но только страшно, Великий Пост: раскатишься — и сломаешь ногу. От «масленицы» нигде ни крошки, чтобы и духу не было. Даже заливную осетрину отдали вчера на кухню. В буфете остались самые расхожие тарелки, с бурыми пятнышками-щербинками, — великопостные. В передней стоят миски с желтыми солеными огурцами, с воткнутыми в них зонтичками укропа, и с рубленой капустой, кислой, густо посыпанной анисом, — такая прелесть. Я хватаю щепотками, — как хрустит! И даю себе слово не скоромиться во весь пост. Зачем скоромное, которое губит душу, если и без того все вкусно? Будут варить компот, делать картофельные котлеты с черносливом и шепталой, горох, маковый хлеб с красивыми завитушками из сахарного мака, розовые баранки,»кресты» на Крестопоклонной… мороженая клюква с сахаром, заливные орехи, засахаренный миндаль, горох моченый, бублики и сайки, изюм кувшинный, пастила рябиновая, постный сахар — лимонный, малиновый, с апельсинчиками внутри, халва… А жареная гречневая каша с луком, запить кваском! А постные пирожки с груздями, а гречневые блины с луком по субботам… а кутья с мармеладом в первую субботу, какое-то «коливо»! А миндальное молоко с белым киселем, а киселек клюквенный с ванилью, а…великая кулебяка на Благовещение, с вязигой, с осетринкой! А калья, необыкновенная калья, с кусочками голубой икры, с маринованными огурчиками… а моченые яблоки по воскресеньям, а талая, сладкая-сладкая «рязань»… а «грешники», с конопляным маслом, с хрустящей корочкой, с теплою пустотой внутри!.. Неужели и т а м, куда все уходят из этой жизни, будет такое постное! И почему все такие скучные? Ведь все — другое, и много, так много радостного. Сегодня привезут первый лед и начнут набивать подвалы, — весь двор завалят. Поедем на «постный рынок», где стон стоит, великий грибной рынок, где я никогда не был… Я начинаю прыгать от радости, но меня останавливают:

— Пост, не смей! Погоди, вот сломаешь ногу.

Мне делается страшно. Я смотрю на Распятие. Мучается, Сын Божий! А Бог-то как же… как же Он допустил?..

Чувствуется мне в этом великая тайна — Б о г.

В кабинете кричит отец, стучит кулаком и топает. В такой-то день! Это он на Василь-Василича. А только вчера простил. Я боюсь войти в кабинет, он меня непременно выгонит, «сгоряча», — и притаиваюсь за дверью. Я вижу в щелку широкую спину Василь-Василича, красную его шею и затылок. На шее играют складочки, как гармонья, спина шатается, а огромные кулаки выкидываются назад, словно кого-то отгоняют, — злого духа? Должно быть, он и сейчас еще «подшофе».

— Чуть не изувечили публику! Пьяные, с гор катали? От квартального с Пресни записка мне… Чем это пахнет? Докладывай, как было.

— А ты, трезвый?

— Рожа твоя пьяная понравилась! Ну, ври…

— Антошка с Глухим как, лежат?

Василь-Василич видит меня, смотрит сонно и показывает руками, словно хочет сказать: «ну, ни за что!» Мне его жалко и стыдно за отца: в такой-то великий день, грех!

Я долго стою и не решаюсь — войти? Скриплю дверью. Отец, в сером халате, скучный, — я вижу его нахмуренные брови, — считает, деньги. Считает быстро и ставит столбиками. Весь стол в серебре и меди. И окна в столбиках. Постукивают счеты, почокивают медяки и- звонко — серебро.

Так его все расстроило, что и не ущипнул за щечку.

В мастерской лежат на стружках, у самой печки, Петр Глухой и Антон Кудрявый. Головы у них обложены листьями кислой капусты, -«от угара». Плотники, сходившие в баню, отдыхают, починяют полушубки и армяки. У окошка читает Горкин Евангелие, кричит на всю мастерскую, как дьячок. По складам читает. Слушают молча и не курят: запрещено на весь пост, от Горкина; могут идти на двор. Стряпуха, стараясь не шуметь и слушать, наминает в огромных чашках мурцовку-тюрю. Крепко воняет редькой и капустой. Полупудовые ковриги дымящегося хлеба лежат горой. Стоят ведерки с квасом и с огурцами. Черные часики стучат скучно. Горкин читает-плачет:

— ..и вси… свя-тии… ангелы с Ним.

Поднимается шершавая голова Антона, глядит на меня мутными глазами, глядит на ведро огурцов на лавке, прислушивается к напевному чтению святых слов… — и тихим, просящим, жалобным голосом говорит стряпухе:

— Ох, кваску бы… огурчика бы…

А Горкин, качая пальцем, читает уже строго:

«Идите от Меня… в огонь вечный… уготованный диаволу и аггелам его!..»

А часики, в тишине, — чи-чи-чи…

Я тихо сижу и слушаю.

После унылого обеда, в общем молчании, отец все еще расстроен, — я тоскливо хожу во дворе и ковыряю снег. На грибной рынок поедем только завтра, а к ефимонам рано. Василь-Василич тоже уныло ходит, расстроенный. Поковыряет снег, постоит. Говорят, и обедать не садился. Дрова поколет, сосульки метелкой посбивает… А то стоит и ломает ногти. Мне его очень жалко. Видит меня, берет лопаточку, смотрит на нее чего-то и отдает — ни слова.

У меня перехватывает в горле от этих слов. За что?! и в такой-то день! Велено всех прощать, и вчера всех простили и Василь-Василича.

— Василь-Василич! — слышу я крик отца и вижу, как отец, в пиджаке и шапке, быстро идет к сараю, где мы беседуем. — Так как же это, по билетным книжкам выходит выручки к тысяче, а денег на триста рублей больше? Что за чудеса?..

— Какие есть — все ваши, а чудесов тут нет, — говорит в сторону, и строго, Василь-Василич. — Мне ваши деньги… у меня еще крест на шее!

— А ты не серчай, чучело… Ты меня знаешь. Мало ли у человека неприятностей.

Из одного кармана вылетает на снег надкусанный кусок черного хлеба, а из другого огрызок соленого огурца. Должно быть, не ожидал этого и сам Василь-Василич. Он нагибается, конфузливо подбирает и принимается сгребать снег. Я смотрю на отца. Лицо его как-то осветилось, глаза блеснули. Он быстро идет к Василь-Василичу, берет его за плечи и трясет сильно, очень сильно. А Василь-Василич, выпустив лопату, стоит спиной и молчит. Так и кончилось. Не сказали они ни слова. Отец быстро уходит. А Василь-Василич, помаргивая, кричит, как всегда, лихо:

— Нечего проклажаться! Эй, робята… забирай лопаты, снег убирать… лед подвалят — некуда складывать!

Выходят отдохнувшие после обеда плотники. Вышел Горкин, вышли и Антон с Глухим, потерлись снежком. И пошла ловкая работа. А Василь-Василич смотрел и медленно, очень довольный чем-то, дожевывал огурец и хлеб.

— Постишься, Вася? — посмеиваясь, говорит Горкин. — Ну-ка покажи себя, лопаточкой-то… блинки-то повытрясем.

Я смотрю, как взлетает снег, как отвозят его в корзинах к саду. Хрустят лопаты, слышится рыканье, пахнет острою редькой и капустой.

Начинают печально благовестить — помни… помни… — к ефимонам.

— Пойдем-ка в церкву, Васильевские у нас сегодня поют, — говорит мне Горкин.

Уходит приодеться. Иду и я. И слышу, как из окна сеней отец весело кличет:

— Василь-Василич… зайди-ка на минутку, братец.

Когда мы уходим со двора под призывающий благовест, Горкин мне говорит взволнованно, — дрожит у него голос:

Краткое содержание «Лето Господне»

Роман «Лето Господне» Шмелева, написанный в 1948 году в Париже, является автобиографическим произведением. В книге описана жизнь патриархальной купеческой семьи глазами маленького мальчика. Привычный жизненный уклад русского купечества показан через церковный богослужебный год.

Для лучшей подготовки к уроку литературы рекомендуем читать онлайн краткое содержание «Лето Господне» по главам. Проверить свои знания можно при помощи теста на нашем сайте.

Главные герои

Ваня – добрый, живой и веселый мальчик, которому нет еще и семи лет, от его лица ведется повествование.

Другие персонажи

Сергей Иванович – отец Вани, зажиточный купец, живущий по совести.

Михаил Панкратович Горкин – старый плотник, духовный наставник Вани.

Праздники

Великий пост

Чистый понедельник

В Чистый понедельник «в доме чистят». Ваня вспоминает, как Горкин вчера рассказывал, что нужно готовить душу к светлому празднику – «говеть, поститься, к Светлому Дню готовиться». Старый плотник Горкин всегда рядом с Ваней, и помогает ему понять смысл религиозных праздников и обрядов.

Ефимоны

На Ефимоны Ваня отправляется с Горкиным в храм. Это его первое стояние, и мальчику «немножко страшно».

Мартовская капель

Засыпая, Ваня слышит, как в окно стучит не серый унылый дождь, а «веселая мартовская капель». Он рисует картины прихода долгожданной весны, и на душе его становится легко и радостно.

Постный рынок

На следующее утро Ваня с Горкиным отправляется на «Постный Рынок». Дорога их лежит мимо Кремля, и всеведущий Михаил Панкратович рассказывает мальчику все, что знает о Москве.

Благовещенье

Часть 1

Завтра у всех православных «красный денечек будет» – Благовещенье. Неожиданно в отцовском кабинете «жавороночек запел, запел-зажурчал, чуть слышно» – до этого дня он молчал больше года.

Часть 2

На Благовещенье торговец приносит в купеческий дом множество птиц, и, по старому обычаю, их выпускают вместе и хозяин, и работники. Ваня, выпуская на волю маленьких пичужек, чувствует большую радость.

Пасха

Ваня всем своим сердцем, своей юной душой чувствует, насколько «необыкновенные эти дни – страстные, Христовы дни». Горкин ведет Ваню в храм, откуда берет начало Крестный ход.

Розговины

Во дворе накрыты праздничные столы, хозяева садятся за стол вместе с работниками – так повелось исстари.

Царица Небесная

В дом должны принести Иверскую икону Богородицы, и по этому случаю двор тщательно убирают. Все молятся Заступнице, икону торжественно вносят в дом, обходят с ней амбары, скотный двор, рабочие спальни.

Троицын день

На Вознесенье в доме пекут «Христовы лесенки» и едят их осторожно, перекрестясь: «кто лесенку сломает – в рай и не вознесется, грехи тяжелые». Все углы и иконы в доме украшены березовыми ветвями. Церковь выглядит, словно цветущий сад – «благоприятное лето Господне».

Яблочный спас

Горкин объясняет мальчику, что в яблочный Спас плоды необходимо кропить святой водой перед тем, как съесть, поскольку «грех пришел через них».

Рождество

На Рождество «на улицах – сугробы, все бело», а за несколько дней до праздника «на рынках, на площадях, – лес елок». Под образа, на сено ставят кутью «из пшеницы, с медом; взвар – из чернослива, груши, шепталы». Все эти угощения – в дар Христу.

Святки

Птицы Божьи

Утро Рождества. Из кухни раздаются головокружительные запахи – это «густые запахи Рождества, домашние». Сергей Иванович поздравляет всех с Рождеством Христовым и приглашает к праздничному, богато украшенному столу.

Обед «для разных»

В купеческий дом «проходят с черного хода, крадучись» бедно одетые люди. Первым делом они греются у печки, а после – принимаются за праздничный обед.

Круг царя Соломона

У Вани «горлышко болит», и родители без него отправляются в театр. Домашние собираются за столом, и Горкин принимается гадать по кругу царя Соломона – кому что выпадет.

Крещенье

В Крещенье стоит трескучий мороз. Горкин умывает Ваню «святой водой, совсем ледяной». Впервые Ваня едет со взрослыми на Москву-реку смотреть, как народ ныряет в прорубь в ледяную воду.

Масленица

Сергей Иванович отдает распоряжения – сам преосвященный «на блинах будет в пятницу». На кухне «широкая печь пылает», здесь полным ходом идет работа. Хозяин дома торжественно встречает архиерея и принимается угощать его.

«В субботу, после блинов» все едут кататься с горок, специально залитых льдом. Там уже полным-полно людей. Кататься с таких горок – одно удовольствие, «дух захватывает, и падает сердце на раскате».

Радости

Ледоколье

Горкин отправляется на ледокольню вместе с Ваней. Мальчик оказывается там впервые и поражается тому, что «там такая-то ярмонка, — жара прямо». Здесь работают все «»случайный народ», пропащие, поденные».

Петровками

Петровский пост или «Петровки» – «пост легкий, летний». Горкин объясняет мальчику, что он так назван в честь первых апостолов Петра и Павла, которые «за Христа мученицкий конец приняли».

Крестный ход

«Донская»

Перед Крестным ходом хоругви украшают живыми цветами, улицу посыпают песком и травой, «чтобы неслышно было, будто по воздуху понесут».

Покров

Горкин рассказывает Ване, как Покров «всю землю покрывает, ограждает». Под таким Покровом ничего не страшно, знай себе – работай прилежно да живи по совести.

Именины

Предверие

Осень в купеческом доме – самая «именинная пора». В эту пору празднуют именины Ваня, его отец и матушка, Горкин, а также другие, не столь близкие мальчику люди. На именины Сергея Ивановича родные решают удивить его невиданным доселе кренделем, на котором сверху красуется надпись «на День Ангела — хозяину благому».

Празднование

Когда вносят роскошный крендель в дом, «по всем комнатам разливается сдобный, сладко-миндальный дух», а Сергей Иванович утирает слезы счастья и со всеми целуется.

Михайлов день

Михаил Панкратович празднует именины в Михайлов день. От Ваниного отца он получает дорогие подарки, и старик искренне радуется им, как ребенок.

Филиповки

На Филипповки «снегу больше аршина навалило, и мороз день ото дня крепчей». Так зовется Рождественский Пост, «от апостола Филиппа». Сергей Иванович с помощниками принимается ставить «ледяной дом», а Ване дает задание – «нашлепать» билеты для катания с гор.

Как только на Конную площадь начинают стекаться обозы с живностью – значит, скоро Рождество. После службы Ваня любуется звездным небом, на котором особенно выделяется «Рождественская звезда».

Ледяной дом

При строительстве Ледяного дома в Зоологическом саду отец очень боится нежданной оттепели – «все и пропадет, выйдет большой скандал». При торжественном его открытии в небо запускают шипящие ракеты, которые освещают сказочный, хрустальный замок миллионом огней.

Крестопоклонная

В субботу третьей недели Великого Поста, перед Крестопоклонной, в доме выпекают «кресты» – «особенное печенье, с привкусом миндаля, рассыпчатое и сладкое». В Крестопоклонную неделю выдерживают строгий, священный пост. Все домашние опечалены дурным предзнаменованием – зацвел «змеиный цвет», сулящий скорую смерть.

Говенье

Ваня, наряду со взрослыми, впервые говеет. Он не ест сладкого, смывает грехи в бане, в пятницу перед вечерей просит у всех прощения, и в церкви кается в своих детских прегрешениях.

Вербное воскресенье

Дом украшают пышной, красивой вербой. Горкин рассказывает, что в это день Господь воскресил Лазаря – «вечная, значит, жизнь всем будет, все воскреснем».

На святой

В светлый праздник Пасхи у Вани отличное настроение – он рад всему, что его окружает. Дворовые наказывают дворника Гришку, который всех обманул, что поговел, а сам этого не сделал. Его облили ледяной водой, а «вечерком повели в трактир, сделали мировую».

Егорьев день

В этот год «Пасха случилась поздняя, захватила Егорьев День». Прилетели первые ласточки, но скворечники все еще пустуют – дурное предзнаменование.

Радуница

Радуница – «усопший праздник», как любит говорить Горкин. В этот день православные на могилки, и мысленно радуются, что все воскреснем. «Потому и зовется — Радуница».

После посещения кладбища Ваня и Горкин узнают страшную новость – Сергея Ивановича сильно ушибла лошадь.

Скорби

Святая радость

В купеческий дом с утра до вечера приходят гости со всей Москвы – беспокоятся за Сергея Ивановича, молятся за его здоровье. Со временем отцу становится лучше, но голова еще «тяжелая, будто свинцом налито, и словно иголки колют».

Живая вода

Чтобы «скатить» остатки болезни, отец отправляется в «Тридцатку» – это «самая дорогая баня, 30 копеек, и ходят в нее только богатые гости, чистые».

Москва

После бани Сергею Ивановичу, действительно, стало лучше. Все радуются, что добрый и справедливый хозяин «жив-здоров». В компании Горкина и Вани он отправляется н Воробьевку и «смотрит на родную свою Москву, долго смотрит». Однажды на стройке у отца сильно закружилась голова, и он чуть не упал с лесов. Настроение в доме стало унылым – отцовская «болезнь воротилась».

Серебряный сундучок

Доктор ругается, что отец совсем себя не бережет и, «чуть голове получше», уезжает по делам. Люди приносят ему различные чудотворные иконы, «заздравные» просвирки, но Сергею Ивановичу не становится лучше.

Горькие дни

Отцовская болезнь угнетающе действует на Ваню, который даже боится смотреть на него. К Сергею Ивановичу приезжают известные доктора, и на консилиуме они приходят к выводу, что единственный способ облегчить сильные головные боли и головокружения – операция, но выживает после нее только один из десяти. Остается только уповать на волю Божью.

Благословение детей

После Успенья, как всегда, в доме солят огурцы. Но только песен не поют – отцу совсем плохо. В день Ивана Богослова «матушка, в слезах» просит Сергея Ивановича благословить детей. Он уже никого не видит, но благословит Ваню и трех дочек: Сонечку, Маню и Катюшу.

Соборование

На Покров в доме рубят капусту, но былой радости нет. Все знают, «что нет никакой надежды: отходит» Сергей Иванович. Приезжают батюшки, собираются все родные – «неторопливо, благолепно» проходит служба соборования отца, которому трудно даже сидеть на подушках.

Кончина

В день своих именин Сергею Ивановичу так плохо, «что и словечка выговорить не может». Целый день имениннику несут поздравительные пироги, «родные, и неродные приезжают, справляются, как папашенька». К вечеру Сергей Иванович тихо умирает.

Похороны

Детей ведут к гробу, чтобы в последний раз попрощаться с усопшим отцом. При виде сморщенного желтого отцовского лица Ване становится плохо. От пережитых волнений его совсем не держат ноги, и он не может идти на похороны. Льется холодный осенний дождь, «улица черна народом», во дворе стоит серебряный гроб – «это последнее прощанье, прощенье с родимым домом, со всем, что было…».

Роман Шмелева «Лето Господне» нередко называют энциклопедией православной жизни – настолько подробно автор описал все важные для каждого христианина религиозные праздники. Нравственные качества главного героя – мальчика Вани – формируются под влиянием религии, и благодаря этому ему удается пережить смерть горячо любимого отца и обрести новый смысл жизни.

Краткий пересказ «Лето Господне» будет особенно полезен для читательского дневника и при подготовке к уроку литературы.

Тест по роману

Проверьте запоминание краткого содержания тестом:

Рейтинг пересказа

«Лето Господне» Ивана Шмелева

Сегодня роман «Лето Господне» Ивана Сергеевича Шмелева известен по всему миру и заслуженно входит в сокровищницу мировой и русской литературы. Даже когда читаешь эту книгу сейчас, в XXI веке, перед глазами всплывают яркие картинки из жизни той старой России, где жизнь проходила в неотрывной связи с Церковью и церковными праздниками.

Иван Шмелев родился в купеческой семье, в легендарном районе Москвы – Замоскворечье. Рос он в традиционной патриархальной среде, где религиозность составляла неотъемлемую часть быта – то, что еще называют бытовой религиозностью. В 7 лет Иван Шмелев потерял любимого отца, это оставило тяжелый отпечаток в душе будущего писателя и отразилось в его романе «Лето Господне».

Хотя с юного возраста Иван Сергеевич любил писать, учился он на юридическом факультете и о литературном творчестве не помышлял. В студенческие годы Шмелев отошел и от Церкви, увлекшись модным тогда позитивизмом. Все начало меняться в 1895 году, когда будущий писатель вместе с молодой женой отправился в Троице-Сергиеву Лавру получить благословение на свадебное путешествие у отца Варнавы. Спустя сорок лет, уже в 1936 году, Шмелев в подробностях вспоминал эту встречу и слова старца: «превознесешься своим талантом».

Предсказание начало сбываться: уже в 1910-х Шмелев печатался в журналах «Русское богатство», «Русская мысль», а в годы Первой мировой войны выпустил сборник «Суровые дни». Но впереди ждали суровые дни в жизни самого писателя…

Шмелев не принял Октябрьскую революцию, вместе с семьей он переехал в Крым, откуда в 1922 эмигрировал сначала в Берлин, а затем в Париж. В 1921 году единственного сына писателя без суда и следствия расстреляли большевики. Долгое время Шмелевы ничего не знали о судьбе юноши. Правда стала известна им уже в Париже. Переживанием этой утраты проникнуто произведение «Солнце мертвых», опубликованное в 1923 году и вскоре принесшую писателю известность заграницей.

Шмелев жил очень бедно: в отличие от многих других писателей-эмигрантов, он не хотел заискивать перед издателями и искать себе покровителей. Насущные проблемы поиска еды и крова не могли не осложнять жизнь. А в 1936 году Шмелева постигла новая утрата – умерла любимая жена…

Однако творчество Ивана Сергеевича не было пропитано болью и отчаянием. Он жил воспоминаниями о детстве, о православной России и о ее духовном наследии. В 1948 году в Париже был напечатан роман «Лето Господне». Написанная в эмиграции человеком, на долю которого выпало немало сложностей и страданий, эта книга показывает нам мир светлой радости, мир, увиденный глазами маленького мальчика.

Этот роман автобиографичен, даже имена главных героев взяты из жизни: Ванечка, его отец Сергей Иванович, глава купеческой семьи, старый плотник Горкин – все они реальны. Действие романа начинается в Чистый понедельник, первый день Великого Поста, и движется по кругу, следуя за событиями церковного богослужебного года.

Отсюда и название книги – «Лето Господне». Имеется в виду церковный год, который начинается с осени, церковного новолетия, наступающего 1 сентября по старому стилю, 14 сентября по новому стилю. Год называют летом благодати Господней, желая обозначить период времени, который прошел благоприятно или который предстоит прожить с упованием на Промысел Божий.

Каждая глава книги посвящена отдельному событию и представляет собой маленькое завершенное произведение. Благовещенье, Пасха, Троица, Преображение, Рождество, Крещенье, Масленица, Покров, Вербное Воскресенье – все эти праздники описаны в романе. Ване знакомы все эти названия, но он еще не до конца понимает смысл, вкладываемый в них взрослыми. Для мальчика православные праздники, соблюдение Поста – это нечто естественное, часть жизни семьи.

Роман завершается трагическими событиями – смертью главы семьи, и в годовой цикл, наряду с праздниками и радостями входят скорби – соборование отца Ванечки, похороны. Но образ смерти не делает роман мрачным, ведь, пусть и на своем детском уровне, Ваня знает, что душа бессмертна – об этом он не раз слышал от взрослых. «Всегда он во мне, живой?! и будет всегда со мной, только я захочу увидеть?…» — так понимает мальчик бессмертие души.

«Лето Господне» часто называют энциклопедией православной жизни. Но только это не то энциклопедия, где все написано сложным непонятным языком. Это книга и для детей, и для людей невоцерковленных, только начинающих свою жизнь в Церкви. Как и для героя книги, для маленького Ванечки, для них все впервые. Остается только с искренним желанием открыть свою душу для знакомства с Богом, как это делал Ваня.

Анализ романа Шмелева Лето Господне сочинение

Повесть Шмелева «Лето Господне» была написана в 1948 году. Главной темой данного произведения является память людей о том, что с ними происходило несколько лет назад и что их ждет в будущем. Ведь без прошлого невозможно построить будущее, именно поэтому из прошлого складывается будущее каждого человека. Каждый день человек выполняют ту или иную работу, и постепенно это становится их обычным делом, которым они занимаются каждый день.

А когда остается время на отдых, то тут появляются и всплывают яркие моменты в памяти, которые произошли когда-то давно с вами. Есть воспоминания яркие и счастливые, которые приносят только положительные эмоции. А есть и такие воспоминания, которые не очень-то хочется вспоминать, но они сами всплывают в голове и забыть о них нельзя. Постепенно жизнь уходит и вернуть уже ничего нельзя, но можно вспомнить те моменты и радоваться, что это происходило именно с вами и рядом в эти моменты находились самые близкие и родные люди.

Если тщательно вчитаться в произведение, то можно понять, что Шмелев писал его для двух людей, которые встретились в его жизни. Сначала он познакомился с философом Ильиным, а потом уже и с его супругой Натальей. И до самой смерти он вел с ними переписку и рассказывал о своей жизни. Если подсчитать, сколько автор написал им писем, то получилось около четырехсот.

Многие ищут в этом определенный смысл, вот только смысла здесь совершенно нет и быть не может. Всего здесь представлено сорок две главы. И каждая эта глава является отдельным произведением и со своим закрученным сюжетом. Главным героем данного произведения является маленький мальчик по имени Ваня. У него есть отец, которому он постоянно подражает и ему очень хочется стать таким же человеком. Отец всегда и во всем хочет помогать другим людям и если у них случилась беда, то он никогда не пройдет мимо. И это он воспитывает в своем сыне.

Это не просто произведение. Здесь каждый человек соблюдает все праздники, а также и церковные. В это время люди просто радовались, потому что им весело, и вместе с другими людьми они могут переживать и даже плакать.

Как только переворачиваешь первую страницу, то сразу же попадаешь будто совсем в другой мир, где нет зла и коварства. Здесь рассказываются все мысли, которые появляются у автора и всю обстановку, в которой он жил в то время.

Книга рассчитана для каждого читателя и поэтому любой желающий может отыскать хотя бы несколько минут для того чтобы погрузиться в этот мир и уже потом не сможет оторваться. Ее могут читать не только подростки, но и взрослые люди. И для каждого книга откроется по-своему.

Анализ 2

Иван Шмелев насовсем покидает Россию в 1922 году. Вначале он отправляется в Берлин, а затем в Париж, где и остается до конца своих дней. Свою жизнь он посвятил написанию автобиографической трилогии. В нее входят такие романы, как «Паломничество», «Лето Господне» и «Родное». Над произведением «Лето Господне» автор трудился почти пятнадцать лет.

Роман основан на реальных событиях, а именно история Шмелева своему крестнику о русском Рождестве. Данное событие состоялось в декабре 1927 года. А роман был опубликован в 1948 году парижским издательством, которое в то время специализировалась на русской письменности.

Данную книгу Шмелев посвятил мужу и жене Ильиным. Иван Александрович был философом и близким другом Шмелева. Их общение завязалось в 1927 году и длилось до самой смерти Шмелева. Было написано более 600 писем.

По композиции произведение строится согласно религиозных праздников. Книга разделена на три важные части: «Святая», «Радости» и «Скорби». Части разделены на главы. А каждая из них рассказывает о каком-то отдельном случае и является как бы отдельной завершенной историей.

Ведущим героем романа является мальчишка Ваня, ему почти семь лет. Именно от его имени и ведется рассказ, читатель воспринимает мир через ребенка. Ваня родился в семье купцов, для которых религия является очень важной. В семье царит атмосфера любви и взаимопонимания. Часто используются ласковые слова, а также уменьшительно-ласкательные, что только подчеркивают этот факт. Ваня веселый, очень умный мальчик, помогает гувернантке с грамматикой.

Отец Вани, Сергей Иванович, человек пылкий, но быстро отходит, очень верующий, а кроме того высоко ценит литературу, в частности творчество Пушкина. Сергей Иванович, будучи не бедным человеком, организовывает обеды для бедняков, дает милостыню, и даже заботиться о своих бывших работниках, и так, чтобы они этого не знали. Его доброе сердце всем известно, его любят и поддерживают, когда он болеет. Он верит, что на все воля Божья, даже когда он вынужден терпеть ужасные муки.

Моральным наставником для Вани является старый столяр Горкин. Данного героя Ильин называет «русским верующим простаком». Горкин считает, что православная вера — «самая лучшая, с ней лучше живется».

Также у отца Вани работает Василий Васильевич, а прозвище у него Косой, потому, что любит выпить. Он как русский богатырь, полный сил и мастер на все руки. Он очень предан Сергею Ивановичу. После смерти хозяина, обещает жене покойного, что останется и будет верно ей служить.

Концовка романа такова, отец Вани умирает. Ребенок скучает, но благодаря своему религиозному воспитанию, не унывать и находит новое значение жизни.

В романе «Лето Господне» присутствует большое количество церковнославянизмов. Благодаря которым автор предоставляет праздничное звучания рассказам, а также церковнославянский может органически переплетаться с бытовым языком. Также в произведении присутствуют элементы устного фольклора, отрывки песен, пословицы.

Другие сочинения:

Анализ романа Шмелева Лето Господне

Несколько интересных сочинений

  • Образ и характеристика Князя Багратиона в романе Война и мир Толстого сочинение

    Одним из реальных героев романа Льва Николаевича Толстого, был Багратион. Он был не только военачальником, но и героем Отечественной войны 1812года. Толстой описывает его как человека невысокого роста

  • Сочинение по рассказу Лошадиная фамилия Чехова

    Очень забавный рассказ! Это даже не столько рассказ, сколько анекдот, а ещё больше – загадка. Когда читаешь в первый раз, то пытаешься, понятно, тоже угадать фамилию.

  • Сочинение Маленький человек в пьесе Бесприданница Островского

    Многие русские писатели в своих произведениях отводили важную роль изображению » маленьких людей» в обществе, чтобы ярче показать аморальные устои высшего общества того времени, а также и беспринципность их взглядов

  • Сочинение Примеры совести из жизни

    Совесть — это «практическое суждение разума об отдельном поступке как о добре и его совершении, или как зле, которого следует избегать» (Гленн, 1930). Следовательно, человек должен предпочитать поступать правильно

  • Анализ сказки Соседи Салтыкова-Щедрина сочинение

    Основными персонажами произведения являются живущие по соседству Иваны, одного из которых именуют по отчеству Семеновичем, а второго просто Иваном, Ивашкой.