Целование икон

КАК ПРАВИЛЬНО ПРИКЛАДЫВАТЬСЯ К ИКОНАМ И МОЩАМ СВЯТЫХ

Слово «икона» с греческого переводится как «образ, изображение». Так как у древних христиан ещё не было канонов образа Спасителя, Божией Матери и святых отцов, иконой считалось любое изображение Иисуса Христа или христианской символики в миниатюрах на камне, кости, росписях настенных катакомб.

Целование икон — это приветствие и выражение любви тому, кто на ней изображён. Веруя в вездесущее Бога, которым Он награждает и святых, мы целуем икону, не сомневаясь, что они сразу принимают нашу любовь. То же самое происходит и в отношении мощей.

Пройдя вглубь церкви, сначала следует приложиться к главной, праздничной иконе (как правило, она стоит по середине, украшенная свежими цветами), затем к наиболее почитаемым святыням храма и Кресту. До этого можно приобрести свечи, чтобы поставить их о здравии и упокоении.

Прикладываться к иконам, Кресту, Святому Евангелию, к мощам нужно так: Когда подходите к святыне сумки и пакеты лучше оставить под чьим — то присмотром. Нельзя спешить и толкаться. Кто подходит к святыне нетерпеливо, тот просто проходит, а кто с благоговеньем и терпеньем — получает Божью благодать.

Недопустимо прикладываться к святыне с накрашенными устами. Перед прикладыванием необходимо сделать два поясных поклона, крестясь при этом, а после — крестясь, один поясной поклон. Если у святого находится священник, который помазует верующих, то третий поклон (с крестным знамением) выполнять не после целования святыни, а после принятия помазывания. Прикладываясь к мощам и иконам, нельзя целовать святых в лик.

В Церкви существует свой, говоря светским языком, этикет. Воздавая перед святыми иконами поклонение Богу и прославленным Им святым, принято лобызать иконы, прикладываясь к изображениям рук, ног и одежды. Тем самым христианин призван осознать свою греховность и недостоинство поступать иначе, упражняться в смирении и благоговейном отношении к изображаемым святым.

В Патриаршем чиновнике середины XVII века указывалось, что, прикладываясь к иконам Спасителя, следует целовать в ножку (при поясном изображении — в ручку); Божию Матерь и святых — в ручку; Нерукотворный образ Спасителя и икону Усекновения главы святого Иоанна Крестителя — в волосы.

На иконе может быть изображено несколько святых, но при большом количестве верующих целовать икону нужно один раз, чтобы не задерживать других и тем не нарушать благочестия в храме.

Перед образом Спасителя можно произносить про себя Иисусову молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго (грешную)», или: «Без числа согреших, Господи, помилуй мя».

Перед иконой Пресвятой Богородицы можно произносить следующую молитву: «Пресвятая Богородице, спаси нас».Перед Честным Животворящим Крестом Христовым читают молитву «Кресту Твоему поклоняемся, Владыко, и Святое Воскресение Твое славим» с последующим поклоном.

В последнее время возникла новая «традиция» прикладываться только к рамке иконы, объясняя это своим недостоинством. Однако данная практика не может быть признана православной, поскольку противоречит церковному пониманию сущности иконопочетания. По учению Православной Церкви, икона являет собой Царствие Небесное — мир света, радости и прощения. Акцентируя наше внимание на достоинстве и величии человеческого призвания, напоминает о том, что человек может стать богом по благодати. Именно поэтому христианин, целующий только рамку иконы, невольно отталкивает Самого Господа Прощающего.

Необходимо напомнить, что еретики-иконоборцы поднимали иконы так высоко, что приложиться к полю было невозможно. Христиане, целующие рамку иконы, невольно поддерживают ересь иконоборчества.

Следует также сказать, что не стоит обращать внимания на околоцерковные предрассудки по поводу возможности инфицирования при целовании святынь, многовековая история Церкви не позволяла даже воинствующим атеистам использовать этот «аргумент». В доме Божием никто не заражается, прикасаясь к святыням, принимая Святое Причастие, а наоборот — излечивается от недугов. Ещё наукой было доказано: на иконах нет микробов.

Брезгливость же является одним из проявлений гордости и излечивается временем, тем более, что целование икон — это лишь благочестивый обычай, выражение трепетной любви, а не обязанность.

Хвалебное чествование возводится к изображённому лику. Касаясь святыни, мы способны перейти к живому осознанию собственного недостоинства и надеяться, что её благодатная сила очистит от мучительных страстей и подарит целебную силу. Через подобные действия люди свидетельствуют о величественном Православии.

Никакого для души освящения не приобретут те, кто прикладывается к иконе без искренней веры: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня; но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим.» (Мф. 15:8-9).

Православное учение всегда воспринимало образ-икону, как святыню через которую люди могут вступить в таинственное общение с изображённым на ней святым. VII Вселенский Собор обосновал иконопочитание: «Честь, воздаваемая образу, возводится к первообразному, и поклоняющийся иконе поклоняется существу изображенного на ней». Данным догматом установлено воздавать иконам «почитательное поклонение» и только Единому Богу — Божеское. Прп. Иосиф Волоцкий говорил: «Потому подобает нам образ Божий на иконе почитать и поклоняться ему, как Самому Оному, а не иному».

Мирские люди часто путают икону — образ, указывающий на соединение человека с Богом, с портретом — обычным изображением человеческого образа. Отцы VII Вселенского Собора проводят чёткую грань между этими понятиями: «Икона отличается от портрета своим содержанием, и это содержание обуславливает язык иконы, особые, свойственные ей формы выражения, которые и выделяют её из всякого другого рода изображений. Поэтому плоть рисуется существенно иная, чем обычная, тленная плоть человека. Святость не подразумевается и не дополняется нашей мыслью или воображением, она очевидна для телесного зрения».

Икона, в своём идеале, — трезвенная, основанная на духовном опыте передача некой духовной реальности. Например, характерно отсутствие направленного освещения и теней, свет создаёт все формы; особый, невещественный объём фигур и всей композиции; повышенное внимание к сложному, разнообразному внутреннему ритму, линейному и цветовому.

Только благодать есть причина святости изображённого лика, она есть и возможность общения со святым. Икона непосредственно участвует в его святости, через которую мы приобщаемся в молитвенном общении.

Значение иконы в храме велико. Оно органически слилось с Богослужением и Таинствами. Во времена Вселенских Соборов, Церковь ясно осознавала, что в священных изображениях утверждается догмат Боговоплощения.

Икона — это книга о вере. Через, так называемое, «богословие в красках» раскрывается опыт отцов и учителей Вселенской Церкви, достигших благодатного бесстрастия и общения с Богом. По церковному установлению, иконописцы должны быть людьми глубоко благочестивыми и особо относиться к стяжанию христианских добродетелей.

Чем чище и выше жизнь верующего человека, тем доступнее его душе язык иконы. В нашем мире, где кругом много греха и соблазна, взгляд на изображение святых способен удержать человека от дурного.

О поклонении мощам: «И по смерти действуют святые, как живые: исцеляют больных, изгоняют бесов и силой Господа отражают всякое лукавое влияние их мучительского владычества. Ибо святым мощам всегда присуща чудодейственная благодать Святого Духа.»

Прп. Ефрем Сирин

Просмотры (120100)

КРЕСТНОЕ ЦЕЛОВАНИЕ

(крестоцелование), христ. обряд (целование креста, к-рый держит священник или к-рый лежит на аналое), известен начиная с эпохи средневековья в политической, судебной и гражданской сферах в качестве клятвы (присяги). К. ц. было известно в Зап. Европе, в Византии, но наибольшее распространение получило в Др. Руси. Обряд целования святыни, в т. ч. креста, рассматривался как знак особого почитания и примирения; поцелуй в христ. традиции (в т. ч. литургической) всегда считался символом примирения и единения в Церкви.

Средневек. Церковь осуждала использование любых клятв, основанием для чего служил прямой запрет Христа в Нагорной проповеди (Мф 5. 33-37). Соответствующие запреты содержало и каноническое право. В древнеслав. Кормчей 14 титулов, известной на Руси с XI в., правила Ап. 25, Халкид. 18, Трул. 93, Васил. 10, 64, 82 осуждают в принципе клятву и предусматривают для «клятвьников» наказания: для мирян — отлучение от Церкви до 10 лет (в разных правилах по этому поводу устанавливаются разные условия и сроки отлучения), для духовных лиц — в любом случае лишение сана (Бенешевич. ДСК. 1906. Т. 1. Вып. 1. С. 66, 121, 198; 1907. Вып. 3. С. 474, 500, 506). 29-е прав. св. Василия Великого содержит рассуждение о том, как надо вразумлять клятвенников (Там же. Вып. 3. С. 487-488); в этом постановлении не просто осуждается клятва, но разъясняется, что ее принесение нельзя рассматривать как абсолютное обязательство, и поэтому нет ничего страшного в нарушении обещаний, если их выполнение потребует нарушения истинно важных нравственных принципов и законов.

Убежденным противником принесения клятвы был также свт. Иоанн Златоуст, к-рый неоднократно высказывался на эту тему, в частности в толковании на указанное место Нагорной проповеди (его «Слово о клянущихся» на Руси входило с XII в. в четий сборник для мирян «Златоструй»).

В древнерус. книжности запреты клятв присутствуют в ряде произведений церковно-учительной литературы. Напр., сразу 3 памятника, вошедшие в состав Изборника 1076 г., содержат прямые осуждения клятвы: «Поучение св. Василия о житии», «Афанасиевы ответы» и «Премудрость Иисуса, сына Сирахова». В слове «О клятьве» в древнерус. сб. «Пчела» подобраны библейские и святоотеческие заповеди с осуждением клятвы в любой форме. Древнерус. поучения против клянущихся содержат и др. сборники — «Златоуст», «Златоструй», «Измарагд».

Целование креста Владимиром Всеволодовичем Мономахом (Переяславским) и Святополком Изяславичем Киевским в знак примирения. Миниатюра из Радзивиловской летописи (БАН. 34.5.30. Л. 143 об.)
Целование креста Владимиром Всеволодовичем Мономахом (Переяславским) и Святополком Изяславичем Киевским в знак примирения. Миниатюра из Радзивиловской летописи (БАН. 34.5.30. Л. 143 об.) Широкая распространенность клятв с тем или иным религ. содержанием практически во всех христ. странах связана прежде всего с отсутствием или дефицитом способов и механизмов фиксации и подтверждения к.-л. обещаний и контроля (общественного и/или государственного) над их исполнением. В устной культуре нек-рый уровень общественного доверия может обеспечить лишь высказывание, подкрепленное высшим (сакральным) авторитетом. Значение клятвы кардинально снижается только тогда, когда широко распространяются письменность, особенно бюрократическое делопроизводство, и грамотность.

Правосл. Церковь, как и католическая, вынуждена была мириться с употреблением клятв в обществе, которые рассматривались как неизбежное зло, связанное с греховностью человеческой природы. К. ц., т. о., являлось одной из компромиссных форм между ригоризмом церковной проповеди и практическими нуждами и требованиями. На Руси с христианизацией довольно быстро исчезли клятвы с языческим содержанием (либо из обрядов языческого происхождения исчезали магические элементы — напр., рукобитье, потеряв магический смысл, сохр. до наст. времени), строго осуждались и не допускались в офиц. сферы любые божбы, но допускались нек-рые клятвы с апелляцией ко Христу, к Пресв. Богородице, святым и/или с применением соответствующих сакральных предметов. Среди этих допустимых клятв наиболее распространенной формой стало К. ц. (хотя известны случаи клятв на мощах святых, иконах и др.). На Руси К. ц. могло также обозначаться наряду с др. видами клятвы словом «рота», а приносивший клятву соответственно назывался «ротник».

О клятве с использованием креста впервые в рус. источниках говорится в связи с заключением русско-визант. договора 944 г. (ПВЛ. 1996. С. 26). Упоминания К. ц. в качестве клятвы появляются в летописании начиная с 1059 г. и относятся, как и большинство позднейших сведений (XII-XV вв.), к соглашениям между князьями Рюриковичами.

При заключении договоров, скрепленных К. ц., писались специальные «крестные грамоты», к-рые затем, в случае, если какая-то из сторон считала, что договор нарушен др. стороной, «повергались» к ногам нарушителя. Ритуал «взвержения крестных грамот» означал офиц. расторжение соглашения, и он стал одной из характерных черт рус. «посольского обычая».

В «Повести временных лет» имеются рассуждения об особой силе Креста Господня, а в рассказе об усобице сыновей и внуков св. равноап. кн. Владимира (Василия) Святославича в 1067-1069 гг.- специальное поучение на эту тему в связи с нарушением братьями обещаний, данных друг другу с К. ц. В поучении несчастья, к-рые обрушились на князей, «преступивших» К. ц., и на всю Русскую землю, объясняются как наказание великой «крестной силы» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 172-173; ПВЛ. 1996. С. 74-75). В этих и подобных летописных комментариях выражается мысль, что «крестная сила», к к-рой прибегают люди посредством К. ц., побеждает диавольские «зло» и «лесть» в их взаимоотношениях, но в случае, если обещания даются «на лже» или позднее нарушаются, клятвопреступников и всех тех, за кого они несут ответственность, настигнет божественная «казнь», а «покаяния им несть».

Идея об особой «крестной силе», стоящей за К. ц., вероятно, способствовала утверждению его как фактически единственно допустимой формы клятвы в Сев.-Вост. Руси XIII-XV вв. и затем в Московском гос-ве XVI-XVII вв. При этом сфера применения К. ц. расширяется. Оно служит для скрепления уже не только договоров между Рюриковичами, но и вообще любых соглашений или обязательств.

Известны случаи освобождения русских князей церковными иерархами от политических обязательств, скрепленных крестоцелованием. Для верной оценки данных исторических фактов следует принимать во внимание, что с христ. т. зр. никакая клятва не обладает абсолютной силой, но перед лицом высших ценностей имеет лишь условное значение. Разрешая от клятвы, церковное руководство не попустительствовало сиюминутным страстям князей, а отдавало приоритет другим помимо верности К. ц. принципам и соображениям — напр., идее мира, идее единения христиан против иноверных врагов и проч.

К. ц. стали использовать как присягу правителю знати, а затем и широких слоев населения. Первоначально эти присяги были устные. В кон. XIV-XVI в. Московские великие князья (позднее цари) брали с отдельных представителей княжеско-боярской знати т. н. крестоцеловальные записи — письменные обязательства верной службы, подкрепленные К. ц., к-рое свидетельствовалось митрополитом — главой Русской Церкви. Формулы этих записей послужили основой текстов присяг, к к-рым с кон. XVI в. приводилось население (гл. обр. служилые люди) при вступлении на престол каждого нового правителя, а также отдельные люди или группы людей при вступлении в подданство рус. царям. Текст не был устойчив, мог меняться в зависимости от обстоятельств, но 2 главными взаимосвязанными элементами было обязательство верной службы и К. ц., подкреплявшее это обязательство (см., напр., в крестоцеловальной записи царю Михаилу Феодоровичу, которая была принята Земским собором в 1613 г. и разослана по городам: «Целую сеи святыи животворящий крест Господень государю своему царю великому князю Михаилу Федоровичу всеа Русии и его царице и великои княгине и их царским детем, которым им, государям, Бог даст на том: служити мне, имярек, ему, государю своему, и прямить и добра хотеть во всем безо всякие хитрости…» — и т. д. (СГГД. Ч. 3. № 5. С. 14-15)).

При приведении к присяге групп людей составлялись т. н. крестоприводные списки или книги, где указывались поименно лица, целовавшие крест государю (напр., так были составлены списки укр. казаков, присягнувших царю Алексею Михайловичу после Переяславской рады 1654 г.).

Подобные присяги приносили также лица, к-рые привлекались в XVI-XVII вв. на невоенную гос. службу на временной основе, напр. выбирались земскими людьми в уездах и на посадах для исполнения финансовых, отчасти судебных и полицейских функций. Т. к. присяга была в форме К. ц., эти должностные лица стали называться «целовальниками». В частности, такие люди осуществляли продажу алкогольных напитков в «царевых кабаках» (бюрократизация гос. аппарата привела к исчезновению целовальников, и в XVIII — нач. XX в. это название по традиции применялось только по отношению к служителям винных откупщиков и продавцам в казенных винных лавках).

К клятвам прибегали в средневек. Руси и в судебном процессе: в качестве судебного доказательства, при свидетельских показаниях и при судебном поединке. К. ц. упоминается в таком качестве в источниках с XIV в., впервые — в Псковской судной грамоте (1-я ред.- 1397 г.). В XV-XVII вв. оно было практически единственной формой клятвы, к-рая применялась в суде, хотя как именно осуществлялось приведение к кресту, мы не знаем.

В Соборном уложении 1649 г. отдельная, 14-я, гл. посвящена регуляции применения К. ц. в суде — в каких случаях следует приводить к нему, как, в какие именно дни и сроки и т. д. Приводить к нему можно только людей не моложе 20 лет, не более 3 раз в жизни и проч.

Крестное целование Рюрика Ростиславича. Миниатюра из Радзивиловской летописи (БАН. 34.5.30. Л. 237 об. верх)
Крестное целование Рюрика Ростиславича. Миниатюра из Радзивиловской летописи (БАН. 34.5.30. Л. 237 об. верх) В допетровское время вопрос о правомерности и/или рамках применения К. ц. всегда сохранял актуальность и так или иначе обсуждался. С одной стороны, существовало мнение, к-рое, опираясь на евангельский запрет клятвы, полагало, что ее следует избегать в любом виде, в т. ч. в виде К. ц. С другой стороны, высказывались специально подобранные аргументы в пользу применения К. ц. (напр., прп. Зиновий Отенский в послании сер. 30-х гг. XVI в. дьяку Я. В. Шишкину — Клибанов А. И. Духовная культура средневековой Руси. М., 1996. С. 339-343).

Церковные власти признавали присягу в виде К. ц., но старались ограничить его применение и подчеркивали особую греховность целования креста «на криве» (ложно) и нарушения присяги, скрепленной К. ц. Так, согласно включенной в «митрополичий формулярник» нач. XVI в. (ГИМ. Син. № 562) «Записи о крестоцеловании» (отрывок анонимной статьи «А се въспрос священнический»), «крест аще кто целуеть мал, а преступить, 5 лет есть епитимия его. А разумеяй преступить, кровию своею токмо да искупится, юже прольеть мученическыи за Христа» (РФА. 2008. . С. 476). В Служебники XVI в. были включены вопросы исповедающимся: «Или к роте приводил, или сам крест целовал… или преступил крестное целование?» (Алмазов А. И. Тайная исповедь в правосл. вост. церкви. Од., 1894. Т. 3. С. 152); т. о., здесь и преступление К. ц., и само оно понимаются как дело, достойное церковного наказания.

Если в гос. органах взимали с населения те или иные обещания и показания, то вместо присяги обычно прибегали к устному заверению, содержащему отсылку к словам Нагорной проповеди: «…обещаемся Господу Богу всемогущему перед святым Евангелием, по непорочной заповеди Его, яко ж в сем святом Евангелии указася, еже еи-еи, на том…» — или, если не было Евангелия, просто: «…по непорочной евангельской заповеди, еже еи-еи»; эта словесная формула встречается в писцовых книгах, судебных делах с «обыском» людей и др. приказной и частной документации XVI-XVII вв. (ср. в церковнослав. тексте Евангелия: «…буди же слово ваше: еи, еи, ни, ни; лишше же сею от неприязни есть» — Мф 5. 37).

С кон. XVII в., видимо, вслед. сдержанного или даже негативного отношения церковных властей к клятве, отчасти бюрократизации и развития письменного делопроизводства, а также влияний из Зап. Европы происходит изменение практики использования К. ц. в общественной жизни. В гос. присяге акцент переносится на фиксацию обещания верности правителю в письменном виде, а религ. санкцию обеспечивает прежде всего Евангелие, перед к-рым произносилось обещание или на к-рое возлагалась рука во время произнесения присяги. Целование креста упоминается только в конце присяги в качестве как бы дополнительного подкрепления данных обещаний (так в присягах всем правителям от имп. Петра II Алексеевича до имп. св. мч. Николая II Александровича). После Февральской революции 1917 г. присяга Временному правительству уже не предусматривала использования ни Евангелия, ни креста, а от христиан требовалось лишь крестное знамение.

В то же время в судопроизводстве присяга с целованием креста в виде обещания, записанного на бумаге и произнесенного перед Евангелием, применялась в XVIII — нач. XX в., как и ранее, довольно широко: и для введения в должность (так, к присяге приводились присяжные заседатели, откуда и их название), и как судебное доказательство, и для примирения сторон.

Лит.: Вербловский Г. Присяга. Присяга в гражданском процессе // ЭС. 1898. Т. 25(49). С. 255-259; Сергеевич В. И. Русские юрид. древности. СПб., 1900 2. Т. 2. С. 200-205; Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории рус. права. К.; СПб., 1900 3. С. 167, 660-661; Бронзов А. Клятва // ПБЭ. Т. 11. Стб. 290-302; Dewey H. W., Kleimola A. M. Promise and Perfidy in Old Russian Cross-Kissing // Canadian Slavic Studies. Montreal, 1968. Vol. 2. N 3. P. 327-341; Филюшкин А. И. Институт крестоцелования в Средневек. Руси // Клио: Журн. для ученых. СПб., 2000. № 2(11). С. 42-48; Федотов Г. П. Собр. соч. М., 2001. Т. 10: Рус. религиозность. Ч. 1. С. 261-266; Щавелев А. С. Символические функции креста в Др. Руси // Вост. Европа в древности и средневековье: Мнимые реальности в античной и средневек. историографии: XIV чт. памяти чл.-корр. АН СССР В. Т. Пашуто. М., 2002. С. 248-254; Стефанович П. С. Крестоцелование и отношение к нему церкви в Др. Руси // Средневековая Русь. М., 2004. Вып. 5. С. 86-113; он же. Князь и бояре: Клятва верности и право отъезда // Горский А. А., Кучкин В. А., Лукин П. В., Стефанович П. С. Др. Русь: Очерки полит. и соц. строя. М., 2008. С. 164-209; Антонов Д. И. Смута в культуре Средневек. Руси: Эволюция древнерусских мифологем в книжности нач. XVII в. М., 2009. С. 177-203, 213-224.

П. С. Стефанович

Целовать крест

Смотреть что такое «Целовать крест» в других словарях:

  • целовать крест — См … Словарь синонимов

  • целовать крест — кому (иноск.) присягать на веру (целуя крест) Ср. Отцеловаться (иноск.) отрекаться. Ср. Целую крест, что с Шуйскими отныне Мне пребывать в согласье и любви… Гр. А. Толстой. Царь Федор Иоаннович. 2. Годунов. Ср. Москва разорена, в народе шатость … Большой толково-фразеологический словарь Михельсона

  • Целовать крест — Цѣловать крестъ кому (иноск.) присягать на вѣру (цѣлуя крестъ). Ср. Отцѣловаться (иноск.) отрекаться. Ср. Цѣлую крестъ, что съ Шуйскими отнынѣ Мнѣ пребывать въ согласьи и любви… Гр. А. Толстой. Царь Ѳедоръ Іоанновичъ. 2. Годуновъ. Ср. Москва… … Большой толково-фразеологический словарь Михельсона (оригинальная орфография)

  • Целовать крест — Разг. Устар. Давать клятву, обещание, присягать. БМС 1998, 315; Ф 2, 244 … Большой словарь русских поговорок

  • КРЕСТ — муж. крыж, две полосы или два бруска, один поперек другого; две черты напересечку одна другой. Крест бывает: прямой, косой (андреевский), равноконечный, длинный и пр. Крест есть символ христианства. По различию исповеданий, чтится крест… … Толковый словарь Даля

  • КРЕСТ — КРЕСТ, креста, муж. 1. Предмет христианского культа, представляющий собой длинный вертикальный стержень, пересеченный у верхнего конца перекладиной (по евангельскому преданию на кресте из двух бревен был распят Иисус Христос). Нательный крест.… … Толковый словарь Ушакова

  • крест — КРЕСТ, креста, муж. 1. Предмет христианского культа, представляющий собой длинный вертикальный стержень, пересеченный у верхнего конца перекладиной (по евангельскому преданию на кресте из двух бревен был распят Иисус Христос). Нательный крест.… … Толковый словарь Ушакова

  • КРЕСТ — КРЕСТ, креста, муж. 1. Предмет христианского культа, представляющий собой длинный вертикальный стержень, пересеченный у верхнего конца перекладиной (по евангельскому преданию на кресте из двух бревен был распят Иисус Христос). Нательный крест.… … Толковый словарь Ушакова

  • крест — КРЕСТ, креста, муж. 1. Предмет христианского культа, представляющий собой длинный вертикальный стержень, пересеченный у верхнего конца перекладиной (по евангельскому преданию на кресте из двух бревен был распят Иисус Христос). Нательный крест.… … Толковый словарь Ушакова

  • ЦЕЛОВАТЬ — (или, устар., цаловать; см. §23, примечание к п.2), целую, целуешь, несовер. (к поцеловать), кого что. Прикасаться губами к кому чему нибудь в знак любви, дружбы, радости, при встрече или прощании. «Целовать в уста нет поста.» погов. «Целовал,… … Толковый словарь Ушакова

Среди всего православного народа встречаются люди, которых можно отнести к «номинальным» христианам. Они ходят в храм на Рождество или Пасху, стремятся исполнять все обряды «народного» православия, т.е. пекут куличи, святят водку, купаются в проруби на Крещение, но внутри они обычные миряне, которые обманывают, крадут и ведут крайне непотребную жизнь. Для избежания такого несерьезного и поверхностного отношения к церкви, служителя стремятся максимально подробно донести до христиан смысл того или иного таинства — чтобы препятствовать распространению ересей, но растить разумную и думающую паству.

К таким обрядам относится и прикладывание к иконе. В VIII-X веках горели пожары иконоборчества, потому что служители решили понять образа повыше, поскольку люди так крепко прикладывались, что и золоченую раму откусывали. Как правильно прикладываться к иконе, а главное, зачем это делать?

Прикладываться к иконам стоит с особым чувством трепета и благоговения

Обязательно ли целовать образа в церкви

Следует понимать, что для православного христианина икона — это не просто доска с красками или картина, это благоговейный оттиск личности святого, который на ней изображен. Поклоняются люди не картине, а святому, который заслужил быть запечатленным.

Важно! Через священное изображение православные христиане могут вступить в таинственное общение с изображенной личностью.

Это раскрыто в обосновании VII Вселенского собора, где указывается, что честь, воздаваемая образам — это честь, которая относится к личности святой, которая изображена. Также четко указано, что доскам воздается почтительное поклонение, а Господу — Божеское. И почтение икон совсем не означает поклонение, поскольку поклонения заслуживает один Господь.

Немаловажно понимать и чувствовать разницу между обычной картиной или фотографией и иконой. В первом случае это просто запечатленный человек, а во втором — священное изображение святости человека, который был послушен Богу и всю жизнь положил перед Его престолом. У доски иное содержание, она говорит своим языком и выражениями. Даже человек, который изображен на ней, не похож на себя из-за того, что рисуют не тленную плоть, а священный дух, который был вложен в человека Творцом.

Икона – это образ святого, через который почитание и молитва дойдут до него

Так для чего необходимо прикладываться к изображениям святых? Все на том же Вселенском соборе было дано определение, для чего это необходимо: для воспоминания жизни человека и его мучений (в случае изображенного мученика), чтобы в этом воспоминании разделить и сделаться сопричастными некоему освящению. При этом стоит понимать, что все богослужение, вся литургия направлено лишь на одно — понять и услышать Господа, поклониться Ему. А все остальное — прикладывание к иконам, зажигание свечей, накладывание крестного знамени и прочее — это лишь средства достижения благодатного чувства поклонения.

Читайте о почитаемых иконах святых:

  • Икона святой Марии Магдалины
  • Икона святой Тамары
  • Икона святой Параскевы Пятницы

Как следует прикладываться к иконе

Многие священники советуют для прикладывания к иконам приходит чуть раньше начала службы — это позволит все сделать не спеша, без суеты и тем самым искреннее и благоговейно поклониться Богу. Поэтому лучше приходить до основной массы людей, толп и суеты.

Крайне полезно быть в храме не только в воскресный день, но и среди недели, особенно если в храме ежедневно идет служба.

Настроиться на службу следует заранее, еще до входа в храм — это позволит максимально открыто слушать Слово Божье и принимать учение и наставление. Перед входом следует три раза перекреститься, перемежая это поясными поклонами. Женщинам следует повязать платок на голову, а мужчинам, наоборот, снять головной убор. Сразу после входа в храм надо приобрести церковные свечи — их можно ставить перед образами.

Если есть нужда помолиться за близких, можно написать там же в церковной лавки молитвенную записку и передать ее священнику.

Дважды перекрестившись, слегка прикладываются губами к самому краю иконы, затем прикладываются лбом

Чтобы приложиться к святому образу следует пройти вглубь церкви к иконостасу и вначале поклониться главной церковной иконе. Вначале следует поклониться у аналоя и перекреститься два раза. Главный образ обычно находится в центре иконостаса и обильно украшен цветами или другим декором.

Рекомендации

Во время празднества какого-либо святого его образ украшают и помещают рядом с главной храмовой иконой. В такие дни следует прикладываться вначале к этому образу. Есть ряд советов и рекомендаций, как лучше это сделать:

  1. Оставить у входа или под чьим-то присмотром сумки и пакеты. Пусть руки будут свободны, как и мысли.
  2. Не торопиться и не подгонять стоящих впереди — почтение и спешка понятия несовместимые. Подходить к иконостасу следует спокойно и учтиво, не торопясь и не бегом.
  3. Женщинам следует стереть накрашенные губы или вообще не красить их перед богослужением. Касаться стекла образа накрашенными губами не только неприлично, но и недопустимо.
  4. Поклоны и крестное знамение следует совершить при подходе к аналою и еще два раза перед образом непосредственно.
  5. Если перед иконой находиться священник, который помазывает елеем каждого, то следует вначале 2 раза поклониться иконе и перекреститься (также 2 раза), подойти за помазанием и благословением и затем совершить еще один поклон с крестным знамением.
  6. Прикладываться к образу надо в местах изображения рук, ног или ризы. Недопустимо касаться стекла у изображения лика — это невежливо и не допускается церковным этикетом. Прикладывание к ризам и рукам-ногам святого показывает, что человек не достоин большего по своей греховной натуре. Допустимо целовать в изображение волос или рук (касательно икон Спасителя Иисуса Христа и Иоанна Крестителя).
  7. Если образ групповой, т.е. на нем нарисованы несколько святых или даже группа, то приложиться можно единожды к основанию иконы.

Важно! Перед образами Спасителя следует читать молитву покаяния и прощения: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго (грешную)», или: «Без числа согреших, Господи, помилуй мя». Перед образом Богородицы также можно говорить молитву покаяния и просить о милости.

Читайте об известных иконах Спасителя:

  • Икона Тайная Вечеря
  • Икона Крещение Господне
  • Икона «Царь Славы»

Как зажигать свечи

Свечи зажигают также как жест благоговения и почтения. Обычно их ставят у аналоя или у конкретного образа. Для этого устанавливают специальное устройство с отверстиями, в который можно вставить церковную свечу. Поджигают свечу от уже зажженных свечей и аккуратно устанавливают в свободные отверстия. Во время этого можно говорить: «Господи, помилуй» или читать любую молитву.

Свечи ставят у аналоя или у конкретного образа

Для зажигания специальных заупокойных свечей надо немного отойти в сторону. Обычно слева стоит особенный столик на 40 свечей — канун. Именно туда устанавливаются заупокойные свечи во время чтения молебна. При этом не надо покупать отдельную свечу для каждого умершего родственника, достаточно поставить одну за всех. Заупокойные свечи ставятся в конце службы перед уходом из храма.

На заметку! Если человек только начал посещать богослужения и не может сориентироваться как следует зажигать свечи, обычно рядом с ними стоят священнослужители, которые могут помочь в этом.

В целом, прикладывание к иконе — это таинство, которое призвано сломить гордость человеческую и позволить христианину укрепиться в его вере. Брезгливость и упорство в данном случае является проявлением гордого сердца, которое следует смирить. Прикладывание к иконе — это благоговейная и почтительная традиция, которая направлена на взращивание почтения у верующих к их предкам и тем людям, которые всю свою жизнь отдали на служение Господу.

Важно! Пустое прикладывание к образу без веры и ради «так надо» и «все так делают» не принесет пользы человеческому сердцу, наоборот, еще дальше уведет его во грехи. Как правильно прикладываться к иконам