Церковь святой Богородицы

Икона «Собор Богоматери» и ее загадки

Тема воплощения Спасителя в восточно-христианском искусстве отражена не только в иконах, изображающих Рождество Христово, но и в образах, посвященных празднику Собора Пресвятой Богородицы.

В богослужебном годовом круге есть следующая особенность: после «основного», «главного» праздника, на следующий день празднуется особая память тех лиц, связанных с данным праздиком. Так, после Богоявления отмечается «Собор Иоанна Предтечи», после дня первоверховных апостолов Петра и Павла — «Собор 12-ти апостолов». Слово «собор» в данном контексте означает некое, не ограниченное ни временем, ни пространством, собрание верных, совершаемое в честь какого-либо святого. Празднование Собора Богоматери совершается во второй день Рождества Христова, 8 января (н.с.). Богослужения этих дней тесно связаны по смыслу и по характеру, так же связаны иконографии этих праздников. В день Собора Богоматери мы чествуем Ее как Пресвятую Деву и Матерь Сына Божия, послужившую великой тайне Боговоплощения.

Соотнесенное с праздником Рождества празднование в честь Богородицы возникло в Церкви очень рано, уже в IV веке. Это был самый первый богородичный праздник, из которого позднее сформировались другие богородичные празднования.

Иконография «Собор Богоматери» сформировалась достаточно поздно, только в конце ХШ века. Основой ее стали иконография Рождества Христова и некоторые важные элементы, внесенные под влиянием текста рождественской стихиры. Это четвертая стихира Великой Вечерни праздника Рождества: «Что Ти принесем, Христе, яко явился eси на земли яко Человек нас ради? Каяждо бо от Тебе бывших тварей благодарение Тебе приносит: Ангели – пение; небеса – звезду; волсви – дары; пастырие – чудо; земля – вертеп; пустыня – ясли; мы же – Матерь Деву. Иже прежде век, Боже, помилуй нас». В рукописи Софийской библиотеки XIV в. ( № 193) говорится, что пастухи приносят Христу в качестве благодарения «дивление».

Самая ранняя известная композиция на эту тему — фреска нартекса церкви Богородицы Перивлепты в Охриде (1295 г.). В палеологовский период иконография распространяется в православной ойкумене. Самая древняя русская икона на этот сюжет происходит из Пскова и была создана в конце XIV — начале XV века. Это интереснейший памятник как по своей иконографии, так и в стилевом отношении. Икона существенно отличается как от предшествующих византийских памятников, так и от русских икон и фресок более позднего времени. Возможно, особенности композиции иконы связаны с тем, что в ее основу был положен не только текст стихиры «Что Ти принесем…», но и другие праздничные песнопения. Некоторые детали именно этой псковской иконы до сих пор остаются для исследователей загадкой.

Икона из псковской Варваринской церкви. Конец XIV- нач.XV в. Псков. ГТГ, Москва

В центре иконы изображена Пресвятая Дева, восседающая на троне, который имеет изогнутую асимметричную спинку и украшен белой завесой. Однако, Богородица не держит на руках Младенца Христа, хотя именно так Она изображается во всех других произведениях на этот сюжет. На псковской иконе перед Богородицей, на Ее груди, помещается заключенное в двухцветную восьмиконечную «славу» изображение Христа Эммануила, которое Она как бы придерживает.

Икона из псковской Варваринской церкви. Конец XIV- нач.XV в. Псков. ГТГ. Фрагмент

Такое изображение Спасителя и Богоматери напоминает иконографию Богоматери «Знамение». На иконах «Знамение» помещение образа Эммануила в «славу» на груди Богоматери указывает на Его прикровенное, таинственное присутствие и подчеркивает главную богословскую идею образа — догмат о предсказанном пророками воплощении Бога Сына от Приснодевы Марии. В иконографии «Собор Богоматери» такой необычный ход дополнительно акцентирует тему Боговоплощения.

Еще одна особенность псковской иконы — изображение пещеры, внутри которой ясли со спеленутым Младенцем. Этот эпизод, заимствованный из образа Рождества Христова, не встречается в других произведениях иконографии «Собор Богоматери». Можно сделать предположение, что обе эти уникальные черты появились как отражение, например, текста кондака праздника Рождества: «Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит: ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Oтроча младо, Превечный Бог». В таком случае изображение яслей с только родившимся Младенцем усиливает саму тему рождения, а изображение Христа-Эммануила в «славе» призвано подчеркнуть, что рождается от Девы, воплощается, не обычный человек, а именно «Превечный Бог», Вторая Ипостась Пресвятой Троицы.

В остальном центральная и верхняя часть композиции иконы следуют сложившейся традиции. Слева от трона Богоматери изображены приносящие дары волхвы, один из которых указывает на звезду, изображение которой не сохранилось. Справа и слева от подножия трона помещены две своеобразные фигуры: полуобнаженные женщины с растрепанными волосами. Это персонификации — изображения, олицетворяющие Пустыню и Землю. Пустыня, одетая в красное, подносит Христу ясли, а Земля, облаченная в зеленый плащ, одной рукой как бы протягивает вертеп, а в другой держит процветшую ветвь.

Икона из псковской Варваринской церкви. Конец XIV- нач.XV в. Псков. ГТГ. Фрагмент

Вверху, над горками, написаны ангелы и дивящиеся пастухи. В верхних углах — полуфигурные изображения особо почитаемых святых: Николая Чудотворца и св. Варвары, которые, видимо, выполнены по желанию заказчика и не имеют прямого отношения к иконографии.

Обычно в композициях «Собор Богоматери» внизу изображаются торжественное рождественское богослужение: хор певцов, гимнографы Иоанн Дамаскин и Косма Маюмский, священники, монахи; могут также изображаться патриархи и цари. Эта группа, с одной стороны, олицетворяет весь человеческий род, который, согласно стихире, приносит Христу Матерь Деву. С другой стороны, изображаемое богослужебное прославление Богородицы совершается прямо на наших глазах. Это усиливает литургическую, богослужебную функцию образа.

Середина XV в. Ростово-Суздальская школа. Дом-музей П.Д. Корина, Москва

В нижней части псковского образа снова обнаруживается уникальное иконографическое решение. Здесь изображены три мужа в белых одеждах, похожих на стихари, юный чтец, а также юноша в замысловатой позе, напоминающей движение танца. Вся эта сцена до сих пор не имеет однозначной интерпретации. В научной литературе можно встретить противоречивые истолкования.

Икона из псковской Варваринской церкви. Конец XIV- нач.XV в. Псков. ГТГ. Фрагмент

Предполагают, что вся группа в целом может олицетворять различные формы прославления Богоматери, которое совершается всем человечеством (поэтому изображены персонажи разных возрастов и народов). Три центральных фигуры трактовались как хор певчих, как диаконы, как Богоотцы Давид, Иосиф и Иаков. Их определяли как «пастырей в конкретном и иносказательном значении этого слова», понимая под этим и странствующих исполнителей духовных стихов, посвященных библейским событиям.

Часть исследователей видит в мужах волхвов. Действительно, трое мужчин очень похожи на изображенных в средней части иконы волхвов внешностью и возрастом: старец, средовек и юноша. Изменение цвета и характера одеяний можно объяснить преданием, согласно которому, после Пятидесятницы волхвы были крещены апостолом Фомой. Белые одежды — знак очищения новокрещенного от бремени первородного греха.

Нужно отметить, что в Западной Европе волхвы очень почитались. Их мощи, по преданию обретенные царицей Еленой, из Константинополя попали в Милан, а оттуда в Кёльн. В XII веке на Западе возникает особый богослужебный рождественский чин, представляющий собой некое представление в лицах, исполняемое клириками, певцами и чтецами. Волхвы были главными персонажами этой мистерии. Значительно позже, попав на Западную Украину театрализованное представление такого рода получило название «Вертепное действо». Псков был самым западным русским городом и западноевропейские традиции и влияния были сильны в этом княжестве. Вполне возможно, что в XIV веке псковичи знали о таких представлениях, и, может быть, похожий обряд входил в празднование Рождества в этом городе. Это не трудно предположить, если вспомнить, что на Руси имелся близкий по характеру чин — «Пещное действо». Таким образом, на псковской иконе может быть представлен конкретный праздничный церковный обряд. Ровно так же в рассмотренном выше варианте иконографии изображалось Рождественское богослужение, но без указания на какую-то определенную часть службы.

Дионисий. Роспись Похвальского придела Успенского собора Московского Кремля. 1481 г.

Используя и трансформируя версию об изображении особенного праздничного обряда, представляющего поклонение волхвов, мы дерзнем предположить, что три мужа могут являться не волхвами, а пастухами. Изображенные в верхней части иконы пастыри — это тоже старец, средовек и юноша. Есть и определенное внешнее сходство. У мужей в белых одеяниях и у пастухов есть одинаковые атрибуты — посохи. В пользу этой версии говорит тот факт, что с XI века в Западной Церкви существовал богослужебный чин, посвященный исключительно поклонению пастухов.

Этот церковный чин совершался так: около Престола на специальном возвышении устанавливались ясли, в которых находилась статуя или икона Богородицы с Младенцем. Несколько каноников (клириков) в церковном облачении, с льняными платками на головах и жезлами в руках представляли собой вифлеемских пастухов. Мальчик из хора, изображавший ангела, сообщал им о Рождестве, цитируя Евангелие. Под пение хора «Слава в вышних Богу…» пастыри проходили в алтарь, где у яслей их ждали два каноника, изображавшие повитух. Они спрашивали: «Кого ищете в яслях, пастыри?» «Мы ищем, — отвечали пастыри, — Спасителя Христа». Повитухи отдергивали завесу, которая скрывала образ Пресвятой Девы с Богомладенцем. Указывая на него, они говорили: «Вот он — этот Младенец со своей Матерью». Пастухи преклонялись и воспевали молитвословия, затем начиналась литургия.

В этой версии хорошо объяснялись бы и необычная форма трона Богородицы, и крайне редкая для русских памятников белая завеса. Однако, этот мотив — завеса на троне — возник еще в раннехристианском искусстве, а позже получил развитие в южнославянских росписях и иконах. Приведенное рассуждение не более чем осторожная догадка, так как не возможно доподлинно узнать, мог ли такой чин быть известным в западно-русских землях. А такой атрибут как посох вполне мог из одного «сценария» переместиться в другой и стать атрибутом путешествующего волхва.

Загадки иконы на этом не заканчиваются. Самой сложной для интерпретации фигурой остается танцующий юноша. Существует мнение, что это молодой пастух, дивящийся (удивляющийся) чуду Рождества. Пораженный, он закрывает лицо рукой, чем напоминает пастуха изображенного в вернем углу иконы, — тот, увидев звезду, также прикрывает глаза. Одежда юноши — короткий хитон — соответствует традиции изображения пастухов. Проще дать определение образу юноши с книгой в руках. Некоторые исследователи видят в нем Романа Сладкопевца; другие, указывая на отсутствие нимба, уменьшенный размер фигуры и другие детали, считают, что это некий собирательный образ гимнографа или чтеца.

В памятниках XVI–XVII веков композиция сильно расширяется, в нее входят персонификации моря и ветров, приносящих Младенцу, по выражению иконописного подлинника, послушание и повиновение. Все более многофигурным становится изображение молящихся.

Дионисий. Роспись собора Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря. 1502 г.

XVI в. Москва. Музеи Московского Кремля

XVI в. Великий Устюг. Государственный музей палехского искусства, Палех

Икона из Успенской церкви села Варзуга. Конец XVII в. Русский Север. Государственный Эрмитаж

Икона из ярославской церкви Феодоровской Богоматери. 1680-1690 г. Ярославль. Русский Музей, Спб.

Иудейский храм IX века до н.э. (археологическая сенсация)

Поделиться:

Так уж повелось в Израиле, что, прежде чем проложить новое шоссе или расширить существующее, частная строительная компания или Национальное управление безопасности дорожного движения сначала финансируют археологические «спасательные» (разведывательные) работы на предмет выявления ценных исторических объектов.

В 2012-2013 гг. до утверждения плана расширения шоссе под номером 1, проходящего рядом с известным древним поселением Тель-Моца, в пяти километрах от Иерусалима, были проведены три сезона археологических раскопок.

В ходе последних и более ранних исследований было выяснено, что район из-за удобного месторасположения, плодородных почв и обилия источников воды был заселён ещё в VIII тыс. до н.э.

На участке «В», относящемся к неолиту, были обнаружены остатки архитектурных строений и захоронений. Самые древние следы поселения выявлены на вершине горы. В процессе последних раскопок были найдены: здание круглой формы, выстроенное из полевых камней, с напольным оштукатуренным покрытием и очагом; вплотную прилегающие захоронения, также каменные и обсидиановые орудия и две каменные зооморфные статуэтки – барана и дикого быка.

Фото Яэль Йолович. Управление Древностей Израиля: «Каменная фигурка барана» (период неолита)

Похоже, речь идёт о культовом сооружении, просуществовавшем почти семь тысяч лет. Вполне возможно, фигурки животных свидетельствуют о процессе одомашнивания мелкого и крупного рогатого скота, благодаря чему уровень жизни древних людей значительно изменился. Фигурки животных могли быть символами божества или плодородия.

Раскопки периода среднего бронзового века (слой VIII) выявили незначительные остатки построек, гончарные изделия, а также склон горы, который использовали в качестве стены. И именно эта стена с северной стороны служила для иудейского храма периода «железо IIА», о котором мы будем говорить подробно.

Под храмовым полом были обнаружены обломки более древней керамики, что свидетельствует о проживании хананеян в этом месте в течение долгого времени. Вероятно, — вплоть до появления сынов Израиля, в частности колена Биньямина, которое, согласно книге Йеhошуа бин-Нуна (Иисус Навин), получило во владения город под названием Моца (Иис. Нав. 18:26).

Вместе с этим стоит уточнить, что топографическая граница между владениями племени Иуды и племени Биньямина проходит, насколько известно, чуть севернее Тель-Моцы.

Можно предположить, что название хананейского города было иным, а книга Йеhошуа зафиксировала иудейское название, означающее «выезд, начало пути, исходная точка». В Моцу ещё в конце IX века до н.э. свозили зерно из окрестных селений, сгружали в зернохранилища, которые были обнаружены рядом с иудейским храмом, о котором пришло время рассказать.

Фото Рами Юдовина: «Зернохранилища к востоку от храма»

В 2012 году в ходе археологических раскопок под руководством Ш. Киселевич, А. Эйрих, Х. Халяйлы и З. Гринута в секторе «В» (слой VI), относящемся к периоду «железо IIА» (IX век до н.э.), был обнаружен фундамент довольно значительного общественного здания, о котором было известно в ходе прежних изысканий (1993 г.). Как оказалось, это строение являлось частью храмового комплекса.

Фото Александра Зеликмана: «Развалины храма в Тель-Моце»

Сам храм, судя по найденной керамике в фундаменте и другим признакам, построен в середине IX века до н.э., и по всей вероятности, просуществовал до начала VI в. до н.э. Здание ориентировано по своей оси на западо-восток. Святилище подходит под описание библейского Храма Шломо (Соломона). Очевидно, что в то время существовал единый канон архитектурной стилистики культовых зданий не только в Иудее и Израиле, но и Сирии.

Комплекс был построен у склона вдоль восточно-западной оси и состоял из трёх частей: двора, портика и здания.

Поскольку весь комплекс был раскопан далеко не полностью, его точные размеры и план неизвестны.

Восточный главный и довольно широкий вход вёл из портика внутрь большого строения, которое исследовано лишь частично, но, даже судя по имеющимся данным, можно понять, что оно было поделено на несколько комнат.

Внутри зала вдоль северной и восточной стен были каменные скамейки, рядом с ними были поставлены пять полевых неотёсанных камней среднего размера, очевидно имеющих культовое значение. Возле входа в здание находился столб, от которого сохранилось массивное каменное основание.

Фотография Управления Древностей Израиля: «Скамьи и каменное основание»

В центре двора расположен квадратный жертвенник из необработанных полевых камней, из которых сохранились три кладки. К северу от алтаря находится почти прилегающая к нему яма, в которой были обнаружены обломки керамических изделий, большое количество костей, часть из которых обожжена, а часть носит следы разделки острым предметом.

Фото Александра Зеликмана: «Жертвенник и яма»

Стоит добавить, что все животные ритуально чистые, анализ костей, обнаруженных в святилище, показал, что они принадлежали коровам, козам, овцам и оленям, большинство из которых примерно трёхлетнего возраста. Удивительно, но эта традиция зафиксирована в книге Бытие: «Господь сказал ему: возьми Мне трехлетнюю телицу, трехлетнюю козу, трехлетнего овна, горлицу и молодого голубя» (Быт. 15:9). Согласно правилам жертвоприношения из Торы, алтарь Тель-Моцы, наряду с другими жертвенниками, в частности на горе Эйвал (XII-XI вв. до н.э.), свидетельствует о древности этой традиции.

Кроме костей в яме была найдена зола от всесожжения и изрядное количество керамики, вероятно культового происхождения. Вполне возможно, яма — это в том числе прототип генизы, места захоронения вышедших из употребления священных предметов.

Большое количество осколков глиняной посуды и культовых сосудов было найдено сложенными в груду чуть поодаль от ямы. Трудно сказать, как часто выгребали содержимое ямы и что делали дальше с костями жертвенных животных.

Среди культовых сосудов были найдены обломки стоек, украшенных консолями и растительными мотивами, в частности «висящими лепестками». А также чаши, подвески с изображением плода гранат и крайне любопытное – зооморфные глиняные фигурки, одна из которых очень интересная — натуралистическое изображение лошади.

Фотография Клары Амит. Управления Древностей Израиля: «Глиняная фигурка коня»

Очевидно, на коне также был вылеплен всадник, об этом свидетельствуют обломки ступней, а также явно прочерченные ремни, надеваемые на голову лошади; животное показано с раздутыми ноздрями и открытым ртом, как будто ваятель хотел изобразить скачущую лошадь.

Фотография Клары Амит. Управления Древностей Израиля: «Глиняная фигурка коня»

Другая фигурка поменьше и выполнена не так тщательно и умело – изображение напоминает осла, мула или лошадь.

Был найден обломок постамента, на котором отчётливо видны львиные лапы и приподнятый хвост. Вероятно, было два льва, которые присоединялись к некому культовому предмету с двух сторон. На древнем Востоке, особенно на севере Сирии, подобный мотив был широко распространён.

Потрясающая находка – две антропоморфные статуэтки маленьких, но очень выразительных голов. Трудно сказать, художник вылепил из глины тела, бюсты или только головы с шеей? Хотя, на мой взгляд, следы некого облома присутствуют.

Фотография Клары Амит. Управления Древностей Израиля: «Две глиняные головы»

Вполне вероятно, головы были отбиты специально или отломались случайным образом.

Мы можем вполне отчётливо увидеть на статуэтках длинные кудрявые волосы, покрытые круглой шапкой, напоминающей обруч или корону. Возможно, на головы устанавливали какой-то предмет, поэтому шапка плоская с выпуклой каймой.

Глаза преувеличенно большие, выпуклые. Можно предположить, что в специально проделанные отверстия священники вставляли драгоценные камни.

Художник показал мужской образ, продемонстрировав отверстия в нижней части лица, символизирующие бороду. На второй статуэтке нет такой символики, но всё же это вряд ли женский образ, в нижней части челюстей и подбородка довольно явно просматривается выпуклость, напоминающая бороду.

Заповедь Торы «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им…» (Исх. 20:4) говорит о том, что запрет делать изображения, будь то антропоморфные или зооморфные, появился позже, в разгар религиозных реформ и борьбы с языческими элементами, чтобы полностью порвать явно прослеживаемую связь с ханаанскими культами.

Можно (с осторожностью) предположить, что деятельность храма в Моце была остановлена реформатором, праведным царём Йошияу. Минимум два столетия святилище действовало в непосредственной близости, в каких-то семи километрах от главного Храма Иудеи, построенного, согласно Библии, самим царём Соломоном.

В седьмом и шестом веках до н.э. в Моце произошёл строительный подъём, что свидетельствует о росте поселения. Рядом с храмовым комплексом появились ещё здания.

Фотография Управления Древностей Израиля: «Постройки позднего железного периода»

Как известно, постройку и содержание храмов могли себе позволить только экономически состоятельные жители, для которых храм представлял огромную важность. Зная это, Хизкияу и возможно даже Йошияу не разрушили, не закопали и не осквернили его, как это делали с другими иудейскими святилищами, например, в Лахише и Араде.

Вопрос, прекратил ли свою деятельность храм во времена вышеупомянутых царей, на данный момент остался открытым.

Кроме этого был ещё нюанс, объясняющий существование ещё одной святыни, находившейся в считанных километрах от Города Давида. Вполне возможно, что иудейский храм в Моце являлся всего лишь логичным продолжением древнейшего ханаанского святилища, действующего очень длительный, можно сказать, немыслимый период, около семи тысяч лет. Место, на котором построен храм в IX веке до н.э., являлось святым, а иудеи верили в святость мест (Иис. Нав. 5:15).

Вполне очевидно, что поселение пришло в полный упадок после вавилонского нашествия, так как в персидский (третий археологический слой) период иудеи, если и проживали в Моце, то в очень ограниченном количестве.

Надеемся, что дальнейшие раскопки, запланированные на 2020 и 2021 годы, прольют свет на загадку святилища в Моце, и кто знает, может удастся обнаружить самый ценный археологический артефакт – надписи времён Первого, но, как оказалось, не единственного Храма в районе Иерусалима.

Фото Рами Юдовина: «Развалины храма в Тель-Моце» (2019 г.)

Покровские храмы в России

14.10.2018 14 октября Церковь отмечает праздник Покрова Пресвятой Богородицы. В основу праздника положено предание о явлении Божией Матери во Влахернском храме в Константинополе в 910 году, когда она спасла молящихся православных людей от нашествия сарацинов. В 1165 году святым князем Андреем Боголюбским (от него же и начинается традиция почитания Богородицы как заступницы Руси) этот праздник был утвержден в Русской Церкви и отмечают его сегодня только у нас.

Икона Божией Матери «Покров»

Праздник Покрова Пресвятой Богородицы издавна очень почитался и почитается русским народом. Именно поэтому до наших дней сохранилось множество храмов в честь этого праздника и ежегодно этот список пополняется.

Храмы в честь Покрова Пресвятой Богородицы встречаются во многих странах ближнего и дальнего зарубежья и, конечно, в разных уголках нашей страны. Поговорим о самых известных.

Собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву (Москва)

Без сомнения, этот изумительный храм считается одним из главных символов России. Можно бесконечно долго рассматривать необычную и затейливую архитектуру собора. Построен он был при Иване Грозном в 1561 году, над ним трудились 6 лет, и объединяет в себе этот собор 10 приделов (3 придела – в честь праздников и 7 – в честь разных святых). Главный придел освящен в честь праздника Покрова Пресвятой Богородицы. На Покров в 1552 году войска Ивана Грозного одержали победу в Казани. В честь этой победы и была заложена церковь. В народе же этот собор больше известен как собор Василия Блаженного (гробница юродивого находится в одном из приделов).

Храм Покрова Пресвятой Богородицы в Филях (Москва)

Храм построен в 1694 году на средства Льва Кирилловича Нарышкина, дяди Петра I. Храм представляет собой пятиярусное сооружение в стиле «нарышкинского барокко» (стилю барокко характерны пышность, величественность, помпезность). На сводах храма уцелели фрагменты росписей 17-18 веков, а также сохранилась первоначальная икона «Покрова Богородицы» 17 века.

Церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы в Невском лесопарке (Санкт-Петербург)

Этот удивительный деревянный храм был построен в 2008 году. Он является воссозданной копией Покровской церкви (1708 г.), которая стояла до пожара 1963 года на Вытегорском погосте в Вологодской области. Основание храма построено в форме креста, основной объем — восьмерик (имеет восемь граней), с каждой стороны которого по четыре прируба, а наверху всего 25 глав (это число означает похвалу Пресвятой Деве, 25 кондаков и икосов имеет древнейший акафист Богородице).

Церковь Покрова на Высоком (Калужская область)

Еще один уникальный храм деревянного зодчества — церковь Покрова Пресвятой Богородицы на Высоком в Боровске. Эта церковь была построена на месте мужского Высоко-Покровсого монастыря (здесь в 1414 году был пострижен в монахи Пафнутий Боровский). Первое упоминание церкви относится к 1621 году.

Церковь Покрова на Нерли (Владимирская область)

Одна из самых известных церквей на Руси. Она была основана в 1150-х-1160-х годах при князе Андрее Боголюбском при слиянии рек Нерль и Клязьма.

По преданию, белый камень, из которого построена церковь, был привезен из покоренного Андреем Боголюбским Булгарского царства. На стенах церкви хорошо сохранились барельефы, росписи же внутреннего убранства – утрачены.

По своей форме церковь – так называемый, четверик (основание построено в виде квадрата).

Церковь Покрова на Торгу (Вологда)

Эта старинная церковь впервые упоминается в 1560-е годы. Церковь являлась «придомовой» и находилась рядом с покоями царя Ивана Грозного, где он жил, когда посещал Вологду (тогда церковь носила название в честь святых Иоакима и Анны). Нынешняя каменная церковь построена на месте сгоревшей деревянной в 1679 году, и именно тогда главный придел был освящен в честь праздника Покрова Пресвятой Богородицы.

Покровско-Татианинский собор (Чебоксары)

Когда-то в Чебоксарах был храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы, но в 1980 году он был снесен, а на его месте построили ГЭС. В наше время в городе воздвигли новый храм, вместо старого, в честь праздника Покрова (верхний престол в честь праздника, а нижний – в честь мученицы Татианы). Заложен храм был патриархом Алексием II в 2001 году, а освящен — в 2006.

Покровский храм Тобольского кремля (Тюменская область)

Храм был построен в 1746 году за счет государевой казны митрополитом Тобольским Антонием II (Нарожницким). Первоначально был освящен во имя Антония и Феодосия Киево-Печерских. В 1867 году к собору был пристроен северный придел, и храм получил новое именование в честь Покрова Божией Матери и Ея иконы, именуемой «Тобольская» (придел в честь Киево-Печерских чудотворцев остался).

Свято-Покровский собор (Красноярск)

Одно из самых старых каменных зданий в Красноярске. Собор был построен на деньги прихожан в 1795 году в стиле сибирского барокко (этот термин относится к храмовой архитектуре Сибири 18 века; характерной чертой является примыкающая к храму трапезная с колокольней, а также нагромождение последовательно уменьшающихся объемов).

Храм Покрова Пресвятой Богородицы (Ханты-Мансийск)

Храм был построен по инициативе местных жителей в 1816 году в стиле сибирского барокко. Интересна история этого храма. Предположительно, на том месте, где сейчас стоит храм, была церковь во имя Николая Чудотворца (сегодня один из приделов освящен в честь Святого). Историки считают, что эту церковь основали казаки, которые покоряли Сибирь вместе с Ермаком в 16 веке.

В годы советской власти храм был переделан в клуб, а затем снесен. В 1996 году начались восстановительные работы, а в 2001 — состоялось освящение воссозданного храма.

Покровский собор (Севастополь)

Собор был построен архитектором В.А. Фельдманом в 1905 году по типу базилики с 5 куполами, за основу архитектуры были взяты шатровые церкви 16 века. Собор имеет три нижних придела (в честь прп. Серафима Саровского, мчцц. Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, блгв. Князя Владимира) и три верхних придела (главный — в честь Покрова Пресвятой Богородицы; вмч. Пантелеимона, апп. Петра и Павла).

Храмов в честь Покрова Пресвятой Богородицы в нашей стране очень много, мы рассказали лишь о некоторых. Также стоит отметить, что кроме храмов, есть и монастыри в честь этого праздника. Такое почитание наглядно демонстрирует любовь русского народа к Божией Матери, которая защищает и оберегает нас и нашу страну.

«Наши верующие, знающие великую силу ходатайства Матери Божией, сердцем пусть всегда припадают к ногам Божией Матери со своими воздыханиями, нуждами, скорбями, во всех испытаниях и в минуты плача о грехах. И Она, Радость всех скорбящих, наша Небесная Мать, простирая Свой державный Покров, заступит и спасет и помилует всех нас. Аминь.» Архимандрит Иоанн (Крестьянкин).

Святая Земля. Часть 3. Дом Иоакима и Анны в Иерусалиме

Святые праведные Иоаким и Анна жили в Назарете Галилейском. Достигнув глубокой старости, не имели детей, и терпели за это горькое поношение от людей, т.к. дети считались Божиим благословением, а бездетных супругов люди почитали грешниками. Однажды во время праздника первосвященник Иерусалимского Храма отказался принять дары от Иоакима, считая его лишенным Божиего благословения. Глубоко опечаленный, Иоаким ушел в пустыню, где постился и молился 40 дней. Святая Анна считала себя виновницей несчастья, и слезно моля Господа о даровании младенца, обещала посвятить Богу дарованное дитя.

Греческая церковь на месте Рождества Пресвятой Богородицы

После этого обета Иоаким и Анна поселились в Иерусалиме, и вскоре у них родилась дочь, которой они дали имя Мария. До трехлетнего возраста Пресвятая Мария жила в доме своих родителей, а затем торжественно была приведена святыми Иоакимом и Анной в храм Господень, где воспитывалась до совершеннолетия.
Дом, где жили праведные Иоаким и Анна, и где появилась на свет Пресвятая Дева, находился к северу от Иерусалимского Храма, вблизи ворот, выходящих в сторону Гефсимании, и называемых Овчими, Львиными или Стефановыми (потому что именно через эти ворота вывели первомученика Стефана, чтобы побить камнями).

Львиные (Овчие) ворота Иерусалима
Львы на воротах

Игумен Даниил пишет в своих записках: «Здесь находится небольшая каменная пещера, внизу под алтарем, в этой пещере родилась Богородица, здесь же хранится гроб Иоакима и Анны. Недалеко отсюда притвор Соломона, где находится купальня, названная Овчей купелью, и где Христос исцелил расслабленного. Место это к западу от дома Иоакима и Анны, на расстоянии брошенного камня. Если оттуда идти на восток, то близко городские ворота, которые ведут к Гефсимании».
Сейчас на этом месте очень близко расположены два храма: католический собор святой Анны, славящийся прекрасной акустикой, и греческая церковь Иоакима и Анны. Под храмами находятся пещеры, но местом Рождества Пресвятой Богородицы считается пещера под греческой церковью.

Католическая церковь святой Анны

Пещерная церковь под церковью святой Анны

Вскоре после введения во храм Пресвятой Богородицы восьмидесятилетний старец Иоаким скончался. Святая Анна пережила его на два года и отошла ко Господу семидесяти девяти лет. Преклонный возраст праведных супругов показывает, что рождение у них Дочери было действием особого Промысла Божия. Церковь называет Иоакима и Анну Богоотцами, ибо они были предками Иисуса Христа по плоти, и ежедневно на отпусте Божественной службы просит их молитв о исходящих из храма верующих.

Место Рождества Пресвятой Богородицы в пещере под греческой церковью
Икона — Богоотцы Иоаким и Анна с Пречистой Девой Марией

Храм свв. Иоакима и Анны на месте их дома в Иерусалиме

Святая Земля. Оглавление:

Хеврон. Мамврийский дуб ; Хайфа и гора Кармил; дом Иоакима и Анны. Место Рождества Богородицы; Назарет; Горненский монастырь; Эйн Карем. Пещера Иоанна Крестителя; Вифлеем; Поле Пастушков; Иордан; Иерихон. Гора Искушений; Кана Галилейская; Генисаретское озеро. Капернаум; рыба апостола Петра; Магдала и гора Блаженств; гора Фавор и долина Изреель; вода в Иерусалиме. Цистерны, купели и купальни; Вифания. Гробница Лазаря; Горница Тайной Вечери. Гефсимания; Гефсимания. Монастырь Марии Магдалины; Крестный путь Спасителя; порог Судных Врат; Голгофа и Гроб Господень; история храма Гроба Господня; структура храма Гроба Господня; Елеонская гора – место Вознесения Господня; Яффо, Иоппия. Проповедь апостола Петра; Успение Божией Матери. Гефсиманская гробница; Лидда. Храм Георгия Победоносца; Лавра Саввы Освященного. Лавра Феодосия Великого. Монастырь Герасима Иорданского.

Собор Пресвятой Богородицы

Со­бор Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. На дру­гой день по Рож­де­стве Хри­сто­ве празд­ну­ет­ся Со­бор Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, па­мять свя­то­го Иоси­фа Об­руч­ни­ка, ца­ря Да­ви­да (пред­ка по пло­ти Гос­по­да Иису­са Хри­ста) и свя­то­го Иа­ко­ва, бра­та Гос­под­ня, сы­на от пер­во­го бра­ка свя­то­го Иоси­фа Об­руч­ни­ка. Свя­той Иа­ков со­про­вож­дал вме­сте с от­цом сво­им Иоси­фом Ма­терь Бо­жию и Бо­гом­ла­ден­ца Иису­са при бег­стве в Еги­пет.

Происхождение названия. Праздник этот называется «Собором» не потому, что посвящен нескольким святым (как, например, Собор 12 апостолов), а потому, что древние христиане имели обычай в этот день собираться в святые храмы для прославления Богоматери. Таким же образом на следующий день после праздника Крещения Господня совершается празднование Собора честного и славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна (20 января), когда православный народ собирается в храме, чтобы соборно помолиться, совершить богослужение и похвалу в честь того, кто послужил в деле Крещения Христова.

К истории праздника. По­сле то­го, как волх­вы ушли из Виф­ле­е­ма, Ан­гел Гос­по­день во сне явил­ся Иоси­фу, по­веле­вая ему, чтобы он вме­сте с но­во­рож­ден­ным мла­ден­цем Иису­сом Хри­стом и Ма­те­рию Его, Пре­чи­стою Де­вою Ма­ри­ею, бе­жал в Еги­пет и оста­вал­ся там до тех пор, по­ка ему по­ве­ле­но бу­дет от­ту­да воз­вра­тить­ся, так как Ирод хо­чет ис­кать Мла­ден­ца, чтобы по­гу­бить Его. Иосиф, встав, взял Мла­ден­ца и Ма­терь Его но­чью и по­шел в Еги­пет. Но сна­ча­ла, преж­де от­ше­ствия сво­е­го ту­да, он ис­пол­нил в хра­ме Со­ло­мо­но­вом все, что опре­де­ле­но бы­ло по за­ко­ну Гос­под­ню, ибо дни очи­ще­ния Пре­чи­стой и Пре­не­по­роч­ной Бо­го­ма­те­ри уже на­сту­пи­ли, и в том хра­ме сре­ти­ли Гос­по­да на­ше­го ста­рец Си­ме­он и Ан­на про­ро­чи­ца. По­том, ис­пол­нив все, что опре­де­ле­но бы­ло в за­коне, Иосиф по­шел в На­за­рет, в дом свой. Ибо так го­во­рит свя­той Лу­ка: «И ко­гда они со­вер­ши­ли все по за­ко­ну Гос­под­ню, воз­вра­ти­лись в Га­ли­лею, в го­род свой На­за­рет» (Лк.2:39). От­сю­да яв­но, что они не тот­час на­пра­ви­лись из Виф­ле­е­ма к Егип­ту, но сна­ча­ла по­шли в храм Гос­по­день, за­тем в На­за­рет и, на­ко­нец, в Еги­пет. О том сви­де­тель­ству­ет и свя­той Фе­о­фи­лакт в тол­ко­ва­нии на Еван­ге­ли­ста Мат­фея, ко­гда пи­шет так: «Во­прос: Как это го­во­рит Еван­ге­лист Лу­ка, что Гос­подь уда­лил­ся в На­за­рет по про­ше­ствии 40 дней по рож­де­нии Сво­ем и по­сле сре­те­ния Сво­е­го стар­цем Си­мео­ном? А здесь свя­той Мат­фей го­во­рит, что он при­шел в На­за­рет уже по воз­вра­ще­нии из Егип­та? От­вет: Знай, что Еван­ге­лист Лу­ка упо­ми­на­ет о том, о чем умол­чал Еван­ге­лист Мат­фей, имен­но — что Гос­подь (го­во­рит Лу­ка) по рож­де­стве Сво­ем по­шел в На­за­рет. А Мат­фей го­во­рит о том, что слу­чи­лось уже по­сле то­го, имен­но: как наш Гос­подь бе­жал в Еги­пет и как по воз­вра­ще­нии от­ту­да сно­ва по­шел в На­за­рет. Во­об­ще Еван­ге­ли­сты не про­ти­во­ре­чат друг дру­гу, но толь­ко Лу­ка го­во­рит об уда­ле­нии Хри­ста из Виф­ле­е­ма в На­за­рет, а Мат­фей по­вест­ву­ет о Его воз­вра­ще­нии в На­за­рет из Егип­та».

Итак, по вы­хо­де из хра­ма Гос­под­ня свя­тые пут­ни­ки сна­ча­ла от­пра­ви­лись в На­за­рет и немед­лен­но сде­ла­ли рас­по­ря­же­ние от­но­си­тель­но сво­е­го до­ма, а за­тем, за­хва­тив­ши все нуж­ное для пу­те­ше­ствия, по­спеш­но, но­чью (чтобы бли­жай­шие со­се­ди не узна­ли это­го) на­пра­ви­лись по до­ро­ге к Егип­ту. При этом они взя­ли с со­бою для услу­же­ния и Иа­ко­ва, стар­ше­го сы­на Иоси­фо­ва, на­зван­ного впо­след­ствии бра­том Гос­под­ним, что вид­но из цер­ков­но­го пес­но­пе­ния на 23-е ок­тяб­ря, где по­ет­ся так: «Еже во пло­ти Гос­под­ня же­ла­ния муд­ре, брат по­ка­зал­ся еси, уче­ник, и са­мо­ви­дец бо­же­ствен­ных тайн, бе­га­яй с ним, и во Егип­те быв со Иоси­фом, Ма­те­рию же Иису­со­вою: с ни­ми­же мо­ли спа­сти­ся нам». От­сю­да яв­но, что и Иа­ков со­пут­ство­вал свя­то­му се­мей­ству на пу­ти в Еги­пет, слу­жа ему во вре­мя пу­те­ше­ствия. А бе­жал Гос­подь в Еги­пет ча­стью для то­го, чтобы по­ка­зать, что Он есть ис­тин­ный че­ло­век во­пло­щен­ный, а не дух и при­ви­де­ние (на что ука­зы­ва­ет свя­той Еф­рем в сло­ве на Пре­об­ра­же­ние, ко­гда го­во­рит: «Ес­ли бы Он не был пло­тию, то то­гда с Кем же бе­жал Иосиф в Еги­пет»); а ча­стью для то­го, чтобы на­учить нас бе­жать гне­ва и яро­сти че­ло­ве­че­ской, а не с гор­до­стью про­ти­вить­ся им. Так объ­яс­ня­ет и Зла­то­уст: «В сво­ем бег­стве, – го­во­рил он, – Гос­подь на­уча­ет нас да­вать ме­сто яро­сти, т.е. бе­гать че­ло­ве­че­ской яро­сти. И ес­ли Все­мо­гу­щий бе­жит, то мы, гор­дые, на­уча­ем­ся этим не под­вер­гать се­бя опас­но­сти». Цель бег­ства Гос­под­ня в Еги­пет и та, чтобы очи­стить Еги­пет от идо­лов и, как го­во­рит свя­той па­па Лев, чтобы не без этой стра­ны, в ко­то­рой в пер­вый раз через за­кла­ние агн­ца бы­ли про­об­ра­зо­ва­ны спа­си­тель­ное зна­ме­ние кре­ста и Пас­ха Гос­под­ня, – уго­то­ва­лось та­ин­ство свя­тей­шей жерт­вы. Так­же и чтобы ис­пол­ни­лось сле­ду­ю­щее про­ро­че­ство Ис­а­и­и­но: «Гос­подь вос­се­дит на об­ла­ке лег­ком, и гря­дет в Егип­те. И по­тря­сут­ся от ли­ца Его идо­лы еги­пет­ские» (Ис.19:1). В этом ме­сте под об­ла­ком свя­той Ам­вро­сий ра­зу­ме­ет Пре­чи­стую Де­ву, Ко­то­рая при­нес­ла на ру­ках Сво­их Гос­по­да в Еги­пет, и па­ли идо­лы еги­пет­ских бо­гов. Тот об­лак, Пре­чи­стая Де­ва, – ле­гок, ибо Она не отя­го­ще­на ни­ка­ким бре­ме­нем ка­ко­го-ли­бо гре­ха или плот­ско­го во­жде­ле­ния и по­зна­ния су­пру­же­ства.

Пе­ре­да­ет­ся и то, что ко­гда пра­вед­ный Иосиф, Пре­чи­стая Де­ва и Бо­гом­ла­де­нец шли в Еги­пет, в од­ном пу­стын­ном ме­сте на­па­ли на них раз­бой­ни­ки и хо­те­ли от­нять у них ос­ла, на ко­то­ром они вез­ли то немно­гое, что необ­хо­ди­мо бы­ло им в до­ро­гу, и на ко­то­ром ино­гда и са­ми ез­ди­ли. Один же из тех раз­бой­ни­ков, уви­дев Мла­ден­ца необы­чай­ной кра­со­ты и уди­вив­шись та­кой кра­со­те, ска­зал:

– Ес­ли бы Бог при­нял на Се­бя че­ло­ве­че­ское те­ло, то не мог бы быть кра­си­вее се­го Мла­ден­ца.

Ска­зав это, он за­пре­тил сво­им то­ва­ри­щам, про­чим раз­бой­ни­кам, и не дал им ни­чем оби­деть сих пут­ни­ков. То­гда Пре­чи­стая Бо­го­ро­ди­ца ска­за­ла то­му раз­бой­ни­ку:

– Знай, что Сей Мла­де­нец воз­даст те­бе щед­рым воз­да­я­ни­ем за то, что ты охра­нил Его.

Этот раз­бой­ник был тот са­мый, ко­то­рый впо­след­ствии, при Рас­пя­тии Хри­ста, был по­ве­шен на кре­сте по пра­вую сто­ро­ну, и ко­то­ро­му Гос­подь ска­зал: «Ныне же бу­дешь со мною в раю» (Лк.23:43). И ис­пол­ни­лось про­ро­че­ское пред­ска­за­ние Бо­жи­ей Ма­те­ри, что «воз­даст те­бе Сей Мла­де­нец».

Ко­гда они во­шли в Еги­пет­скую стра­ну и на­хо­ди­лись в пре­де­лах Фива­и­ды, при­бли­зи­лись они к го­ро­ду Ер­мо­по­лю. Близ вхо­да в сей го­род рос­ло очень кра­си­вое де­ре­во, на­зы­вав­ше­е­ся «Пер­сея», ко­то­рое та­мош­ние жи­те­ли по сво­е­му идо­ло­по­клон­ни­че­ско­му обы­чаю по­чи­та­ли как бо­га из-за его вы­со­ты и ве­ли­че­ствен­ной кра­со­ты, по­кло­ня­ясь ему и при­но­ся ему жерт­вы, ибо в том де­ре­ве жил и бес, по­чи­та­е­мый ими. Ко­гда Пре­чи­стая Бо­го­ма­терь с Бо­же­ствен­ным Мла­ден­цем при­бли­зи­лась к то­му де­ре­ву, тот­час оно силь­но по­тряс­лось, ибо бес, убо­яв­шись при­ше­ствия Иису­со­ва, бе­жал. А де­ре­во при­к­ло­ни­ло свою вер­хуш­ку до са­мой зем­ли, воз­да­вая по­до­ба­ю­щее по­кло­не­ние сво­е­му Со­зда­те­лю и Его Ро­ди­тель­ни­це, Пре­чи­стой Де­ве, кро­ме то­го, оно огра­ди­ло их те­нью сво­их мно­го лист­вен­ных вет­вей от сол­неч­но­го зноя и тем да­ло воз­мож­ность утом­лен­ным свя­тей­шим пут­ни­кам от­дох­нуть. И в та­ком на­кло­нен­ном ви­де оста­лось то де­ре­во в оче­вид­ное зна­ме­ние при­ше­ствия Гос­по­да в Еги­пет. По­сле то­го, как под сим де­ре­вом Гос­подь с Сво­ею Ма­те­рию и Иоси­фом от­ды­ха­ли, это де­ре­во по­лу­чи­ло це­леб­ную си­лу, ибо от его вет­вей ис­це­ля­лись вся­кие бо­лез­ни. За­тем свя­тые пут­ни­ки преж­де все­го во­шли в тот го­род и идоль­ский храм, на­хо­див­ший­ся в нем, и тот­час все идо­лы па­ли. О сем хра­ме упо­ми­на­ет Пал­ла­дий в «Лав­са­и­ке»: «Мы ви­де­ли, – го­во­рит он, – там (в Ер­мо­по­ле) идоль­ский храм, в ко­то­ром во вре­мя при­ше­ствия Спа­си­те­ля упа­ли все идо­лы ниц на зем­лю. Так­же и в од­ном се­ле­нии, на­зы­ва­е­мом «Си­рен», упа­ло три­ста шесть­де­сят пять идо­лов в од­ном хра­ме, в то вре­мя как ту­да во­шел Хри­стос с Пре­чи­стою Ма­те­рию.

Да и во всем Егип­те во вре­мя при­ше­ствия Гос­под­ня со­кру­ши­лись идо­лы, и бе­сы бе­жа­ли из них, и ис­пол­ни­лось в этом со­бы­тии то, что пред­рек св. про­рок Иере­мия, на­хо­дясь в Егип­те, ко­гда ска­зал «Все идо­лы долж­ны бу­дут упасть, и все изо­бра­же­ния бо­гов со­кру­шат­ся то­гда, ко­гда при­дет сю­да Де­ва Ма­терь с Мла­ден­цем, рож­ден­ным в яс­лях». Со вре­ме­ни се­го Иере­ми­и­на про­ро­че­ства у егип­тян су­ще­ство­вал обы­чай изо­бра­жать Де­ву, по­ко­я­щу­ю­ся на по­сте­ли, а близ Нее Мла­ден­ца, ле­жа­ще­го в яс­лях и по­ви­то­го пе­ле­на­ми, и по­кло­нять­ся это­му изо­бра­же­нию. Ко­гда од­на­жды царь Пто­ле­мей спро­сил еги­пет­ских жре­цов, для че­го они это де­ла­ют, те от­ве­ти­ли «Это – тай­на, воз­ве­щен­ная древ­ней­шим пред­кам на­шим од­ним свя­тым про­ро­ком, и мы ждем ис­пол­не­ния то­го про­ро­че­ства и рас­кры­тия сей тай­ны».

По­сле се­го свя­тые пу­те­ше­ствен­ни­ки по­вер­ну­ли немно­го в сто­ро­ну от го­ро­да Ер­мо­по­ля и, ища ме­ста для оста­нов­ки, во­шли в се­ле­ние, на­зы­вав­ше­е­ся «На­та­рея», ле­жа­щее неда­ле­ко от Илио­по­ля. Иосиф близ это­го се­ле­ния оста­вил Пре­чи­стую Де­ву Ма­рию со Хри­стом Гос­по­дом, а сам по­шел в се­ле­ние ра­ди при­об­ре­те­ния по­треб­но­го. А то смо­ков­нич­ное де­ре­во, при­ютив­шее свя­тых стран­ни­ков под со­бою, раз­дво­и­лось свер­ху дони­зу и опу­сти­ло свой верх, об­ра­зуя как бы сень или ша­тер над их гла­вою: а вни­зу, у сво­е­го кор­ня, оно об­ра­зо­ва­ло в той рас­се­лине как бы углуб­ле­ние, удоб­ное для пре­бы­ва­ния, и там Пре­чи­стая Де­ва с Мла­ден­цем лег­ла и от­дох­ну­ла от пу­те­ше­ствия. То ме­сто и до се­го вре­ме­ни в боль­шом по­чи­та­нии не толь­ко у хри­сти­ан, но и у са­ра­ци­нов, ко­то­рые и до сих пор (как это рас­ска­зы­ва­ет­ся до­сто­вер­ны­ми оче­вид­ца­ми) воз­жи­га­ют све­тиль­ник с еле­ем в рас­се­лине де­ре­ва в честь по­чи­вав­шей там Де­вы с Мла­ден­цем. Иоси­фу и Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це за­хо­те­лось остать­ся в том се­ле­нии и, най­дя для се­бя неда­ле­ко от то­го де­ре­ва хи­жи­ну, они на­ча­ли в ней жить. Со­вер­ши­лось и дру­гое чу­до си­лою Бо­же­ствен­но­го Мла­ден­ца, ибо там же, близ их ме­сто­пре­бы­ва­ния и близ то­го чу­дес­но­го де­ре­ва, явил­ся вне­зап­но ис­точ­ник жи­вой во­ды, из ко­то­ро­го Пре­чи­стая Де­ва чер­па­ла для сво­ей по­тре­бы и в ко­то­ром устра­и­ва­ла ку­па­нье для Сво­е­го Мла­ден­ца. Су­ще­ству­ет тот ис­точ­ник и до­ныне, имея очень хо­лод­ную и здо­ро­вую во­ду. А что еще уди­ви­тель­нее, что во всей зем­ле Еги­пет­ской это един­ствен­ный ис­точ­ник жи­вой во­ды, и он сла­вит­ся в том се­ле­нии. Сим кон­ча­ет­ся по­вест­во­ва­ние о пре­бы­ва­нии Пре­чи­стой Бо­го­ма­те­ри со Хри­стом в Егип­те, где они про­бы­ли несколь­ко лет. Но точ­но­го из­ве­стия о том, сколь­ко лет про­вел Гос­подь в Егип­те – нет. Св. Епи­фа­ний го­во­рит, что – два го­да, а Ни­ки­фор три го­да, а Ге­ор­гий Кед­рин пять лет; иные же, как Ам­мо­ний Алек­сан­дрий­ский, ду­ма­ют, что семь лет. Во вся­ком слу­чае то несо­мнен­но, что до кон­чи­ны Иро­до­вой, как и Еван­ге­лие го­во­рит: «И там был до смер­ти Иро­да» (Мф.2:15).

По­сле же уби­е­ния виф­ле­ем­ских мла­ден­цев и по­сле то­го, как ока­ян­ный Ирод по­гиб злою смер­тью, Ан­гел Гос­по­день опять явил­ся во сне Иоси­фу, по­веле­вая ему воз­вра­тить­ся из стра­ны Еги­пет­ской в зем­лю Из­ра­иле­ву, ибо (ска­зал он) «умер­ли ис­кав­шие ду­ши мла­ден­ца». Иосиф встал, взял Мла­ден­ца и Ма­терь Его и по­шел в Иудею, ко­то­рая со­став­ля­ла луч­шую и боль­шую часть зем­ли Из­ра­иль­ской. Услы­шав же, что Ар­хе­лай цар­ству­ет в Иудее вме­сто Иро­да, от­ца сво­е­го, он убо­ял­ся ид­ти ту­да. Ибо Ирод оста­вил по­сле се­бя трех сы­но­вей: пер­во­го Ар­хе­лая, дру­го­го Иро­да Ан­ти­пу, а тре­тье­го, са­мо­го млад­ше­го, Филип­па. Все они по смер­ти от­ца сво­е­го от­пра­ви­лись в Рим, к ке­са­рю, из-за со­пер­ни­че­ства, так как каж­дый из них хо­тел по­лу­чить цар­ство от­ца. Ке­сарь, не да­вая ни од­но­му из них цар­ской че­сти, раз­де­лил цар­ство на че­ты­ре ча­сти, на­звав их тет­рар­хи­я­ми. Стар­ше­му бра­ту Ар­хе­лаю он дал Иудею, Иро­ду Ан­ти­пе дал Га­ли­лею, а млад­ше­му бра­ту Филип­пу – Тра­хо­нит­скую стра­ну; Ави­ли­нию же дал он Ли­са­нию, млад­ше­му сы­ну Ли­са­ния стар­ше­го, неко­гда дру­га Иро­до­ва, а по­том уби­то­го им по за­ви­сти. От­пус­кая всех их из Ри­ма, ке­сарь обе­щал Ар­хе­лаю и цар­скую честь, ес­ли толь­ко он об­на­ру­жит хо­ро­шее и за­бот­ли­вое управ­ле­ние сво­ею ча­стью. Но Ар­хе­лай ни­сколь­ко не луч­ше был же­сто­ко­го от­ца сво­е­го, му­чая и уби­вая мно­гих, ибо, при­дя в Иеру­са­лим, он тот­час на­прас­но убил три ты­ся­чи на­ро­да и мно­гих граж­дан ве­лел му­чить в день празд­ни­ка сре­ди хра­ма, пе­ред всем со­бра­ни­ем иуде­ев. По при­чине та­кой сво­ей же­сто­ко­сти он был по про­ше­ствии несколь­ких лет окле­ве­тан, ли­шен вла­сти и со­слан в за­то­че­ние. Иосиф при сво­ем воз­вра­ще­нии услы­шал, что цар­ству­ет этот злой Ар­хе­лай, хо­тя и без цар­ско­го ти­ту­ла, и убо­ял­ся ид­ти в Иудею, по­лу­чив же из­ве­ще­ние во сне от то­го Ан­ге­ла, ко­то­рый уже преж­де яв­лял­ся ему, ушел в пре­де­лы га­ли­лей­ские, во вла­де­ние Иро­да Ан­ти­пы, бра­та Ар­хе­лая, ибо этот Ирод с боль­шею кро­то­стью пра­вил на­ро­дом, чем брат его; и по­се­лил­ся Иосиф в го­ро­де На­за­ре­те, в сво­ем до­ме, где они и преж­де жи­ли, дабы ис­пол­ни­лось пред­ска­зан­ное о Хри­сте Гос­по­де про­ро­ка­ми, что Он на­зо­вет­ся на­зо­ре­ем. Ему сла­ва во­ ве­ки. Аминь.

При­ме­ча­ния

На сти­ховне сти­хи­ра 2-я.

Фива­и­да – об­ласть зна­ме­ни­то­го в древ­но­сти еги­пет­ско­го го­ро­да Фивы; этим же име­нем на­зы­вал­ся по име­ни глав­но­го го­ро­да и во­об­ще весь Верх­ний (Юж­ный) Еги­пет. Ер­мо­поль – один из зна­чи­тель­ных го­ро­дов древ­не­го Егип­та, слу­жив­ший вид­ным ре­ли­ги­оз­ным цен­тром язы­че­ства.

Пал­ла­дий Еле­но­поль­ский (с 368 по 430 г.) был уро­же­нец Га­ла­тии; в 388 г. при­был в Алек­сан­дрию, от­ту­да по­том уда­лил­ся в близ­ле­жа­щую пу­сты­ню для по­дви­гов без­мол­вия, а по­том пе­ре­се­лил­ся в Виф­ле­ем; в 399 г. из­бран в епи­ско­па Еле­но­поль­ско­го, в Вифи­нии, в Ма­лой Азии. По­сле то­го им­пе­ра­тор Ар­ка­дий со­слал его, как сто­рон­ни­ка св. Иоан­на Зла­то­уста, в Верх­ний Еги­пет, от­ку­да в 408 г. он пе­ре­ме­щен в Ан­ти­ною, а в 412 г. воз­вра­щен на свою ка­фед­ру в Еле­но­поль. По прось­бе кап­па­до­кий­ско­го пре­фек­та Лав­са в 420 г. он со­ста­вил со­бра­ние жиз­не­опи­са­ний свя­тых по­движ­ни­ков и ска­за­ний о них, ко­то­рое в честь его на­звал «Лав­са­и­ком». – Па­мять Пал­ла­дия Еле­но­поль­ско­го в суб­бо­ту сыр­ную.

Все по­дроб­но­сти о пу­те­ше­ствии Пре­свя­той Де­вы с Бо­гом­ла­ден­цем Иису­сом и с прав. Иоси­фом в Еги­пет и о пре­бы­ва­нии их там так же, как и мно­гие по­дроб­но­сти о рож­де­стве Хри­сто­вом, за­им­ство­ва­ны из апо­кри­фи­че­ских Еван­ге­лий, в осо­бен­но­сти из так на­зы­ва­е­мо­го «Еван­ге­лия дет­ства Спа­си­те­ля» так­же и из апо­кри­фи­че­ско­го со­чи­не­ния, из­вест­но­го под за­гла­ви­ем «Ис­то­рия рож­де­ния Ма­рии и дет­ства Спа­си­те­ля», – Пре­да­ние о па­де­нии идо­лов еги­пет­ских при въез­де ее се­мей­ства в Еги­пет упо­ми­на­ет­ся и в ака­фи­сте Спа­си­те­лю, где го­во­рит­ся «идо­ли бо Спа­се наш, не тер­пя­ще Тво­ея кре­по­сти, па­до­ша» (Икос 6-й).

Илио­поль – го­род в Ниж­нем (Се­вер­ном) Егип­те.