В лосев

ЛОСЕВ АЛЕКСЕЙ ФЁДОРОВИЧ

Русский фи­ло­соф, фи­ло­лог, пи­са­тель.

Биография

Из дон­ских ка­за­ков. Учил­ся в Но­во­чер­кас­ской клас­сической гим­на­зии (1903-1911), од­но­вре­мен­но в музыкальной шко­ле итальянского скри­па­ча Ф. Стад­жи, в 1911-1915 годах на ис­то­ри­ко-фи­ло­ло­гическом факультете Московского уни­вер­си­те­та, ко­то­рый окон­чил по двум от­де­ле­ни­ям — фи­ло­соф­ско­му и клас­сической фи­ло­ло­гии.

Уча­ст­во­вал в дея­тель­но­сти Ре­лигиозно-фи­лософского общества па­мя­ти Вл.С. Со­ловь­ё­ва (с 1911 года), Пси­хо­ло­гического института, ос­но­ван­но­го Г.И. Чел­па­но­вым (с 1914 года), Воль­ной ака­де­мии ду­хов­ной куль­ту­ры Н.А. Бер­дяе­ва (с 1919 года).

В 1919-1921 годах профессор Ни­же­го­род­ско­го университета, в 1922-1929 годах — Московской кон­сер­ва­то­рии, где пре­по­да­вал эс­те­ти­ку, дей­ст­вительный член ГАХН (1923-1929). Лосев и его же­на, В.М. Со­ко­ло­ва (1898-1954), ак­тив­но уча­ст­во­ва­ли в дея­тель­но­сти московского круж­ка сто­рон­ни­ков имя­сла­вия (М.А. Но­во­сё­лов, Д.Ф. Его­ров и др.) и в 1929 году при­ня­ли тай­ный мо­на­ше­ский по­стриг под име­на­ми Ан­д­ро­ник и Афа­на­сия.

В 1927 году вы­шли в свет пер­вые ра­бо­ты его так называемого вось­ми­кни­жия, вы­со­ко оце­нён­ные С.Л. Фран­ком и Д.И. Чи­жев­ским, — «Фи­ло­со­фия име­ни», «Ан­тич­ный кос­мос и со­вре­мен­ная нау­ка», «Му­зы­ка как пред­мет ло­ги­ки», «Диа­лек­ти­ка ху­до­же­ст­вен­ной фор­мы», за­тем «Диа­лек­ти­ка чис­ла у Пло­ти­на» (1928), «Кри­ти­ка пла­то­низ­ма у Ари­сто­те­ля» (1929), «Очер­ки ан­тич­но­го сим­во­лиз­ма и ми­фо­ло­гии» и «Диа­лек­ти­ка ми­фа» (оба 1930), вы­звав­шая рез­кие на­пад­ки на Лосева в советской печа­ти и на XVI-м съез­де ВКП(б) (вы­сту­п­ле­ние Л.М. Ка­га­но­ви­ча и др.).

Аре­сто­ван­ный в апреле 1930 года, Лосев был осу­ж­дён по так называемому де­лу Ис­тин­но-пра­во­слав­ной церк­ви и от­прав­лен в ла­герь ОГПУ на строи­тель­ст­во Бе­ло­мор­ско-Бал­тий­ско­го ка­на­ла. В конце 1932 года вме­сте с же­ной ос­во­бо­ж­дён по ин­ва­лид­но­сти (поч­ти ос­леп) и за «ударный труд» в свя­зи с за­вер­ше­ни­ем строи­тель­ст­ва.

Ра­бо­тая по­ча­со­ви­ком в мо­с­ков­ских ву­зах и чи­тая вы­езд­ные лек­ции в про­вин­ции, Лосев про­дол­жал на­учную дея­тель­ность: сочинение «Са­мое са­мо» (опубликовано в 1994 году), под­го­тов­ка ис­то­рии ан­тич­ной эс­те­ти­ки и пол­но­го сво­да ми­фо­ло­гических пер­во­ис­точ­ни­ков ан­тич­но­сти («Ан­тич­ная ми­фо­ло­гия с ан­тич­ны­ми ком­мен­та­рия­ми к ней», опубликовано в 2005), фи­лософское ос­мыс­ле­ние ре­зуль­та­тов современной ма­те­ма­ти­ки и ло­ги­ки («Диа­лек­ти­че­ские ос­но­вы ма­те­ма­ти­ки», «О ме­то­де бес­ко­неч­но-ма­лых в ло­ги­ке» и др., опубликовано в сборнике «Ха­ос и струк­ту­ра», 1997).

В 1932-1933 годах соз­да­ёт фи­лософско-пси­хо­ло­гическую про­зу, имею­щую чер­ты хри­сти­ан­ской ан­ти­уто­пии, — по­вес­ти «Те­ат­рал», «Трио Чай­ков­ско­го», «Ме­теор», «Встре­ча», ро­ман «Жен­щи­на- мыс­ли­тель» и др. (опубликовано в 1990-х годах).

В 1942-1944 годах пре­по­да­вал ло­ги­ку на фи­лософском факультете МГУ, по­сле об­ви­не­ния в «идеа­лиз­ме» пе­ре­ве­дён в Московский государственный пе­да­го­ги­че­ский институт им. В.И. Ле­ни­на, где чи­тал кур­сы по клас­сической фи­ло­ло­гии и об­ще­му язы­ко­зна­нию.

С 1954 года по­мощ­ни­ком Лосева ста­но­вит­ся его уче­ни­ца А.А. Та­хо-Го­ди, в даль­ней­шем хра­ни­тель ар­хи­ва Лосева и из­да­тель его тру­дов.

С 1953 года вновь на­чи­на­ет­ся пуб­ли­ка­ция ра­бот Лосева, пре­ж­де все­го по ис­то­рии ан­тич­ной куль­ту­ры: «Ан­тич­ная ми­фо­ло­гия в её ис­то­ри­че­ском раз­ви­тии» (1957), «Го­мер» (1960; 2-е изд., 2006), «Ан­тич­ная му­зы­каль­ная эс­те­ти­ка» (1960), «Ан­тич­ная фи­ло­со­фия ис­то­рии» (1977), ста­тьи в Фи­ло­соф­ской эн­цик­ло­пе­дии (т. 3-5, 1964-1970) и эн­цик­ло­пе­дии «Ми­фы на­ро­дов ми­ра» (т. 1-2, 1980-1982), из­да­ние со­чи­не­ний Пла­то­на (т. 1-3, 1968-1972) и, на­ко­нец, главный труд его жиз­ни — «Ис­то­рия ан­тич­ной эс­те­ти­ки» (т. 1-8, 1963-1994, пе­ре­издано в 2000 году, к ней при­мы­ка­ет «Эл­ли­ни­сти­че­ски-рим­ская эс­те­ти­ка I-II веков н.э.», 1979, переиздано в 2002 году) — фак­ти­че­ски все­объ­ем­лю­щая ис­то­рия ан­тич­ной фи­ло­со­фии. Ис­то­ки но­во­ев­ро­пей­ской куль­ту­ры рас­смат­ри­ва­лись в «Эс­те­ти­ке Воз­рож­де­ния» (1978, 3-е издание, 1998), идей­ное на­сле­дие русской фи­ло­со­фии — в кни­гах «Вл. Со­ловь­ёв» (1983, 2-е издание, 1994) и «Вла­ди­мир Со­ловь­ёв и его вре­мя» (1990, 2-е издание, 2009).

Об­щим про­бле­мам лин­гвис­ти­ки и сим­во­лических форм по­свя­ще­ны ра­бо­ты «Вве­де­ние в об­щую тео­рию язы­ко­вых мо­де­лей» (1968, 2-е изд., 2004), «Язы­ко­вая струк­ту­ра» (1983), «Про­бле­ма сим­во­ла и реа­ли­сти­че­ское ис­кус­ст­во» (1976, 2-е изд., 1995), «Знак. Сим­вол. Миф» (1982).

Лосеву при­над­ле­жат пе­ре­во­ды Пла­то­на, Ари­сто­те­ля, Пло­ти­на, Про­кла, Сек­ста Эм­пи­ри­ка, Дио­ни­сия Аре­о­па­ги­та, Ни­ко­лая Ку­зан­ско­го.

Философия

Ре­лигиозно-фи­лософская кон­цеп­ция Лосева, раз­ви­тая им в ра­бо­тах 1920-1930-х годов, пред­став­ля­ет со­бой уни­каль­ный син­тез пе­ре­ос­мыс­лен­ной им мно­го­ве­ко­вой тра­ди­ции ан­тич­ной и средневековой мыс­ли (Пла­тон и не­оп­ла­то­низм, хри­сти­ан­ское апо­фа­ти­че­ское бо­го­сло­вие Дио­ни­сия Аре­о­па­ги­та, Гри­го­рия Па­ла­мы, Ни­ко­лая Ку­зан­ско­го), ме­то­до­ло­гии но­во­ев­ро­пей­ской фи­ло­со­фии (нем.ецкий клас­сический идеа­лизм, нео­кан­ти­ан­ст­во, фе­но­ме­но­ло­гия Э. Гус­сер­ля) и про­бле­ма­ти­ки русской ре­лигиозной фи­ло­со­фии конца XIX — начала XX века от Вл.С. Со­ловь­ё­ва (идея все­един­ст­ва) до П. А. Фло­рен­ско­го. Диа­лек­ти­ка, от­стаи­вав­шая­ся Лосева в ка­че­ст­ве центрального ме­то­да (её основными ис­точ­ни­ка­ми яви­лись «Пар­ме­нид» Пла­то­на, «Эн­неа­ды» Пло­ти­на, «Нау­ка ло­ги­ки» Г.В.Ф. Ге­ге­ля), рас­сма­т­ри­ва­лась им как сис­те­ма «за­ко­но­мер­но и не­об­хо­ди­мо вы­во­ди­мых ан­ти­но­мий» и их «син­те­ти­че­ских со­пря­же­ний», ох­ва­ты­ваю­щая все воз­мож­ные ти­пы бы­тия и при­ло­жи­мая к лю­бо­му пред­ме­ту и лю­бой сфе­ре че­ло­ве­че­ско­го опы­та, как «смы­сло­вой ске­лет ве­щей, обу­слов­ли­ваю­щий сам се­бя и ни от ка­ко­го со­дер­жа­ния ве­щей не за­ви­ся­щий» («Бы­тие. Имя. Кос­мос». М., 1993. С. 616, 74). В её кон­струк­тив­ном оформ­ле­нии Лосев пе­ре­ос­мыс­лил вос­при­ня­тый им прин­цип триа­ды — не­о­п­ла­то­ни­че­ской (пре­бы­ва­ние — вы­хо­ж­де­ние — воз­вра­ще­ние) и ге­ге­лев­ской (те­зис — ан­ти­те­зис — син­тез). Ис­ход­ное на­ча­ло диа­лек­ти­ки у Лосева — вос­хо­дя­щее к сверх­бы­тий­но­му и сверх­мыс­ли­мо­му Еди­но­му Пла­то­на и не­оп­ла­то­ни­ков «од­но» , его смы­сло­вым по­ро­ж­де­ни­ем пред­ста­ют сле­дую­щие по­ня­тия пер­вич­ной триа­ды у Лосева — бы­тие (не­что, или «од­но су­щее», пред­по­ла­гаю­щее от­лич­ное от не­го «иное») и ста­нов­ле­ние как син­тез су­ще­го и не-су­ще­го, бы­тия и не­бы­тия («од­но су­щее в ином»). Эта ис­ход­ная триа­да до­пол­ня­ет­ся 4-м на­ча­лом, фик­си­рую­щим её осу­ще­ст­в­ле­ние (став­шее, факт, суб­стан­ция), и за­тем 5-м на­ча­лом, за­пе­чат­ле­ваю­щим её вы­ра­же­ние (сим­вол, имя), об­ра­зуя со­от­вет­ст­вен­но тет­рак­ти­ду и пен­та­ду. При этом по от­но­ше­нию к 4-му и 5-му на­ча­лам пер­вич­ная триа­да вы­сту­па­ет как не­что еди­ное («сфе­ра смыс­ла»), об­ра­зуя тем са­мым с ни­ми вто­рую триа­ду. Бы­тие-су­щее — вто­рое на­ча­ло пер­вич­ной триа­ды, опи­сы­вае­мое с по­мо­щью пла­то­нов­ских ка­те­го­рий то­ж­де­ст­ва, раз­ли­чия, дви­же­ния и по­коя, пред­ста­ёт в сво­ей ан­ти­но­мич­ной струк­ту­ре как «еди­нич­ность под­виж­но­го по­коя са­мо­то­ж­де­ст­вен­но­го раз­ли­чия» (Лосев на­зы­ва­ет это эй­до­сом — «смы­сло­вым из­вая­ни­ем», «яв­лен­ным ли­ком» ве­щи, или сущ­но­сти, диа­лек­ти­ка же есть «ло­гос», ло­гическое кон­ст­руи­ро­ва­ние эй­до­са, его «ка­те­го­ри­аль­ной оп­ре­де­лён­но­сти» — «Бы­тие. Имя. Кос­мос». С. 684, 707, 69, 70). Пе­ре­ход к бы­тию от сверх­су­ще­го «од­но­го» фик­си­ру­ет­ся в по­ня­тии «чис­ла» как са­мо­го пер­во­го прин­ци­па фор­мы, рас­чле­не­ния, оформ­ле­ния ве­щи внут­ри се­бя. «Од­но су­щее», от­ли­ча­ясь от ок­ру­жаю­ще­го его «ино­го», по­лу­ча­ет раз­дель­ность, гра­ни­цу, оно счис­ляе­мо и есть та­ким об­ра­зом чис­ло. В от­ли­чие от Ге­ге­ля, чис­ло у Лосева не сме­ши­ва­ет­ся с ко­ли­че­ст­вом и не по­ме­ща­ет­ся по­сле ка­че­ст­ва, но «иде­аль­ное чис­ло» (ана­ло­гом его яв­ля­ет­ся ге­ге­лев­ское по­ня­тие «ме­ры») пред­ше­ст­ву­ет вся­ко­му ка­че­ст­ву, ко­ли­че­ст­во же пред­ста­ёт про­сто как «со­счи­тан­ность че­го-то ка­че­ст­вен­но­го».

В мно­го­мер­ной «аб­со­лют­ной» диа­лек­ти­ке Лосева её ка­те­го­рии не про­сто вы­во­дятся од­на из дру­гой, но ка­ж­дая из них и все вме­сте про­ра­ба­ты­ва­ют­ся в све­те ка­ж­дой дру­гой. Так, сфе­ра смыс­ла (пер­вич­ная триа­да), рас­смот­рен­ная в ас­пек­те бы­тия, да­ёт смысл в его бы­тии-для-се­бя, т. е. са­мо­соз­на­ние (субъ­ект-объ­ект­ное взаи­мо­от­но­ше­ние), в ас­пек­те ста­нов­ле­ния да­ёт «стрем­ле­ние» («вле­че­ние»), а в ас­пек­те став­ше­го (суб­стан­ции) — лич­ность как но­си­тель смыс­ла, и т.д. (раз­ветв­лён­ную сис­те­му ка­те­го­рий диа­лек­ти­ки Лосева см. «Миф. Чис­ло. Сущ­ность». С. 270).

Пер­со­на­ли­сти­че­ское по­ни­ма­ние бы­тия у Лосева («наи­бо­лее кон­крет­на и ре­аль­на лич­ность, а так­же сре­да, где лич­ность жи­вёт и дей­ст­ву­ет, — об­ще­ст­во», там же, с. 296) ис­хо­дит из по­ни­ма­ния пер­во­сущ­но­сти как хри­сти­ан­ской аб­со­лют­ной Лич­но­сти в от­ли­чие от без­лич­но­го не­оп­ла­то­ни­че­ско­го Еди­но­го и ге­ге­лев­ской аб­со­лют­ной идеи. В хри­сти­ан­ском дог­ма­те о Трои­це Лосев опо­зна­ёт им­пли­цит­но со­дер­жа­щее­ся в нём 4-е («со­фий­ное») на­ча­ло суб­стан­ци­аль­ной осу­ще­ст­в­лён­но­сти и 5-е («оно­ма­ти­че­ское») на­ча­ло вы­ра­же­ния, пред­став­лен­ное пред­веч­ным не­твар­ным име­нем Бо­жи­им. От­стаи­вая в раз­ви­вае­мой им диа­лек­ти­ке име­ни прин­ци­пы имя­сла­вия («Имя Бо­жие есть сам Бог, но Бог сам — не имя» -пись­мо Фло­рен­ско­му от 30.1.1923), Лосев воз­во­дил их к ут­вер­ждён­но­му в ка­че­ст­ве пра­во­слав­ной док­три­ны уче­нию Гри­го­рия Па­ла­мы о не­по­сти­жи­мой сущ­но­сти Бо­га и ис­хо­дя­щих от Не­го не­твар­ных энер­ги­ях, про­ни­зы­ваю­щих мир и со­об­щае­мых че­ло­ве­ку. Имя рас­смат­ри­ва­ет­ся Лосевым как смы­сло­вая энер­гия сущ­но­сти, не­от­де­ли­мая и в то же вре­мя от­лич­ная от неё, как ору­дие вза­им­но­го об­ще­ния и взаи­мо­по­ни­ма­ния ме­ж­ду ней и всем ок­ру­жаю­щим, на­ко­нец, как «ос­мыс­ле­ние её как объ­ек­тив­но оп­ре­де­лён­ной лич­но­сти», как пре­дел её ак­тив­но­го «смы­сло­во­го са­мо­от­кро­ве­ния» (Там же. С. 834, 841). Твар­ное бы­тие дер­жит­ся энер­ги­ей, ис­хо­дя­щей от пер­во­сущ­но­сти, су­ще­ст­ву­ет «в по­ряд­ке при­час­тия к её име­ни», но оно при­ча­ст­но к ней в раз­ной сте­пе­ни, что обу­слов­ли­ва­ет различную ин­тен­сив­ность это­го бы­тия (различнаяна­пря­жён­ность, не­од­но­род­ность про­стран­ст­ва, вре­ме­ни, кос­мо­са в це­лом, пред­став­ляю­ще­го со­бой «ле­ст­ни­цу… раз­ных сте­пе­ней жиз­нен­но­сти или за­твер­де­ло­сти сло­ва» — «Бы­тие. Имя. Кос­мос». С. 734-735).

Об­ра­зом бы­тия лич­но­сти, её не­от­де­ли­мым и от­лич­ным от неё «ли­ком» вы­сту­па­ет у Лосева миф, по­ня­тый как сим­во­ли­че­ски вы­ра­жен­ное жи­вое ин­туи­тив­ное взаи­мо­от­но­ше­ние субъ­ек­та и объ­ек­та. В кон­тек­сте лич­но­ст­но­го бы­тия вся­кая вещь мо­жет стать ми­фом. Миф как са­мо­соз­на­тель­ное ис­то­рическое бы­тие лич­но­сти есть чу­до, по­ня­тое как взаи­мо­от­но­ше­ние двух (или не­сколь­ких) лич­но­ст­ных пла­нов, «сов­па­де­ние слу­чай­но про­те­каю­щей эм­пи­ри­че­ской ис­то­рии лич­но­сти с её иде­аль­ным за­да­ни­ем» («Миф. Чис­ло. Сущ­ность». С. 171-172). В от­ли­чие от ре­ли­гии, спе­ци­фический миф ко­то­рой пред­став­ля­ет со­бой «суб­стан­ци­аль­ное са­мо­ут­вер­жде­ние лич­но­сти в веч­но­сти», миф как та­ко­вой есть «энер­гий­ное, фе­но­ме­наль­ное са­мо­ут­вер­жде­ние лич­но­сти не­за­ви­си­мо от про­бле­мы взаи­мо­от­но­ше­ния веч­но­сти и вре­ме­ни» (Там же. С. 106).

Вы­ра­же­ние, выс­шей фор­мой ко­то­ро­го яв­ля­ет­ся «лич­ность, дан­ная в ми­фе и офор­мив­шая своё су­ще­ст­во­ва­ние че­рез своё имя» («Фор­ма. Стиль. Вы­ра­же­ние». М., 1995. С. 39), — ис­ход­ное по­ня­тие эс­те­ти­ки Лосева. Сим­во­лическая при­ро­да вы­ра­же­ния как един­ст­ва внут­рен­не­го и внеш­не­го, смыс­ла и его «ало­ги­че­ски-ма­те­ри­аль­но­го» во­пло­ще­ния кон­кре­ти­зи­ру­ет­ся в по­ня­тии «ху­до­же­ст­вен­ной фор­мы» (ху­дожественногооб­раза) как «прин­ци­пи­аль­но­го рав­но­ве­сия ло­ги­че­ской и ало­ги­че­ской сти­хии», их пол­но­го взаи­мо­про­ник­но­ве­ния («слу­чай­ность, дан­ная как аб­со­лют­ное, и аб­со­лют­ное, дан­ное как слу­чай­ность, при пол­ном и аб­со­лют­ном то­ж­де­ст­ве их», там же, с. 45, 198). В «ан­ти­но­ми­ях аде­к­ва­ции» ху­дожественная фор­ма рас­кры­ва­ет­ся у Лосева как син­тез сво­бо­ды и не­об­хо­ди­мо­сти: пер­во­об­раз, слу­жа­щий про­об­ра­зом ху­дожесвенной фор­мы и бес­соз­на­тель­ным кри­те­ри­ем её кон­ст­рук­ции, впер­вые «твор­че­ски и энер­гий­но» соз­да­ёт­ся са­мой ху­дожественной фор­мой и осо­зна­ёт­ся в этом творческом про­цес­се. В ка­че­ст­ве соб­ст­вен­но­го не­от­ли­чи­мо­го от неё и по­то­му не­вы­ра­зи­мо­го пер­во­об­ра­за ху­дожественная фор­ма, вы­ра­жая са­моё се­бя, есть вме­сте с тем «вы­ра­же­ние не­вы­ра­зи­мо­го».

Виднейший представитель фи­ло­со­фии му­зы­ки в Рос­сии, Лосев рас­смат­ри­вал му­зы­ку как искусство вре­ме­ни, по­ня­то­го как «ста­но­вя­щий­ся под­виж­ной по­кой», «ало­ги­че­ское ста­нов­ле­ние чис­ла», и со­от­вет­ст­вен­но ви­дел в ней вы­ра­же­ние «жиз­ни чис­ла» (Там же. С. 509, 543, 549). Вре­мя в му­зы­ке не ухо­дит в про­шлое и пред­ста­ёт как сплош­ное «дли­тель­но-из­мен­чи­вое» «веч­ное на­стоя­щее» (С. 492). «Смы­сло­вая фи­гур­ность чис­ла» вно­сит в эту «сплош­ную те­ку­честь» на­ча­ло по­ряд­ка, ко­то­рое во­пло­ща­ет­ся в зву­ко­вы­сот­ной сис­те­ме (лад) и мет­ро­рит­ми­че­ской струк­ту­ре. Пи­фа­го­рей­ско-пла­то­нов­ское на­сле­дие в ис­тол­ко­ва­нии му­зы­ки со­че­та­ет­ся у Лосева с литературно-фи­лософской тра­ди­ци­ей ро­ман­тиз­ма, пре­ж­де все­го в «сло­вес­ной транс­крип­ции» смы­сло­вой сущ­но­сти кон­крет­ных про­из­ве­де­ний — Р. Ваг­не­ра и А. Н. Скря­би­на, Л. ван Бет­хо­ве­на, Ф. Лис­та, П. И. Чай­ков­ско­го, Н. А. Рим­ско­го-Кор­са­ко­ва и др. («му­зы­каль­ный миф», в воз­мож­ных бес­чис­лен­ных сло­вес­ных ва­ри­ан­тах ко­то­ро­го рас­кры­ва­ет­ся за­дан­ная про­из­ве­де­ни­ем «еди­ная и един­ст­вен­ная» струк­ту­ра его пе­ре­жи­ва­ния).

В мно­го­численных ра­бо­тах по ис­то­рии ан­тич­ной ми­фо­ло­гии, фи­ло­со­фии и эс­те­ти­ки, рас­кры­ваю­щих их глу­бин­ное един­ст­во, фи­зи­ог­но­ми­ка ан­тич­ной куль­ту­ры, сло­вес­ные порт­ре­ты ха­рак­тер­ных её пред­ста­ви­те­лей (вы­ра­зительное опи­са­ние ду­хов­но­го об­ли­ка Со­кра­та, ан­тич­но­го скеп­ти­ка или эпи­ку­рей­ца и т. п.) со­че­та­ют­ся с фи­лософско-ис­то­рическим ос­мыс­ле­ни­ем ан­тич­но­сти как це­ло­ст­но­го куль­тур­но-ис­то­рического ти­па с оп­ре­де­ляю­щей его пла­сти­че­ской ин­туи­ци­ей бы­тия, ко­то­рая оформ­ля­ет­ся в пред­став­ле­нии о кос­мо­се как жи­вом оду­шев­лён­ном су­ще­ст­ве, в «те­лес­нос­ти ан­тич­но­го клас­си­че­ско­го идеа­ла» и свя­зан­ной с ней «эс­те­ти­ке чи­сло­вой гар­мо­нии» («Ис­то­рия ан­тич­ной эс­те­ти­ки». М., 2000. Т. 1. С. 141).

Ос­но­ву но­во­ев­ро­пей­ской куль­ту­ры со­став­ля­ет, по Лосеву, «аб­со­лю­ти­за­ция че­ло­ве­че­ско­го субъ­ек­та»: «транс­цен­дент­ные ре­аль­но­сти» пре­вра­ща­ют­ся в субъ­ек­тив­ные идеи, ак­ту­аль­ная бес­ко­неч­ность средневекового Аб­со­лю­та (Бо­га) сме­ня­ет­ся по­тен­ци­аль­ной бес­ко­неч­но­стью веч­но ищу­щей че­ло­ве­че­ской лич­но­сти. На­ча­ло это­го про­цес­са зна­ме­ну­ет со­бой эпо­ха Воз­ро­ж­де­ния, с её «ар­ти­сти­че­ским ин­ди­ви­дуа­лиз­мом» и «амо­раль­ным тра­гиз­мом» («Эс­те­ти­ка Воз­ро­ж­де­ния». М., 1982. С. 412, 445); «по­сле Воз­ро­ж­де­ния мир ве­щей стал при­зна­вать­ся лишь в ме­ру сво­ей осоз­нан­но­сти… пе­ре­жи­то­сти, вос­при­ня­то­сти» («Я со­слан в XX век…». М., 2002. Т. 2. С. 66). Му­зы­ка, быв­шая в сред­ние ве­ка лишь «пье­де­ста­лом» для ре­лигиозной жиз­ни, в сво­ём са­мо­сто­ятельном су­ще­ст­во­ва­нии рас­смат­ри­ва­ет­ся Лосева как тра­гическая по­пыт­ка вос­соз­дать «субъ­ек­тив­но-бо­же­ст­вен­ное са­мо­ощу­ще­ние», ру­ко­во­дству­ясь «аб­со­лют­ным про­из­во­лом внут­рен­не­го са­мо­оп­ре­де­ле­ния» (Там же. Т. 1. С. 118, 123). В «му­зы­каль­ном вос­тор­ге», тре­бую­щем лишь «внут­рен­не-ощу­ти­тель­ной со­б­ран­но­сти» и «куль­тур­но­го утон­че­ния» (они мо­гут со­вме­щать­ся с лю­бым по­ве­де­ни­ем и лю­бой мо­ра­лью), Лосев ви­дел дос­туп­ную для се­ку­ляр­ной куль­ту­ры Но­во­го вре­ме­ни за­ме­ну «сверх-ум­но­го экс­та­за» и ре­аль­но­го те­лес­но-ду­шев­но­го «пре­об­ра­же­ния» че­ло­ве­ка, ко­то­рые дос­ти­га­ют­ся под­виж­ни­че­ской прак­ти­кой мо­лит­вен­но­го «ум­но­го де­ла­ния» (Там же. С. 148-150).

В ра­бо­тах по язы­ко­зна­нию 1940-1980-х годов обос­но­вы­ва­лась ин­тер­пре­та­тив­но-ком­му­ни­ка­тив­ная при­ро­да язы­ка как «прак­ти­че­ски осу­ще­ст­в­лён­но­го мыш­ле­ния» и как «ору­дия об­ще­ния и со­об­ще­ния» (язык как един­ст­во вы­ра­же­ния и из­ве­ще­ния смыс­ла — для дру­го­го и для са­мо­го се­бя). В чис­ле важ­ней­ших «приё­мов ком­му­ни­ка­ции» жи­во­го язы­ка Лосев вы­де­лил ин­то­на­цию и экс­прес­сию, в за­ви­си­мо­сти от ко­то­рых «од­но и то же сло­во или груп­па слов мо­жет быть по­ве­ст­во­ва­ни­ем, во­про­сом, по­бу­ж­де­ни­ем, удив­ле­ни­ем, по­же­ла­ни­ем, моль­бой, при­ка­за­ни­ем» («Знак. Сим­вол. Миф». М., 1982. С. 22). Ин­тер­пре­та­тив­ны­ми по сво­ему ха­рак­теру яв­ля­ют­ся «ва­лент­ность» ка­ж­до­го язы­ко­во­го эле­мен­та (его по­тен­ци­аль­ная «бес­ко­неч­ная смы­сло­вая за­ря­жен­ность») и спе­ци­фи­че­ское для ка­ж­до­го ес­теств. язы­ка слож­ное «пе­ре­пле­те­ние ло­ги­че­ских и ком­му­ни­ка­тив­ных зна­че­ний», ко­гда пред­мет­но-смы­сло­вое со­дер­жа­ние мо­жет быть ис­тол­ко­ва­но в раз­ных его ас­пек­тах (за­пе­чат­лён­ных, в ча­ст­но­сти, в эти­мо­ло­гии) и в раз­ных мо­ду­сах по­ни­ма­ния (например, дей­ст­вие как суб­стан­ция и как ка­че­ст­во в сло­вах «хо­ж­де­ние» и «хо­дя­щий», грам­ма­тическая ка­те­го­рия настоящего времени в зна­че­нии про­шло­го или бу­ду­ще­го и т. п. — «О ком­му­ни­ка­тив­ном зна­че­нии грам­ма­ти­че­ских ка­те­го­рий», 1965).

В от­тал­ки­ва­нии от вос­при­ня­той им сло­вес­но­сти русского сим­во­лиз­ма сло­жил­ся экс­прес­сив­ный стиль Лосева с ха­рак­тер­ны­ми для не­го рез­ки­ми пе­ре­па­да­ми, сме­ной ака­де­мического из­ло­же­ния раз­го­вор­ны­ми ин­то­на­ция­ми, ли­рическими и пуб­ли­ци­стическими от­сту­п­ле­ния­ми, иро­ни­че­ски обы­гран­ны­ми об­ра­ще­ния­ми к во­об­ра­жае­мо­му со­бе­сед­ни­ку и оп­по­нен­ту.

Сочинения:

Страсть к диа­лек­ти­ке. М., 1990;

Фи­лосо­фия. Ми­фо­ло­гия. Куль­ту­ра. М., 1991;

Жизнь: По­вес­ти, рас­ска­зы, пись­ма. СПб., 1993;

Про­бле­ма ху­до­же­ст­вен­но­го сти­ля. К., 1994;

Ми­фо­ло­гия гре­ков и рим­лян. М., 1996;

Имя. СПб., 1997;

Лич­ность и Аб­со­лют. М., 1999;

Дио­ген Ла­эр­ций — ис­то­рик ан­тич­ной фи­ло­со­фии. 2-е изд. М., 2002;

Бо­ги и ге­рои Древ­ней Гре­ции. М., 2002 (совм. с А. А. Та­хо-Го­ди);

«Ра­дость на ве­ки»: Пе­ре­пис­ка ла­гер­ных вре­мен: . М., 2005;

Ис­то­рия ан­тич­ной фи­ло­со­фии в кон­спек­тив­ном из­ло­же­нии. 3-е изд. М., 2005;

Пла­тон. Ари­сто­тель. 3-е изд. М., 2005 (совм. с А. А. Та­хо-Го­ди);

Выс­ший син­тез: Не­из­вест­ный Ло­сев. М., 2005;

Эс­те­ти­ка при­ро­ды. 2-е изд. К., 2006 (совм. с М. А. Та­хо-Го­ди);

Вещь и имя. Са­мое са­мо. СПб., 2008;

Диа­лек­ти­ка ми­фа; До­пол­не­ние к «Диа­лек­ти­ке ми­фа». М., 2008.

Формуляр отредактирован пользователем, данные не подтверждены документально и нуждаются в проверке.

Валентина Михайловна Соколова (Лосева)

  • Дата рождения: 27 апреля 1898 г.
  • Варианты ФИО: Афанасия
  • Место рождения: Московская губ., Клинский уезд, с. Шахматово
  • Пол: женщина
  • Профессия / место работы: тайная монахиня
  • Место проживания: Москва
  • Дата смерти: 29 января 1954 г.
  • Место смерти: Москва
  • Где и кем арестован: Москва
  • Дата ареста: 5 июня 1930 г.
  • Обвинение: «член всесоюзной контрреволюционной монархической организации церковников «Истинно-Православная Церковь»»
  • Осуждение: 3 сентября 1931 г.
  • Осудивший орган: Коллегия ОГПУ СССР
  • Статья: 58-11 УК РСФСР
  • Приговор: 5 лет концлагерей, считая срок с 05. 04. 1930г.
  • Место отбывания: Свирьлаг, Арнгольдов поселок (1932—09.1933 гг.)
  • Источники данных: БД «Жертвы политического террора в СССР»; БД «Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви XX века»

Места проживания

Москва
Дата окончания: 1930 г.
В 1930г. Валентина Михайловна работала научным сотрудником Астрофизического института
под руководством В. Г. Фесенкова. В 1930г. В. Г. Фесенков был арестован.
Несмотря на запрет цензуры, А. Ф. Лосев сделал вставки в только что вышедшую
«Диалектику мифа», которые разоблачали всю несостоятельность «материализма».
На XVI съезде ВКП(б) Л. М. Каганович назвал книгу «политически чуждой».
В «Известиях» и «Правде» М. Горький предал имя философа анафеме, назвал А. Ф. Лосева
«безумным» и «слепым» и пожелал ему скорой гибели.
18 апреля 1930г. А. Ф. Лосев был арестован.
Валентина Михайловна продолжала работы по астрономии в Астрофизическом институте,
читала лекции в Горной Академии.
2 июня 1930г. скончался архимандрит Давид. Исповедовал и причащал его
перед смертью о. Павел Флоренский. Он же отпевал его. 4 июня 1930г.
Валентина Михайловна приняла участие в похоронах архимандрита Давида вместе
с его ближайшими духовыми детьми, в т. ч. проф. Д. Ф. Егоровым
Москва
1933—29.01.1954 гг.
В Москве Валентина Михайловна хлопотала о досрочном освобождении мужа.
А. Ф. Лосев был освобожден в 1933г. в связи с инвалидностью и ударной работой.
Сначала Лосевы жили на периферии. Потом судимость с А. Ф. Лосева была снята,
и они смогли вернуться в Москву.
В 1935г. Валентина Михайловна защитила кандидатскую диссертацию
«Об изменении эксцентриситета и большой полуоси орбиты спектрально-двойной
звезды под влиянием прохождения встречных звезд» под научным руководством
профессора Н. Д. Моисеева.
В 1937-1954гг. она преподавала в Московском авиационном институте.
В 1941г. ушла с работы из Астрономического института им. Штернберга.
Выступала с лекциями в Физическом и Астрономическом обществах.
Преподавала в средней школе.
В начале войны, в ночь на 12 августа 1941г. мать Валентины Михайловны
погибла после попадания бомбы в их дом на Воздвиженке.
В октябре 1944г. Валентина Михайловна познакомилась с аспиранткой Московского
университета Азой Алибековной Тахо-Годи. Их дружба продолжалась всю оставшуюся
жизнь. В 1945г. умер отец Валентины Михайловны.
В 1953г. Валентина Михайловна тяжело заболела

Рукоположение

тайная монахиня
Афанасия
03.06.1929 г.
Кто рукоположил архимандрит Давид (Мухранов Дмитрий Иванович)
3 июня 1929г. архимандритом Давидом (Мухрановым) Валентина Михайловна
пострижена в тайные монахини (монашеское имя — Афанасия). Тогда же был пострижен
ее муж, А. Ф. Лосев (монашеское имя — Андроник)

Документы

ЦА ФСБ РФ. Д. П-7377.
Т. 2.

Публикации

Репрессированные родственники

| муж=Лосев Алексей Федорович (1893)

Фотографии

  • С супругом Алексеем Лосевым

7 интересных фактов об Алексее Лосеве

Алексей Федорович Лосев (1893-1988) — философ, переводчик, писатель, профессор, доктор филологических наук, лауреат Государственной премии СССР прожил долгую (94 года) насыщенную событиями (войны, революция, репрессии) жизнь и был редчайшим для советской России примером мыслителя-энциклопедиста и универсальной личности. В своих философских трудах он говорил о целокупности религии, философии, науки, искусства и нравственности, развивая идеи запрещенных в СССР русских религиозных философов. В день его смерти мы хотим напомнить 5 фактов его непростой биографии.

Краткая версия текста на видео:

Внук священника

Родился будущий религиозный философ в семье донского казака, учителя физики и математики и одаренного музыканта, выпускника дирижерского класса Придворной Певческой капеллы в Санкт-Петербурге, знатока духовной музыки и церковного пения. Его жена Наталья Алексеевна была дочерью протоиерея Алексея Полякова, настоятеля храма Михаила Архангела города Новочеркасска. Все предки по линии матери были донские казаки, участники русско-турецких войн, а прадед, сотник Алексей, за участие в Отечественной войне 1812 года был награжден Георгиевским крестом и удостоен потомственного дворянства.

Алексей Лосев с матерью Натальей Алексеевной

Написал более 800 научных работ

Лосева сегодня вполне ответственно называют крупнейшим русским философом, историком философии и эстетики. Хорошо известны его философские труды 1920-х годов: «Античный космос и современная наука», «Музыка как предмет логики», «Философия имени», «Диалектика числа у Плотина», «Диалектика художественной формы», «Критика платонизма у Аристотеля», «Очерки античного символизма и мифологии», «Диалектика мифа». В 1943 году по совокупности научных работ и достижений он стал доктором филологических наук, и начался новый этап его научного творчества. Его итог — несколько сотен фундаментальных научных работ и несколько десятков научно-исследовательских монографий.

Тайный монах

В июне 1929 года Алексей Федорович и его жена и помощница приняли тайный постриг с именами Андроник и Афанасия. Перед постригом Валентина Михайловна написала в дневнике: «Предстоит мученичество за исповедование Христа. Или надо уходить в пустыню, или на подвиг исповедничества».

Лосевы на Беломорканале, 1933 год

А через год вышла «Диалектика мифа» Лосева, приведшая обоих супругов в тюрьму, а потом в лагерь. С тех пор Лосев до конца жизни носил скуфью — свою знаменитую шапочку, в которой он запечатлен практически на каждой фотографии.

В кругу семьи

Вторая жена-сестра

В 1944 году в семью Лосевых вошла аспирантка Алексея Федоровича, дочь репрессированных родителей Аза Тахо-Годи. А десять лет спустя, в 1954 году, Валентина Михайловна Лосева, умирая, сказала ей: «Передаю из рук в руки» и попросила не оставлять Алексея Федоровича, всегда быть с ним вместе. Но в пуританском СССР исполнить этот завет можно было, только получив официальный статус «жены». Так у тайного монаха Лосева появилась вторая «жена»-сестра. Аза Алибековна, доктор филологических наук, почетный профессор МГУ, до последнего дня жизни учителя была его верной помощницей, а после смерти стала хранительницей его наследия.

С супругой А. Тахо-Годи в МГУ

3 года ссылки

За «Диалектику мифа», в которой ученый критиковал марксизм и «пролетарскую идеологию» в целом, Лосев отправился на строительство Беломоро-Балтийского канала, а его жена — на Алтай. Освободить их только через 3 года удалось первой жене писателя Максима Горького. После ссылки ученому запретили заниматься философией, и он на долгие годы стал всего лишь преподавателем Московского государственного педагогического института.

Работал слепым

В лагере Лосев сильно повредил зрение, а к концу жизни практически полностью ослеп. Но, несмотря на это, он продолжил научную работу, диктуя свои тексты. В память об этом в Российской государственной библиотеке для слепых установили бюст Лосева — как напоминание о том, что и при потере зрения возможно добиться выдающегося результата в науке и творчестве.

Бюст философа Алексея Фёдоровича Лосева в Российской государственной библиотеке для слепых в Москве. Фото Щербаков4/Wikimedia Commons/CC-BY-SA-3.0

Умер в день памяти любимых святых

Скончался Лосев на девяносто пятом году, в 1988-м, накануне празднования 1000-летия Крещения Руси, в день памяти своих любимых святых — Кирилла и Мефодия. А за два дня до этого он продиктовал свой последний текст — «Слово о Кирилле и Мефодии».

Документальный фильм об А. Ф. Лосеве, снятый в последний год его жизни. Режиссер: Виктор Косаковский. Год выпуска: 1989

Лосев Алексей Фёдорович Биография, Лосев Алексей Фёдорович Биография читать, Лосев Алексей Фёдорович Биография читать онлайн

Алексе́й Фёдорович Ло́сев родился 10 (22) сентября 1893 года, Новочеркасск. Дата смерти — 24 мая 1988 года, Москва. Русский философ и филолог, видный деятель советской культуры. Профессор, доктор филологических наук (1943)

Биография
Родился в семье донского казака — учителя физики и математики, впоследствии музыканта, — и дочери священника. Окончил классическую гимназию с золотой медалью. В 1915 году окончил историко-филологический факультет Московского университета по отделениям философии и классической филологии. В 1914 году в научной командировке в Берлине. Был оставлен на кафедре классической филологии для подготовки к профессорскому званию. На заседаниях Психологического общества близко познакомился со многими религиозными философами. Был собеседником Семёна Франка, Николая Бердяева, Валентина Асмуса и учеником Павла Флоренского.

Поскольку философию ему преподавать не разрешалось, он занимал должность профессора классической филологиии (с 1919) Нижегородского университета и профессор эстетики Московской консерватории (1922—1929). Преподавал также во 2-м МГУ и Государственной академии художественных наук (действ. член); научный сотрудник Государственного института музыкальной науки (1922), работая в котором, Лосев внёс большой вклад в развитие философии музыки.

» По конфиденциальным сведениям, поступившим в ЦК ВКП(б) из Краснопресненского райкома партии, Лосев однажды заявил на философском факультете, в присутствии коллег: «Да, я идеалист». «
В 1922 году в Сергиевом Посаде в Ильинском храме Павел Флоренский венчал Алексея Фёдоровича и Валентину Михайловну Соколову, дочь бывшего предпринимателя, в квартире которого Лосев снимал комнату с 1918 года.

3 июня 1929 года вместе с женой Валентиной Михайловной Лосевой тайно постригся в монахи от афонских старцев. Супруги Лосевы приняли монашеские имена Андроник и Афанасия. Тайное монашество стало практиковаться во время гонений на Церковь в ХХ веке. Из монашеского облачения носил только скуфью — шапочку на голове.

Вслед за Флоренским Лосев стал сторонником имяславия: «Бог не есть имя, но Имя — Бог». В рамках исследования античной эстетики слова и символа он изучал философию Имени как «изначальной сущности» мира.

Резкий перелом в его жизни вызвало написание книги «Диалектика мифа» (1930), где он отвергал марксизм и официальную философию — диалектический материализм. Он с женой был арестован в апреле 1930 года и приговорён к 10 годам лишения свободы.

Отбывал наказание на строительстве Беломорско-Балтийского канала, где почти полностью потерял зрение.

Благодаря ходатайству первой жены А. М. Горького Е. П. Пешковой в 1932 году он, как и его жена, приговорённая к 5 годам, были освобождены.

После возвращения из ссылки обратился к материалистической диалектике, вводя в свои исследования цитаты Маркса и Ленина.

» Светлов рассказывал, что профессор Лосев, недавно уволенный из университета, назвал работу Сталина «О диалектическом и историческом материализме» наивной, а потом объяснял, что имел в виду её гениальную, почти античную простоту… «
Рассказывали, что на вопрос, остались ли у нас ещё философы-идеалисты, Сталину ответили: есть один, Лосев, на что Сталин сказал: «Один пусть останется».
В 1942-44 гг. профессор кафедры истории философии МГУ. С 1944 года профессор в Московском государственном педагогическом институте. После смерти Сталина у Лосева вновь появилась возможность публиковать работы. В его библиографии более 800 произведений, более 40 из них монографии. Учёный также сотрудничал с «Философской энциклопедией» и 3-м изданием БСЭ; позднее — с энциклопедией «Мифы народов мира» и «Философским энциклопедическим словарём».

В 1954 году его супруга Валентина Михайловна умерла от рака.

В 1960-х годах вышел первый том «Истории античной эстетики», изменивший традиционные представления об античности. Год за годом и том за томом выходили новые книги по античной эстетике, открывая тонкости античного идеализма от Сократа, Платона и Аристотеля до мистической апофатики Плотина и неоплатоников.

Лосев — автор переводов Аристотеля, Плотина, Секста Эмпирика, Прокла и Николая Кузанского. Был редактором сочинений Платона (тома 1—3, 1968—1972).

Учёным также были написаны монографии об эллинистическо-римской эстетике (1979) и эстетике Возрождения (1978).

В 1983 году в серии «Мыслители прошлого» вышла популярная книга «Вл. Соловьёв». Тираж книги сначала был полностью арестован, но потом распродан. Официальные органы вели двойную игру, то запрещая работы, то награждая всемирно известного учёного.

90-летний юбилей Лосева был отмечен чествованием в стенах МГПИ.

В 1980-х годах уже тяжело больной мыслитель открыто говорил ученикам и последователям о своей вере, проповедуя имяславие.

Незадолго до смерти учёный участвовал в съёмках документального фильма «Лосев», дебютной картины режиссёра Виктора Косаковского, вышедшей на экран в 1989 году.

К концу жизни Лосев стал практически слепым и различал только свет и тьму. В память о том, что и при глубоких нарушениях зрения можно достичь выдающихся творческих результатов, в Российской государственной библиотеке для слепых установлен бюст А. Ф. Лосева.

А. Ф. Лосев умер 24 мая 1988 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище.

М. А. Солопова в одной из своих работ называет А. Ф. Лосева наиболее авторитетным из отечественных философов-антиковедов XX в.

Сохранение наследия
В Москве на улице Арбат, дом 33 работает библиотека истории русской философии и культуры «Дом А. Ф. Лосева». Работой по сохранению творческого наследия философа руководит сотрудница и последняя спутница жизни профессора Аза Алибековна Тахо-Годи.

23 сентября 2006 года во дворе Библиотеки открыт первый в России памятник Лосеву — бронзовый бюст на гранитном постаменте работы заслуженного деятеля искусств России Василия Герасимова.