Жить по христиански

Зачем жить по заповедям? Или три заблуждения о христианской жизни

К сожалению, о христианской нравственности среди людей, неблизких к Церкви ходит немало ложных стереотипов. И часто такие невежественные стереотипы мешают человеку понять, что же в действительности представляет собой жизнь христианина, что она не исчерпывается хождением в храм и проставлением свечек.

А человек, который захочет жить христианской жизнью, не понимая смысла и принципов её, рискует совершить ошибку. Например, бывает так, что человек, не знающий смысла христианской жизни, попробовав походить в храм и следовать заповедям, потом разочаровывается и отходит от Церкви.

Тут можно вспомнить из нашей истории «картофельные бунты» – когда крестьяне сажали только что появившуюся в России картошку, но не знали, что нужно употреблять в пищу её клубни, и пытались есть ядовитые картофельные плоды, – что приводило к отравлениям. Тогда они гневались на картошку и на правительство, которое её ввезло, и категорически отказывались её сажать.

В такое глупое и опасное положение ставит людей невежество и ошибочные представления о том, чего они не знают! Но когда невежество было удалено и они разобрались, как нужно относиться к этому растению, картошка стала едва ли не самым излюбленным блюдом в русских семьях.

Чтобы избежать подобных ошибок, разберём вкратце три основных заблуждения о христианской жизни, которые встречаются чаще всего.

Заблуждение первое

Многие люди ошибочно воспринимают христианскую нравственность только как некий свод правил. Рассматривая её так, они любят говорить, что этот свод правил, пусть даже и красив, но совершенно невыполним.

Ведь по нашим временам даже ветхозаветные заповеди «не убивай», «не прелюбодействуй» и «око за око» для иных кажутся неподъёмными, что же говорить про заповеди Христовы, которые, по всеобщему мнению, задают гораздо более высокую планку требований: «Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду… Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем… Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Мф. 6:21-22; 27-28; 38-39).

И если нецерковный человек соразмеряет эти заповеди со своими силами, то такие правила многим кажутся совершенно неподъёмными.

Ошибка состоит в том, что эти люди не учитывают самого главного, а именно, что чадам Церкви Бог даёт не только заповеди, но и силу для их исполнения.

Некоторые люди думают, будто евангельские заповеди неисполнимы в принципе, и что будто Бог дал их людям не для того, чтобы они их исполняли, а как некий идеал, к которому можно стремиться, но которого никогда нельзя достигнуть, и чтобы от осознания невозможности достижения этого идеала люди осознавали своё ничтожество, и таким образом стяжали смирение.

Но подобный взгляд не имеет ничего общего с истиной, он извращает сам смысл христианства.

Евангелие означает в переводе «благая весть», или, если совсем по-современному, «хорошая новость» – но что же может быть хорошего в новости о том, что люди ничтожны и не годны ни на что, кроме осознания своей ничтожности? И разве можно назвать добрым господина, дающего приказы, которые заведомо невозможно выполнить, но при этом выполнение их ставится условием для спасения?

Такие люди уподобляют Бога фашистскому офицеру из фильма «Лабиринт Фавна», который перед допросом арестованному партизану-заике говорит: если ты сможешь сосчитать до трёх, ни разу не заикнувшись, мы тебя отпустим. А если не сможешь, – будем пытать. И партизан старается, выговаривает «один», «два», а на «три» заикается. И офицер разводит руками, мол, видишь, сам виноват…

Для отражения реального положения вещей уместнее другое сравнение – отец, который увидел, что сын свалился в глубокую яму, он сбрасывает ему верёвку и даёт заповедь: встань, возьмись за нижний конец верёвки, и я тебя вытащу. Как видим, спасает всё равно отец, но если сын не исполнит полученной заповеди, то не спасётся.

И по-настоящему добрая весть Евангелия состоит в том, что из ямы греха, проклятия и смерти действительно можно выбраться, что больше нет преграды между человеком и Богом, что во Христе Иисусе нам стало возможно «быть неукоризненными и чистыми чадами Божиими» (Фил. 2:15), «ибо все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса» (Гал. 3:26). И чтобы верующему, крестившемуся человеку стать чадом Божиим, ему нужно удалить из себя единственное, – личные грехи и порождающие их страсти, что как раз и достигается соблюдением заповедей. Всё равно что встать и взяться за конец сброшенной верёвки. И это тоже стало возможным для каждого, и в этом также состоит добрая весть Евангелия.

Благодаря тому, что вочеловечившийся Бог совершил две тысячи лет назад на кресте, абсолютно каждый человек теперь может исполнить все заповеди, и тем уподобиться Тому, Кто призвал: «будьте святы, ибо Я Господь, Бог ваш, свят» (Лев. 20:7). Каждый может стать святым. И заповеди – это не мираж, которым можно любоваться лишь издали, а конкретные инструкции по достижению подлинной святости.

И если относиться к ним как к практической инструкции, то легко увидеть, что Христовы заповеди даны вовсе не для усложнения, а для облегчения борьбы с грехом, поскольку объясняют, как добиться совершенного исполнения заповедей, данных в древнем законе.

Если Ветхозаветный закон предостерегал, главным образом, от внешних проявлений зла, то Господь Иисус Христос научил определять и отсекать сами корни грехов. Своими заповедями Он открыл, что грех зарождается в нашем сердце, и потому надо начинать борьбу с грехом с очищения сердца от дурных желаний и мыслей, так как «из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления» (Мф. 15:19-20).

И Он, повторим, не только объяснил, как это делать, но и даёт силы это делать. Даже апостолы, услышав впервые Христовы заповеди, удивились их кажущейся неподъёмности, но услышали: «человекам это невозможно, Богу же возможно всё» (Мф. 19:26). И для того, кто соединяется с Богом, уже не остаётся ничего невозможного. «Всё могу в укрепляющем меня Христе» – свидетельствует апостол Павел (Фил. 4:13).

Это важнейшее и краеугольное отличие христианской нравственности от всякой другой.

Любая иная нехристианская и даже внерелигиозная нравственность, как раз является не более чем списком правил, чем-то отличающихся, а в чём-то совпадающих.

Но само по себе внерелигиозное воспитание и внерелигиозная нравственность не дают человеку силы стать хорошим. Они лишь дают информацию о том, что считается хорошим в данном обществе. И у каждого человека, который получает такую информацию, есть выбор: либо стать хорошим человеком, либо выглядеть хорошим человеком.

У каждого человека сохраняется свобода воли, так что он искренне может стараться стать хорошим человеком, но по-настоящему добиться этого без помощи свыше у него не выйдет. Как говорил преподобный Макарий Египетский, «душа может противиться греху, но победить или искоренить зло без Бога не может».

И тогда остаётся либо выглядеть хорошим человеком, тщательно скрывая свои несовершенства от других, – как душевнобольной, сознающий свою болезнь, может стараться на людях скрывать её проявления, но здоровым от этого не становится, – либо сократить число нравственных требований до такого минимума, который по силам падшему человеку, – как, например, прыгун с шестом, безуспешно пытающийся на тренировке побить мировой рекорд, может подойти и снизить планку до своего уровня, после чего успешно перепрыгнуть, но этот жалкий самообман не сделает его чемпионом.

Всякая иная нравственность как свод правил по сути есть то, о чём говорил апостол Иаков: «Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: «идите с миром, грейтесь и питайтесь», но не даст им потребного для тела: что пользы?» (Иак. 2:15-16)

Но православная нравственность иная. Потому что в Церкви человеку даётся не только совет: «делай», но и, посредством таинств, силы к тому, чтобы сделать. И даётся абсолютно каждому человеку, который захочет такую силу взять.

Заблуждение второе

Это заблуждение связано с тем, что некоторые люди не понимают суть христианской нравственности и смысл исполнения заповедей. Они думают, что их нужно исполнять потому, что это традиция нашего народа и наших предков, или потому, что исполнение заповедей послужит оздоровлению жизни общества. Или же просто говорят: «это нужно делать, потому что Бог так сказал», не пытаясь понять смысл того, что нам предписано и почему Бог это нам предписал.

Такие ответы не являются удовлетворительными, потому что по существу ничего не объясняют, и не дают ясного представления о том, почему нужно исполнять заповеди.

Тогда как смысл этот есть, и он очень глубокий.

Бог даровал людям свободу воли. И у каждого человека есть два пути: быть с Богом, или быть против Бога. Выбор стоит именно так: «Кто не со Мною, тот против Меня» (Мф. 12:30), третьего не дано. Бог любит каждое Своё творение и хочет, чтобы все люди были с Ним, но никого не принуждает. Смысл этой земной жизни – определиться и сделать выбор. Пока жив человек, ещё не поздно выбрать, но после смерти – всё, уже ничего нельзя изменить или исправить. Как говорил преподобный Варсонофий Великий, «касательно знания о будущем – не заблуждайся: что здесь посеешь, то там и пожнешь. По исходе отсюда, никому нельзя уже преуспеть… здесь делание, – там воздаяние, здесь подвиг, – там венцы».

И для тех, кто отвечает Богу «да», исполнение заповедей обретает глубочайший смысл – оно и становится этим ответом и способом соединения с Богом.

Ведь мы, на самом деле, почти ничего не можем принести Богу, почти ничем не можем ответить Ему «да» – мы созданы Им, и всё, что у нас есть, получили от Него – таланты, имущество, семью, и даже само наше бытие, «ибо мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28).

Единственное, что мы можем дать Богу сами от себя – это добровольное исполнение Его заповедей, совершаемое не из-за страха и не ради корысти, а по любви к Нему. Сам Господь свидетельствует об этом: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14:15).

Так что каждый раз, когда мы добровольно и сознательно соблюдаем заповедь Божию, даже самую маленькую, мы тем самым свидетельствуем о нашей любви к Богу; мы отвечаем Ему «да».

Исполнение заповедей – это всегда только то, что происходит между человеком и Богом. Если человек не крадёт или не убивает из-за того, что боится попасть в тюрьму, он не может сказать, что исполняет Божии заповеди «не убивай» и «не укради», ибо то, «что делается по страху человеческому – не угодно Богу». Заповедь дана Богом и исполнение заповеди есть то, что добровольно и непринуждённо делается человеком ради Бога.

Исполнение заповедей – не вынужденное удовлетворение какой-то внешней необходимости, а проистекающее из внутреннего волевого решения дело любви к Богу. «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1Ин. 4:16), «если заповеди Мои соблюдете, пребудете в любви Моей» (Ин. 15:10).

Когда сын старается не шуметь, чтобы не разбудить уставшего после работы отца, или когда отец в голодное время отдаёт свой ужин сыну, или когда юноша покупает цветы, чтобы подарить их любимой девушке, – они делают так не потому, что их к этому понуждает общественная необходимость, или долг следования традиции предков, или даже какой-нибудь свод воспринятых ими правил, а просто по любви.

И поступая так, они совершенно свободны, поскольку действуют не по принуждению; все такие поступки суть вольные проявления любви.

Так и тот, кто соединяется с Богом в любви, становится подлинно свободным, творить заповеди для него так же естественно, как дышать воздухом.

Именно непониманием этого во многом объясняется расхожий стереотип неверующих и нецерковных людей, гласящий, что будто бы «жить по заповедям – это жить несвободно, а жить во грехах – это свобода».

Тогда как на самом деле всё наоборот.

В этом способен убедиться всякий, заглянув в себя. Как может зло приносить свободу, если после него так тяжело на душе? Как может ложь приносить свободу, если она не успокаивает сердце, которое жаждет истины?

Сказано: «познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8:32). «Я есть Истина» – свидетельствует Господь Иисус Христос (см. Ин. 14:6). Познание Христа и соединение с Ним в любви даёт подлинную «свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:21). Как говорит апостол Павел, «все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною» (1Кор. 6:12).

А тот, кем что-то обладает, и кто не в силах отказаться от того, что ему неполезно, разве может быть назван свободным? Сколько людей испортили себе жизнь из-за того, что не могли отказаться от нездоровой пищи, хотя знали, что она не полезна для них, пытались отказаться, но проиграли в битве с чревоугодием.

Разве это свобода?

В одной старой шутке рассказывается, как алкоголик, подходя к винному магазину, подумал: «вот, жена говорит, что я совсем спился, не могу даже пройти мимо винного магазина, чтобы не зайти туда. Это не так!» Идёт мимо входа, затем ещё несколько метров, и говорит: «ну вот, я доказал, что запросто могу пройти мимо. Значит, никакой зависимости у меня нет. Это стоит отметить» – и возвращается в магазин, чтобы купить бутылку.

В этом – вся «свобода» грешников.

Конечно, у опустившегося алкоголика тоже есть своя «свобода» – к примеру, при выборе, купить ли одеколон «Гвоздика» или одеколон «Русский лес», – но никто из находящихся в здравом уме не поставит на один уровень такую «свободу» с подлинной свободой от алкогольной зависимости.

Так и «свобода» выбора между разными видами греха ни идёт ни в какое сравнение со свободой от греха.

И каждый, на самом деле чувствует это, и понимает, что подлинная свобода лучше. Это, например, видно по тому, что часто даже нецерковные и неверующие люди с большим уважением относятся к известным им православным подвижникам, старцам. Их восхищает и притягивает святость, достигаемая только жизнью со Христом и во Христе. Их души обоняют аромат свободы, любви и благой вечности, источаемый душами тех, кто добровольным исполнением заповедей отвечает Богу «да».

Заблуждение третье

У многих людей, к сожалению, представление о христианской нравственности и средствах к её достижению сводится исключительно к списку отрицаний – не делай того и того; нельзя то и это.

Видя такой список, человек нецерковный мысленно применяет его к своей жизни, вычитает из неё всё, поименованное в списке, и задаётся вопросом: а что же, собственно, тогда от моей жизни останется и чем заполнить образовавшиеся в ней пустоты?

Отсюда, кстати, во многом проистекает такой общественный стереотип, что будто бы жизнь нравственного человека непременно скучна и пресна.

В действительности же скучна и тосклива как раз жизнь человека безнравственного. Грех, как наркотик, лишь временно помогает забыться и отвлечься от этой тоски. Неудивительно, что грешник, мысленно представивший собственную жизнь без этого наркотика, понимает, что столкнётся тогда с зияющей пустотой и бессмыслицей, которую она и представляет собой на самом деле, и страшится этого, и снова бежит ко греху, как «пес возвращается на свою блевотину, и вымытая свинья идет валяться в грязи» (1 Пет. 2:22). Приходят на память слова преподобного Исаака Сирина, – он сравнивал грешника с псом, который лижет пилу, и, пьянея от вкуса собственной крови, не может остановиться.

Но Господь в Священном Писании предлагает гораздо большее – «уклонись от зла и сотвори благо» (1 Пет. 3:11). Иногда в разговорах о нравственности акцент ставится на первой, «отрицательной» части этой заповеди, тогда как вторая, раскрывающая положительную перспективу новой полноты жизни, не менее важна.

Некоторые думают, что это предписание имеет хронологическую последовательность, то есть, сначала нужно уклониться от зла, а уже потом приступать к творению добра, но на самом деле это вещи взаимосвязанные – творение добра помогает уклоняться от зла, и уклонение от зла оставляет больше возможностей творить добро.

Заповедь «сотвори благо» показывает, что у Бога есть для каждого человека перспектива изобильной, насыщенной, интересной и благодатной жизни. Совершаемое ради Бога добро делает жизнь осмысленной.

Как человеку, погрязшему в грехах, почти некогда заниматься доброделанием, так и человеку, ради Бога и с Богом творящего благо, становится уже не до греха. Не потому, что он каждую минуту сидит и трясётся: «ох, как бы не согрешить, как бы не сделать того, как бы не впасть в это», а потому, что чем больше добродетель и благодать Божия вливается в его сердце, тем меньше места в нём остаётся для греха.

Конечно, и христианин, серьёзно вступивший на духовный путь, и даже опытный подвижник, может впасть в грех. Однако, как замечал святитель Игнатий (Брянчанинов), «величайшая разница – согрешить намеренно, по расположению к греху, и согрешить по увлечению и немощи при расположении благоугождать Богу».

Конечно, и живущий на помойке бомж – грязен, и человек, вышедший из своего дома в новом костюме, но споткнувшийся и упавший в лужу, – тоже грязен, но всем понятно, что разница между тем и другим велика, поскольку для одного быть грязным – обычное состояние и образ жизни, а для другого – досадная оплошность, которую он хочет и может немедленно исправить.

Если человек сделал выбор быть с Богом и начал свидетельствовать об этом выборе своими делами и своей жизнью, его уже ничто не сможет сбить или поколебать, как обещал Сам Господь: «всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне. А всякий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их, уподобится человеку безрассудному, который построил дом свой на песке; и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое» (Мф. 7:24-27).

Таково великое значение исполнения заповедей Божиих. Без этого одно лишь словесное именование себя христианином и даже признание Христа Господом, не спасают, как Он Сам сказал – «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф. 7:21)

Воля же Отца Небесного не сокрыта от нас, она выражена в данных Им заповедях. Если мы творим их, то «ни смерть, ни жизнь…, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8:38-39).

Необходимо ещё подчеркнуть, что сами заповеди, данные Богом, не случайны и не произвольны. Хотя заповеди даны в определённое время, они открывают путь к добродетелям, которые вечны. Именно потому их исполнение позволяет стать человеку святым, что эти заповеди указывают на вечные свойства Божии.

Например, если человек соблюдает заповедь «не прелюбодействуй» (Исх. 20:14), сохраняя верность супруге, то он тем самым уподобляется Богу, ибо «Бог верен» (Рим. 3:4), если человек соблюдает заповедь «не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего» (Исх. 20:16), то он тем самым уподобляется Богу, ибо «Бог истинен» (Ин. 3:33), и так всякая заповедь восходит к тому или иному свойству святого Бога.

Поэтому чем более человек укрепляется в их добровольном исполнении, тем более становится святым, и соединяется с Богом.

Поэтому на вопрос, почему именно такие заповеди дал людям Бог, существует единственный ответ – потому что именно таков Он Сам, и эти заповеди даны для тех, кто желает уподобиться Богу и через то стать «богом по благодати».

Итак, христианская нравственность и жизнь по заповедям – это истина, любовь, свобода, чистота и святость. Кто может понять это, тому легче сделать главный выбор своей жизни – быть с Богом или против Бога.

Цит. по: Добротолюбие. М., 1895. Т. I. С. 188.

Преподобных отцов Варсануфия Великого и Иоанна Руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников. М., 2001. С. 513.

Симфония по творениям святителя Тихона Задонского. Приложение к магистерской диссертации: «Святитель Тихон Задонский и его учение о спасении» доцента архимандрита Иоанна Маслова. Загорск, 1981. С. 2003.

Андрей Музольф, преподаватель Киевской духовной академии и семинарии, предостерегает христиан от возможных опасностей.

– Андрей, в редакцию «Православной Жизни» регулярно приходят различные вопросы от читателей. Мы отобрали наиболее часто повторяющиеся и хотели бы их обсудить с Вами. Начнем с такого вопроса: можно ли православным заходить в католические храмы, мечети? Как там себя вести?

– В одном из своих Посланий святой апостол Павел говорит: «Все мне позволительно, но не все полезно» (1 Кор. 6:12). Следовательно, для того чтобы более корректно ответить на данный вопрос, сначала стоит определить саму цель посещения иноверческого или же инославного культового сооружения. Если мы заходим в костел или мечеть посмотреть, так сказать, расширить свой культурный кругозор, то в этом, в принципе, ничего предосудительного нет. Если же мы посещаем неправославные храмы для того, чтобы помолиться, нам следует помнить 65-е Апостольское правило: «Если кто из клира или мирянин в собрание иудейское или еретическое войдет помолиться: да будет и от чина священного извергнут, и отлучен от общения церковного». Но бывают исключения: во многих римско-католических храмах, а также в храмах, принадлежащих юрисдикции так называемого Киевского Патриархата, имеются святыни, почитаемые и православными. В приведенном выше Апостольском правиле речь идет о запрете участвовать в ОБЩЕСТВЕННОМ богослужении вместе с неправославными. Поэтому нет ничего предосудительного в том, если православный христианин с молитвой почтит ту или иную святыню, находящуюся в иноконфессиональном храме.

Относительно же того, как стоит себя вести в неправославных храмах, правилом к руководству может быть только один фактор: воспитанность. Православный христианин, где бы он ни находился, должен вести себя культурно и сдержанно. Несмотря на наши личные убеждения, мы никоим образом не вправе чем-либо обижать религиозные чувства других людей, потому что главный критерий, который отличает христианина – прежде всего любовь. И критерий этот определил Сам Господь наш Иисус Христос: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35).

– Можно ли обращаться к нетрадиционной медицине, например китайской?

– Православная Церковь никогда не считала духовным препятствием достижения в области медицины. Но прежде чем прибегнуть к помощи того или иного «нетрадиционного врача», человек должен для себя понять: какими источниками он пользуется, иначе можно принести как своему телу, так и своей душе немалый вред.

Один из исследователей нетрадиционных методов лечения однажды заметил: китайцы, например, относятся к своей медицине как к религии. Подобное отношение к медицине должно насторожить православного человека, ведь выше и сакральнее религии ничего быть не может. Кроме того, немецкие ученые, исследуя практику акупунктуры, провели следующий эксперимент: одним пациентам иглы ставили, так сказать, по всем «канонам» китайской медицины, другим же, грубо говоря, наугад, лишь бы только не задеть важные органы и не навредить. В результате эффективность первого иглоукалывания составила 52 %, а второго – 49 %! То есть разницы между «умным» и «свободным» иглоукалыванием практически обнаружено не было.

Однако более остро стоит вопрос о применении в медицине некой духовной практики. Так, например, некоторые «целители» для того, чтобы излечить тот или иной недуг, предлагают своим пациентам попытаться выйти из мира физического в мир сверхчувственный, экстрасенсорный. Но мы должны помнить, что наше физическое тело – это некая преграда, которая отделяет нас от прямого непосредственного общения с миром духовным и, в частности, миром падших духов. Некоторые же восточные культы используют целый комплекс упражнений, способствующих подобному выходу в «духовный мир», и эта практика ослабляет нашу защиту от демонов. Святитель Игнатий Кавказский предостерегает: «Если бы мы находились в чувственном общении с демонами, то они в кратчайшее время окончательно развратили бы человеков, непрестанно внушая им зло, явно и непрестанно содействуя злу, заражая примерами своей постоянной преступной и враждебной Богу деятельности».

Именно поэтому любая «нетрадиционная медицина», практикуя некое общение с духовным миром, даже если и сулит своим пациентам физическое выздоровление, в итоге становится опасной для их духовного здоровья.

– Что значит не ходить на совет нечестивых?

– Значение данного стиха, который является первым стихом первого псалма Книги Псалтирь, весьма глубоко и многозначно. Так, святитель Афанасий Великий говорит: «совет нечестивых» – это собрание лукавых людей, которые стремятся уклонить праведника от следования путем Божиим. А святитель Василий Великий уточняет: «совет нечестивых» – это всякие нечестивые помыслы, которые, подобно невидимым врагам, одолевают человека.

Кроме того, весьма интересно, что в приведенном псалме о противостоянии праведника «совету нечестивых» говорится «в трех измерениях» – хождения, стояния и седения: «Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых, и на пути грешных не ста, и на седалищи губителей не седе». По словам святителя Феофана Затворника, целью такого троекратного указания является предостережение от трех главных степеней уклонения во зло: в виде внутреннего влечения ко злу (шествие ко греху), в виде утверждения во зле (стояние во грехе) и в виде борьбы с добром и пропаганды зла (совосседание с губителем, то есть диаволом).

Таким образом, хождение на совет нечестивых – это всевозможное участие во зле, будь то мыслью, словом либо же поступком. По словам преподобного Иоанна Кассиана Римлянина, для того чтобы спастись, человек должен непрестанно контролировать самого себя, упражняясь в духовном делании: без последнего не будет духовной жизни.

– Можно ли ездить отдыхать, например, на лыжный курорт в Рождественский пост?

– По мысли преподобного Ефрема Сирина, цель поста заключается в том, чтобы человек смог победить в себе похоти, пороки и грехи. Если же пост не помогает нам преодолеть грех, мы должны задуматься: как мы постимся, что делаем неправильно?

К сожалению, исторически сложилось так, что в жизни современного человека большая часть отпусков приходится на время Рождественского поста – в период новогодних праздников. Цель же Рождественского поста заключается в том, чтобы подготовить человека к принятию Богомладенца Христа, Который приходит в этот мир и становится человеком с целью спасти каждого из нас от власти греха и смерти. И потому главное, о чем должен думать православный христианин в преддверии Рождества, так это о том, как лучше всего, правильнее всего подготовить себя для встречи Спасителя.

Активный отдых, например лыжный спорт, очень полезен для здоровья, если он при этом совмещается с духовным возрастанием человека. В ином случае пользы от такого «оздоровления» не будет. Поэтому, если наш отдых не позволяет нам соделать наше сердце достойным вместилищем Живого Бога – лучше от такого отдыха отказаться.

– Можно ли делать тату женщине, например в косметических целях?

– Для того чтобы ответить на этот вопрос, следует решить: зачем вообще нужна подобная татуировка, каковы причины, подвигающие человека делать на своем теле те или иные изображения?

Еще в Ветхом Завете было сказано: «Ради умершего не делайте нарезов на теле вашем и не накалывайте на себе письмен» (Лев. 19:28). Этот запрет в Пятикнижии Моисея повторяется далее еще дважды: в той же Книге Левит (21:5), а также в Книге Второзаконие (14:1). Моисей запрещает уродовать человеческое тело, так как подобное действие является оскорблением Творца, давшего человеку прекрасную плоть. Исторически татуировка – это признак принадлежности к какому-либо языческому культу: люди с помощью тату надеялись снискать себе особое благоволение у того или иного божества. Именно поэтому с древних времен татуировки – «мерзость пред Господом».

По слову митрополита Сурожского Антония, тело – это видимая часть души, поэтому любое внешнее изменение – это прежде всего признак внутренних, духовных перемен, происходящих в человеке. Главные признаки христианина – это скромность, кротость и смирение. Татуировка же – это, по мысли одного современного автора, побег от скромности, попытка преподнести себя более изысканно и, возможно, с целью некоего прельщения окружающих. Исходя из этого, можно сделать уверенный вывод: даже самые, как кажется, безобидные татуировки могут нанести человеку непоправимый духовный вред.

– Можно ли слушать молитвенное правило в наушниках по пути на работу или используя диск в машине?

– Молитва – это прежде всего беседа с Богом. И поэтому весьма сомнительным кажется утверждение, что молиться можно и под аудиозапись.

К сожалению, современный человек, настолько упростивший свою жизнь с помощью тех или иных технологий, все меньше и меньше времени готов уделять Богу и общению с Ним. Поэтому мы и стараемся молиться под аудиозаписи, слушать вечерние и утренние молитвы в машине или по дороге домой. Но, если задуматься: насколько внимательно мы можем слушать такие записи? Насколько сосредоточенно мы можем молиться под них?

Святые отцы всегда говорили: лучше искренне сказать Богу пару слов, чем, не думая о Нем, произносить длинные молитвы. Господу нужны не слова наши, а наше сердце. И Он видит его содержимое: стремление к своему Творцу и Спасителю либо же попытка отмахнуться от Него, спрятавшись за получасовую аудиозапись.

– Чего никогда не должен делать православный?

– Православный должен прежде всего бояться грешить, но не из-за страха наказания Божия. Преподобный авва Дорофей говорит: страх Божий – это вовсе не боязнь Бога как некоего отмстителя за грехи; страх Божий – это боязнь оскорбить явленную во Христе любовь Божию. Поэтому каждому православному христианину следует стараться контролировать самого себя, пресекая даже сами помыслы о совершении греха, ведь своими грехами, по слову святого апостола Павла, мы вновь распинаем Господа нашего Иисуса Христа. Грехами мы разрушаем все то, что соделано Богом для нашего же спасения. И именно этого мы должны бояться и избегать в своей жизни.

Беседовала Наталья Горошкова

ВОПРОС: Как православный христианин должен жить в миру, общаться с другими людьми в семье, на работе, в быту?

ОТВЕТ: Церковная жизнь православного христианина не кончается за стенами храма.

Большую часть нашей жизни мы проводим в миру, общаясь с такими же, как мы сами, несовершенными и страдающими от своего несовершенства людьми.

Поэтому очень важно, чтобы мы не теряли от этого общения полученную в храме Благодать, но, напротив, преумножали Её победами над воинствующим против нас в этом мире Злом.

Церковь учит нас, как вести эту невидимую битву, как отражать нападения диавола, как укрепляться в Духе, как возрастать и совершенствоваться в добродетели, Она же предоставляет нам и целительные средства для излечения душевных ран, полученных от врага в этой битве.

Церковь именует христианина «воином Христовым». Опытный воин прекрасно понимает, что от степени его подготовки зависит не только победа, но и сама его жизнь, и потому старательно поддерживает свою боеспособность, уделяя немалое время на постоянную тренировку.

Также и христианин не должен позволять себе расслабляться и ослабевать на пути духовного совершенствования.

Оттого что вы не будете бороться с диаволом, он не перестанет нападать на вас, но, напротив, использует ваше послабление, чтобы ввести вас в грех и разграбить собранные вами плоды вашей духовной работы.

Нужно помнить, что с того момента, как вы встали на путь Спасения, на вас ополчается злобный противник, исполненный ненавистью ко всему святому, обладающий огромной силой и многотысячелетним опытом погубления человеческих душ.

Только человек, полагающийся не на свои слабые силы, но предающий себя в руки Божьи и вооружаемый Церковью оружием Благодати, имеет надежду выйти из этой битвы победителем.

Благодатью Святого Духа и смирением христианина сокрушается вся сила Сатаны.

Итак, выходя за стены храма в мир, приготовьтесь к борьбе с тремя главными врагами христианина: миром, плотью и диаволом.

Мир ополчается против нас своими искушениями: богатством и суетной славой, общением с людьми, чуждыми Духу Христову, политическими страстями и материальными заботами, страхами стать жертвой преступления и военными угрозами, пропагандой разврата и многими другими.

Плоть наша восстаёт на нас чревоугодием и блудной похотью, стремлением к телесному комфорту и наслаждениям, болезнями и ленью, всячески стремясь доказать своё превосходство над духом, заставляя человека все силы души употреблять на удовлетворение плотских потребностей.

Диавол же, используя все средства своих соратников мира и плоти, атакует нас помыслами, соблазнами и искушениями, используя для этого все органы чувств человека: зрение — поражая его видами чужого богатства, похотливыми фильмами и изображениями; слух — услаждая его льстивыми речами, отупляющей сознание музыкой и растлевающим душу сквернословием; обоняние — изысками кулинарных и косметических запахов; вкус — приучая его к сластолюбию и алкоголю; осязание — всей гаммой плотских ощущений: от удобной одежды до блудных прикосновений.

Главный же объект диавольских нападений — наш несовершенный, омраченный безбожием человеческий разум.

Диавол поражает его помыслами гордыни, возбуждает в нём уводящие от реальной жизни мечтания, приучает его полагаться не на Всеведущего и Всемогущего Бога, но на свои слабые силы, подталкивает к самокопанию и бесплодной пытливости в вещах второстепенных, уводит с пути познания Бога в дебри оккультных еретических учений.

Сознание человека, не просвещённого Истиной Евангелия, не преображенное Благодатью Святого Духа, становится союзником диавола в деле погубления человеческой души.

Поэтому очень важно, чтобы христианин учился реализовывать знания, получаемые через чтение Священного Писания и духовных книг, через проповеди священников, знания, подкрепленные собственным опытом молитвенного общения с Богом, в свою повседневную жизнь в миру.

Нужно учиться видеть окружающий мир глазами ученика Христова, соотносить свои мысли и поступки с Божьими Заповедями, в своих взаимоотношениях с близкими и чужими людьми руководствоваться главной Запоредью Любви, учащей нас не делать другим того, чего мы бы не хотели, чтобы делали нам.

Апостол Павел, в Послании к жителям Коринфа пишет:

«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто.

И если я раздам всё имение моё и отдам тело моё на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, радуется же о истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит. Любовь никогда не перестаёт, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.

… теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше «. (Выделено автором) (1 Коринф. 13.1-9.13.)

Из этих слов Апостола видно, что, не имея Любви, невозможно спасти душу и достичь Небесного Царства.

Однако сама по себе Любовь не вселяется в душу человека, если он сам не прилагает усилий для приобретения Её.

Свойства Любви, перечисленные Апостолом, то есть: долготерпение, милосердие, отсутствие гордости и зависти и прочие, они же есть и путь обретения Любви.

Если мы в общении с другими людьми приучаем себя проявлять терпение, милосердие, побеждаем в себе зависть и раздражение, то мы идём этим путём, и Любовь постепенно наполняет наше сердце, одновременно вытесняя из него всё нечистое и укрепляя в добродетельной жизни.

Поэтому мир для христианина есть не досадное препятствие на пути к совершенству души, но место и средство обретения этого совершенства.

Посмотрите на спортсменов — сколько времени и сил тратят они на изнурительные тренировки в спортивном зале, чтобы на краткий миг, стоя на пьедестале почёта, получить мимолётную человеческую славу.

Во сколько же раз усердней должны мы, христиане, трудиться над совершенствованием своей души, чтобы получить от Господа вечную славу в Царствии Его.

И если спортсмены специально создают и усиливают себе трудности на тренировках, отрабатывая преодолением этих трудностей своё мастерство, то нам нет нужды искусственно усиливать свои искушения, мир в достаточной мере доставляет их нам.

Нужно лишь, уповая на Бога и призывая Его Всесильную помощь, всеми силами стараться преодолевать встающие перед нами искушения в соответствии с Его Божественными Заповедями.

Каждый день, каждый час, а то и каждую минуту перед нами возникают ситуации, в которых мы можем проявить как лучшие христианские качества, так и слабость своей греховной природы.

Проснулись утром; Ангел-хранитель шепчет: «встань на молитву», а разнеженная плоть в рабстве у лени, и диавол успокаивает помыслом: «да полежи ещё, да успеешь ты помолиться, а не успеешь — ничего страшного, Бог милостив — простит».

И вот, пока мы выбираем кого из них послушаться, время проходит, пора бежать на работу или учёбу, и мы выскакиваем из дома не помолившись, недовольные сами собой, потеряв данную Богом возможность испросить себе на весь грядущий день Его благословение.

Мы выходим из дома, нас толкает спешащий прохожий и мы кричим ему вслед (или бурчим себе «под нос»): «Смотреть надо, куда идёшь, кретин!», и опять, вместо награды за терпение, получаем осуждение за грех гнева и злословия.

В транспорте, на работе, в семье перед нами постоянно возникают ситуации, когда мы можем либо заработать, либо потерять главное сокровище христианина — Благодать Святого Духа.

И от нас, от нашей собранности или расслабленности зависит, заработаем мы Её или же потеряем.

Итак, для того, чтобы наша жизнь в миру не разрушала наше единение с Богом, но способствовала его укреплению, необходимо научиться постоянно поддерживать свою душу в состоянии духовной активности.

Для того, чтобы помочь христианину, находясь в миру, совершать дело своего Спасения, Церковь подаёт ему свои средства, созданные на основании всего двухтысячелетнего опыта практической духовной жизни.

Главные из этих средств — молитва и пост.

Как жить православному христианину в миру?

Вопрос читателя:

Как жить православному христианину в миру? Отречься от всего (мирские книги, компьютерные игры, сериалы, иные виды досуга (развлечения)) и жить, как монах в миру?
Евангелие говорит именно о таком идеале. Нужно отречься от всего, ведь любой вид досуга является страстью и суетой мирской, которая не несет ничего полезного. В начале пути Бог помогает, и человек легко бросает прежние увлечения, посвящая себя всецело Богу, но потом это кончается, и приходится самому ползти на брюхе через океан страстей. Постепенно снова возвращаешься к прежним увлечениям и «обмирщаешься». И нет никаких сил бороться со страстями. Возревнуешь по жизни благочестивой, резко бросаешь все мирское (книги, игры, и прочие), хватает на несколько дней, а затем снова поддаешься миру. И постоянно мучают сомнения, правильно ли жить мирянину, как монаху в миру, избегая всего, или нет? Силы кончаются, и внутренне доходишь до такой степени отчаяния, что понимаешь, что не можешь жить благочестиво и хранить себя от мира, вплоть до того, что осознаешь, что тебе такая борьба не по плечу и ты не можешь жить благочестиво, как подобает настоящему Христианину, потому что постоянно падаешь на различные страсти, тебя окружающие. Для меня это «бремена неудобоносимые». Как же тогда спастись в миру? Может, я делаю или понимаю что-то неправильно? Если же я понимаю всё правильно, то спастись мне вообще не реально, т.к. я не могу выдержать такой борьбы.

Отвечает иерей Петр Гурьянов:

Христос воскресе!

Милый человек! Мирские книги, компьютерные игры, сериалы и иные виды досуга — разве это весь смысл вашей жизни?!
Евангелие говорит нам о том, что появилась Божественная возможность — стало достижимо Царство Бога. А попасть туда можно через двери новых знаний. О свободе человеческого духа от греха и смерти, духа, преображенного благодатью, — это высшее призвание человека… вот о чем говорит Евангелие! Господь подает благодать туне, то есть ни за что, но требует, чтобы человек искал ее и, желательно, воспринимал ее, посвящая себя всецело Богу. Очень вам совету прочитать книгу святителя Феофана Затворника «Путь ко спасению. Краткий очерк аскетики», он как раз очень подробно раскрывает эту тему!

Есть индийский рассказ для детей, в котором ребенок спрашивает мать: «Мама, почему иногда я ощущаю, что Бог здесь, близко, и мне так хорошо с Ним, а потом Он отдаляется? Почему Он ушел? Как мне Его найти?» И мать отвечает: «Помнишь, как мы играли с тобой в прятки? Ты закрываешь глаза, я иду и прячусь в кустах или за деревом и зову тебя оттуда: ау! Ты открываешь глаза, смотришь вокруг и пытаешься понять: откуда слышался голос? И бежишь на него. Порой ты находишь меня сразу, и я подхватываю тебя, и ты счастлив, и мы смеемся и обнимаем друг друга. Но порой ты ищешь и не можешь меня найти. На мгновение тебе покажется: что, если мама ушла и оставила меня здесь? И делается страшно. Вначале ты просто оглядываешься, потом оглядываешься все более и более тревожно, и в тот момент, когда я начинаю чувствовать твой страх, я выхожу из своего убежища, и ты бежишь ко мне, и я беру тебя на руки, и тебе снова радостно.

Так же Бог. Он дает нам пережить опыт Своего присутствия, а потом говорит: а теперь живите с тем, что вы узнали, живите так, будто Я с вами, живите так, чтобы Я мог вами гордиться, и вам будет хорошо со Мной… И Он наблюдает, как бы из-за кустов, из-за дерева, чтобы в тот момент, как тебе покажется, что ты потерял с Ним связь, позвать тебя. Он не обязательно явится Сам, но позовет тем или другим образом: ты встретишь кого-то, и этот человек расскажет тебе о Боге, или попадешь в храм, помолишься вместе с другими и почувствуешь: да, Он здесь, Он здесь со всеми этими людьми и со мной».

То же самое происходит и с нами. Вначале мы опытно переживаем нечто, но этот опыт может потускнеть, и тогда встают вопросы. Первый вопрос: куда Бог ушел? Но потом мы спрашиваем: был ли Он здесь вообще или это моя фантазия и Бога не было? И тогда становится страшно и одолевает сомнение.

И еще — по поводу молитвенного правила и аскетических подвигов нужно обязательно советоваться со священником, который Вас хорошо знает, с духовником. В духовной жизни неопытный человек может наделать много ошибок, взявшись за то, что ему сейчас не под силу. Это как человеку, который только начал тренироваться, сразу взять большой вес или начать бег на длинную дистанцию. Кто-то выдержит, а у большинства может быть надрыв, вследствие которого, возможно, занятия спортом придется оставить. Так и в духовной жизни очень важна поэтапность, подготовленность и наблюдения опытного человека — священника. В этом случае все будет идти более плавно и не будет ощущения неудобоносимых бремен. С Богом!

Архив всех вопросов можно найти . Если вы не нашли интересующего вас вопроса, его всегда можно задать на нашем сайте.

На заставке фрагмент фото Giuseppe Milo/www.flickr.com

Храм и жизнь

— «Почему мы столько лет ходим в храм, а наша жизнь не меняется, какой должна быть правильная духовная жизнь, как нужно жить христианину»?

— Вы задали чрезвычайно важный вопрос, который касается практически всех верующих без исключения. Действительно, можно сто лет ходить в храм, и каким я был – таким остался. Почему это происходит? По очень простой причине, простой и печальной: само понимание Православия мы свели к исполнению чисто внешних церковных предписаний. Ходим в храм, исповедуемся, причащаемся, венчаемся, соблюдаем посты, подаем записки, ставим свечи, читаем молитвы. Такого христианина называют воцерковленным. А при всем этом, оказывается, что он ни разу не помолился. Молится, когда его постигнет какая-то болезнь, скорбь, когда предстоит что-то ответственное — тогда кому только не молится. О самом же главном – о грехах — редко молимся, вяло, формально. Но без молитвы не может быть никакой духовной жизни. Речь идет не о вычитывании молитв, а о молитве, которая только тогда таковой называется, когда совершается с вниманием, благоговением и покаянием. Так, святитель Игнатий Брянчанинов писал: без внимания любая молитва «не молитва. Она мертва! Она — бесполезное, душевредное, оскорбительное для Бога пустословие».

Духовная жизнь невозможна без решимости христианина жить по всем заповедям Евангелия и без искреннего покаяния в их нарушении. Если же этого нет, когда о заповедях не помним, а выполняем лишь внешние церковные обычаи, обряды и предписания, когда не боремся с завистью, тщеславием, с неприязнью и прочими вещами, которым нет числа, когда, кажется, каемся, но опять спокойно продолжаем жить по-прежнему, то, естественно, никакого духовного изменения в нас произойти не может. Не может быть изменений, если сама исповедь – не покаяние с решимостью не повторять этих грехов, а лишь отчет о проделанных грехах, если Причастие – обычай. А где же борьба со страстями, где любовь к ближнему, в котором, по Отцам, наше спасение? Потому и остаемся без плода.